Часть 8. Перекрёсток судьбы и путь решений

      Всё происходящее не было сном.       — Нет, это невозможно… — мысли путались, а реальность рушилась на глазах. Мир вокруг будто застыл, и Пиковый король чувствовал, как его охватывает ужас. Мир вдруг потерял свои краски, всё поблекло и потускнело.       Сердце в груди сжималось от боли и бешено колотилось, а в ушах стоял гул. Перед глазами всё расплывалось, он едва разбирал очертания предметов вокруг. Он понимал, что произошло нечто непоправимое.       — Эта фраза казалась нереальной, этого не могло быть, нет, только не с ними, это не может произойти, только не сейчас — звучало в голове.       Сознание покрылось туманом и одновременно было чисто, как стёклышко. Какое-то непонятное чувство накатило на него, а лицо начало пылать огнем.       Сначала он пытался держаться, а затем горячие слезы стали преобладать над ним, и вот уже он сползает по стеночке с телефоном в руке, а слезы ручейками катятся из глаз.       Из телефона все ещё звучат какие-то слова, но в голове, как засевшая пластинка, крутится всего лишь одна фраза: «Федор Нечитайло скончался сегодня утром от остановки сердца, к сожалению, нам не удалось его спасти».       На душе стало как-то очень плохо и мерзко, было чувство, что на плечи упал камень тонн десять, не меньше, он давил и угнетал. На сдавленные всхлипы из комнаты показались несколько клонов.       — Да сколько можно ныть? Зонтик, перестань! — возмутился Вару, но Зонтик возразил: — Это не я, это Пик. —       А Пик уже полностью сидел на полу и горестно рыдал.       Ещё никто не видел его в таком состоянии, никто и никогда, но смерть того, кто ему был небезразличен, окончательно выбила у него опору.       Это провал, великий Пиковый король ревёт не хуже Трефового валета.       — Пик? что случилось, почему ты плачешь, неужели что-то случилось с кем-то? — взволновано спросил Куромаку.       В последнее время жизнь тяжёлой рукой срывала маски и показывала миру настоящее нутро клонов.       Ответом были только ещё больший плачь и переданный телефон.       С того конца послышалось:       — Алло? Меня слышно? Это родственники Федора Нечитайло? — На что Куромаку ответил: — Да, Куромаку Нечитайло слушает, — далее небольшая пауза, и голос начал говорить:       — Пожалуйста, успокойте того парня и выслушайте меня внимательно, я понимаю, это тяжело принять, но это правда. —       На этом моменте Куромаку поставил звонок на полную, о чём тут же пожалел: — Примите искренние соболезнования, дело в том, Федор Нечитайло скончался сегодня утром от остановки сердца, я… сожалею, но нам не удалось его реанимировать. —       Это прозвучало как приговор, Куромаку с какой-то иронией подумал, что ещё чуть-чуть и не выдержит его сердце, а Валеты начали плакать, даже Вару как-то раскис.       Не остался в стороне и Габриэль, он хоть, казалось, был не слишком смышленным, однако сразу понял, о чём идёт разговор, и теперь на его глазах тоже появились слёзы.       А голос, казалось, как-то по-издевательски продолжал: — Его сердце не выдержало нагрузки, к тому же пережитые травмы в купе со стрессом негативно повлияли на работу его организма.       От лица всех нас приношу свои глубочайшие соболезнования. —       Рука с телефоном медленно и непроизвольно опустилась, а в квартире наступила тишина, изредка покрываемая лишь редкими всхлипами собравшихся. Куромаку застыл с неподдельным ужасом, им что, мало было недавней аварии? Не прошло и трёх дней с этого момента. За что, небеса? За что вы забрали Создателя, когда он был так нужен?       Но в голове вдруг возникла какая-то издевательская мысль: а правда, что он был им нужен? Если бы это было правдой, то они не относились к нему так, а старались поддержать его.

