Рождество, часть 1

«Last Christmas

I gave you my heart

But the very next day you gave it away

This year

To save me from tears

I'll give it to someone special…»

Двадцать четвёртое декабря. Рождественский сочельник. Сквозь ветражное окно начали пробиваться лучи позднего зимнего рассвета. Они стали касаться лица Форда и как бы ему не хотелось ещё немного поспать после целой ночи, посвящённой вязанию свитера для Дипппера, он подумал, что светило решило этот вопрос за него. Да и когда не бывало, что он в очередной раз не досыпал? Стэнфорд взглянул на юношу своим расплывчатым зрением без очков. К его счастью, он спокойно спал. Не бредил, не всхлипывал, не стонал что-то невнятное. Просто отдыхал в мире грёз после тяжёлого дня и целого эксперимента по обмену телами. Старший Пайнс был очень рад такому началу дня. Поправив одеяло на подростке, он потянулся, как котик, надел очки, нащупав их на тумбе рядом с постелью, и встал с дивана. Шестопалу вроде и не хотелось праздновать Рождество, но как будто на этот раз будет всё по-особенному. Учёный немного задумался, пока умывался и чистил зубы. Всё ведь правда стало совсем иначе. Билл оставил размышлять над вопросом «что ты сделал не так» и испарился. Фиддлфорд уехал домой. Дипппер появился можно сказать «из неоткуда», хотя на деле из будущего, как бы сложно в это не было верить. Жаль, что Фиддлфорд уехал домой на этот светлый праздник, но он имеет полное право провести Рождество в кругу семьи. Я буду скучать по нему, ведь мы уже столько времени работаем и живём под одной крышей, что точно не можем назвать друг друга чужими людьми. Я человек науки и вряд ли узнаю, что такое быть семьянином, но пока что я преглядываю за Дипппером. Форд вернулся в комнату из ванны и сел за свой рабочий стол, потому что приметил на часах начало одинадцатого утра. Юнец также мирно спал, а старший Пайнс решил заняться новыми расчётами для стабилизации системы с порталом. Если бы только проход не вёл в измерение Сайфера… С большей долей вероятности, по мнению физика, проблема заключалась в координатах измерения, в которую вела дверь между двумя мирами. Из-за них появлялись сбои в работе и неполадки в самой конструкции, почти готовой пару дней назад. Нервно отстукивая «Happy new year» ручкой по горам макулатуры, Стэнфорд и не заметил, как младший Пайнс проснулся. Он подошёл со спины к учёному и обнял его. — Доброе утро, Форд. — Сказал тот, после объятий. Старший Пайнс почувствовал худощавые руки на своих плечах, содрогнулся, но после слов «доброе утро» понял, что это всего лишь его коллега. — М-м-м, доброе, Фиддлфорд… — Промычал Шестопал. Дипппер искренне рассмеялся от такой реакции. С кем, с кем, а с Макгакетом как можно было его перерутать? Молодой человек тоже не знал ответа на этот вопрос. — Фиддс, что-то ты смеёшься, будто ребёнок… Ой! — Ещё раз доброе утро, Форд. — Улыбнулся подросток. — Прости меня, Дипппер… Я увлёкся работой… Немножко. — Сказал учёный и виновато посмотрел на юношу, нервно отгибая указательным пальцем край свитера, и возвращая его на место. — Не переживайте, ничего страшного, ведь Ваша работа важная. — Отмахнулся он. — Как спалось? Младший Пайнс напрягся от такого вопроса, ведь ночью его снова навещал властелин разума, котрый кажется чего-то выжидает. Возможно подходящего момента, а возможно он уже всё продумал на перёд и теперь всё движется в нужном порядке, а он просто наблюдает, как приближается цель. — Нормально, — Всё таки выдавил из себя Диппер