Параллель

      Одри проснулась довольно поздно, удивляясь, что заботливый Давид до сих пор не заставил ее позавтракать. Их нет? Возникли неотложные дела?       Приняв душ, девушка выбрала строгое платье изумрудного цвета в полоску, из горловины которого выглядывала обманка в виде ворота белой рубашки. Единственная нестрогая его черта - длинный разрез на бедре, оканчивающийся в нескольких сантиметрах от нижнего белья. Уложив светлые волосы ровными прядями на плечи, она выглянула в притихший коридор. Где все?       Услышав эхо голосов из гостиной, девушка испытала замешательство. Почему ее не пригласили на собрание? Разве Микаэль не обещал, что она может участвовать во всем и задавать свои миллионы вопросов? Прислушавшись, Одри услышала незнакомый бархатный бас, пустивший мурашки по позвоночнику. Слишком требовательный тон, словно ему должен подчиняться весь мир!       — Ты забыл с кем разговариваешь, Кассиэль, и кому на самом деле служишь?       — На земле есть миссия важнее ваших терок в аду, — возразил голос, будоражащий Одри несколько недель. — Как только Астрея добьется нужных результатов, я приду к тебе сам.       — Я устал ждать результатов, которых вы не в состоянии достичь! Счет идет на дни, если не часы! Охранять эту девчонку больше некому?       Удивительно, как она сама того не желая, встает у бессмертных словно кость в горле. Снова она стала точкой преткновения между Астреей и тем неизвестным властным незнакомцем, который, похоже, имеет для Кассиэля какой-то вес. Что делать? Прервать беседу? Любопытство разрасталось с недюжинной силой, требуя переступить порог гостиной и защитить себя. Защитить Кассиэля...       — Не тебе решать важность нашей миссии, — аккуратно, с присущей ему дипломатичностью, начал Микаэль. — Пока Кассиэль мне нужен здесь, если возникнет острая необходимость, я непременно отпущу его. У нас есть и свое начальство, Люцифер.       — Вашему начальству сейчас не до вас, а миссия, возложенная белокрылыми, более не имеет значения! Ты стал слеп в стенах этого дома, Микаэль? Если небеса рухнут на землю, от вашей миссии и этой смертной не останется и мокрого пятна!       Одри не выдержала накала эмоций, и вдохнув в грудь побольше воздуха, тихо постучала в стеклянную дверь костяшками пальцев. В гостиной повисла тишина.       — Ведьмочка... — услышала она ласковое объяснение Давида, на очевидно вопросительный взгляд незнакомца.       — Очень интересно, — хмыкнул голос, — ну, заходи, тебя-то нам и не хватало, смертная, — он выплюнул последнее слово с таким пренебрежением, что Одри стало плохо. Будто Сомнуса и Фурия было мало, почему она вообще должна доказывать свою значимость чужим ей существам?       Ступив на ковер гостиной, девушка постаралась собраться, скромно поднимая взгляд изумрудных глаз, которые так эффектно подчеркивал цвет ее платья, однако искорки гнева ей погасить так и не удалось, приведя огромного демона в восторг, вызвав ухмылку на жестком лице. Одри старалась не пялиться, но не смогла отказать себе в этом. Это первый демон, который в ее присутствии не прятал огромные красные, как кровь, крылья. Их размах поражал величием. Перья лежали, словно уложенные кондиционером, ровными рядами. Размер их был разным: от легкого пуха до плотных длинных, рождая идеальный инструмент для полета. Огромные когти на концах не оставляли сомнений, что это инструмент ада! Лицо незнакомца было красивым, смуглым, с гармоничными чертами. Волевой подбородок заканчивался мощной шеей, украшенной татуировками. Глаза горели красным, в отличие от темных озёр Кассиэля, которые загорались лишь в периоды гнева. Кожаные доспехи завершали образ мужчины, заставляя негласно уважать, словно кричали о власти этого существа...       