***

      Подготовка к похоронам Нечитайло стала для клонов настоящим испытанием. Каждый день они собирались в доме, где жил Нечитайло, но слова застревали в горле.       Феликс, обычно энергичный и оптимистичный, теперь едва мог говорить, его голос дрожал, а глаза наполнялись слезами.       Вару, всегда дерзкий и непоколебимый, теперь выглядел сломленным, его лицо было бледным, а руки дрожали.       Габриэль, что сказать про него, он и раньше был тихим, а сейчас, казалось, с головой ушел в себя, ни на что не обращая внимания.       Ромэо, всегда весёлый, старался поддерживать всех, но его смех теперь казался неестественным, а улыбка — натянутой.       Куромаку, всегда холодный и сдержанный, теперь выглядел растерянным и беспомощным. Его руки дрожали, голос звучал хрипло, а глаза были полны печали.       Зонтик, что всегда поддерживал других, сейчас сам как никогда раньше нуждается в поддержке.       Пиковый король, привыкший к контролю и порядку, теперь не знал, как справиться с этим хаосом эмоций.       Каждый из восьми клонов по-собственному переживал утрату создателя, каждый винил себя в том, что не уделяли ему внимание, когда это требовалось, каждый понимал, что они сильно виноваты перед ним за всё сделанное.       Когда процессия с гробом подошла к кладбищу, небо окончательно затянуло серыми тучами. Проливной дождь усилился, превращая землю в грязь и слякоть. Клоны шли медленно, каждый шаг давался с трудом, молчание тяготило.       Клоны стояли у могилы Нечитайло, их лица были полны боли и тоски. Похороны прошли тихо и безрадостно, словно сама природа оплакивала их потерю. Земля принимала тело их Создателя.       Куромаку, как всегда собранный, держал в руках букет цветов, но его взгляд был пуст.       Зонтик, потерянный и одинокий, прижимал к себе игрушку, которую когда-то подарил Нечитайло. Данте, обычно полный энергии, теперь выглядел опустошённым.       Габриэль, который всегда был полон надежды, теперь казался сломленным, как ломается цветок.       Пиковый король, привыкший к контролю и порядку, чувствовал себя беспомощным перед лицом этой трагедии.       Вару, обычно весёлый и озорной, теперь был мрачен и молчалив. Феликс, с его вечной улыбкой, едва сдерживал слёзы. Ромео, всегда готовый поддержать, теперь сам нуждался в утешении.       Каждый из них чувствовал, что их жизнь больше никогда не будет прежней. Нечитайло был не просто их Создателем, он был их светом, их надеждой. Без него мир казался серым и унылым, лишённым смысла и радости.       Когда гроб опустили в могилу, дождь стал лить ещё сильнее. Клоны стояли молча, глядя на то, как медленно, но уверенно растет слой земли, наполняя могилу.       В этот момент каждый из них почувствовал, как их сердца наполняются пустотой. Нечитайло больше не будет улыбаться, не будет озарять их мир своим светом, не будет говорить добрые слова. Он навсегда останется в этой могиле, и никто не сможет вернуть его обратно.

***

      Огонь надежды не угас.

В больнице.

      В реанимации лежал человек, которого совсем недавно привезли на скорой, после чего провели экстренную операцию после которой по началу он был стабильным, но затем...       В самом отделении реанимации человек лежал на кровати без одежды, просто под одеялом, а под ним к груди крепились наклейки-электроды, через которые постоянно снималась электрокардиограмма, на плече была пристёгнута манжета для измерения давления, на пальце — прищепка пульсоксиметра. В одну из вен установлен венозный катетер.       Удар по голове, проблема с ушибом мозга и его отеком, затруднение некоторых функций, и потому его подключили аппарату искусственной вентиляции лёгких (ИВЛ).       Из-за того, что альвеолы не пропускали кислород из воздуха в кровь, подключили аппарат экстракорпоральной мембранной оксигенации (ЭКМО).       Ещё в палате у пациента произошла Пароксизмальная желудочковая тахикардия. Случилось нарушение ритма, при котором электрические импульсы генерировались в желудочках сердца с большой частотой, более 100 ударов в минуту. Что при длительном течении может перейти в фибрилляцию желудочков. Что при отсутствии медицинской помощи неизбежно заканчивается смертью пациента.       Однако мед персонал заметил это не сразу и к тому времени как его направили в реанимацию его состояние было критическим.       Неизвестно, но каким-то чудом врачам удавалось раз за разом вытаскивать этого пациента с того света. Казалось, что всё отделение реанимации вместе с другими немаловажными врачами пытались обыграть смерть в шахматы, где ставкой был этот самый пациент. Победа костлявой — и тот мёртв, победа врачей — и он жив, ну а если будет пат, то он впадает в кому на время, пока они вновь не сразятся и одна из сторон не победит.       Странное сравнение с игрой в шахматы, но именно так сейчас себя чувствовали все в реанимации: один неверный ход — и партия закончится смертью их подопечного, и тогда будет кое-что страшнее.       Если честно, то сейчас врачи боролись за его жизнь только потому, что российское законодательство и закон... Короче, могли отправить в места не столь отдаленные, если экспертиза покажет, что он погиб по их вине. Ох и начнется же тогда веселье.       Но сейчас вернёмся к состоянию Фёдора Нечитайло, да-да, именно он сейчас лежал подключённый множеством трубок и проводов к разным приборам, он даже пошевелиться не мог, да что там, сейчас он, казалось, был скорее мёртв, чем жив. Однако всё могло измениться в не самую благоприятную для него сторону.       Он, как и врачи, боролся за жизнь, но ему что-то мешало.       После фибрилляции желудочков его еле восстановили, а чуть позже, из-за того, что сердечно-сосудистая система не создавала в артериальном русле нужное давление, врачи ввели препарат Ангиотензин.       Наконец благодаря адекватным усилиям со стороны медперсонала пацыэнт пришел в себя на какое-то время, и хотя после всё равно отключился, состояние окончательно пришло в норму.       Через несколько часов после стабилизации состояния пациента из реанимации его направили в профильные отделение терапии.