и также нервно, как Форд, засмеялся. — Вообще лучше всех! Он попытался облокотиться правой рукой об письменный стол, создавая иллюзию нормального поведения с хорошим настроением, но промахнулся и с размаха упал на пол, отбив себе всё, что только было можно и нельзя. — Аргх… Юнец не успел опомниться, как уже увидел перед своими глазами Стэнфорда, поднимающего его с пола и удивлённо смотрящего на него. — Эх ты, аккуратнее… — Вздохнул Шестопал и поставил молодого человека на ноги. — Спа-спасибо. Стэнфорд продолжал смотреть в глаза младшему Пайнсу, а он терялся и пытался всё время их отвести в сторону, поглядывая то на цветные стёкла, то на книги на рабочем столе, то на самого учёного. — Что с тобой такое? Я знаю, что ты сегодня снова бредил, но что в конце концов происходит? — Ничего, совершенно ничего. — Протороторил парень, продолжая бегать глазами по комнате. — Может у тебя температура поднялась? Иди-ка сюда. — Позвал физик и махнул рукой в свою сторону, приглашая подойти. Юноша послушно сделал один единственный шаг вперёд, отделяющий его от Стэнфорда, и почувствовал, как сердце начинает биться сильнее и чаще, вот-вот его сдав с потрохами. Старший Пайнс сначала приложил свою тёплую ладонь ко лбу мальчика, но не почувствовав жара, он прижался губами. Снова ничего серьёзного не ощутив, Форд поправил очки на переносице и сделал вывод, что температура отсутствует. — Ты вроде и не горячий… Соизволь объяснить, что случилось? — На этот раз тон Шестопала не казался таким добродушным и приветливым, его голос звучал строго и низко, показывая, что юнец не в той позиции сейчас, чтобы что-либо скрывать. Младший Пайнс грустно посмотрел учёному в глаза, глубоко вдохнул, собираясь с мыслями и всё же решился на то, чтобы рассказать про два появления Билла Сайфера у себя в сознании, про послание, которое нужно передать физику и про предложение заключить сделку, от которого дрожь по коже. — Я знаю, что в Гравити Фолз всё странное, — Начал молодой человек. — Но он — самый странный из всех, кого я знаю или видел. Билл являлся мне целых два раза и в последний из них, просил Вам кое-что передать… Я приказывал ему проваливать куда подальше, но он лишь оказывался всё ближе. Вчера он предлагал заключить сделку, когда Вы с мистером Макгакетом ушли в лабораторию. Я отказался, поэтому что мне было страшно принять неверное решение. Я не хочу продавать душу дъяволу… — Этот поганец и до тебя добрался! — Возмутился Стэнфорд и стукнул кулаком по столу. — Надо покончить с этим незамедлительно, иначе всё может стать в разы хуже… Что он просил мне передать? — Что он долготеперелив, но прогресс не стоит на месте и какой-нибудь чудак может сделать всё в лучшем виде, без лишних указаний. — Вздохнул младший Пайнс. — Пусть этот «чудак» с ним и работает, раз мои труды стали неоцененнёными по достоинству. — Фыркнул Форд. — И вообще, я не буду больше с ним сотрудничать. — Я не имею понятия, что всё это значит, но меня бросает в дрожь от его металлического голоса… — Мальчика передёрнуло. — Диппер, послушай, — Сказал Стэнфорд, усаживая его к себе на колени, и пристально смотря в напуганное личико. — Ты правильно сделал, рассказав мне. Что могло бы случиться, если бы ты этого не сделал? Масса проблем, которая нам не нужна. А вместе мы разберёмся с ним и всё будет в порядке. Идёт, мой юный коллега? — Идёт, Форд. — Улыбнулся юноша. — Давай тогда завтрак и потом идём в рабочий кабинет, придумывать план победы над властелином разума? — Хорошо.

