6 Глава: Когда гаснут звёзды

Тишина повисла над комнатой, как занавес после финального акта. Она казалась неправдоподобной — давящей, тягучей, холодной. Казалось, даже сам воздух застыл от страха. Кружки с остывшим какао, разбросанные подушки и одеяла, эхо шёпота и смеха — всё, что ночью дышало жизнью, теперь застыло, как на фотографии. Центр комнаты занимала одна фигура. Заражённый. Это был уже не просто Янар. Нет, не тот, кого они знали, любили, с кем смеялись над глупыми мемами. Четыре паукообразных искажённых отростка впились в пол. Они выросли из его спины, скрючившись, словно переломанные конечности, и шевелились по своей собственной воле, вибрируя от каждого движения. Сам Янар стоял, как кукла, которую дёргают за невидимые нити. Чёрные трещины расползались по его лицу и шее, из пальцев прорезались когти. Один глаз перекрыт курсором, плавающим поверх его зрачка-звезды — чужим, будто наблюдающим за ними. А второй — настоящий, родной — его искра почти потухла, стала едва заметной. Кигуруми, обычно уютное, залито пиксельной «кровью». Она мерцала и, казалось, расползалась всё больше, захватывая заражённую зону и уничтожая его, начиная с главной Искры. Он стоял не двигаясь и осматривал других, пока взгляд его не замер на Анисе. На его теле появилось окно ошибки с надписью: «Цель: Найдена». — О нет... — прошептала девушка, догадавшись, что табличка появилась из-за неё. Она теперь стала целью, и точно не с добрыми намерениями. Она быстро отступила на шаг, затем на другой, прижала руки к груди, готовая защищаться, но в её взгляде читались отчаяние и паника. Аниса смотрела ему в глаза, туда, где когда-то был звёздный свет — тот, что всегда ярко мерцал от его счастья и согревал одним лишь присутствием. Теперь там лишь чужой холод. Она не узнавала в нём ни капли знакомого — это было отдельное существо в его облике. Позади неё, в тени, стоял Элек. Он заслонил собой Анису, чтобы, если надо, принять удар на себя. Он вглядывался в Янара, пытаясь понять: что перед ним? Просто оболочка? Враг? Или всё ещё друг? — Дай мне... хотя бы доступ... — прохрипел он сквозь зубы. Перед ним вспыхнул голубой интерфейс, дрожащий от перегрузки. Элек копался в коде — быстро, методично, отчаянно. Но — блок. Не просто защита, а запрет. На экране промелькнул курсор, тот самый. «ACCESS DENIED :)» — Ах ты... — прошипел Элек. — Подонок... И тогда всё сорвалось. Раздался эхом тихий смех заражённого. Голос звучал искажённо, словно раздвоенный на две звуковые дорожки: одна — знакомая, а вторая... — Янар, это я... — снова прошептала Аниса. — Ты же помнишь? Мы... Никто не успел среагировать. Рывок. Он сорвался с места без предупреждения. Мгновение — и он уже перед Элеком. Оттолкнул его и схватил Анису, сбив её с ног и рухнув на подушки. В момент столкновения её тело прошила резкая электрическая судорога. От заражённых исходил обжигающий разряд, ток, как от лёгкого электрошокера. Нолл продумал даже это: заражённые могли истощать других, забирая их энергию и передавая её ему. Девушка не успела вскрикнуть — только судорожно втянула воздух, отлетев вместе с ним и ударившись спиной. Он навис над ней, упираясь отростками в пол, и крепко схватил за запястья, впиваясь когтями в текстуры. Элек быстро встал с пола, Бриз вскочил, и они метнулись вперёд. Багси — тоже. Парни попытались схватить Янара, но их тут же обожгло. Разряд прошёл по телу. — Он как оголённый провод! — воскликнул Бриз. Но Багси остался. Его не оттолкнуло. Он был весь из глюков, обладал иммунитетом к токам. Маленький зверёк дрожал, но он стоял между ними. Уши-молнии и глаза мерцали в отчаянии. Он громко пищал, впервые залаял, пытаясь толкнуть его лапами, кусал за руку и рычал, словно говоря: «Я здесь! Не трогай! Это же они! Это же Аниса! Это ты просил меня всех защищать!» Багси просто отмахнули одним из отростков. Он попытался прыгнуть снова, но Бриз поймал его. Астрея, не теряя ни секунды, рванула к