Глава 6 — «Не плачь. Слишком поздно»

Металл под ногами гудел от шагов. Снаружи всё было тихо, даже ветер не шевелил кусты. Четверо бойцов зашли в здание через боковой проход. Эми — вторая в ряду. Сердце било в горле, ладони вспотели под перчатками. > Это было её первое настоящее задание. Настоящие цели. Настоящая смерть. Они проникли в ангар быстро. Коридоры — тёмные, затхлые. Освещение работало через раз. Вдали — шаги. Ближе. Ближе. Мужчина в форме охраны вышел из-за угла и замер, увидев их. Оружие в руках задрожало, он открыл рот, чтобы крикнуть… > Пли! Пуля — точно в лоб. Его голова откинулась назад, тело рухнуло с глухим ударом. Эми остолбенела. Это не она стреляла. Но она смотрела, как кровь заливает пол, и не могла пошевелиться. — «Дальше!» — приказал один из бойцов. Она осталась стоять. Что-то застряло в горле. Вдох — короткий, рваный. "Он был живым. Только что... он просто стоял. У него, может, была семья… он не успел даже понять, что произошло…" — Роуз, ты слышишь?— рывок за плечо. — «Не тормози!» Тело охранника осталось позади, но в голове оно ещё было перед глазами. И этот звук — тупой, как будто мешком об пол. Он повторялся и повторялся, застревая между рёбрами её рассудка. --- Внизу, в лабораторном блоке, пахло антисептиком и пылью. Они зашли в жилую комнату. Сломанный стол, потрёпанные бумаги. В углу — женщина в лабораторной форме и ребёнок, лет шести. Женщина среагировала моментально — заслонила мальчика, дрожащими руками достала пистолет. — Не подходите! Не смейте! — голос срывался, но она стояла. Эми подняла руки. — Мы не хотим… Но её перебили. > Выстрел. Напарник действовал хладнокровно. Женщина упала на бок, её тело дёрнулось и затихло. Мальчик закричал. Он бросился к ней, прижимаясь лицом в её кровь, дрожал всем телом, хрипел, как будто задыхался. Эми не двигалась. Глаза расширились. — «Роуз. Очисть точку. Немедленно.» — Он… ребёнок… — «Ты хочешь, чтобы он рассказал всё завтра утром полиции? Его мать уже труп. Ты оставишь его здесь одного?» Она сделала шаг вперёд. — Пожалуйста… не надо… — прошептала она. Ребёнок поднял глаза. Зелёные. Огромные. Взгляд испуганный и безмолвный, как у животного перед смертью. «Пожалуйста, не убивай…» — он не говорил, но просил. Эми опустилась перед ним на корточки. Руки тряслись. Сердце билось, как бешеное. Она достала нож. В голове — звон. Тошнота. Паника. — Прости. Мне очень жаль… — она прошептала. Он не понимал. Он прижался к ней, искал защиту. Он тянулся к ней, как к спасению. > В один миг — вспышка в голове. Резкое движение. Кровь. Её рука задёргалась. Мальчик рухнул ей на плечо — тёплый, лёгкий. Потом начал скользить вниз. Она всхлипнула. Зарыдала. Пошатнулась. Она убила ребёнка. --- После задания Эми молча мыла руки. Кожа — красная, тёртая до крови. Она терла ладони снова и снова, пока пальцы не начали неметь. В комнате она разбила чашку. Кричала в подушку. Била кулаками по стене. Ничего не помогало. Ни крик, ни удары. Только пустота. — Я могла бы... просто оставить его. Он бы не выдал. Он был просто ребёнок… Она не ела три дня. Не спала. Не смотрела в глаза отцу. Не отвечала на вопросы. Сидела в углу. Рисовала на листе — детские ладони, кровь, лицо мальчика. На четвёртый день она пришла на стрельбище. Молча. Метко. Хладнокровно. Она убрала волосы в хвост. Стерла все записи в блокноте. Надела тёмную форму. И больше не дрожала. Теперь её лицо не выражало эмоций. Глаза — спокойные, холодные. Голос — ровный. Она говорила только по делу. Удары в спарринге стали точнее. Без лишней силы. Только расчёт. Смотрела на врагов, будто на статистику. Алекс стоял за зеркалом, глядя на дочь. > Она сидела за столом, перебирая документы. Не играла с волосами. Не улыбалась. Просто читала. Сосредоточенно. Точно. — Ты её сломал— сказал Эггман, стоя рядом. Алекс не ответил. Он смотрел. Впервые за много лет — со страхом. Но потом сказал тихо: — Она готова. Пора сделать её моей правой рукой.