Штиль

-Мистер Кляйн! Мистер Кляйн, не могли бы вы объяснить ситуацию,случившуюся на Евровидении? Что заставило вас ударить репортёршу? -Мистер Кляйн! Есть ли у вас комментарии по поводу вашей дисквалификации? -Как вы докатились до такого хамства,Йост? -Вы не могли бы дать нам интервью,может, поделиться своими впечатлениями? -Почему вы так остро отреагировали на камеру журналистки, мистер Йост? -Что на самом деле произошло в гримёрке? Вы приставали к репортёрше?       Вопросы сыпались пачками. Они не останавливались, даже не уменьшались. Их количество росло с каждой минутой, как и напор журналистов,обступивших артиста со всех сторон. Более того, охрана,состоящая из пятерых крупных мужчин в аспидных костюмах, не справлялась, с трудом расталкивая репортёров.       Он шёл,опустив голову вниз. Его лицо скрывали платиновые,почти белые волосы, дужки чёрных очков поблёскивали под вспышками камер. Тот же синий костюм с широкими наплечниками казался каким-то потрёпанным, неаккуратным, в этот момент выглядел даже комично. Его пытались схватить за плечи, потянуть за край одежды,дёрнуть за волосы, лишь бы привлечь хоть каплю внимания. Это была сенсация, ставшая отправной точкой кошмара. Это был скандал. Это был Йост.

***

      Сил нет. Воспоминания и мысли режут голову изнутри, лишая рассудка. Он слишком много думает и боится, что сойдёт с ума.       Вот уже которую ночь он не спал. Просто лежал на диване в тёмной комнате,уперев взор в потолок. Но перед его глазами заместо серой бетонной массы проносились ретроспекции событий лета. Проект "Европапа" объединил ни один десяток людей. Йост смог собрать всех друзей вместе и завести новых в лице съёмочной группы и других присоединившихся профессионалов своего дела. Общее занятие дало сил, подарило то благоговение сердца, предвкушение и азарт, которые подталкивали его к победе. Возможно, всё складывалось слишком хорошо... И закон Мёрфи включился в командную работу.

***

      А сейчас Йост устал...С одной стороны физически: тело снова ломило, а грудная клетка особенно пульсировала от болезненных чувств. С другой стороны морально: он почему-то ощущал сильное одиночество. У него появилось так много близких приятелей, но ни один из них не мог заменить ему отца или мать. Не смог дать даже каплю надежды на душевное спокойствие. Всё казалось пустым, бессмысленным. Надежда растворилась в кислоте реального жестокого мира. Йост терялся и разрывался в мыслях о людях и об их истинных намерениях. Сразу после судного дня — дисквалификации — Интернет ненормально оживился. СМИ вбрасывало в социальные пространства море информации, как правило, нелицеприятной и оскорбительной. Кем только не выставляли Йоста:грубияном, мизогинистом,расистом, извращенцем, насильником. Ему предписывали все грехи Европы, старались стереть улыбку с его лица не только в жизни, но и с фотографий в соцсетях. Но ведь основная сила не в правителе, а в народе.       Он никогда бы не подумал,что люди в Интернете могут быть настолько аморальными.       Его начали караулить у отелей, следить на улицах, стучать в двери номеров, снимать в кафе, трогать в метро.

Директ ломился от сообщений.

      Раньше он получал смешные уведомления , приятные большие тексты о том,как он и его творчество радует и вселяет в людей надежду,но после скандала на Евровидении личка начала наполняться пожеланиями смерти, отвратительными пошлостями и угрозами. Люди верили СМИ. Внимание теперь скорее снедало,чем приносило удовольствие. Аудитория росла крайне быстро, её интерес тоже. Люди в реальной жизни преследовали его не столь за тем,чтобы сделать больно, сколько за надобностью присвоения, фанаты желали обрести власть над кумиром. Им стали одержимы.       Почти неделю назад к Кляйну пристал какой-то сумасшедший поклонник. Он хватал музыканта за руки и сувал телефон ему в лицо,что-то крича на ломаном английском. Это было омерзительно,страшно и невыразимо больно. Йост вежливо улыбался и извинялся, пытаясь оттолкнуть от себя назойливого парня.Всё таки этот человек назвался его фанатом и лишь просил фото. Что в этом такого? ...       По итогу его оставили в покое, но артисту, ради безопасности, снова пришлось ходить кругами и сворачивать за углы,боясь преследования.