рюкзаку. Пока Аниса пыталась вырваться, Лаванда старалась помочь, но ничего не выходило. Девушка стиснула зубы от разрядов. А после, с беспощадной усмешкой, существо замахнулось рукой, целясь когтями в Искру. Анисе оставалось лишь зажмуриться, сжаться, прикрыть лицо освобождённой рукой и надеяться, что всё обойдётся. Лаванда была наготове, уже подставив руки, чтобы защитить подругу от удара. Дрожащими руками Астрея быстро вытащила нож из ближайшего кармана рюкзака — она забыла вынуть его ещё со вчерашнего дня. Прошли считаные секунды. Она обернулась, хотела наброситься, но... Удара не последовало. Янар всё видел изнутри. Он пытался прорваться сквозь заражённый разум, не в силах вынести того, что причиняет друзьям боль. Курсор в его глазу слегка мигал, пока Ян ломал контроль. Он стиснул руку, которой хотел ранить, второй рукой, удерживая её. Тёмная, умирающая Искра звезды начала светиться ярче, мигать — он забирал контроль, и курсор пропал. Янар отпрянул и спрятал за спину дрожащие руки с когтями, боясь снова причинить кому-то вред. Паучьи лапы размякли и мягко шуршали о пол. По щеке его текли слёзы с лёгкими глюками. — Прости... — голос дрожал, но вернулся его настоящий тон. Он рухнул на колени, привалившись к стене. Багси сразу выпрыгнул вперёд, скуля и скребясь о его ногу. — Ох, Багси... — тихо прошептал Янар. Питомец залез к нему на колени, облизывая его щёку в знак поддержки. Лаванда и Элек действовали быстро, как единый механизм. Мгновение — и они уже в коридоре, укладывая Анису на пол туда, где не было ни осколков от кружки, ни искажённых текстур. Её невесомое тело обмякло. Лаванда первым делом проверила, горит ли её основная Искра. Она расстегнула верхние пуговицы пижамы, проверяя знак на груди: половинчатое сиреневое сердечко и голубая звезда мерцали, но совсем спокойно, тише и слабее, чем обычно, будто дремали. Всего несколько секунд назад в сумасшедшем вихре боли и ужаса она стояла лицом к лицу с кошмаром, а теперь — просто выключилась, как компьютер, потерявший всю энергию. — Она жива?.. — Астрея появилась в дверном проёме, её фиолетовая чёлка небрежно спадала на глаза. Она откинула пряди и смотрела на подругу. Её лицо, обычно такое уверенное и непоколебимое, теперь полно непривычной, неумелой тревоги. Лаванда лишь кивнула и начала рыться в своей сумке, которую успела схватить, когда выбегала. Пальцы писательницы нащупали что-то знакомое — небольшой прямоугольный контейнер с логотипом аптечки. Тот самый, забытый в сумке ещё вчера перед походом к Сердцу Игры. Торопясь на ночёвку, решила не вытаскивать маленькие аптечки, накидала туда сверху книжек и своё кигуруми. Она открыла коробочку, и, словно по волшебству, оттуда вырвался мягкий зелёный свет, ласкающий, как лёгкое прикосновение. Он обволакивал разорванную «ткань», текстуры одежды и сами запястья Анисы, затягивая сбои от тока. Но она не открыла глаза. Элек, всё ещё удерживающий её, наклонился, проверяя её состояние. Его глаза, словно два светящихся монитора, что-то анализировали. — Похоже, у неё закончилась энергия... — в его голосе проскочило беспокойство, которое он обычно скрывал. — Ей нужно время либо что-то, что дало бы дополнительную энергию в игре… Типа газировки или энергетика… В эту секунду глаза Астреи вспыхнули. Память, словно жёсткий диск, отмотала назад... Щелчок пальцами — и её лицо озарилось. В её рюкзаке лежали энергетики — те самые, которые она взяла в их первую вылазку, как и нож. Зачем? Просто так, на всякий случай. На случай, когда что-то пойдёт не так или если захочется чего-то эдакого. Она всегда была готова ко всему. — Я сейчас! — воскликнула она и, не теряя ни секунды, развернулась и побежала обратно в комнату. А писательница тем временем открыла голографическую клавиатуру. Мятные глаза Лаванды смотрели на экран, пока пальцы быстро выстукивали слова: «Что у тебя НЕТ в рюкзаке? То нож, то это...» В комнате время шло иначе. Каждая секунда