[ Глава 53 "Ты монстр! ч. 4" ]

— ​Ты ​очень ​упряма, ​Сузуне... ​ ​Тацуя ​понял, ​что ​она ​хочет ​сделать, ​и ​ни ​на ​секунду ​не ​принял ​это ​за ​попытку ​спасти ​трио ​идиотов. ​ ​Её ​действия ​имели ​более ​глубокий ​смысл. ​ ​Хорикита ​проигнорировала ​его ​и ​обратилась ​к ​классу. ​ ​— ​Если ​он ​может ​заплатить ​Сенсею, ​чтобы ​тот ​снял ​с ​них ​баллы, ​то ​мы, ​очевидно, ​можем ​заплатить ​Сенсею, ​чтобы ​тот ​увеличил ​их ​баллы. ​— ​Она ​повернулась ​к ​Чабашире. ​— ​Правильно ​ли ​это, ​Чабашира-сенсей? ​ ​Чабашира ​на ​секунду ​задумалась, ​но ​потом ​кивнула. ​ ​В ​глаза ​Хираты ​вернулся ​свет, ​и ​он ​поспешно ​повернулся ​к ​Хориките. ​ ​У ​Икэ, ​Ямаучи ​и ​Судо ​заколотилось ​сердце. ​ ​Они ​могут ​быть ​спасены! ​ ​— ​Пожалуйста, ​спасите ​меня, ​Хорикита-сан! ​Я ​обещал ​Хирате-куну, ​что ​изменюсь! ​Я ​не ​лгал! ​— ​крикнул ​Ямаучи, ​и ​Икэ ​поспешно ​в ​знак ​согласия ​кивнул ​ему. ​ ​Судо ​тоже ​смотрел ​на ​Хорикиту ​умоляющими ​глазами. ​Его ​гнев ​на ​Тацую ​не ​знал ​границ, ​но ​в ​данный ​момент ​спасение ​себя ​было ​превыше ​всего, ​иначе ​все ​его ​мечты ​рухнут ​и ​разобьются ​вдребезги. ​ ​— ​Тогда ​сколько ​стоит ​один ​балл, ​Сенсей? ​— ​спросила ​Мацушита ​с ​любопытством, ​похоже, ​ей ​нравилось ​это ​зрелище. ​ ​— ​100 ​000 ​личных ​быллов. ​ ​Её ​слова ​не ​успокоили ​класс. ​ ​— ​ЧТО?! ​ ​— ​...Вы ​же ​не ​серьёзно. ​ ​Некоторые ​пробормотали, ​но ​у ​самых ​умных ​уже ​были ​мрачные ​выражения. ​Ми-тян, ​Юкимура, ​Мацушита ​и ​Кушида ​уже ​подсчитали, ​что ​каждый ​вычет ​отнимает ​100 ​000 ​баллов ​от ​информации, ​которую ​Хорикита ​купила ​ранее. ​ ​— ​Все! ​ ​Хорикита ​снова ​заговорила, ​она ​взяла ​все ​в ​свои ​руки. ​Ее ​движущей ​силой ​было ​разрушение ​плана ​Тацуи ​или ​хотя ​бы ​его ​части. ​ ​— ​Поскольку ​у ​нас ​есть ​возможность ​спасти ​их, ​я ​надеюсь, ​что ​каждый ​сможет ​проявить ​сочувствие ​и ​внести ​свою ​лепту. ​ ​В ​тот ​момент, ​когда ​она ​упомянула, ​что ​им ​придется ​давать ​баллы, ​все ​замерли. ​Всё ​было ​хорошо ​до ​того ​момента, ​как ​им ​пришлось ​внести ​свой ​вклад. ​ ​У ​Кушиды, ​в ​частности, ​было ​озадаченное ​выражение ​лица. ​ ​Эта ​глупая ​сука! ​Она ​собирается ​тратить ​мои ​баллы! ​Чёрт ​побери! ​ ​Понятие ​самопожертвования ​было ​великим, ​но ​им ​просто ​восхищались, ​не ​многие ​желали ​его ​иметь. ​ ​Хорикита ​склонила ​голову: ​ ​— ​Пожалуйста. ​Я ​понимаю, ​что ​вам ​это ​может ​показаться ​нецелесообразным, ​учитывая, ​что ​нам ​и ​так ​не ​хватает ​баллов, ​но ​подумайте ​о ​будущем. ​В ​этой ​школе ​нам ​придётся ​бороться ​с ​другими ​классами, ​чтобы ​достичь ​класса ​А. ​— ​Она ​подняла ​голову. ​— ​Думаете, ​мы ​сможем ​конкурировать ​с ​ними, ​имея ​на ​три ​ученика ​меньше? ​У ​Судо ​необычайная ​физическая ​сила ​и ​даже ​баскетбольные ​навыки. ​У ​Икэ ​есть ​навыки ​выживания ​и ​опыт ​походов, ​а ​Ямаучи... ​У ​него ​тоже ​должно ​быть ​что-то. ​Хотя ​мы ​можем ​не ​знать, ​нужны ​ли ​их ​навыки, ​лучше ​иметь ​в ​запасе ​несколько ​вариантов. ​ ​Она ​повторила ​слова ​Аянокоджи. ​ ​— ​Наши ​будущие ​бои ​будут ​37 ​против ​40! ​И ​Коэнджи, ​похоже, ​не ​хочет ​участвовать, ​так ​что ​будет ​36 ​против ​40! ​ ​— ​Вы ​все ​думаете, ​что ​это ​реалистично? ​ ​Её ​слова ​медленно ​вбивались ​в ​голову ​каждого. ​Обычно ​холодная ​и ​молчаливая ​девушка ​взяла ​всех ​под ​контроль. ​ ​Класс ​понял, ​что, ​как ​бы ​они ​ни ​были ​обижены, ​как ​бы ​ни ​раздражало ​тратить ​баллы ​на ​трех ​неприятных ​учеников, ​выпуск ​из ​класса ​А ​— ​самая ​важная ​цель. ​ ​— ​Чтобы ​показать ​свою ​решимость, ​я ​сама ​отдам ​50 ​000 ​баллов, ​оставив ​себе ​несколько ​тысяч ​на ​самое ​необходимое. ​— ​Она ​перевела ​взгляд ​на ​Хирату, ​который ​тут ​же ​подошёл ​к ​ней. ​ ​— ​Пожалуйста! ​Я ​не ​хочу, ​чтобы ​кого-то ​исключали! ​Мы ​не ​имеем ​права ​диктовать ​кому-то ​свою ​жизнь. ​Мы ​не ​имеем ​права ​решать ​чью-то ​судьбу! ​Это ​абсолютно ​жестоко ​и ​зло. ​Они ​обещали ​измениться, ​и ​я ​им ​верю! ​Я ​дам ​свои ​40 ​000 ​баллов, ​пожалуйста! ​ ​Он ​искренне ​поклонился, ​и ​несколько ​студентов ​вздрогнули. ​Их ​сердца ​дрогнули ​от ​слов ​Хираты ​и ​особенно ​от ​его ​выражения ​лица. ​ ​Они ​никогда ​не ​видели, ​чтобы ​добрый ​и ​мягкий ​Хирата ​испытывал ​такую ​боль. ​ ​Даже ​Икэ ​и ​Ямаучи ​склонили ​головы ​с ​выражением ​сожаления. ​На ​них ​навалилась ​тяжесть ​их ​поступков. ​ ​Судо ​колебался ​с ​противоречивым ​выражением ​лица, ​но ​в ​конце ​концов ​его ​сжатые ​кулаки ​расслабились, ​и ​он ​тоже ​склонил ​голову. ​ ​— ​Пожалуйста, ​спасите ​нас! ​— ​голоса ​всех ​троих ​зазвучали ​громким ​эхом. ​ ​Кушида ​сжала ​кулаки ​и ​стиснула ​зубы, ​вставая ​с ​«улыбкой». ​ ​— ​Я ​согласна ​с ​Хиратой-кун ​и ​Хорикитой-сан. ​Я ​не ​думаю, ​что ​мы ​должны ​губить ​жизни ​трёх ​наших ​друзей, ​когда ​у ​нас ​есть ​возможность ​спасти ​их. ​ ​— ​Я ​тоже ​отдам ​свои ​60 ​000 ​баллов. ​Все, ​вы ​не ​поможете ​нам? ​— ​Её ​ангельские ​глаза ​смотрели ​на ​всех, ​отвлекая ​их ​внимание ​от ​её ​крайне ​манипулятивных ​слов. ​ ​Для ​начала, ​она ​считала, ​что ​не ​помочь ​им ​— ​значит ​испортить ​им ​жизнь, ​а ​как ​молодые ​впечатлительные ​подростки ​могут ​вынести ​такое ​чувство ​вины? ​И ​если ​они ​всё ​ещё ​не ​думали ​об ​этом, ​то ​уговоры ​Кушиды, ​изображавшей ​из ​себя ​милую ​девушку ​и ​называвшей ​Судо ​и ​остальных ​друзьями, ​стали ​последним ​гвоздем ​в ​крышку ​гроба. ​ ​— ​Но, ​Хорикита-сан, ​что ​если ​Тацуя-кун ​просто ​снова ​снимет ​с ​них ​баллы? ​— ​рассуждала ​Мацушита, ​наблюдая, ​как ​класс ​вздрагивает, ​а ​их ​глаза ​медленно ​обращаются ​к ​Тацуе, ​который ​с ​забавным ​выражением ​лица ​наблюдал ​за ​играющими ​детьми. ​ ​Обычно ​она ​не ​стала ​бы ​так ​выпрыгивать, ​но, ​когда ​сзади ​сидел ​демон, ​готовый ​изгнать ​любого, ​кого ​он ​сочтёт ​бесполезным, ​ей ​нужно ​было ​показать ​себя, ​а ​при ​всем ​внимании ​к ​Тацуе ​никто ​не ​обратил ​бы ​на ​неё ​особого ​внимания. ​ ​Хотя ​ей ​нравилось ​притворяться ​средней, ​она ​не ​хотела ​драться ​с ​Тацуей ​на ​случай, ​если ​он ​вдруг ​решит ​её ​подрезать. ​ ​— ​Нет. ​У ​него ​не ​должно ​быть ​столько ​баллов, ​неужели ​ты ​думаешь, ​что ​у ​него ​останется ​столько ​баллов ​после ​такой ​тяжелой ​сделки? ​А ​если ​предположить, ​что ​у ​него ​всё ​ещё ​столько ​баллов, ​пойдёт ​ли ​он ​против ​воли ​класса, ​чтобы ​спасти ​их? ​Мы ​все ​хотим ​спасти ​их ​и ​подняться ​по ​карьерной ​лестнице, ​чтобы ​нас ​не ​называли ​дефективными. ​ ​Возможно, ​Хорикита ​не ​так ​хороша, ​как ​Хирата ​и ​Кушида, ​в ​общении, ​но ​дедуктивные ​рассуждения ​и ​логические ​споры ​были ​её ​сильной ​стороной. ​ ​— ​Неужели ​он ​разрушит ​все ​наши ​усилия ​и ​продолжит ​считать ​трёх ​одноклассников ​«отбросами», ​особенно ​когда ​эти ​«отбросы» ​хотят ​совершенствоваться? ​Я ​не ​думаю, ​что ​ты ​растопчешь ​искренние ​усилия ​своих ​друзей, ​не ​так ​ли, ​Ямамото? ​ ​Все ​взгляды ​обратились ​к ​«нежному» ​и ​«доброму» ​Тацуе. ​Глаза, ​в ​которых ​читалось ​обожание ​и ​уважение ​к ​нему, ​наполнились ​страхом, ​враждебностью ​и ​недоверием. ​ ​Тацуя ​закрыл ​глаза ​и ​никак ​не ​отреагировал ​на ​недовольство ​класса. ​ ​Если ​бы ​он ​продолжал ​стоять ​на ​своём ​и ​изгонять ​их, ​то ​всё ​уважение ​и ​обожание, ​которые ​он ​завоевал, ​рассыпались ​бы ​в ​прах. ​ ​Хороший ​ход, ​Хорикита. ​Я ​искренне ​восхищаюсь ​твоей ​быстротой ​мышления: ​даже ​при ​самом ​худшем ​раскладе ​ты ​борешься ​за ​любое ​преимущество. ​ ​Класс ​элиты? ​ ​Достойное ​звание. ​ ​В ​итоге ​все ​согласились ​и ​внесли ​свои ​баллы. ​Хорикита, ​Хирата ​и ​Кушида ​внесли ​суммарно ​150 ​000 ​баллов, ​им ​не ​хватало ​всего ​по ​4000 ​личных ​баллов ​от ​каждого ​ученика, ​кроме ​Тацуи. ​ ​Получив ​все ​баллы, ​Хорикита ​обратился ​к ​Чабашира-сенсею. ​ ​— ​Сенсей, ​я ​бы ​хотела ​заплатить ​вам ​300 ​000 ​личных ​баллов, ​чтобы ​вы ​добавили ​по ​одному ​баллу ​к ​проваленным ​экзаменам ​Судо, ​Икэ ​и ​Ямаучи ​и ​предотвратила ​их ​исключение. ​— ​её ​голос ​был ​твёрдым ​и ​ровным. ​ ​— ​Хорошо, ​сделка. ​Судо, ​Икэ ​и ​Ямаучи ​сдали ​экзамены. ​— ​Чабашира ​кивнула ​и ​с ​улыбкой ​сообщила ​им ​об ​этом. ​ ​В ​классе ​возникло ​чувство ​единения, ​и ​все ​с ​облегчением ​улыбнулись. ​ ​Вместе, ​с ​помощью ​всех, ​они ​спасли ​троих ​своих ​одноклассников! ​ ​Звяк! ​Скрип! ​ ​Раздался ​звук ​отодвигаемого ​стула: ​металл ​ударился ​о ​пол. ​Класс ​замер, ​так ​как ​звук ​доносился ​из ​задней ​части ​класса. ​ ​В ​сердце ​каждого ​появилось ​зловещее ​предчувствие, ​и ​воздух ​стал ​холодным. ​ ​Медленно ​обернувшись, ​они ​увидели ​Тацую ​с ​сумкой ​в ​руках, ​идущего ​к ​выходу ​из ​класса. ​Однако ​выражение ​его ​лица ​было ​пугающе ​спокойным. ​ ​Он ​ничем ​не ​выдавал ​своего ​разочарования ​из-за ​того, ​что ​потратил ​впустую ​более ​3 ​миллионов ​баллов. ​ ​Это ​было ​жутко. ​ ​На ​мгновение ​все ​замерли, ​как ​будто ​время ​остановилось. ​ ​На ​лице ​Тацуи ​появилась ​лёгкая ​улыбка, ​и ​он ​поднял ​руку ​с ​телефоном. ​ ​Бип! ​ ​На ​лицах ​всех ​присутствующих ​отразился ​ужас, ​когда ​они ​услышали ​громкий ​звонок. ​Они ​неподвижно ​повернулись ​к ​Чабашире-сенсей, ​которая ​тоже ​застыла ​на ​месте. ​ ​Она ​молча ​достала ​свой ​телефон. ​ ​— ​Ямамото ​Тацуя... ​— ​пробормотала ​она, ​и ​её ​голос ​громким ​эхом ​разнёсся ​по ​классу, ​наполненному ​тишиной. ​— ​...Заплатил ​мне ​300 ​000 ​баллов.