***

      Закрытый мир,открытые раны - так бы он назвал своё состояние ,которое было с ним на протяжение почти всей жизни. Боль возникала резко,моментами, а потом проходила,но оставляла после себя горький привкус беспомощности и отчаяния. Иногда он жалел,что полез в интернет в детстве. Глупое любопытство оставило непоправимый след на всём его существовании, положив начало медиа-деятельности. Любой мог узнать его историю, найти личные фотографии,составить полную картину событий за все 27 лет.       Складывалось впечатление,что каждый знает о жизни Йоста. Это обременяло и вызывало опасение. Раны прошлого ещё кровоточили, а беспредельное внимание только сильнее давило на них, заставляя гноиться. Кровь вперемешку с экссудатом распространялась по организму, особенно твёрдые комки застревали в сосудах,не давая потоку двигаться дальше. От этого отекало тело и органы. Йост хотел избавиться от этого мучения, от чувства стыда и никчёмности.

***

      На днях ему стало легче: он нашёл в своих вещах старый пятый айфон. Он был небольшим, там не было Тик Тока или Инстаграмма. Только Ютуб, Гугл и пара игр. Символ нового, ознаменование когда-то забытого.       Его тринадцатый айфон на данный момент был измотан жизнью. У него была разбита камера, корпус и стекло. Это не стало проблемой для работы,но толстые полосы на экране дисплея и периодические выключения гаджета раздражали. Йост разбил его не сам и не случайно.       Летом, когда волна сплетен и дезинформации разгоралась еще пуще, а Йост кружил по улицам без охраны, журналисты обливались слюнями от желания взять у него интервью или сфотографировать исподтишка. В очередной раз изрядно вымотанный судами и разбирательствами Йост хотел отгородиться от всеобъемлющего внимания. Он впервые принял радикальное решение о своей безопасности: надел закрытую, неприметную одежду,нацепил парик из чёрных длинных волос,чтобы слиться с толпой. Предстояла полуфинальная поездка в суд. Маскировка сперва работала на отлично. Но затем какой-то журналист проследил за Кляйном, пытаясь поймать идеальный кадр "преступника".       Йост сперва изо всех оставшихся сил вежливо просил о личном пространстве, а потом сорвался и сагрессировал, пытаясь оттолкнуть объектив крупной камеры. Он выставил руку,сжимая в ладони телефон, чтобы обозначить границы. Но парень будто специально направил устройство поближе к певцу,с силой задев его.       Айфон выскочил,отскочил от асфальта, упал к ногам фотографа. Йост обомлел от наглости, его снова подвела вера в людей. На его глазах разбился не только гаджет, но и надежда на внутреннюю доброту общества. Назрело разочарование,с этого дня он больше ничего не говорил представителям СМИ и подобным персонам. Йост из раза в раз избегал их,уходил от вопросов и иногда просто-напросто игнорировал.

***

      Перевернувшись на другой бок, он посмотрел на тонкую полоску света, идущую из узкой щели приоткрытой двери. Наверное, там сидел Теун за работой. Неважно, мысли снова захлестнули его и втянули вглубь океана рефлексии.       Любовь и открытость к людям сыграла с ним злую шутку. Люди воспользовались этим ради денег, наживы и собственных желаний. Как он только мог подумать о том,что сможет спокойно выбраться из пучины шоу бизнеса? Его травили в школе, травили в начале карьеры и травят сейчас, хотят вытравить его подчистую, стереть со всех устройств, показать,что его жизнь должна была закончиться на смерти родителей. -Грязь. Грязь! Полная грязь!!!- закричал бледный мужчина, закрывая ладонями лицо. Он перевернулся на другой бок и тихо заплакал. Он чувствовал себя пустым, выжатым до нитки. Его плечи слегка подрагивали.

...

-Хей,мужик, ты как? Послышался тихий голос Теуна, одного из лучших друзей блондина,также его продюссера и просто доброго парня,у которого Кляйн жил уже месяц. Йост всхлипнул ,и ,сделав глубокий вдох,убрал руки с лица, и повернулся к нему. Он медленно сел на диван и ещё раз перевёл дыхание. -Кошмар? -Нет..нет,просто..просто снова думаю о своём.. Он стирал тыльной стороной ладони остатки слёз на щеках,ощущая щетину. Послышался тихий скрип пружин сиденья. -Слушай, дружище,ты уже второй день валяешься здесь. Теун мягко приобнял голландца за плечо и продолжил: -Я конечно не против,но меня беспокоит то,что тебе не становится лучше. Ты вчера сходил на прием? -Нет...не-да...да,сходил. Слабо кивнул Йост, опустив голову. Еженедельные консультации у психолога оставляли после себя ещё больше вопросов и вызывали гиперэмоциональность. -Он сказал,что я здоров,мне нужно развеяться и самостоятельно придти к полному выздоровлению.. -Ого,это звучит хорошо,но...Но ты уверен,что тебе с этим как-то поможет изоляция? Последовал уставший вздох и тишина. -Так,иди в душ,а я пока уберу фантики с пола, приведу кровать в порядок и что-нибудь придумаю.

