Случайность

Очередное неосторожное движение, и яркая вспышка света не оставляет следа присутствия близнецов. Диппер и Мэйбл не успели опомниться, как рулетка времени уже перемещает их в следующий таймлайн. Подростки упали в мягкий, пушистый, нетронутый никем снег, как на подушку. Но подушку, обмораживающюю за долю секунды. Невзрачная лачуга поблизости... Это Хижина Чудес?! Тут всё серое, какие-то окна заколочены досками и нет ни одной души. Только дом посреди леса, откуда исходит тонкая струя теплого пара, деревья до неба и эти двое, отчаянно спорившие брат с сестрой. Ссора из-за того, в каком будущем они должны проживать, всё больше набирала обороты. Скачок из времени во время сопровождался новой руганью. Изобретение не рассчитано на то, чтобы совершать путешествия каждые пять – десять минут. Машина сильно нагревается, сестра выхватывает её из рук брата в порыве гнева, пытаясь вернуть желанную реальность. Близнецы никак не могут поделить прибор. Они начинают драку, незамечая ничего вокруг себя и врезаются в дерево. На рулетке времени был выставлен 2012 год. Щелчёк и Мэйбл больше нет рядом. По ошибке Пайнс остаётся в прошлом среди сугробов, которые могли бы сравниться с половиной его роста, вечнозелёных елей и пробирающих до мозга костей орегонских морозов. Теперь он один без возможности вернуться обратно домой. Совсем один… Шорты до колен, синяя жилетка, потрёпанная красная футболка и кепка совсем не греют. Теперь остаётся замёрзнуть здесь и сейчас. Как вернуться в будущее, когда Мейбл успела, а Диппер уже не сможет. Машина была сломана и теперь они вместе с мальчишкой лежат на ледяном белом покрывале зимы. Прибор разбит чуть-ли не вдребезги, последнее, на что можно надеяться — найти инструменты и сделать попытку починки вещицы, но в тоже время не умереть от холода, который заберёт сознание младшего Пайнса навсегда.

***

Сухие страницы блокнота для вычислений вновь шелестели на кухне лачуги. Зима нипочём в сухом тёплом доме, тем более вместе с лучшим другом. Хоть стёкла и разрисованы узорами мороза, иногда даже интересно их разглядывать. Стэнфорд пил кофе и снова мечтал о новых мирах, невероятных приключениях и открытии новой эры понимания физики. Вдруг что-то ослепительно яркое мелькает за окном. Учёный никогда не упускает возможности что-то поисследовать и сейчас поступит так же. Он оставляет чашку остывать на столе, а сам накидывает бежевый плащ, в торопях надевает шапку, натягивает сапоги и выходит на улицу. Мороз с первых минут присутствия на свежем воздухе окутывает Форда со всех сторон. Очки запотевают, щёки краснеют, мерзлота начинает колоть шестипалые ладони без перчаток, и слегка идущий снег ласкает лицо Пайнса. Физик идёт по маленьким свежим следам прямо к деревьям, торопливо перебирая ногами, под хруст снега, только напоминающем об Орегонской стуже. С каждой секундой он ближе к ответу на вопрос: "Что там творится около хижины?". Примятого покрывала декабря на дороге всё больше и больше. Кто-то точно здесь был. Стэнфорд делает пару финальных шагов до огромного сугроба, между двух елей, и обходит его вкруговую, затаив дыхание. Форд не поверил своим глазам. Перед взором учёного на снегу лежит маленький мальчик не старше лет тринадцати, одетый совсем по-летнему. Бедняжка почти замёрз, и из его уст еле выходит последний тёплый воздух, а голова от части окровавленна. Он весь дрожит и сильно прижимает к себе какой-то предмет, который исследователь так и не разглядел. Стужа жжёт бледную, оголённую, тонкую кожу подростока, где только можно. Вот-вот его обморозит до конца. Дипперу даже не хватает сил на то, чтобы открыть глаза и посмотреть, кто пришёл. Младший Пайнс просто смирился с обстоятельствами и с минуты на минуту потеряет сознание. Сердце Шестопала сжимается от одного лишь вида замёрзшего ребёнка "из неоткуда". Он, не долго размышляя, бережно поднимает юношу с сугроба, в торопях расстёгивает пуговицы плаща, затем берёт его на руки и кутает мальчика в большой одежде, аккуратно прижимая к своему теплому телу. Старший Пайнс идёт быстрым шагом до своего дома, игнорируя снежные валы и ухабы на пути. Хоть бы подросток не окоченел. Сапоги учёного уже стучат по доскам веранды и дверь в домашнюю лабораторию с грохотом отворяется. Физик бегом снимает обувь и идёт в гостиную. Там он застаёт Макгакета, который усердно что-то считал для их совместной деятельности, в очередной раз постукивая по коленям. Молодой механик отвлёкся от работы на вид друга. Пайнс весь запыханный, раскрасневшийся от мороза, с запотевшими очками и снегом на верхней одежде, прибежал домой, держа на руках мальчишку. На такое зрелище точно отвлечёшься. Он решает прервать тишину. — Стэнфорд, что случилось..? – Спрашивает ассистент, поправляя очки на