Ты никуда не денишься. Так что лучше слушайся

***

Роппонги. Бар. В баре было шумно, но Ран молчал, глядя на лед в бокале. Ханма откинулся на спинку кресла и усмехнулся, затягиваясь сигаретой. — Ты всё ещё думаешь о том дне? — голос ленивый, почти насмешливый Ран не ответил сразу. Его пальцы играли с кольцом на мизинце — нервная привычка, которую он считал давно забытой. — Ты просто больной ублюдок, — бросил он. Ханма усмехнулся шире — Это да. Но спор-то ты завёл сам. — помнишь? — Ты перешёл черту когда причинял ей вред в школе — тихо сказал Ран. Ханма взглянул на него в упор. В этот момент его лицо стало почти серьёзным. — Мы оба её используем, Ран. Просто я не прикидывался святым. Он потушил сигарету в пепельнице. — Ты ведь сам убедился что она просто покорная девочка которая всё стерпит. Тебе выгодно это. Ран встал, не сказав ни слова. Ханма последовал за ним, заплатив на ходу. Когда они вышли из бара, дождь хлестал асфальт острыми каплями. Ран пошёл вперёд, не оборачиваясь. А Ханма остался стоять на месте. Он смотрел в небо. Дождь стекал по его лицу, смешиваясь с запахом дыма и виски. Он улыбался как всегда, как будто всё это просто игра. Но внутри что-то кольнуло. Всё было по плану. Девочка сломалась. Инуи сыграл свою роль. Но что-то оставалось внутри души. Её глаза в тот момент, когда она убегала или как она сидела в его машине опустошенная. Не страх. Не гнев. Разочарование. — Чёрт — тихо выдохнул Ханма, и впервые за долгое время в его голосе не было насмешки. Он не знал, что больше раздражало — то, что ему стало её жалко или то, что он всё равно хотел победить. Потому что Ран для него был дороже. Дороже даже самого себя.

***

Пару дней спустя как началась неделя каникул. Класс разделился. Половина уехала — кто-то к бабушкам, кто-то за границу, а кто-то… в этот странный лагерь посреди леса. Среди всех выделились Санзу, Ханма и Ран. Они никогда никуда не ездили, для класса и руководителей это было время спокойствия - но не в этот раз. Она поехала тоже. Не потому что хотела, а потому что нужно было убежать. От города. От разговоров. От людей, которые каждый раз доставали её. Но увидев в автобусе их она поняла что отдыху небывать Лагерь был тихий. Старые деревянные корпуса, запах сосен и треск костра по вечерам. Поначалу казалось, будто всё изменилось. Смех ребят. Музыка из динамиков. Крики в темноте во время ночных прогулок. Но тревога сидела под кожей. Не отпускала. На второй день прошёл слух, что кто-то новенький приедет. «Просто ещё один ученик, опоздал». Она не придала значения. Пока не увидела его. На автобусной стоянке стоял Инуи. С рюкзаком, с тем же холодным взглядом. Он молчал. Преподаватель, ничего не подозревая, улыбался — Он новенький в вашем классе. Видимо, тоже решил отдохнуть от города. Ну, вот и хорошо! Она оцепенела. Сердце застучало. Пальцы сжались в кулак. А он просто посмотрел мимо неё. Улыбаясь и смотря на парней которые стояли сзади неё. Ран поздоровался с ним и они ушли разговаривая.

***

Ночь. Вода в озере была чёрной, как нефть. Покой на поверхности — обманчивый, как и всё в этом лагере. Она сидела на самом краю пирса, обняв колени, глядя в пустоту. Ни звука. Только редкие всплески от рыб или комаров. Ни костров. Ни голосов. Только она и это затянутое, тревожное небо Санзу следил за ней. Всегда. Он стоял за деревом прикрытый капюшоном, он курил и молчал, наблюдая. «Инуи думает, что она сломается. Думает, что она всё ещё может сбежать.» Он усмехнулся про себя. Как наивно. Девочка, за которой уже тянется столько грязи, будто она сама стала частью этой системы. «Ран приказал — следи. Без лишнего.» Но «лишнее» — это всё, что любил Санзу. Санзу уже был под чем то. И ему было наплевать на чьи то слова. Он медленно подошёл. Наступал бесшумно, как зверь, вышедший на охоту. Она не обернулась. Почуяла его, но молчала. Пугаться было уже поздно. Он остановился рядом и присел на корточки, почти ласково заглядывая ей в лицо. — Ты часто сюда приходишь, — сказал он. Его голос звучал, как укол. — Это место тебе что-то напоминает? Она сжалась чуть сильнее, но промолчала. Он вытянул руку, будто хотел дотронуться до воды, но остановился. — Интересно, — продолжил он. — Ты правда думаешь, что сможешь вот так просто исчезнуть отсюда? Она медленно повернула голову. В её взгляде была усталость, почти притуплённое отчаяние. — Я ничего не делаю, — прошептала она. — Просто сижу. Он рассмеялся, будто она сказала глупость. — Ты — сама по себе уже ошибка. Ран и Ханма ещё верят в твою искру, будто ты можешь взорваться. Он наклонился ближе, голос стал почти шёпотом: — А я здесь, чтобы напомнить тебе одно - слушайся Рана. Она опустила взгляд. — Делай, что тебе говорят, улыбайся, будь послушной. Или всё закончится очень, очень… Он сделал паузу, улыбаясь. — .плачевно. Он выпрямился, стряхнул пепел с сигареты и пошёл обратно в темноту. — Спи крепко, принцесса, — бросил он через плечо. — Завтра будет долгий день.