наполнена тишиной и напряжением, словно воздух стал густым и тяжёлым. Янар сидел у стены, поджав колени к груди, как маленький испуганный зверёк. На расстоянии от него сбоку сидел Бриз, с другой стороны прижался Багси. Музыкант смотрел на звёздного с глубокой, искренней жалостью. — Ты не виноват, Ян. Это не ты, — его голос звучал как успокаивающая и мягкая мелодия, которую он любил играть. — Ты не контролировал себя. Астрея, вернувшаяся после того, как убедилась, что с её подругой всё в порядке, тихо опустилась рядом с Бризом. Она не умела утешать словами — её характер был слишком резким и прямым для этого, — но она хотела бы сказать хоть что-то, если бы могла. Через мгновение дверь тихо отворилась. Первым, как всегда, вошёл Элек, словно живой щит, готовый принять на себя любой удар. За ним, поддерживаемая Лавандой за талию, появилась Аниса. Её глаза-мониторы, обычно яркие и сияющие, светились слабым, мягким светом. Она была в порядке. Аниса сделала шаг вперёд, и её взгляд сразу же нашёл его. Он сидел на полу, съёжившись, словно хотел стать невидимым. Его звёздные зрачки потускнели от сожаления и обессиленности. Увидев её, он замер. Взляд был не просто испуганным, он был наполнен чистым, неразбавленным ужасом. В его глазах читались тысячи невысказанных вопросов и один главный страх: «Она меня ненавидит. Она никогда не простит меня. Я сделал ей больно…» Мысли вихрем проносились в его голове, и звёзды в зрачках тускнели ещё сильнее от вины и стыда. Он не мог посмотреть ей в глаза. Его взгляд метался, он смотрел на свои руки, на когти, на пиксельную «кровь», что до сих пор оставалась на кигуруми. — Не подходи, пожалуйста. — Он отполз ещё на несколько сантиметров, прижимаясь спиной к стене. — Я не хотел. Клянусь, я не хотел! Я видел всё! Я пытался вернуть контроль, но он был… сильнее. Я… я просто тупой, я так наивен... Я монстр… Но я не хотел… Слёзы с лёгкими глитчами покатились по его щекам. Он зажмурился, ожидая, что она закричит, что возненавидит его, что другие тоже отвернутся. Но Аниса не крикнула. Вместо этого её голос был таким же нежным, как и раньше. — Ян, я знаю... — прошептала она. Она сделала один шаг, затем второй, пока не оказалась прямо перед ним. Девушка села на корточки, её колени мягко коснулись пола. Лаванда хотела подлечить Янара, но не решалась пока вмешиваться, Элек же стоял в стороне, готовый в любой момент броситься на помощь. — Я в порядке, — сказала она, и в её голосе не было ни капли лжи. — Ничего не болит. Ты меня не ранил, смотри. Она медленно подняла рукав своего кигуруми. Под ним виднелась чистая кожа, неповреждённые пиксели. Рана оказалась лишь временным сбоем. Янар перестал прятать руки и замер. В его глазах отразилась смесь недоверия и облегчения. Она была права. Ничего. — Я в порядке, правда, — повторила Аниса. — Ты боролся, я видела. Я чувствовала, что ты там, внутри… Я знаю. В его глазах-звёздах начала медленно, робко загораться искра, проснулась надежда, хоть он и боялся поверить. — Можно я тебя обниму? — спросила она почти беззвучным шёпотом. Он опустил голову. — Я не знаю. Вдруг я снова раню тебя? — Он запнулся. — Прошу, не надо... Её рука очень медленно поднялась. Он не мог пошевелиться, чтобы оттолкнуть её. Рука замерла в воздухе, а потом… она аккуратно, нежно коснулась его щеки. Ничего. Ни удара, ни разряда. Только мягкое, успокаивающее прикосновение. Она поняла: только когда вирус полностью подавляет разум, он может проявить агрессию. Но Янар был лишь жертвой, оболочкой для этой занозы. Он больше не бился током, он был всего лишь ранен и имел внешнее заражение — паучьи лапки, когти и тому подобное. Его Искра была в порядке. Наконец в его зрачках промелькнуло осознание. Это правда. Он не монстр. Он просто болен. Слёзы теперь текли по его щекам уже не от вины, а от невероятного облегчения. — Ты… — прохрипел он, но не успел закончить. Аниса больше не ждала. Она наклонилась и крепко, от всего