Часть 3

Регина пришла в себя только на утро. В больничной палате. На ней была казённая сорочка. Правая рука привязана, в ней катетер. Обратила внимание, что вливают глюкозу. Вошедшая низенькая медсестричка измерила ей температуру и давление, сказала, что доктор сейчас придет ее послушать. Женщина с трудом пошевелилась. Почувствовала под собой одноразовую пеленку. Почему-то сразу подумала, что нужно будет сделать взнос в фонд больницы. Как будто это сейчас было самым важным! Сильно болела голова и хотелось пить, во рту пересохло. Ей подали стакан воды. Следом за медсестрой вошёл дежурный доктор - молодой симпатичный мужчина с бородкой и в очках. На бейдже - Геннадий Витальевич Островский. Внимательно прослушал лёгкие больной и сказал взволнованно: - Вы чудом не заработали воспаление! Знаете, где Вас нашли сегодня ночью? На свалке! В одном вечернем платье, без верхней одежды! Интересно, Вы что-нибудь помните? Она кивнула: помню. Свободной рукой потрогала саднящее место на затылке, его заклеили пластырем, поморщилась: болит. И спросила: - Эта свалка что, за городом? А кто меня нашел? - Об этом с Вами сейчас расскажет следователь. Вы в состоянии сейчас говорить? - Регина подтвердила, что в состоянии. А сама внутреннее напряглась. Только бы ее не обвинили в убийстве Каримова! Вошедший следователь оказался мужчиной невысокого роста, средних лет, с усами, не очень выразительной наружности. Однако взгляд его был острым и проницательным. Казалось, он всегда фиксирует для себя нужные детали. Звали его Иван Степанович Боровик. Он был уже известен в городе благодаря нескольким громким делам. В руках он держал сумочку-клатч нашей героини. Та почувствовала, как тревога и беспокойство охватывает все ее существо. - Добрый день. Как Вы себя чувствуете? - Он присел на стул возле койки. Регина полушутя сказала, что нормально, но бывало и получше. Он усмехнулся и продолжал: - Вчера в одиннадцать ночи Вас обнаружила в сугробе шестидесятилетняя гражданка Потапова. Шанс найти Вас живой к утру фактически равен нулю. Свалка, куда Вас выбросили преступники, хоть и в черте города, но в крайне безлюдном месте. Так что Вы, Регина, можно сказать в рубашке родились. Потапова шла через пустырь, чтобы сократить путь до дома. Она, хоть и на пенсии, работает по сменам в кондитерском цеху при супермаркете. И подкармливает собак на пустыре. Они ее охраняют. И они ей лаем указали на Вас. Женщина испугалась, вызвала скорую и полицию. Благодаря ее усердию Вы живы. - Да, - пробормотала Регина, - мне нужно ее увидеть и поблагодарить. - При Вас была вот эта сумочка, - невозмутимо продолжал следователь, - а в ней, кроме телефона, небольшой суммы наличных денег, банковских карт, ключей и косметики, находилась и вот эта любопытная вещица, - он показал на пустую ампулу в пакетике. - Не желаете ли сами рассказать мне, что в ней было, перед тем, как она пойдет на экспертизу? Неожиданно к Регине вернулось самообладание и она отвечала почти спокойно: - Охотно. В ней был яд. Я влила его в бокал с шампанским для Каримова. Но он не успел его выпить, кто-то застрелил его при мне. Я не видела, кто. Наверняка тот, кто вырубил меня ударом по голове. - Нам сейчас не важно, кто убил Каримова, - пренебрежительно махнул рукой Боровик, - я не занимаюсь этим расследованием. Для меня более важны ваши мотивы. Зачем Вы хотели его отправить? - Затем, что... - в горле предательски хлюпнуло. Ах, все равно! Тайное всегда становится явным! - Он убил моего отца много лет назад. Я хотела ему отомстить. - Вашего отца звали Станислав Маневич? - Да. - И Вас по настоящему зовут Мария, так? Мария Станиславовна Маневич. Вы жили под вымышленным