Через грань

Лололошка подошёл к консоли, где раньше просматривал данные о дронах. Он чувствовал, как взгляд Асы будто просверливает его спину. Малецкий, тем временем, свободно бродил по бункеру, словно в гостях у старого друга. — Выслушай нас, — сказала Аса, подойдя ближе. — Мы не просто охотимся за выжившими. Организация была создана после конца. Мы — одна из немногих структур, которая сохранила порядок. — Порядок? — Лололошка обернулся. — Ваш «порядок» чуть не убил меня. Малецкий, устроившись на диване, кивнул: — И мы признали это. Но именно потому ты нам и нужен. — Что? Аса взглянула ему в глаза: — Мы следили за тобой. Твоя способность выживать, поддерживать автономную систему, строить убежище, скрываться от наших дронов — всё это делает тебя... исключением. — И вы хотите, чтобы я работал на вас? — Лололошка скептически приподнял бровь. — Не просто работал, — сказала Аса спокойно. — Ты можешь стать тем, кто поможет восстановить остатки цивилизации. Помочь найти других. Или хотя бы подготовить мир, если он оживёт. — Вы же говорили, я аномалия. Почему не ликвидировать меня? — Потому что именно аномалии выживают, — бросил Малецкий. — Этот мир не для обычных. А ты — живое доказательство. Лололошка задумался. Карманное измерение давало ему укрытие. Но постоянные вылазки, одиночество, страх — всё это не могло продолжаться вечно. Он устал. Может быть… это шанс? — Вы не тронете Лайю? — спросил он тихо. — Ни при каких обстоятельствах, — уверенно ответила Аса. Он глубоко вдохнул и кивнул. — Хорошо. Я согласен. Но работаю по своим правилам. И всё, что я делаю — в первую очередь для нас. Аса протянула ему тонкий планшет — Тогда добро пожаловать. Теперь ты — полевой агент организации. Малецкий широко ухмыльнулся: — Надеюсь, ты любишь приключения. Лололошка крепко сжал планшет и почувствовал, как судьба снова делает поворот. И в этот раз он будет готов.

***

Внутри бункера царила тревожная тишина. Двое агентов организации — Малецкий и Аса — сидели за импровизированным столом, выложив перед собой тонкий, угольно-чёрный планшет с синим логотипом в виде песочных часов. — Это всё? — Лололошка указал на устройство. — Планшет — ключ к инициации, — спокойно ответила Аса, — он откроет тебе доступ к системам и проведёт через процесс временной дематериализации. Без этого ты не сможешь стать отвязанным. — Что значит "отвязанным"? — нахмурился он, присаживаясь напротив. — Это значит, ты больше не принадлежишь к определённому времени, — заговорил Малецкий своим грубым, совершенно не детским голосом. — Ты станешь скользить по хронопотокам. Без возраста. Без старения. Без границ. Лололошка коснулся экрана планшета — тот сразу отреагировал на биометрию, и вспыхнул интерфейс: схемы, временные петли, координаты миров. Словно само Время раскрыло перед ним свою анатомию. — И что, я просто нажму "стать частью" — и всё? — Нет, — сказала Аса. — Ты пройдёшь через фазу разделения. На мгновение ты перестанешь существовать. Твоё тело дематериализуется, и если ты готов — соберётся заново, уже по ту сторону времени. — А если не соберётся? — Тогда ты останешься в разломе. Ни здесь, ни там. — Малецкий взглянул на него с едва заметной серьёзностью. — И поверь, мы не сможем тебя вернуть. Лололошка долго смотрел на планшет. Образы прошлых жизней, лиц, что он забыл, миров, где побывал, всплывали перед глазами. Он чувствовал: это был путь без возврата. Он вдохнул. И нажал. Экран дрогнул, вспыхнул ярким белым светом. Всё исчезло. Даже звук. Наступила тишина между ударами реальности. А где-то в карманном измерении Лайя почувствовала, как на мгновение в мире что-то сместилось. Он ушёл — чтобы вернуться другим.