сердца обняла его. Он замер на секунду, а потом сжал руки в кулаки, чтобы спрятать когти и не поцарапать её, и крепко обнял в ответ. Он уткнулся носом в её плечо и наконец позволил себе выдохнуть. Он был дома. Он был в безопасности. Аниса погладила его по голове, чувствуя, как он дрожит. Она не могла говорить, но её объятие было красноречивее любых слов. Оно говорило: «Я с тобой, я здесь, всё будет хорошо». И пока они сидели обнявшись, остальные друзья наконец позволили себе выдохнуть. Они были целы и были вместе. И что-то внутри, в самой глубине их кода и души, говорило им, что теперь, когда они вместе, они смогут победить что угодно. Когда первое оцепенение прошло, ребята вернулись в комнату. Лаванда закончила лечить Янара — внешне он выглядел почти как обычно, если не считать этих жутких отростков, которые он теперь старался прижать к спине, и когтей, скрытых под рукавами. Даже трещины стянулись, оставив лишь еле заметные полосы. Янар посидел неподвижно, а потом медленно, с опаской пошевелил своими новыми паучьими отростками. Те послушно качнулись, шурша по ковру. — Ну… зато теперь я могу разносить кружки с чаем вам всем, — он выдавил из себя улыбку. Она была слабой, но он очень старался. — Удобно же, скажите? Он замолчал, ожидая ответной шутки или хотя бы смешка, но в комнате повисла тишина. Друзья смотрели на него — серьёзно, с какой-то особенной, тяжёлой нежностью. Бриз негромко хмыкнул, но в его глазах не было веселья. — Ян, перестань. Мы же видим, что тебе хреново. — Музыкант сел на пол прямо напротив него. — Давай по-честному. Что случилось? Мы же вчера весь вечер у тебя спрашивали, почему ты такой дёрганый. Ты говорил — «устал». А сейчас мы видим... это. Янар сник. Плечи его опустились, и он медленно сел на край кровати, спрятав лицо в ладонях. — Это случилось вчера, — начал он тихим голосом. — В том лабиринте. Его зовут Нолл. Я встретил его, когда мы разделились. Он выглядел... совсем не так, как сейчас. Он был таким одиноким, серым, брошенным. Сказал, что его друзей удалили, а он остался один и просто хочет помощи. Я... я поверил. Он активировал какое-то окно с выбором, и... я нажал эту чёртову кнопку. Потом мне стало страшно, и он словно ломал мой разум. А во время пряток в темноте он пришёл ко мне, но уже как какое-то страшилище. Я почти ничего не видел, всё так ярко, в ушах шум, голова жуть как болела... Парень зажмурился, вспоминая ночной кошмар. — И он пришёл ко мне во сне. Я пытался убежать, но он поймал меня и проткнул искру кабелем... — Он положил руку на грудь, вздохнув. — У него кабели со спины торчали... И всё. Заразил меня чем-то и заставил напасть на Анису... Бриз нахмурился, присаживаясь рядом. — Стой. Мы же видели, что тебе плохо весь вчерашний вечер... Мы ведь спрашивали: «Что-то не так? Ты в порядке?». Почему ты врал? Почему просто не сказал, что встретил кого-то подозрительного? — Я пытался! Клянусь, я хотел сказать! — Он сорвался на шёпот, полный отчаяния. — Но каждый раз, когда я открывал рот, чтобы произнести его имя или рассказать о встрече, в голове будто стена вырастала. Нолл… он как будто заблокировал все мысли о себе. Он путал меня, отвлекал, заставлял переключаться на мемы или шутки. Он не давал мне выдать его. — Янар замолчал, судорожно втянув воздух, а потом добавил ещё тише: — Но о том, что мне страшно... об этом я мог сказать. Молчал сам. — Но почему?! — воскликнула Астрея, всплеснув руками. Она выглядела рассерженной, но в глазах стояли слёзы. — Ты же видел, мы были рядом! Он замолчал, а потом с тяжестью всхлипнул, и плечи его задрожали. — Потому что я боялся. Я боялся, что если начну «ныть», если покажу, что из-за меня у нас проблемы... вы просто устанете от меня и разозлитесь. И отвернётесь. Боялся, что однажды вы посмотрите на меня и подумаете: «Опять с этим что-то не так, может, ну его?». Я просто хотел, чтобы вам было со мной весело. Не хотел быть обузой. Хотел, чтобы вам