переносице. — Фиддлфорд, просто принеси все тёплые одеяла, которые у нас есть. Мы не можем бросить этого юношу на произвол судьбы. Расспросы отложи на потом. – Говорит Форд, протирая запотевшие линзы и снимая головной убор. — Как скажешь. Макгакет уходит выполнять указание, а физик кладёт Диппера на мягкое кресло, снимает с него кеды, жилетку, кепку, футболку и шорты, затем накрывает нижнюю часть его тела пледом. Старший Пайнс берёт младшего за левое запястье и находит пульс. Мягкие ладони мужчины слегка сжимают сухожилия, дабы не причинить вреда. Всё же перед ним ребёнок. — Один... два... три... четыре... пять... шесть... семь... восемь... девять... – Считает вслух Форд, переживая за загадочного гостя. — Хорошо, с этим всё в порядке. Шестопал начинает осматривать молодого человека на наличие телесных повреждений. Перебирая пряди каштановых волос, он находит, что у подростока сильный ушиб головы и рассечён лоб, а так же у него есть родимое пятно, как созвездие большой медведицы. Учёный очень любит это созвездие, как Уильям и Ореон. Стэнфорд аккуратно разглядывает и щупает тонкие ручонки, худое тело и ноги, которые не удержали младшего Пайнса. Все части тела обморожены. Они даже не красные, они очень бледные, словно у приведения. Холод оставил свой след без сомнения, въевшись в Диппера везде, где только можно. Сейчас не время задерживаться хоть на чуть-чуть. Надо незамедлительно отогреть мальчика. Фиддс как раз возвращается с тремя одеялами и подушкой, всем остальным можно заняться позже. Юношу устраивают, как можно удобнее. Одно покрывало оказывается под ним, другие два на нём. Под истощённую голову кладут мягкую подушку и свёрнутый, тёплый, вязанный плед в клеточку. Теперь Диппер отогреется от стужи за пределами лачуги и осознает, что произошло. Но только тогда, когда ему хватит сил на то, чтобы очнуться. — Пойдём, присядем, я всё объясню... – Приглашает Шестопал.

***

Пришло время ответов на вопросы механика. Двое присаживаются на скрипучие стулья. Форд складывает руки на столе и знаком предлагает начать Макгакету. У него явно есть что спросить, а момент куда более подходящий. — Так что случилось? Где ты нашёл этого юнца? – Повторяет вопрос ассистент, пристально смотря на друга. — Фиддлфорд, честно говоря, я сам не знаю откуда взялся этот малыш в лесу, тем более так легко одетый. – Говорит Пайнс, взъерошивая свои волосы и снимая плащ. — Я просто пил кофе и увидел за окном яркий свет, оделся, пошёл посмотреть. После я уже нашёл мальчика в сугробе у ёлок. Он почти замёрз. Я не мог его бросить в такую стужу и забрал с собой. Как оказалось дальше, он сильно ушибся и у него обморожение. — М-да... Что с ним теперь делать? Я даже не знаю, не сталкивался с таким раньше. Может позвоним в полицию или больницу? — Думаю не стоит. Пусть отогреется, мы сами обработаем ему раны, а дальше уже посмотрим. – Продолжает мягкий тихий голос Форда. — Вдруг он напугается. Макгакет кивает в знак согласия, и учёные остаются сидеть в тишине, прирываемой лишь свистом разыгравшейся метели снаружи.

***

Прошло полчаса. Часы с кукушкой на стене пробивают ровно шесть вечера. Уже стемнело. Фиддлфорд заканчивает считать, а исследователь нервно думать на счёт находки. Стэнфорд встаёт, чтобы поставить чайник. Он проходит мимо жёлтого кресла и снова разглядывает лицо мальчика. Чем-то он похож на него самого. Диппер открывает слипающиеся глаза и отходит от ледяного сна. Пайнсы смотрят друг на друга, не отводя вгляд. Первым нарушить молчание рискнул подросток. — Доброе утро, дядя Стэн! – Зевок. — Прости, я случайно уснул в твоём кресле. А что ты сделал с волосами? И почему ты так странно одет? – В обычном настроении говорит Диппер и потягивается, пытаясь до конца проснуться. — Малыш, прости, но меня зовут Стэнфорд Пайнс, можешь обращаться просто Форд. Я конечно понимаю, что ты сильно замёрз и возможно потерялся, но пожалуйста, ответь мне на вопрос. Что ты делал один в лесу, так легко одетый и в такой холод? – Тихо спрашивает учёный, располагая к себе. Он не хочет, чтобы с беднягой случилось что-то ещё. В один момент молодой человек понял всё и сразу. Кусочки пазлов сложились воедино за пару секунд. Он вспомнил ссору с сестрой, сломанную рулетку времени и снег. Много снега, стужу и деревья. Подростк понял, что остался в прошлом и сейчас добрый человек, очень похожий на Стэна, а может быть, это он в молодости, но почему-то просит называть Форд, подобрал его и согрел. Мальчишка осознал, что раздетый лежит под кучей одеял. Здесь вроде бы всё также. Это то же кресло, тот же дом, только в другом времени. А вот в каком, это уже задача. Лицо младшего Пайнса покосилось в ужасе от осознанного. Стэнфорд, в отличие от Диппера не понял ничего. Кто этот паренёк? Почему он сначала