[ Глава 89 "Признание" ]

Как ​раз ​в ​тот ​момент, ​когда ​Нагумо ​собирался ​что-то ​сказать, ​телефон ​Манабу ​зазвонил, ​и ​в ​его ​глазах ​промелькнуло ​недоумение. ​ ​Его ​телефон ​находился ​в ​режиме ​"Не ​беспокоить", ​и ​только ​несколько ​конкретных ​людей ​могли ​связаться ​с ​ним, ​пока ​он ​был ​включен. ​ ​Он ​проверил ​полученное ​сообщение ​и ​замолчал. ​ ​— ​Кто ​это? ​— ​с ​любопытством ​спросил ​Нагумо. ​ ​— ​Не ​твое ​дело. ​Мне ​нужно ​кое-что ​сделать, ​так ​что ​я ​ухожу, ​— ​Манабу ​встал ​и ​оставил ​Нагумо ​одного ​в ​комнате ​студенческого ​совета. ​ ​Нагумо ​не ​стал ​спорить ​и ​просто ​смотрел, ​как ​уходит ​Хорикита. ​ ​— ​Твой ​ход ​мыслей ​такой ​негибкий, ​Кайчо. ​Может, ​поэтому ​твои ​отношения ​с ​сестрой ​так ​искажены... ​— ​пробормотал ​про ​себя ​Нагумо ​и ​поднял ​руку, ​молча ​глядя ​на ​свою ​пустую ​ладонь. ​ ​— ​То, ​что ​ты ​видишь, ​- ​лишь ​печальные ​последствия, ​а ​то, ​что ​вижу ​я, ​- ​возможность ​вырваться ​на ​свободу! ​ ​В ​его ​глазах ​пылала ​страсть, ​которую ​он ​редко ​демонстрировал. ​ ​... ​ ​Манабу ​направился ​к ​общежитию ​первого ​курса ​с ​головой, ​полной ​беспорядочных ​мыслей. ​ ​Сузунэ, ​Ямамото, ​Нагумо ​и ​он ​сам. ​ ​Между ​ними ​образовался ​неизбежный ​круг ​отношений. ​ ​Очень ​опасный ​круг. ​ ​Он ​не ​мог ​держать ​Нагумо ​на ​поводке, ​все, ​что ​он ​мог ​сделать, ​- ​это ​посоветовать ​ему. ​Не ​обращая ​внимания ​на ​восхищенные ​взгляды ​младшеклассников, ​он ​вошел ​в ​лифт ​и ​нажал ​кнопку ​13-го ​этажа. ​ ​Сузунэ ​написала ​ему, ​что ​хочет ​встретиться. ​Было ​18:15, ​и ​Манабу ​решил ​дать ​ей ​10-15 ​минут, ​чтобы ​высказаться. ​Если ​она ​не ​захочет ​говорить ​ни ​о ​чем ​существенном, ​он ​уйдет ​раньше. ​ ​Вот ​так ​просто. ​ ​Как ​президент ​студенческого ​совета ​он ​не ​мог ​терять ​времени, ​особенно ​когда ​приближался ​выпускной. ​ ​Вскоре ​он ​добрался ​до ​места ​назначения ​и ​постучал ​в ​дверь. ​Сразу ​же ​раздался ​звук ​взволнованных ​шагов, ​и ​он ​не ​смог ​удержаться ​от ​горькой ​улыбки, ​но ​разочарование ​подавило ​эти ​нежные ​чувства. ​ ​Прошло ​больше ​минуты, ​прежде ​чем ​ручка ​повернулась ​и ​дверь ​открылась. ​ ​— ​Нии-сан... ​— ​пробормотала ​Сузунэ, ​но ​Манабу ​застыл ​на ​месте ​с ​пустым ​взглядом. ​Сузунэ ​немного ​заволновалась ​и ​повторила: ​"Нии-сан." ​ ​Ее ​зов ​вывел ​обычно ​спокойного ​президента ​Хорикиту ​из ​задумчивости, ​и ​он ​вошел ​с ​непонятным ​выражением ​лица. ​ ​— ​Простите, ​что ​позвонила ​так ​быстро! ​— ​Сузунэ ​извинилась, ​закрыв ​дверь, ​и ​Манабу ​с ​нежностью ​посмотрел ​на ​нервную ​сестру. ​ ​Холодный ​и ​отстраненный ​взгляд ​исчез. ​ ​— ​Ты... ​изменилась, ​— ​пробормотал ​он, ​и ​Хорикита ​была ​ошеломлена. ​ ​— ​Я ​изменилась? ​— ​Манабу ​нахмурилась ​и ​покачал ​головой. ​ ​— ​Позвольте ​мне ​перефразировать... ​Ты ​вернулась ​к ​своей ​сущности, ​Сузунэ, ​— ​Манабу ​посмотрел ​на ​короткие ​волосы ​Сузунэ. ​ ​Лицо ​Сузунэ ​исказилось ​от ​чувства ​вины. ​ ​— ​Столько ​лет ​прошло. ​Почему ​я ​не ​смогла ​вернуться ​в ​прошлое ​раньше... ​Я ​всегда ​сожалела ​об ​этом. ​ ​— ​Тогда ​о ​чем ​вы ​думаете ​сейчас? ​ ​— ​Честно ​говоря, ​я ​бы ​солгала, ​если ​бы ​не ​сказала, ​что ​мое ​сердце ​сейчас ​нараспашку, ​— ​она ​споткнулась ​на ​полуслове, ​прежде ​чем ​выровнять ​дыхание. ​— ​Но ​единственное, ​что ​я ​могу ​сказать ​наверняка, ​это ​следующее. ​Прежняя ​я... ​всегда, ​всегда ​просто ​следовала ​за ​твоей ​тенью, ​но ​я ​больше ​не ​тот ​человек. ​ ​— ​Ты ​удивляешь ​меня, ​Сузунэ, ​— ​сказал ​Манабу. ​— ​Скажи ​мне, ​ты ​уже ​решила, ​как ​будешь ​жить ​в ​будущем? ​Ты, ​которая ​больше ​не ​подражает ​мне. ​ ​— ​Я ​буду ​прокладывать ​свой ​собственный ​путь. ​Я ​найду ​себе ​спутников, ​я ​найду ​себе ​союзников... ​Я ​обрету ​друзей. ​Я ​больше ​не ​буду ​принимать ​одиночество ​за ​независимость, ​— ​ее ​взгляд ​был ​тверд ​и ​полон ​решимости. ​Такой ​яркий ​свет... ​Его ​нельзя ​было ​подделать. ​ ​Ее ​решимость ​была ​очевидна ​для ​него. ​ ​Манабу ​не ​мог ​не ​улыбнуться: ​"Знаешь ​ли ​ты ​причину, ​по ​которой ​я ​до ​сих ​пор ​отталкивал ​тебя?" ​ ​Сузунэ ​на ​секунду ​застыла ​и ​опустила ​глаза. ​Манабу ​молча ​смотрел ​на ​нее, ​ожидая ​ответа. ​ ​Сузунэ ​невольно ​вспомнила ​все ​свои ​разговоры ​с ​Ямамото ​Тацуей. ​Его ​слова ​глубоко ​запали ​ей ​в ​душу, ​как ​она ​могла ​забыть? ​Как ​она ​могла ​не ​знать ​ответа? ​ ​— ​Я ​всегда ​преследовала ​твою ​тень, ​но ​это ​было ​не ​то, ​чего ​ты ​хотел. ​Я ​могу ​показаться ​самонадеянной, ​но, ​если ​я ​не ​ошибаюсь, ​ты ​увидел ​во ​мне ​потенциал, ​потенциал, ​способный ​превзойти ​тебя, ​— ​Сузунэ ​глубоко ​вздохнула. ​— ​Ты ​был ​разочарован ​тем, ​что ​я ​поставила ​планку ​перед ​тобой. ​Что ​я ​ограничила ​себя ​тобой. ​Ты ​хочешь, ​чтобы ​я ​превзошла ​тебя. ​Это ​то, ​во ​что ​я ​верю. ​Скажи ​мне, ​Нии-сан, ​я ​ошибаюсь? ​ ​Она ​подняла ​голову ​и ​устремила ​глубокий ​взгляд ​на ​брата, ​которым ​восхищалась ​большую ​часть ​своей ​жизни. ​ ​По ​лицу ​Манабу ​расплылась ​мягкая ​улыбка. ​ ​Он ​протянул ​руку ​и ​под ​изумленным ​взглядом ​Сузунэ ​нежно ​погладил ​ее ​по ​голове. ​ ​— ​Ты ​права. ​Знаешь, ​я ​как-то ​сказал ​тебе, ​что ​мне ​кажется, ​что ​с ​длинными ​волосами ​ты ​выглядишь ​лучше? ​Это ​была ​ложь, ​я ​сказал ​это, ​чтобы ​подтвердить ​что-то, ​и ​к ​моему ​разочарованию, ​увидев ​тебя ​в ​этой ​школе ​в ​первый ​раз, ​я ​понял, ​что ​ты ​не ​изменилась. ​Ты ​все ​еще ​была ​потерянной ​душой, ​гоняющейся ​за ​моим ​иллюзорным ​образом... ​ ​— ​Прости, ​что ​солгал, ​— ​извинился ​Манабу ​после ​небольшой ​паузы. ​ ​Сузунэ ​выглядела ​потрясенной ​не ​только ​из-за ​внезапного ​извинения ​брата, ​но ​и ​из-за ​того, ​насколько ​его ​слова ​были ​похожи ​на ​слова ​Ямамото. ​ ​— ​Нии-сан, ​тебе ​не ​нужно ​извиняться, ​— ​замахала ​она ​руками, ​но ​на ​ее ​лице ​промелькнуло ​выражение ​нерешительности. ​ ​— ​Скажи ​это. ​Больше ​не ​нужно ​колебаться ​рядом ​со ​мной. ​Я ​рад, ​что ​воссоединился ​с ​тойСузунэ, ​которая ​затерялась ​далеко ​в ​глубине ​моей ​памяти. ​Когда ​я ​вижу ​тебя ​такой, ​это ​очень ​греет ​мне ​сердце. ​ ​Сузунэ ​не ​ожидала ​от ​брата ​таких ​слов. ​Она ​привыкла ​к ​тому, ​что ​он ​говорит ​только ​одним ​предложением, ​а ​иногда ​и ​одним ​словом. ​Но ​никогда ​прежде ​он ​не ​говорил ​с ​такой ​радостью... ​ ​Нет, ​дело ​не ​в ​том, ​что ​он ​никогда ​не ​говорил ​с ​ней ​радостно, ​а ​в ​том, ​что ​прошло ​столько ​времени, ​что ​она ​забыла. ​ ​— ​Нии-сан... ​Ты ​рассказал ​Ямамото-куну ​о ​наших ​отношениях? ​— ​изначально ​она ​не ​собиралась ​использовать ​почетные ​обращения, ​но ​это ​могло ​смутить ​брата. ​ ​Важно ​было ​то, ​что ​она ​подозревала, ​что ​с ​ней ​играют. ​Рассказал ​ли ​брат ​о ​том, ​что ​говорил ​ей, ​Ямамото? ​ ​Она ​все ​еще ​не ​знала, ​какие ​отношения ​связывают ​его ​с ​ее ​братом. ​Характер ​их ​отношений ​и ​странный ​контракт... ​Все ​это ​было ​для ​нее ​одной ​большой ​загадкой. ​ ​Неужели ​Ямамото ​затеял ​изощренную ​ложь, ​чтобы ​манипулировать ​ею? ​ ​Сузунэ ​почувствовала ​холодок ​в ​сердце, ​ожидая ​ответа ​брата. ​ ​— ​Ямамото ​Тацуя... ​— ​пробормотал ​Манабу, ​молча ​глядя ​на ​сестру.