было со мной только легко. Снова повисла тишина, от которой щемило в груди. Каждый из ребят почувствовал эту тяжесть — страх быть отвергнутым за свою слабость. — Ты... ты серьёзно сейчас? — Астрея первой нарушила молчание. Её голос звучал возмущённо, но очень по-доброму. — Ян, ты дурак? Ты что, реально считаешь нас такими сволочами, которые бросят друга, потому что ему «плохо»? Элек подошёл и положил руку Янару на макушку, слегка взъерошив волосы. — Не смей больше думать, что ты нам в тягость. Аниса придвинулась вплотную и снова обняла его, уткнувшись носом в плечо. — Мы же семья. Семья не уходит, когда становится сложно, она остаётся, чтобы поддерживать друг друга. Лаванда быстро-быстро застучала по своей прозрачной клавиатуре. Над её головой вспыхнули крупные буквы в окружении сердечек: «ЕСЛИ БУДЕШЬ МОЛЧАТЬ О ТАКОМ — Я ТЕБЯ КЛАВИАТУРОЙ СТУКНУ! Мы любим тебя любым!» Бриз мягко улыбнулся и протянул Яну пачку чипсов, которую успел прихватить с пола. — На, заешь стресс. И больше никогда не прячь от нас свои «трещины». Мы их все вместе залатаем. Янар поднял заплаканное лицо. Он смотрел на них — таких разных, потрёпанных, в нелепых кигуруми, но таких родных. Ужас наконец-то начал отступать, сменяясь огромным облегчением. — Простите меня... — он запнулся и взял чипсину. — Я правда... я очень боялся. Спасибо, что вы здесь. Я ценю и люблю вас... Через несколько минут в комнате стало легче дышать, но напряжение просто сменило направление. — Ян... — голос Элека звучал непривычно глухо. — Опиши его. Ты сказал, что в лабиринте он был серым... но как он выглядел во сне, когда уже не притворялся «добрым призраком»? Янар поёжился. — У него... были чёрные волосы. Очень растрёпанные, будто он их сто лет не расчёсывал. Лицо — синий экран с какой-то дикой, криповой улыбкой. И эти кабели... они как живые. Как черви... У него тоже были когти и... Элек замер. Его зрачки на секунду сузились в тонкие линии, а потом всё пошло мелкой рябью, и он перебил друга: — Стой. Чёрные... растрёпанные волосы? — Ну... типа того, — Ян нахмурился. — А ты... ты его знаешь? — Чёрт! Это Овербайт... — Элек обернулся, и в его глазах была такая густая горечь, что всем стало не по себе. — Только он мог додуматься до такой садистской схемы заражения. Бриз резко выпрямился. — Овербайт?! — Музыкант переглянулся с Астреей. — Погоди, я же видел разборы на YouTube! Про ту группировку, которая сносила сервера и банила аккаунты... Так это он?! Элек медленно кивнул. — Мы когда-то... были друзьями. Наши создатели вместе учились программировать в реальности, взламывали системы, но без вреда. — Он горько усмехнулся. — Я думал, мы просто исследуем мир. Но ему было мало. Он хотел ломать людей, хотел власти. Когда он предложил мне вступить в его «команду»... я послал его. Мы разошлись с таким скандалом, что я думал — он забыл обо мне навсегда. Оказалось, он просто ждал момента, чтобы ударить по самому больному. По вам. Элек выглядел так, будто на его плечи обрушилось всё небо. Он явно что-то не договаривал, что-то гораздо более важное. Напряжение сменилось чувством надвигающейся беды. Все понимали: враг — не просто вирус, а кто-то с личными счётами. Багси подошёл к нему и начал пищать, пытаясь отвлечь от тяжёлых мыслей. Аниса прислонилась плечом к плечу Элека. — То, что он был твоим знакомым, не делает его твоей виной. Он сам выбрал стать монстром. А ты выбрал быть с нами. Лаванда напечатала на экране: «Мы не дадим ему закончить то, что он начал. Мы с тобой! <3 Команда сильнее, чем какой-то один лошара». Элек глубоко выдохнул. — Спасибо, ребят. Вы правы. Хватит самокопания. Нолл сейчас в Ядре, и если он смог так сильно ударить по Янару, значит, он уже начал процесс с системой. — Нам нужна Глюкси! — Астрея вскочила на ноги. — Она гид, она знает лазейки! Она поможет! — Тогда нечего сидеть. — Бриз уже проверял свой рюкзак. — Переодеваемся в походное и выдвигаемся. Город долго не протянет.