***

Постель сложена и теперь Диппер сидит у окошка на кухне, а Форд пробует свои кулинарные способности, чтобы можно было позавтракать, как нормальные люди, а не только растворимым кофе, на котором в основном и жил физик до появления юнца в Гравити Фолз по середине зимы. — Э-э-э, выбора у нас не так много, но всё же… Тосты с сыром или хлопья с молоком? — Давайте хлопья. Мы с Мэйбл часто завтракаем ими в Пьемонте перед школой. Она любит из остатков на дне тарелки делать разные фигурки и давать им имена. — Забавно, — Усмехнулся старший Пайнс. — Признаюсь честно, я готовлю не очень, поэтому правда лучше хлопья. — Я тоже плохо готовлю, но Мэйбл говорит, что мне простительно, хах — Фиддлфорд прекрасно готовит, и мы обычно едим его стряпню, но сегодня так. — Сказал учёный, попутно заливая хлопья в глубоких тарелках молоком и заваривая кофе на двоих. — А где мистер Макгакет сегодня? Я только заметил его отсутствие. — Поинтересовался подросток. Стэнфорд поставил завтрак на стол и сел на пустующий свободный стул рядом с Диппером. — Он уехал навестить свою семью в Пало-Альто, потому что сегодня Рождество и он обещал жене и сыну вернуться домой. — Ясно, мы тоже всегда празднуем его в кругу семьи, но сейчас лучше разобраться с Биллом. Я искренне не хочу снова видеться с этим сумасшедшим треугольником… — Ответил тот, принимаясь за еду. — Я того же мнения. Просто факт остаётся фактом, что я знаю о нём ничтожно мало. Прочитав свой дневник из будущего я только понял то, что собирался отдать первую книгу Стэнли, а остальные спрятать. Как всё прошло неизвестно… — Вы говорили про волос единорога, может быть найдём его? — Они отдают волосы только людям с чистым сердцем, а я не такой… — Но Вы же автор! Вы описали все аномалии Гравити Фолз в своих дневниках. Неужели столько трудов недостаточно?! — К сожалению нет. Всё не так просто, как хотелось бы, поэтому пока это не вариант. Пайнсы остались сидеть в тишине, за недостатком идей, нарушаемой стуком столовых приборов, и компании своих собственных мыслей, по поводу разрешения вопроса с Сайфером. Как-то это всё подозрительно насчёт Билла. Всё было нормально, мы стабильно работали вместе, строили врата в другие миры и тут Диппер с моим же дневником из будущего. Здесь явно кроется подвох, которого следует ожидать. Или нет? Я не знаю, не знаю, не знаю впервые в жизни… Шестопал отпил немного горького кофе, чтобы запустить мыслительный процесс в более рациональную сторону и всё же решил, что Билл не договаривает какие-то детали и сейчас лучше обходить встречи с ним сторой, либо придумать способ изоляции разума. — Спасибо большое, очень вкусно. — Поблагодарил юноша и поставил посуду в раковину. — Пожалуйста, мальчик мой. А теперь, идём со мной. Учёный взял подростка за руку и повёл за собой на чердак. Скрипучая лестница наверх, прохладный коридор и вот, снова эта дверь. — За-зачем мы здесь? — Удивился юноша, снова входя в их комнату с Мэйбл. Его опять накрыло воспоминаниями о ней, и грусть окутала со всех сторон. — У меня тут хранится много всего, в том числе результаты неудачных экспериментов, пережитки прошлого и тому подобное. Я хочу найти немного металлолома для одной идейки. — Ответил физик, проходя мимо коробок и начиная перебирать их содержимое. — А мы спустя тридцать один год будем здесь жить с Мэйбл летом… И я вчера тут был. У Вас очень милые детские фотографии. — Подметил Диппер, и его уголки губ снова приподнялись при виде маленьких Стэна и Форда. — Правда? Никогда не думал о том, чтобы эксплуатировать чердак, как комнату для жилья. А насчёт фотографий — мы там забавно вышли. Кстати, поищи в том шкафу шурупы и гайки. — Хорошо, — Слушается молодой человек и направляется в сторону шкафа. — А вообще, дядя Стэн в начале лета сказал, что других свободных комнат нет, а как оказалось сейчас, комнат в принципе намного больше. — Наверное, моё отсутствие в будущем пытаются скрыть всеми способами, чтобы никто ничего не знал. Лишь зачем? Загадка… Подросток продолжил перебирать коробки с вещами в стареньком шкафу в стене, больше смахивающим на кладовку. Вроде бы всё такое неприглядное: бумага со старыми записями, инструменты, которым не меньше лет десяти, сервиз на шесть персон. Но одна коробка с макулатурой зацепила на себе вгляд Диппера. На самом её верху он увидел рождественскую легенду про дьявольскую сущность — Крампуса. Юнец не стал долго трепаться и перелистнул страничку, чтобы дальше прочитать предание. «...