назвал его Стэном? Он что-то знает об его брате или есть настолько похожий человек на него, с именем, как у брата? Как мальчик попал сюда? Он поправляет очки и опускается на корточки, чтобы находиться на одном уровне с незнакомцем. — И-и-из-извините пожалуйста. Мне трудно будет всё это объяснить... и... и вы наверно сочтёте меня за параноика... э-эх... – Младший Пайнс опускает взгляд в пол и печально выдыхает. — Эй, я точно не буду считать тебя параноиком. Мальчик мой, я – учёный. Мы не смеёмся над другими. — Приподнимая подбородок и заглядывая в глаза, успокаивает Шестопал. — Может быть представитесь, юноша? — Ах да, конечно, простите. Меня зовут Диппер Пайнс, мне двенадцать лет. Калифорния. – Нервно потирая затылок, извиняется молодой человек за отсутвие своих манер. — Приятно познакомиться, Диппер Пайнс. – С улыбкой произносит физик и протягивает шестипалую ладонь для рукопожатия. — Мн-мне тоже... – Растерянно говорит подросток, расплываясь в глупой улыбке и пожимает руку мужчины своей, вынутой из-под покрывал. — По-подождите, у вас шесть пальцев или мне кажется? – С яркими расширенными зрачками задаёт вопрос мальчик. — Да, всё так, тебе не кажется. Я не вижу в этом совсем ничего плохого. — Чт-что вы! Я не имел в виду, что это плохо. Просто, просто у меня... у меня есть кое-что. – В попытке встать, говорит подросток, ищя свою жилетку. — Ох, вы бы не могли вернуть мне мой жилет, пожалуйста... — Да, конечно. – Приподнимая уголки губ, учёный даёт вещь владельцу. Диппера переполняют эмоции разного рода. Он очень взволнован, рад, печален, перепуган и в восторге одновременно. Его щёки заливается краской и он наконец достаёт заветную книгу из кармана. Бардовый дневник, с цифрой три на золотистой шестипалой ладони, поднимают над взъерошенной головой ручонки. — Стой.... – Тяжёлый вздох. — Откуда... откуда у тебя... мой дневник..? – Спрашивает Стэнфорд. — Ты же всё время нахождения в хижине спал здесь... — Вы автор?! Звёзды в очах мелькают с большим энтузиазмом. Диппер не может поверить в происходящее. Да он в прошлом, да неизвестно когда, неизвестно где, но это автор!!! — Фиддс, посиди с ним минутку. Я сейчас вернусь. – В торопях соскальзывает с уст физика. — Уже иду. – Доносится с конца комнаты. Пару шагов механика, и младший Пайнс с открытым ртом теперь смотрит на него. Высокий, худощавый, второй молодой исследователь. Он повторяет действие друга и также опускается вниз, чтобы сравнять уровень глаз, присаживаясь на пол. — Хорошо, э-эм, Диппер. А меня зовут Фиддлфорд Макгакет. Я тоже учёный, мы с Фордом работаем вместе. – Тихо говорит мужчина и так же протягивает ладонь для рукопожатия. — С вами тоже приятно познакомиться... – Застенчево отвечает взаимностью мальчик и продолжает с удивлением рассматривать всё вокруг. Фиддлфорд Макгакет – ещё раз пронеслось у юноши в голове. Неужели, это тот сумасшедший старик? Он знаком с молодым дядей Стэном или незнакомец всё же не Стэн? Их дядя вроде не учёный, но человек, спасший юнцу жизнь представился как Стэнфорд Пайнс. Не хватает всего лишь одной детали для понимания происходящего. Не прошло и полминуты, как скрипучие половицы предвещают приход друга. Стэнфорд возвращается со своим дневником, который он ведёт непосредственно сейчас. Две книги выглядят эдентично одинаково и как будто в них нет отличий. И там, и там бардовый переплёт. Золотая ладонь с шестью пальцами тоже один-в-один. Первые несколько страниц точь-в-точь, как будто кто-то перепечатал журнал и теперь он продаётся в общем издании. — Не может быть... Вот сейчас серьёзно, откуда у тебя такой дневник? – С недоумением смотрит физик. — Однажды я нашёл его в лесу и эта книга перевернула мою жизнь. Знаете, я очень хотел найти и автора, а сейчас... — Допустим. Я понял, это очень длинная история, расскажешь её позже. Хорошо? – Прерывает старший Пайнс. — Да, но я могу и сейчас рассказать! Почему потом? — Диппер, взгляни на своё тело. У тебя обморожение. Сейчас я займусь этим, а дальше мы пообщаемся на разные темы. Если хочешь. Младший Пайнс приподнимается, облакачиваясь на локти, и одной рукой приспускает одеяла. Действительно, всё стало красное, после того, как он немного согрелся, и в некоторых местах есть волдыри. Тело ужасно ломит, просто юноша сразу этого не заметил, в виду тех обстоятельств, в которых он находится на данный момент. Мальчик понимает, что взрослый говорит о правильных вещах, и сейчас надо его послушаться. — Хорошо, вы правы. — Тогда позволь мне помочь? — Д-да, да, конечно. — Укройся обратно, а то снова замёрзнешь. Я обработаю тебе потихоньку раны. Не переживай, больно не сделаю. Диппер кивает головой и беспрекословно выполняет указания. Он снова оказывается под одеялами, и приятные мурашки от тепла пробегают по всему