***

      Стоя под тёплой водой, попадающей сначала на спутанные волосы,потом на лицо,грудь,спину и ниже, мужчина чувствовал себя лучше. Его мысли представляли из себя кашу, больно стало не только думать, но и дышать. Последние пару месяцев он закрылся от всего мира ради собственного душевного спокойствия. По крайней мере, ему так казалось. У Йоста всё не получалось, не выходило отгородиться от внутренних метаний и переживаний. Боже,да он бы с удовольствием впал в летаргический сон, лишь бы испытать умиротворение хоть на миг. Смотря на себя в зеркало, Йост видел мокрые отросшие белые волосы,на корнях которых был цвет медового блонда. Его когда-то ярко-голубые глаза потухли и напоминали мокрые камни. Аккуратная тонкая полоска усов над губой превратилась в волосатое растрёпанное месиво. А скулы и подбородок обросли щетиной рыжеватого цвета. Закатив глаза и устало вздохнув, он скривил губы и опустил глаза ниже. Когда он успел так набрать? -Хуйня.

***

      Дальше всё происходит автоматически,но это неважно,когда голова гудит от мыслей. Ощущение такое,словно по телу несколько раз проехали гонщики формулы один. Да, Макс Ферстаппен, сделай ещё десятку кругов в кратчайший срок. Конечности снова затекают, ноги не ощущаются. Как они могут служить основной опорой,если единственная опора умерла почти пятнадцать лет назад? Кошмары, повторяющиеся вечные кошмары. Сегодня чёрная фигура отца гналась и душила, заставляя мальчика рыдать и извиваться. Да, было больно и противно,но сон продолжался. Словно основная задача сна состоит в том,чтобы как можно дольше поиграть с твоим разумом. Подёргать за нервы, пару разрезать, тройку поджечь. Йост,может быть, прекратил бы спать навсегда, но туловище подводило, а дерьмовые таблетки, прописанные психотерапевтом, не помогали. -Ххх! Он прижал два пальца к нижней губе. Алые капли стекали вниз по подбородку и с тихим шлёпом приземлялись на кафель раковины.       Кровь лилась, лилась как в тот день,когда Йоста впервые избили за то,что он был сиротой. Даже когда он сам ещё не признал этого, все уже называли его "уродцем без родителей". Отрезали эти лёгкие, белые как перья голубя, волосы, разбили нос, оставили фингал во весь глаз, пинали в живот, били по рукам. Йост был гадким утёнком с рождения.       Свежий физически,пахнущий деревом и мятой, с пластырем на нижней губе, он вышел из ванной комнаты в коридор. За окном, кажется, сильнее забарабанил дождь. Свет в конце коридора замигал, раздался грохот грома, голова заныла. Боль не оставила и места для созерцания, перед глазами всё поплыло.       Он опёрся рукой о стену, вжимаясь пальцами в гладкую поверхность. Шаг за шагом Йост шёл в комнату,которая имела статус офиса диджея, ака звукаря, ака саунд продюсера. -На улице дождь... Теун обернулся на кресле к гостю. -Ты как? -Не знаю.. что-то между паскудно и тошнотворно. Кляйн плюхнулся на диван и запустил руку в волосы. Сжал их у самой макушки и вздохнул. -У тебя идеи- -Слушай, Йост..Есть предложение.. -Как насчёт поездки во Фрисландию? Возвращение на Родину, там знакомые лица, может твои брат с сестрой приедут. -Теун,я не уверен.- шумно выдохнул Йост,он не хотел возвращаться в эпицентр ностальгии и потерянных воспоминаний,обжигающих своей тайной. -Я первые дни погуляю по просторам,а потом сяду в доме без дела и больше вообще не выйду,пока меня силой не вытащат. Или сразу уеду,как увижу стелу. -У меня есть решение,-тут же подхватил мужчина,доставая телефон из кармана.-Мой знакомый Коен недавно открыл своё интернет-кафе в южной части Фрисландии. Йост,я знаю,что ты любишь это, поэтому попросил его повременить с поиском сотрудников. Кляйн чуть оживился, поднимая глаза на друга. На его лице читалась озадаченность и нерешительность. -У тебя был план.А ты уверен, что.. -Тебе понравится, я договорюсь,чтобы тебя приняли. Поработаешь неделю-две, хочешь? Йост нахмурился,впервые за несколько дней решаясь на что-то такое спонтанное. С другой стороны, он ощутил то, что и лет пять назад:любопытство, запал и даже энтузиазм. -Хочу.