Кассиэль поспешно поравнялся с оценщицей, выступив перед ней, словно закрывая собой от нового лица. В это время Одри дожидалась, пока создание ада умерит свое любопытство, разглядывая ее бесстыдно, выделяя каждый изгиб. На его лице играла насмешка и в тоже время в глазах светилась... тоска? Что происходит? Кто он?       — Всегда восхищался тем, что такие создания имеют смелость дышать с нами одним воздухом, — хмыкнул Люцифер, наливая глаза сталью, и девушке стало, по-настоящему, страшно.       — Она не знает, кто ты, Люцифер, не нужно делать поспешных выводов, — мягко начал Микаэль, в попытке разрядить накалившуюся обстановку.       — Да, — подтвердил Давид, вмешавшись, — наша ведьмочка вообще очень воспитанная и добрая. Ее любят люди, животные и некоторые бессмертные ей буквально очарованы...       — Это ты о себе, Давид? — с интересом спросил Люцифер, возвращаясь к замершей на пороге парочке. — Кассиэль, представь нас, раз тебе так важно играть роль цепного пса для этой девчонки!       Глаза демона полыхнули красным, вызвав очередную порцию восторга главы ада. Как забавно наблюдать, как огромный грозный бессмертный, управляющий адскими псами преисподней, благоговеет перед этим недоразумением. В голове родились искры гнева и обиды в глазах горячо любимой Вики, когда она обладала такой же манящей хрупкостью. Люцифер скучал по непризнанной, признав это для себя сейчас слишком ясно. Теперь его жену уважали и на небесах, и в аду, когда она зубами выгрызла себе имя, чтобы стать ему ровней, но тогда... она была его слабостью. Нуждалась в его защите! Сейчас он даже немного завидовал Кассиэлю, ведь, для этого демона все только начинается.       Кассиэль осторожно сжал ладонь Одри, развернувшись к ней, чтобы вывести чуть вперед. В этом легком жесте было столько заботы и желания ее успокоить, что она невольно улыбнулась кончиком губ.       — Это Люцифер, сын Сатаны и нынешний правитель ада, — представил демона он, понимая, что дальнейшие перепалки могут навредить ей.       Одри растерялась. Как ей себя вести? Поклониться? Кивнуть? Может его называют как-то вроде "ваше темнейшество"? А в глаза ему вообще можно смотреть? А вдруг его это оскорбит? Иногда кажется, что лучше бы и дальше она считала их людьми, не было бы таких проблем.       — Эм... — она запнулась, виновато потупив глаза, — меня зовут, Одри, я не знаю, как нужно вас правильно приветствовать. Я прошу прощения, если вам показалось, что я проявила недостаточно уважения.       — Оставь эти прелюдии, — громыхнул демон, улыбаясь. — Терпеть не могу лизоблюдство. Значит, это от тебя зависит дальнейшее существование мира. И почему я не удивлён?       — Я бы и сама предпочла тишь сада за нашими окнами, — честно призналась девушка, поймав его улыбку. — Вам нужен... Кассиэль? — рискнула спросить она, не сумев спрятать во взгляде страх.       — Я планировал забрать его сегодня, чтобы объяснить линию поведения на совете на следующей неделе, но так и быть, подарю тебе несколько дней в его обществе...       Лицо демона прояснилось прежде, чем он обратился к Кассиэлю, который поджав губы, молча держал руку Одри, скрывая алые вспышки в черных глазах:       — Кстати, Кас, ты можешь развлечься прежде, чем у вас не будет возможности скоро увидеться. В аду тебе за это крылья никто не вырвет. Даже интересно выдержит ли твоя хрупкая ваза демонический напор?       Одри не успела возмутиться, когда Микаэль мягко остановил далеко зашедший разговор. Договорившись о том, что Кассиэль появится в тронном зале через несколько дней, архангел пообещал не препятствовать его долгу. Глава ада одним мощным хлопком раскрыл огромные крылья, заполонившие добрую половину комнаты.       — Не заставляй меня приходить за тобой силой, — бросил он перед тем, как вылететь в лоджию. — Буду с нетерпением ждать твоих успехов, маленькая смертная...