Наименование Крампуса предположительно происходит от баварского «krampn» (мертвый, гнилой), или от немецкого «krampen» (коготь). Внешность самого существа различается от источника к источнику, но есть общие черты: 1) Невероятно длинный язык, который постоянно высунут изо рта 2) Острые и длинные рога, когти 3) Длинный хвост 4) Раздвоенные копыта 5) Цепи на теле, которыми он жутко стучит, когда подходит к дому непослушного ребенка 6) Связка берестяных палок или розги для избиения 7) Чёрный цвет шерсти 8) Кроваво-красный язык Внешность Крампуса достаточно очень походит на образ черта или дьявола, — похожим образом их как раз и изображали в период Средневековья. Но есть и самая пугающая легенда: Несмотря на то, что Крампус считался язычником, у него было много общего с дьяволом. Крампус за непослушание может не только поколотить ребенка, но и забрать его в преисподнюю. За спиной у него было специальное лукошко, в которое он засовывал детей и утаскивал их в подземное царство, чтобы поиздеваться…» Младший Пайнс и раньше немного слышал о Крампусе, но не в такой жуткой стилизации. Ведь Рождество было всегда светлым праздником и родитеди особо не заикались о «бедствии солнцестояния». — Форд? — Да, Диппер? — Интересное совпадение — сегодня канун Рождества и я нашёл легенду о Крампусе. — Ответил Диппер и отдал рукописную легенду физику. Стэнфорд немного удивился такой находке, потому что думал, что давно потерял эти два листка о рождественском мистическом существе, наказывающим детей, которые себя плохо вели. Молодой человек прочитал это смятение на лице старшего Пайнса и хотел уже было спросить «всё ли в порядке?», но Шестопал его опередил. — Это я переписал с одной книги по мифам восемнадцатого века в юности и думал всё это время, что потерял. В ту эпоху в Европе «непослушных» детей, родители часто пугали Крампусом — существом, которое могло забрать в преисподнюю за неподобающее поведение. Когда я был школьником, то очень любил фантастику всякого рода, а потом оказался в Гравити Фолз — городке, полном аномалий и странностей. Тут лучше, чем в любых легендах и я, честно гоаоря, не верю в эту рождественскую сказку. — И я. Мне о Крампусе только немного рассказывала Мэйбл и говорила, что в рождественский сочельник всё возможно. — Я его так и не нашёл, поэтому с уверенностью на девяносто девять и девять десятых процента, могу утверждать, что это всё миф. — Заявил Форд, подмигнул и похлопал парня по плечу. — Да, это точно. — Усмехнулся подросток. Пайнсы продолжили рыться в коробках на чердаке лачуги и юноша вместо шурупов и гаек нашёл детскую зимнюю одежду учёного, которая показалась ему по размеру. — Форд, Вы же тут не всегда жили? — Да, не всегда. А к чему этот вопрос? — Ответил Стэнфорд, дуя на очередную коробку, чтобы с неё слетела пыль. — Я нашёл Ваши детские вещи. — Ой, наверное я случайно взял коробку с ними, когда собирался переезжать… Хочешь примерить? Может быть они тебе в самый раз. — Да. — Согласился тот, так как на свежем воздухе не был уже несколько дней, а если одежда окажется впору, то это шанс выйти на улицу, который ему не хотелось упускать. — Тогда вперёд. Диппер быстро надел тёплые штаны коричневого цвета, накинул тёмно-зелёную куртку, натянул красную шапку и повязал шарф такого же тона. После, он показался Форду, тот в свою очередь, одобрительно кивнул. — А тебе даже идёт. Смотрю на тебя и вижу себя маленького. — Улыбнулся физик. — Спасибо. — Расплылся в самой счастливой и немного застенчивой улыбке юнец. Младший Пайнс снял с себя тёплые вещи, после положительной реакции Стэнфорда и поставил коробку с ними около двери, чтобы потом спустить их вниз. Продолжая перебирать остаток хлама в шкафу, подросток всё-таки услышал заветное: — Я нашёл! — Восклицает Шестопал. — Что Вы нашли? — Остатки эксперта, котрые помогут нам создать машину, которая будет кодировать мысли и делать разум «биллонепроницаемым». Шурупы и гайки я тоже нашёл, кстати. — Тогда вниз? — Да, выйдем погулять, потому что организму нужен кислород и продолжим у меня в кабинете. — Хорошо. — Я отнесу туда детали и вернусь. А ты пока собирайся на свежий воздух. Двое разошлись по своим делами, договорились встретиться у двери в прихожей и пойти насладиться зимними пейзажами в Орегоне не через узорчатое стекло, а в живую погулять по лесу.