именем десять лет. И работали в компании Каримова восемь лет, начиная с рядового менеджера. Месть - это блюдо, которое подают холодным, и Вы вынашивали свои планы очень долго. - Да, это так. Но теперь убедилась: Каримова и без меня настигло возмездие. Знаете, почему он убил моего отца? В нулевых мой отец был его партнёром по бизнесу, а потом стал работать сам и преуспевать. Мы жили в хорошей квартире в центре города, папа строил для нас дом за городом. Мама могла не работать, мы не знали нужды. Это вызывало зависть Каримова. Кроме того мой отец знал о его многочисленных аферах, о подпольном игорном бизнесе и борделях, и мог в любой момент заявить об этом, куда следует. Мог, по мнению этого урода, также шантажировать его. Потому его люди подложили отцу в машину взрывчатку. Он ехал забирать меня из музыкальной школы. Мне было тогда двенадцать лет... - Регина перевела дух, - Папину стройку заморозили, выставили по ней долги и счета, которые мы с мамой смогли оплатить, только продав нашу квартиру. Жить перебрались к бабуле в поселок Степной. Когда бабулички не стало, мне было двадцать лет. Мать на тот момент уже давно жила во Франции, замужем за своим Полем. Домик я продала, когда нужны были деньги в уплату за ипотеку. Очень жалею об этом теперь. - Вытаскивая из себя все наружу, женщина чувствовала невероятное облегчение, точно наконец освобождалась от груза, давившего своей тяжестью на протяжении почти восемнадцати лет. Следователь кивал: - Вы говорите правду. Все так и было, я проверял информацию касательно гибели Вашего отца. Что же Вы планируете делать теперь? Она пожала плечами: - Не знаю. Все зависит от того, кто станет руководить компанией. Вероятнее всего мне придется искать себе новую работу. Следователь ушел, пожелав ей скорейшего выздоровления и поздравив с наступающим новым годом. Регина загрустила. Зеркало над раковиной явило ей жалкую картину: спутанные волосы, полустертая косметика, бледность, темные круги под глазами - краше в гроб кладут! Кое-как привела себя в порядок. Ее ещё немного мутило и кружилась голова. Было тоскливо сознавать, что это первый ее новый год в больнице и таком беспомощном одиночестве. Конечно, самые радостные душевные праздники они отмечали когда-то с бабулей. В студенческие годы с однокурсниками весело встречали новый год в кафе. Вот в компании Каримова она уже ни с кем не дружила и не сходилась близко, корпоративы отбывала как необходимость, в томительном ожидании выходных - свободы и отдыха от постоянного притворства и фальши. Сейчас бы она неспеша и с удовольствием украсила квартиру, приготовила несколько любимых салатов, и, приняв ванну, уселась смотреть любимые фильмы и слушать любимые песни до поздней ночи. В полночь небо за окном стало светиться фейерверками. Пока не надоело Регина скроллила свою ленту на Фейсбуке. Были поздравления от мамы и пары-тройки старинных приятельниц. Все желали ей в новом году обрести личное счастье. Она никому не сообщила о происшедшем с ней. Кто-то тихо вошёл в палату. Женщина вздрогнула от голоса: - Плачешь? Не спишь? Это был тот самый дежурный доктор - Геннадий Витальевич. Зашел проведать. Было слышно, как в ординаторской шумно встречают новый год. Протянул бокал с соком: - Шампанское тебе нельзя, выпей хоть это. - Спасибо! - она усмехнулась, - Шампанским я со вчерашнего дня сыта по горло. - Дома ждут небось. Муж, дети. - Никого нет, - ее голос прозвучал глухо. Она выпила сок, легла и отвернулась к стене. - Да ты это... не переживай! Все наладится! Вот увидишь, все будет хорошо! - "Смешной какой! Выпимши наверное." Доктор ушел, а Регина все вспоминала и вспоминала прошлое, пока не уснула.