телу. Форд отворяет дверцы деревянного надвисного шкафчика и достаёт аптечку. По дороге до кресла он захватывает один стул и ставит рядом с мальчиком. Белая коробочка открывается на табурете и учёный берёт всё, что ему потребуется. Стэнфорд обрабатывает руки антисептиком и не торопясь открывает какие-то склянки. Едкий больничный запах пропитывает всю комнату. Подросток почувствовал страх по непонятной ему причине. Как будто мужчина хочет причинить вред, но вроде бы это не так. Тем более физик уже подобрал его на улице и не дал умереть. Глаза юноши смотрят на все действия с недоверием, и он отодвигается до спинки кресла. Дальше отступать некуда. — Диппер, ты готов? Просто, смотришь на меня так странно. — Э-э-э-эм нет, то есть да, а-а-а... – Неуверено мямлит мальчишка. — Всё нормально? Не бойся меня. Я второй раз обещаю, что не сделаю тебе больно. Давай. Вдох, выдох... Вдох, выдох... – Прерывает старший Пайнс. Молодой человек решает так и сделать. Он глубоко вдыхает и выдыхает несколько раз. После мальчик отдаётся учёному. — Да, теперь готов. — Тогда я начну. Не делай резких движений. Стэнфорд заботливо поднимает каштановые пряди со лба и мокрой марлей вытирает личико от остатков крови. Юноша до сих пор переживает и нервно моргает, наблюдая, как взрослый пытается помочь. Его бросает в ещё более сильное беспокойство при виде того, как Шестопал чем-то пропитывает вату и взбалтывает баночку с полупрозраяной жидкостью. Одно мгновение и Форд уже промывает повреждение, которое начинает шипеть и колоть. Чтобы мучения не продолжались, учёный обрабатывает его мягкой ватой, и большие руки старшего Пайнса проходятся мазью от ушибов вкруговую раны. Она жжётся, но как только физик убирает пальцы, по телу проходит приятный холодок. После, белыми бинтами прилежно заматывается голова и остаётся лежать на пушистой подушке. — Всё в порядке? Не туго? – С приподнятыми бровями интересуется Стэнфорд. — Да, всё в порядке. — Сейчас пожалуй, я ещё перевяжу тебе места, где ты сильно обморозил кожу и... — И пойдём ужинать. – Говорит Макгакет, выглядывая из-за косяка двери. — Форд, надо покормить нашего гостя. — Да, Фиддлфорд, хах, ты как всегда нашёл мою ошибку. – С неловкостью признаёт Шестопал. Младший Пайнс улыбается, глядя на этих двох, и думает, как хорошо, что он именно здесь, а не пропал в эре динозавров или первопроходцев. Марля постепенно окутала часть его рук и ног, а также грудную клетку. Учёный старается выполнять свои действия как можно аккуратнее. В этот раз она абсолютно сухая, так надо, чтобы она послужила согревающей повязкой. Юнец похож на древнюю египетскую мумию. Подростоку возвращают высушенную одежду и теперь он выглядит по-человечески, в торопях натянув всё обратно. — Мистер Пайнс, апчхи, спасибо вам большое. Мне уже лучше. — Пожалуйста. Только давай, просто Форд, не надо официальности. И будь здоров. — Спасибо. Извините, я... — Не извиняйся, всё в порядке. – С улыбкой произносит Стэнфорд. — Скажи, ты можешь ходить, после всего, что с тобой приключилось? — Не знаю. Я попробую. Ноги медленно спускаются на пол. Диппер, держась за руку Форда, делает попытку пойти, но она феерично проваливается. Второй ушиб головы мог быть обеспечен. Парень бы упал, но Шестопал успел его поймать, подхватывая за талию и усаживая на место. — Тогда я тебя донесу до кухни. Ты наверное проголодался? — Хах, да, вы в очередной раз правы. Диппер снова оказывается в объятиях мужчины, который на руках несёт его ужинать. Щетина на подбородке немного колет лицо ребёнка, но ему даже приятно. Он знает, что сейчас не один. Добрые люди не оставили мальчишку умереть. Подросток смотрит на обстановку в доме, и всё равно его охватывает чувство, как будто он и не в прошлом.

***

Тёплый пар и вкусный запах исходит от трёх тарелок на кухонном столе. Вся комната заполнена приятным ароматом выпечки. Пока старший Пайнс врачевал юношу, его друг приготовил блинчики на ужин и заварил чай. Диппер снова разглядывает всё помещение до мельчайших деталей. Тут тоже обстановка, как дома, за исключением того, что время отличается. Те же чашки, ложки, обои и мебель. "Вот только когда я?" – опять подумал мальчик. Сегодня это вопрос дня, терзающий его без остановки. — Идёмте есть. – Хихикая, нарушает молчание Макгакет, оглядывая двух застывших людей о чём-то задумавшихся. — Да, ужин. Точно. – Опомнившись говорит физик. Учёные усаживают подростока и сами присаживаются за трапезу. Стук столовых приборов ничто не прерывает. Блинчики очень вкусные, а проголодались все. Всё же Фиддс готовит лучше, чем Шестопал. Уплетать этот шедевр кулинарии вряд ли кто-то из присутствующих отказался бы. Поэтому, все придаются молчанию и просто наслаждаются ужином, под свист ветра снаружи и зимние пейзажи за окном.