***

— Готов? — Спросил учёный, возвратившись из своего кабинета уже без коробки. — Да, куртку надену только. — Отозвался юноша, снова облачаясь в детские тёплые вещи старшего Пайнса. — Стой, надень свитер сначала. — У меня нет свитера… Мэйбл вяжет очень много свитеров, и у неё они наверное есть на каждый день, а у меня нету. Последний раз, когда мы с ней поругались из-за рулетки времени она была в бирюзовом с фиолетовой и синей волнистыми полосками. — Я конечно не Мэйбл, но тоже связал тебе свитер. — Сказал Стэнфорд и протянул юноше своё ночное творение, которое вышло очень даже ничего. Молодой человек смотрел с изумлением на элемент одежды, мысленно восхищаясь им, но потом вспомнил, что ему сказали собираться на улицу. Он надел свитер с таким удовольствием, с каким жаждующий испивает воды из родника. — Вы сделали… это… для меня.? — Да, чтобы ты не замёрз. Зимы в Орегоне то, что надо. Тут сугробы огромные и не сосотоят из сигарного пепла и клювов чаек. — Спасибо большое, Форд. –Поблагодарил мальчик, улыбнулся ещё шире и обнял учёного, потому что для него этот свитер правда много теперь значит. — Пожалуйста, — Сказал тот. — Считай, что это мой подарок тебе на Рождество. — А у меня нет для Вас подарка… — Ничего страшного, ты же не знал, что здесь окажешься и будешь встречать со мной Рождество, когда на деле тебя ещё не существует. — И то верно, хотя у меня есть кое-что. — Что? — Новая порция обнимашек. — Объяснил он и второй раз заключил Форда в тёплые объятия, благодаря судьбу уже в тысячный, а может быть миллионный раз за то, что потерялся во времени именно здесь. Физик усмехнулся и ответил тем же, понимая, как хорошо, когда в семье ты не как белая ворона, а как нормальный человек, с которым будут общаться и никто не скажет, что из-за неидентичности тел мы не можем дружить. Всё счастье продолжалось, пока не были услышаны громкий «БАБАХ» и голоса за дверью. Двое встревожились и рискнули выйти посмотреть. «Неужели Фиддлфорд всё-таки вернулся? Привёл ли он свою семью?» — Промелькнуло в куче мыслей у Форда в голове.