В отделении терапии.

      Когда больной лежал уже в оплате, а возле кровати дежурил врачь, к первому подошол хирург и смотря на экран монитора задал вопрос дежурившему около кровати врачу:       — Что там случилось? Такой переполох. —       — Много чего, ну во-первых, У Пациента были обширные Травмы грудной клетки. Кроме того, сильный ушиб грудной клетки, особенно в зоне солнечного сплетения.       Во-вторых, Случился отёк мозга из-за травмы головы, и по этому пациент впал в кому с последующим затруднением дыхания вплоть до его невозможности, подключили к ИВЛ.       В-третьих, в палате у пациента произошла Пароксизмальная желудочковая тахикардия, которая перешла в Фибрилляцию желудочков.       В-четвёртых, из за сердечной недостаточностьи пришлось ввести препарат Ангиотензин.       В-пятых, из-за ранее перенесенного вирусного заболевания гепатита у пациента развился Альвеолит, по этой причине альвеолы не пропускали кислород из воздуха в кровь, пришлось подключать аппарат ЭКМО.       Всё это не настолько плохо, и вытащить его можно, только вот пациент впал в кому, и никому не ясно, очнётся ли он... Но надеюсь, что да, потому что я ещё хочу пожить нормальной жизнью.       И это не всё, что там случилось, а только самое плохое. —       — Даже так, ну ладно, я пошел, а тебе удачи, всё-таки тяжелый случай. —       — Ага, спасибо. — Отозвался врачь.

Пролетали дни и ночки,

Мальчик вырос в форме бочки.

Ой, не то.

Примерно спустя неделю после событий описанных выше.

      Через несколько дней, когда состояние Федора Нечитайло улучшилось, его перевели в отдельную палату, но все также следили за ним.       В больницу пришел Куромаку и Данте, дабы узнать, как там Создатель, и спустя несколько минут врачь уже подробно что-то им объяснял, а напоследок отдал какие-то бумаги и попросил ознакомится, чтобы близкие пострадавшего могли знать, как ему помочь в случае чего.       В бумаге выданной Куромаку было написано многое, но привлекло его внимание именно это:       Заболевания: Альвеолит.       Лечение альвеолита — сложная задача. Болезнь постоянно прогрессирует, поэтому терапия направлена на замедление этого процесса. Когда наступают обострения, тактика лечения меняется.       На эффективность терапии указывает:       снижение симптомов;       улучшение данных МСКТ;       повышение показателей насыщения крови кислородом;       улучшение переносимости физических нагрузок;       увеличение жизненной ёмкости лёгких (ЖЕЛ);       повышение диффузионной способности лёгких.       Однако сделать полноценный вывод о восстановлении работы лёгких можно только через 3 месяца от начала лечения.       «Поэтому Куромаку про себя подумал, — Не менее трёх месяцев он точно будет в больнице, как долго. — »       Далее было написано:       При столкновении была получена черепно-мозговая травма.       Произошел ушиб мозга тяжёлой степени и кома, также отсутствовали реакции на внешние раздражители.       К счастью, у больного с тяжёлым ушибом головного мозга не было выявлено переломов костей черепа.       При осмотре были выявлены:       Утеря сознания либо снижение уровня бодрствования (сонливость);       потеря памяти на обстоятельства получения травмы и события после неё (амнезия).       Дальше Куромаку уже не читал. Не было сил и желания, по крайней мере не здесь и не сейчас, возможно, дома, когда он придет.       Сейчас он обдумывал все последствия и сопоставлял увиденное ранее в скорой и то, что было на бумаге.       Заметив его хмурый вид, Данте поспешил спросить:       — В чём дело, мой дорогой друг, что тебя беспокоит? —       — Я не знаю, но мне кажется, что это только начало, и если мы не изменимся хотя бы ради создателя, то произойдет то, что нам всем приснилось совсем недавно. —       — Ты прав, это был необычный сон, и лучше бы, чтобы он не сбылся. —       Немного подумав и посмотрев на Куро, Данте в который раз уже для себя отметил неважный вид Второго клона, а возможно, и его самочувствие, однако свои мысли он предпочел оставить при себе, сказав другое:       — Друг мой, не пора ли нам вернуться домой и сообщить другим о том, что мы узнали? Уверен, они места себе не находят после последних событий. —       — Да, ты прав, — Ответил Куромаку, и они вдвоем направились домой.       Туда, где они жили все вместе, где создатель заботился о них, в тот дом, который теперь, казалось, осиротел и навевал печальные и тоскливые воспоминания одним своим видом.