***

Теперь, когда все поели и отсался лишь остывающий чай, можно начать беседу. Объяснения друг от друга никто не отменял. Каждый жаждет услышать ответы на свои вопросы. — Диппер, давай так. Ты хотел поведать нам историю, откуда у тебя точная копия моего дневника, но расскажи пожалуйста, как ты сюда попал? — Форд, Мистер Макгакет, вы мне не поверите, но я... — Мальчик мой, этот город сплошные аномалии, вряд ли, ты расскажешь то, что действительно удивит. Смелее. – Подбадривая, произносит мужчина. — Я... – Младший Пайнс глубоко вдыхает. — Я из будущего... Учёные переглядываются и даже не знают, что сказать. Они ходили на НЛО, строят межизмеренчиский портал, видели великое множество самых необычных существ, но с таким ещё не сталкивались... —Из будущего?! – В один голос удивлённо спросили мужчины. — Да. Я знаю, вы мне не поверите но... — Не в коем случае. Как минимум я тебе верю, думаю, мой ассистент придерживается того же мнения. Да, Фиддлфорд? — Да, Стэнфорд. — Ох, удивительно! Обычно все надо мной смеются и говорят, что я несу какую-то чушь. — Мне жаль, что с тобой так поступают. У меня в детстве было тоже самое. Но с помощью чего ты оказался у нас? – С сочувствием говорит Форд, поправляя очки. — У меня... у меня есть рулетка времени. Только она сломалась... – Робко произносит юноша и достаёт разобранную на части машину из кармана. — Теперь, я не смогу вернуться домой... — Не отчаивайся, Фиддс механик от Бога. Может быть он посмотрит и попробует починить. – Поднимая подбородок, утешает старший Пайнс и знаком предлагает дать прибор второму учёному. — Действительно, давай посмотрю. Диппер кладёт остатки машины времени на стол и надеется на лучшее. Выходит, что это последняя надежда на возвращение, а пока, пристанещем для него будет Хижина Чудес неизвестно когда. Кстати о "когда", самое время узнать дату и время. — Скажите пожалуйста, а какой сейчас год? — Тысяча девятьсот восемьдесят первый. Двадцатое декабря. – Поворачивая голову в сторону цветастого календаря на стене справа от двери, уточняет физик. — Я тридцать один год назад... – Подросток прикусил нижнюю губу. Его руки так и схватились за голову, цепляясь в свою нерасчёсанную шевелюру, трепая её ещё больше. — Получается, твоё родное время две тысячи двенадцатый год? – С изумлением спрашивает ассистент, до конца не воспринимая, что перед ним за одним столом сидит человек из другого времени. — Да. Если вкратце из моей биографии, то вот как всё обстоит. Я – Диппер Пайнс, живу в штате Калифорния, Пьемонт, стараюсь хорошо учиться и всё такое, но в школе мне не очень нравится. Там, меня вечно задирают из-за родимого пятна, которое впрочем, вы тоже наверное заметили, когда обрабатывали мои раны. – Начинает рассказ паренёк. —У меня есть сестра‐близнец по имени Мэйбл, и с ней нас отправили на лето в Гравити Фолз к двоюродному деду, которого мы зовём дядей. Его имя Стэнфорд Пайнс, для нас дядя Стэн. У него есть торговая туристическая лавка Хижина Чудес, где он проводит экскурсии и впаривает туристам всякие подделанные самостоятельно сувениры. Там было ужасно скучно, но в один прекрасный день меня отправили развешивать указатели в тёмной части лес. Я прибивал гвозди в стволы деревьев и наткнулся на полое дерево, внутри с какой-то штукой. Я пощёлкал выключатели, открылся тайник. Там и находился дневник, в котором загадочный автор описывал все чудеса и тайны городка, а так же он заносил инструкции по сборке какой-то огромной мощной машины, невиданной человечеством, обязанной изменить мир. В конце записи резко обрываются, как будто владелец книги внезапно исчез и написано "Никому не доверять". — Я не писал такого. – С недоумением говорит Шестопал, собирая масштабный пазл событий в своём разуме. Что ещё могло пройти с этим молодым человеком, с момента приезда в Гравити Фолз?— Ладно, продолжай. — Как я попал сюда? Случилось так, что сегодня наш дядя устроил ярмарку. Флажки, ларьки, ну вы поняли. Есть одна хорошая девушка, которая мне нравится, но из-за моей ошибки, мы не могли быть вместе. Вечером я уже растроился и думал, что всё будет по-другому, и на моё неописуемое удивление, мы сестрой случайно наткнулись на путешественика во времени. Вот чего я только не видел в Гравити Фолз, а это меня действительно удивило. До этого я и Мейбл сражались с гномами, видели живогрыза городка, которого построил старик Макгакет, дали отпор проклятым восковым фигурам, расплавив их на воск, победили телепата Гидеона с волшебным амулетом, бились с призраками заброшенного магазинчика, я пережил атаку своих же клонов и встречу с мужикотаврами. Как выяснилось, этот человек искал временные аномалии, которые походу мы и насоздавали с сестрой, пока ругались. Дело в том, что единственное будущее, где я не совершаю ошибку, означало потерю любимой свинки Мэйбл, выйгранную на этой самой ярмарке. Знаете, ведь каждый хотел бы вернуться назад и что-то исправить, так получилось