***

      Сидя на кухне в компании Кассиэля и Давида, Одри с трудом старалась запихнуть в себя остывший завтрак. По спине бежали мурашки от накатившей тревоги. Что такого могло случиться, что в их дом пришел сам дьявол? Представляя его жутким созданием, девушка наткнулась на новую несостыковку в своей картине мира. Теперь понятно, почему человечеству не дано узнать устройство иной стороны бытия, так и с ума недолго сойти...       — Не обращай внимания, ведьмочка, он не настолько строгий, как хочет казаться... Хотя, в битве страшен, конечно.       — Я думала, что он другой. Ну, такой... с рогами и копытами...       — И нас тоже считала похожими на козлов? — рассмеялся Давид, вызвав ее смущённую улыбку. — Мне жаль тебя разочаровывать.       Оценщица замотала головой, убеждая, что ничего такого она не имела ввиду. Что он хотел сказать про вырванные крылья? И почему сказал, что удивлялся таким существам, как она? Она, что, не единственная, кто перешел дорогу бессмертным? Задав вопрос, она вызвала ухмылку Давида, в то время пока Кассиэль угрюмо молчал, задумавшись над словами предводителя.       — Это слишком долгая история, а мне уже пора бежать по оставленным делам. Думаю, что Кассиэль введет тебя в курс дела. До вечера!       — Счастливо, — бросила она вслед другу, резко разворачиваясь корпусом к демону, лишившему ее сна. — Так что за история?       Кассиэль поймал ее взгляд, полный любопытства и смутился. Щеки залил румянец, когда мозг провел краткую аналогию, проложенную Люцифером. Принесла ж нелегкая. Как будто им своих проблем мало.       — Пока смертный не получит ранга, он считается непризнанным, — медленно начал демон. — Выбирать себе дорогу может самостоятельно, ближе ему рай или ад. Поэтому в аду есть нерожденные демоны...       — А в раю нерожденные ангелы? — спросила она и ее глаза красиво вспыхнули восторгом, вышибив из легких демона весь воздух. Дождавшись его кивка, девушка осмелилась задать наводящий вопрос, — кто-то из непризнанных перешел дорогу главе ада?       Кассиэль надеялся, что этот разговор будет в каком-нибудь далёком будущем, когда они разберутся со зверем, перестанут быть на блюде начальства и смогут больше времени проводить наедине, а его демоническая порода устаканится так, что твердое желание сорваться с цепи и овладеть хрупкой девушкой, как он привык, станет не таким яростным, а в его жестах появится больше нежности, но Люцифер будто нарочно объявился, сжигая вокруг них все выстраивающиеся хрустальные замки.       — Его жена когда-то была человеком...       — Правда? — детское удивление отразилось на красивом лице, заставив демона подавить острое желание впиться в ее губы поцелуем.       Что это за женщина, если она смогла приручить самого опасного демона в аду? Какая она? Сколько в ней внутренней силы? Одри невольно вновь почувствовала себя бесполезной букашкой среди всех этих мощных существ. Восхищение незнакомкой заполнило все ее сознание, заставляя сердце усиленно забиться. Ей до остервенения захотелось увидеть ее вживую, посмотреть насколько она прекрасна внешне и внутренне, и она наивно взмолилась хоть когда-нибудь иметь честь познакомиться с женой самого дьявола!       — Она... демон? — спросила Одри, восхитительно краснея.       — Нет, она выбрала путь ангела, — признался Кассиэль, снова удивив ее до самой глубины человеческой души.       — Что? Но как...       — До войны был наложен запрет на отношения между ангелами и демонами. Именно Вики добилась отмены вета у Бога...       — Из-за любви к Люциферу, — восторженно закончила Одри за возлюбленного. — Какая она, наверное, неземная! Красивая, да?       — Для меня нет никого, красивее... — он немного помолчал, бережно сжав ее пальцы, — тебя...       Губы девушки тронула улыбка, и она невольно ближе придвинулась к своему демону. Ей столько всего хотелось узнать об устройстве их волшебного мира, но ещё больше — побыть с ним. Заглядывать в чёрные омуты, полыхающие алыми вспышками, закручивающимися в адское пламя, распаляющее и ее саму.       — Кассиэль, ты покажешь мне теперь свои крылья? После крыльев Люцифера я вряд ли напугаюсь. Пожалуйста...       — Хорошо. Вечером в саду. Обещаю...