***

Дверь распахнулась наружу, открывая путь к лесным пейзажам и колкому воздуху, так и просящему попасть в лёгкие, чтобы заморозить изнутри. Диппер шагнул на крыльцо и увидел снег в Гравити Фолз. Кто бы мог подумать, что поездка в двоюродному дедушке на лето обернётся аномалиями, окружающими со всех сторон, так и наравящими лишить тебя жизни, и даже путешествием во времени. Морозец стал немного покалывать ладошки младшему Пайнсу и намекать на то, что руки лучше убрать в карманы или надеть варежки. — Хм, чтобы это могло быть? — Спросил учёный, выходя в след за юношей, и беря с собой старенький фонарь для атмосферы. — Смотрите, следы! — Позвал юнец, указывая на находку. — Они здесь и в центре снежного поля обрываются… Как такое могло случится?! — Старший Пайнс задумался. — Ни призрак, ни бойскауты не ушли б, не побеспокоив домовладельца дожным образом, а запах дыма в воздухе наводит на мысль о потустороннем. — Но это детский размер, может кто-то потерялся? — Предложил Диппер. — В любом случае, если на моей территории потерялись дети, их нужно немедленно найти, поэтому отправимся на разведку. — Мы прогуляемся по лесу? — Да, мальчик мой. Тебе действительно не помешает свежий воздух, а мы можем совместить приятное с полезным.

***

Уходя в глубь леса, погода становилась всё более не благоприятной для мирных прогулок, потому что начиналась метель, необнадёживающая закончиться в скором времени. Снежинки уже не кружилась в вальсе, подгоняемые ветром, и не окутывали лица приятной пеленой… Они метались в урагане и ужасных погодных условиях, где даже глаза самого зоркого человека могут его подвести. Буран набирал обороты и Пайнсы стали жертвами непредсказуемой погоды Гравити Фолз. С наступлением холода они спрятались в пещере, дабы избежать обморожения, несмотря на то, что они были достаточно тепло одеты. — Ты как, не замёрз? — Поинтересовался Стэнфорд, переводя дыхание, после борьбы со снежным циклоном. — Нет, в куртке и штанах теплее, чем в летнем прикиде… А Вы? — Ответил подросток, спокойно вздыхая. — Радует, а со мной всё в порядке. Пайнсы отдышались и решили осмотреться вокруг. Фонарь физика почти угас и оставалось света не надолго, поэтому надо было использовать это время с выгодой для них обоих. Немного повернув источник света в сторону, молодой человек обнаружил кое-что новое. — Смотрите, позади нас ещё одна цепочка следов! Раздвоенная… У Диппера что-то ёкнуло в груди, предвещая не лучшие новости. Как будто внутренний голос нашёптывал на ухо «беги, пока не поздно». — Я находил много каких следов в Гравити Фолз. Например Йети, Бабы Яги, Внучки Яги, Сухопутной Касатки, Холодно-Каменной Лисы, Стреляющего Барсука и Мишурной Змеи… Я не вспомню сейчас больше, надо будет в дневнике посмотреть. — Здорово, но меня немного пугает, что они ведут в пещеру и они раздвоенные… — Что-то я об этом не подумал… Но сейчас метель, мы не можем выйти наружу, рискуя потреряться в лесу. — И то правда… Как показалось учёному, в ушах зазвенело, а за их спинами затрещали и захрустели ветки. Как будто что-то надвигалось, а может это просто игра разума. — Диппер? – Форд настороженно посмотрел по сторонам и позвал юнца. — Что? — Ты слишишь звон в ушах? — Я слышу треск веток в воздухе. Наверное сосны шумят от ветра. — Точно не слышишь? — А-А-А-А-А-А-А!!! Форд оглянулся и не увидел за собой юношу, который вроде бы только-только был рядом. — Диппер? — Он крикнул в глубь пещеры. Тишина. — Диппер? Снова тишина. Стэнфорд побежал к сердцу пещеры, чтобы найти ребёнка, но после трёх метров его настигла — ТЕМНОТА.