в моём случае. У Стэнфорда промелькнуло в голове "вернуться назад и исправить...". Ему всегда хотелось исправить инцидент с братом. Он всё таки скучал по нему, хоть и молчал об этом, никогда не упомяная в диалоге. Также ему и хотелось поступить в Западный Технологический, чему увы, так и не суждено было сбыться. — Она не хотела, чтобы так было и выхватила у меня рулетку. Сначала мы прыгали по эпохам и столетиям, а потом оказались здесь. Мы так и не смогли поделить прибор, а после домой успела вернуться только она. Учёные внимательно слушают и не прерывают мальчика, видимо он действительно не шутит и всё это правда. Конечно, Фиддлфорда смутило то, что в рассказе присутствует его фамилия и так называемый "живогрыз", которого он в будещем построит. Вопрос только зачем? Форда смущает другое. Всё таки, получается странная история попадания дневника в руки мальчика. И какая-то Хижина Чудес тоже странное место. Подросток уже побывал уже в множестве передряг, а эта оказалась одной из них. Он тяжело грустно вздыхает и продолжает свой рассказ. — Так вот, Мэйбл вернулась в наше время, а я... Я остался тут. – Ещё один тяжёлый вздох. — Мне стоит вас отблагодарить, потому что, если бы не вы, Форд, я бы замёрз, даже не попытавшись возвратиться. Рулетку мы сломали в ходе необдуманных действий с сестрой и всё. Теперь я здесь. Моей последней надеждой оставалось починить её... У меня нет ни тёплой одежды, ни инструментов. У меня нет ничего, кроме того, что сейчас на мне, книги и прибора. — Понятно, Диппер. Мне жаль, что так получилось. – С печалью говорит Форд, ошеломлённый историей юнца. Это всё большая ошибка, которую младший Пайнс не в силах исправить. Он слишком молод, чтобы чем-то себе помочь в таком случае. — Но в голове у меня всего-то не укладывается одна вещь. – Подросток сидит с задумчивым выражением лица и проедает взглядом всё окружающее его пространство, отхлёбвая чай со стакана. — Какая? У меня тоже не укладывается многое сейчас... – Опираясь головой на руку, согнутую в локте на столе, произносит Стэнфорд. — Я нахожусь в Хижине Чудес прямо сейчас, но это... это дом-лаборатория двух гениальных учёных!! Но мой дядя точно не может быть научным сотрудником, в этом я уверен больше, чем в чём-либо другом. Он в восьмидесятые делал бизнес, а вы занимаетесь исследованиями и ведёте потрясающий дневник! – Восклицает ребёнок. Диппер всё лето мечтал пообщаться с автором книги, а оказаться у него дома, это вообще подарок судьбы. Даже при таких обстоятельствах. — Хочешь сказать, в будущем мой дом будет туристической лавкой? – С пустыми глазами, удивляется учёный. Как? Что должно произойти, чтобы случилось такое. Пайнс нарочно построил лабораторию здесь. Он специально выбрал место в лесу, где никто не помешал бы исследованиям и не стал беспокоить его. Это его пристанеще научных трудов и невероятных открытий. — Да, потому что это действительно так. А ещё, мой дядя с вами как две капли воды, у него и имя такое же. Различие лишь в том, что у вас шесть пальцев, есть ямка на подбородке, и вы не смеётесь надо мной... – Смушённо опуская карие глаза вниз, вздыхает юноша. — Слушай, Диппер, я запутался, как и ты... Понятия не имею, как может образоваться такое будущее, но пока есть, как есть. – Щипая переносицу и думая, как всё могло произойти, мямлит физик. — Скажите, а у вас нет брата-близнеца, как у меня, например сестры? — Чт-что? – С неловкостью спрашивает старший Пайнс. Он слегка краснеет. Как будто подросток всё знает про него и брата. Будто его видят насквозь и он невероятно проницаемый. Ему не особо хотелось об этом беседовать, потому что эта тема, как казалось Шестопалу, была очень личной, и её не стоило затрагивать. Но сейчас видимо выбора немного. От безысходности придётся пояснять моменты из своего прошлого. — Стэнфорд? – Из под очков Фиддлфорда на друга падает недоумевающий взгляд. — Что вы на меня так смотрите? – Мечась глазами по сторонам, интересуется физик. — Скажи правду, мальчик прав? — Абсолютно. Но что в этом такого?! – Форд поднимается со стула и начинает расхаживать туда-сюда по кухне, то и дело измеряя её шагами. —Да, у меня есть брат. Что с того? Мы не виделись уже около десяти лет. Я не хочу с ним перекинуться даже парой слов. Он... он... не важно. Физик закрывает лицо руками, чтобы скрыть смущение и наконец останавливается у окна, опираясь спиной об стену. Сейчас, как никогда хочется провалиться под землю и плакать. Жизнь развела юных парней по разным концам света и не давала больше повода для встреч, как бы не хотелось обоим. Ассистент замечает, что есть причины не вести разговор и подходит к Форду. Его хрупкие худые руки ложатся на плечи друга и он слегка поглаживает старшего Пайнса по мятой белой рубашке. — Не расстраивайся ты так... Мы же не знали, что это больная тема... Физик снимает очки, кладёт их на стол и опускает руки, закрывавшие красное лицо. — Прости, Фиддлфорд. Всё в порядке. — Ты уверен? – Поварачивая голову Шестопала на себя, спрашивает Макгакет. — Чёрт, нет! Нет-нет-нет!!! – Восклицает Стэнфорд. — Я... я, извини, Фиддс. Я не люблю обсуждать своё прошлое. Диппер встаёт со стула, робкими шагами ковыляет от точки отправления. Он берёт своего спасителя за руку и поднимает маленькую забинтованную голову наверх. — Форд, простите меня за то, что вам пришлось так переживать. – Большие глаза смотрят на него снизу. — Малыш, ты не виноват. Шестипалая ладонь поглаживает по голове юношу и прижимает к себе. — Я не хотел рассказывать, но вы поставили меня перед фактом. И предположительно данная информация поможет распутать ситуацию. — Если ты не хочешь... – Начинает механик. — Я поведаю. Но сперва, Диппер, присядь пожалуйста, ты и без этого слаб. Мальчик слушается. Учёный поднимает его тощее тело и усаживает обратно. — Да, у меня есть брат... Стэнли... – Наклоняя голову и вновь щипая переносицу медлит Форд. — Мы в детстве были не разлей вода... Не скрою, мне нравилось проводить с ним время. Мы гуляли по пляжу битых стёкл в Нью-Джерси. Тот морской воздух и ослепительное солнце я не забуду никогда. Мы вместе строили наш корабль – Боевого Стэна, вечерами сидели на качелях, любовались закатами, бегали по песку, будучи беззаботными школьниками. Да, мне не нравилось то, что из-за моих шести пальцев на меня повесили клеймо и со мной никто не дружил. Но брат всегда был рядом, мы были хорошим дуэтом. — Что же такого случилось, что вы перестали общаться? – Удивился ассистент. — Всё изменилось в один день. Фиддлфорд, ты же знаешь, что моя тяга к знаниям неиссякаямая. Так вот, в школе, мне предложили уехать учиться в лучший университет страны – Западный Технологический, благодаря моему проекту вечного двигателя. Стэнли сломал его, чтобы я остался, отец был этим "не впечатлён" и выгнал его из дома, в ходе нашей со Стэном ссоры. — Грустная у вас история, Форд. — Не буду отрицать, Диппер... После того, как брат покинул дом, я окончил школу и поступил в Дерарвард – Технический институт Восточного Побережья. Там мы познакомились с Макгакетом, вместе учились и приехали в Гравити Фолз, чтобы изучать городок. Хижину я построил на деньги от гранта. Сейчас мы занимаемся нашим любимым делом и всё хорошо, но о Стэнли я предпочитаю молчать. — А вы не пробовали помириться, как я с Мэйбл? — Нет. Он загубил мою мечту, а сейчас то и дело уклоняется от закона, снимаясь в рекламах и продавая всякую бессмыслецу. Ты точно видел его по телевизору с очередной ерундой, Фиддс. — Хах, да. В первый раз я подумал, что это ты подпольно снимаешься, но потом решил, что тебе такое точно не к лицу и выкинул эту мысль с головы. — М-да, я явно не похож на того, кто бы мог стать актёром рекламы. — А что насчёт дневника? Вы не хотите посмотреть мой? – Протягивая журнал мужчине, предлагает младший Пайнс, забывая про все правила путешествия во времени. — Давай. Полюбуюсь своим научным трудом, который будет существовать ещё ближайшее тридцать лет точно. Старший Пайнс берёт книгу и начинает пролистывать страницы одну за другой, пока ничем не отличающийся. Приятно, что её тяжесть с годами не меняется, а обложка не выцветает. Гномы, летучие глаза, зомби, часть чертежа к порталу... Билл? — Что? Нет, почему? – В замешательстве. "Биллу доверять нельзя!.. Не призывать ни в коем случае!" Буквы выведены собственной рукой Стэнфорда в его собственном журнале, который он заполняет каждый день. Только... Неужели ассистент прав в плане того, что это не безопасная затея? А если Билл его и вправду обманывает..? Физик совсем запутался. У него не клеится в голове ровно ничего. Книга выпадает из рук учёного с громким грохотом и под действием гравитации приземляется на деревянный скрипучий пол, в полёте закрываясь. Гробовая тишина виснет на пару секунд и старший Пайнс приходит в себя. Столько шокирующей информации за день не было с самого начала жизни Форда. — Фиддлфорд, скорее всего ты прав... — Кто такой Билл? – Спрашивает ассистент, прибывая в явном замешательстве. — Ты видел меня когда-нибудь с жёлтыми глазами? — Пару раз. Я подумал, что мне показалось. – Пожимает плечами механик. — Если подробно рассказывать, будет слишком долго. Это потом. В общем, Билл и дал мне чертежи проекта, помогая с исследованиями в каких-то моментах. Я знаю, это странно, но мы не можем продолжать работу. — Наконец-то ты понял, что это не лучшая идея, а отнюдь наоборот. Проект? Что за проект? Кто такой на самом деле Билл? Что происходит? Нет, нет, нет... похоже я повлиял на ход истории... Теперь случиться то, чего не должно было произойти... А вдруг я исправил ошибку в судьбе Форда. А если нет? Что я натворил... – Задумываясь о последствиях ужасается подросток. Разговор старших так или иначе завлёк его с научной точки и зрения и неподдельным желанием знать всё, открывая всё более и более удивительные факты о городке для себя. Кто бы мог подумать, что автор дневника – брат дяди Стэна. Вот только, как всё случилось со Стэнфордом, что он покинул свою лабораторию и брат живёт с его именем? Это так и останется на сегодняшний день загадкой для мальчика. А пока что, можно пить полуостывший чай и радоваться тому, что жив. Мужчины тоже потягивают напиток на травах, мысленно прикидывая план действий, и тщательно продумывают последствия. Друзья с колледжа так и останутся единомышленниками в каких-то моментах, но конечное решение за старшим Пайнсом. — План такой. – Делая последний глоток с кружки, начинает физик. — Диппер, мы должны помочь тебе вернуться, но просто так я тебя не отпущу. У подростка сжалось сердце от фразы "но просто так я тебя не отпущу". Что теперь? Самые худшие исходы и варианты окутывают озабоченную голову младшего Пайнса. — Чт-что вы со мной сделаете..? – Всё больше и больше впиваясь в спинку стула, в страхе спрашивает юнец. — Ох, не пугайся. Я просто хочу залечить твои раны до конца. Не отправлять же тебя в будущее на произвол судьбы. – Поглаживая тревожную взъерошенную макушку, утешает учёный. — Простите... — Всё в порядке. Не извиняйся. Итак, требуется вылечить нашего необычного гостя, починить прибор, заморозить этот проект и... вроде всё? — Стэнфорд, Рождество. – Хихикает механик. — Да, точно! Как я мог забыть. Постоянная рождественская музыка на каждом углу в городе уже становится невыносимой. Юноша допивает свой чай, не зная что делать, остаётся сидеть на стуле и проедает взглядом пространство. Загадки стоит отложить на потом, потому что сейчас учёные тоже допили чай и куда-то собираются, кивая друг другу. Младший Пайнс не заметил, как настала половина десятого вечера. Конечно спать хочется, но это слишком непривычно при таких-то обстоятельствах. Форд подхватывает юношу на руки в очередной раз, от чего тот вздрагивает, явно не ожидая такого. — Ой... – Соскакивает само сабой с уст мальчика. — Диппер, всё в порядке? — Д-да, просто неожиданно. — Вот и прекрасно. Просто я подумал, что уже поздно и ты точно устал, поэтому идём спать. – Улыбаясь, размеренными шагами отправляется с кухни Шестопал. Всё слишком знакомое... Почему Форда нет в две тысячи двенадцатом? Куда он исчез? Что скрывает Стэн..? — подумал снова младший Пайнс под тихий шум половиц.

***

Фиддлфорд ушёл в свою комнату отдыхать, а старший Пайнс отправился к себе вместе с мальчишкой. Учёный усаживает юнца на табурет и принимается расстилать постельное бельё. Простынь, подушки, покрывала поднимаются одни за другими в воздухе и покорно ложатся на оранжевый диванчик. — Слушай, к сожалению я не могу предложить тебе отдельную комнату или пижаму. – Сравнивает уровень глаз учёный. — Поэтому нам придётся поспать вместе. Можешь пойти умыться, только осторожно и если вдруг что – зови. Я помогу. — Хорошо, да-а-а... я, я быстро. – Произносит подросток и уходит в ванную. Дверь в комнату скрипнула, юнец открыл кран. Тёплая вода лакаскает его лицо и вновь греет. Почему-то всё здесь греет и всё знакомое. Но надо воспринимать одно "но" – время другое... Где сейчас Мейбл? Она наверное сильно переживает... Вентили закрываются, и младший Пайнс перебирает еле держащими его ногами от усталости. Физик уже ждёт его. — Диппер, ложись. Я уверен, что ты очень устал. — Хлопает ладонью рядом с собой исследователь, приглашая наконец отдохнуть. — Ох, да... — Давай, вот так. – Старший Пайнс накрывает одеялом юношу и ложится рядом с краю. Дом погружается в полную тишину, прерываемую только ровным дыханием и вздохами троих. Диппер удобно устроился под рукой Стэнфорда и наслаждается его теплом. Так приятно спать, когда знаешь, что не один. Не один в бескрайнем пространстве вселенной, простирающимся до бесконечности. Бесконечности миров, других вселенных и параллельных реальностей, где каждый проживает свою индивидуальную историю, пусть в один штрих, но отличающуюся от других. — Форд... – Шёпотом обращается ребёнок. — Да, мальчик мой? – Хрипит устало старший Пайнс. — Спасибо большое вам ещё раз... — Любой бы так поступил. Не бросать же тебя! — Нет, не любой. Всё равно, спасибо вам. Вы мне не отказали и как думаете, мистер Макгакет сможет починить прибор? — Рассчитываю, что да. Фиддлфорд прекрасный механик. — Сколько это может примерно занять времени? — Этого я не могу сказать. Прости, но нам сначала нужно будет кое-что доделать по научной работе, но потом мы обязательно попробуем. — Я могу вам как-то помочь? — Э-э-эм, нет, это слишком опасно для тебя. — Ладно... Я даже не знаю, как вас отблагодарить... — Не стоит. Всё в порядке. — Я... — Нет, всё нормально. Спи, мальчик мой. — Заканчивает Шестопал. Диппер сам того не замечая проваливается в мир грёз и пропадает в беспамятстве до самого утра вместе со Стэнфордом. Ничто не мешает им спать, кроме свистящего ветра. Сегодня юноша очень устал. Путешествия во времени больно утомительные. Что касается Форда – он уже не в состоянии о чём либо думать. Пришло время покоя.