ГЛАВА 7

На несколько дней Аня умудрилась забыть про поиск работы и судьба словно намекнула – и правильно. Работа над дипломом шла превосходно, научник присылал совсем незначительные правки. В конце апреля она уверенно завершила работу над черновиком. Ставя точку она чувствовала волнение, словно назавтра ей за этот текст непременно получать Пулитцеровскую премию. Виктор Иванович довольно быстро прислал ей незначительные замечания и уже поздравил с готовой работой. Работы там было немного, но не только потому Аня знала, что легко справится за майские праздники. В нее словно снова вернулись силы. Спустя несколько часов, проведенных за монитором и она уже поздравила себя с дописанным дипломом.  Листая свою работу, она чувствовала удовлетворение. Это был не просто диплом, это была иллюстрация всей ее жизни, написанная научным языком. Она видела на страницах сухой научной работы и рождение себя как журналиста, и воспоминания о своем первом тексте, и победы в журналистских конкурсах. Никто не смог бы увидеть там этого увлекательного кино и тем более его главную героиню. Она спокойно могла бы назвать свой диплом своей профессиональной исповедью. Где-то давно она прочитала, что автор любого текста должен относиться критически к своей работе и не должен испытывать к свои текстам теплых чувств. Только тогда этот текст станет шедевром. Аня понимала, что большей глупости в жизни не читала и не слышала. Она обожала свою работу и не могла представить, как же может быть иначе.  Кстати, после тех собеседований в магазинах ей никто так и не позвонил. Она посчитала, что это судьба и решила, как только допишет свой диплом, так тут же примется за поиск работы в журналистике. И в этом, несомненно, добьется успеха.  Она уже представляла себе, как раз в неделю ходит в светлый редакционный офис где-нибудь рядом с Дворцовой площадью, активно участвует в планерках, а потом бежит делать то интервью, то репортаж, то аналитическую статью, то подборку куда сходить на выходные. К слову, кроме диплома ей предстояло сдать еще и госэкзамен. Однако к нему она даже не стала готовиться. Госэкзамен напоминал ей все то, что раздражало ее в учебе и почему она скорее хотела ее закончить и заняться работой. И почему она закатывала глаза, когда то бабушка, то Виктор Иванович спрашивали ее про магистратуру, в которую она, разумеется, не собиралась идти.  И вот в один из майских дней она получила финальное письмо от научника: «Анна, вы можете уже печтать свой диплом и относить на кафедру. Вам нужно будет поучавствовать в предзащите. Но вы не переживайте – это легкий процесс. Просто тренировка защиты. Напишите текст презентации и все. А потом готовьтесь к госам и ни о чем не беспокойтесь». На госах Аня вытянула легкий билет, который смогла бы рассказать, даже не учись бы она четыре года в университете. Ей поставили пять. По слухам на защиту должен был явиться какой-то строгий профессор из другого университета, написавший с десяток унылых журналистских научных трудов. Он действительно пришел. Аня невольно боялась его, но, когда она отвечала – тот по загадочной причине куда-то отлучился, словно так было и нужно.  После госов она мигом переоделась в туалете в шорты и поехала на электричке в сторону Финского залива – просто подумать. День выдался нежарким, но солнечным, в плюс двадцать Аня была единственной, кто решился оголить ноги, но абсолютно счастливой от этого факта. Кончиком пальцев ног она коснулась воды в заливе, та оказалась прохладной, но не ледяной. Аня пробралась по пятки и закружилась в воде, чувствуя себя как человек, сбросивший с себя оковы, которые чуть ли не врезались уже в кожу. Все как какой-нибудь рекламе.  Она досидела на берегу чуть ли до самого заката, читая книгу Сильвии Плат «Под стеклянным колпаком». Она купила ее в книжном магазине у вокзала, потому что в аннотации увидела слово журналистка. Она совсем ничего не помнила про эту книгу, хотя она была уверена, что слышала фамилию этой писательницы на парах по зарубежной литературе. Книга была интересной, но очень печальной. Если бы Аня была фаталисткой, то она могла бы понять, что книга про журналистку с депрессией аккурат перед защитой диплома попалась ей неслучайно.  Однако в тот день она умиротворенно сидела на своей джинсовой куртке на песке, жевала бургер и кормила картошкой строптиво летающих вокруг нее чаек и фотографировала воду. К ней пару раз подходили чьи-то любопытные собаки, а вместе с ними, смеясь, их владельцы. Лишь когда она начала чувствовать, как холодок скользит по ее ногам, она помчалась к ЖД-станции, ели успев запрыгнуть в свой вагон. Дома она оказалась лишь к 11 вечера. -Отмечали сданный экзамен с одногруппниками? – спросила ее бабушка после приветствия.  -Ага.  -Что у тебя? У тебя же пять? -Конечно.  -Ну молодец, я тебя поздравляю. А когда защищать кандидатскую? -Пока никогда. А диплом через неделю. -Чудесно, Аня. У тебя же все написано? -Разумеется.  -Хорошо. Аня слукавила, ей нужно было еще оформить презентацию и текст своего выступления. Впрочем, слайды презентации она собрала за час, а текст для выступления – еще за полчаса. Она скинула все эти сокровища научнику, получила одобрение и больше не вспоминала об этом.  Всю оставшуюся неделю она перечитывала свой диплом, сочетая его с чтением Сильвии Плат. А в день защиты проснулась в пять утра. И увидела на почте, что научник не придет на защиту. Виктор Иванович пожелал ей удачи и извинился за свою болезнь. У Ани скрутило живот и пропал всякий аппетит. Абсолютно бледная она направилась до университета.  Почему-то волнение выключилось лишь в тот момент, когда ее пригласили к доске. Она ни разу не взглянула в свой листок с презентацией и представила свой диплом так, будто бы кто-то загрузил в ее голову файл с ним. Она не видела никого в аудитории, будто бы читала текст сама себе. Впрочем и те сидели перед ней безмолвно. А ее переполняло чувство тихой, но торжественности. Словно это был не диплом, а проповедь.  -Анна, благодарим вас за этот интересный и очень амбициозный труд. - Комиссия улыбалась ей.  - Мы все надеемся, что ваша будущая работа поможет показывать читателям всей страны и может быть не только красоту и потенциал нашего города. – сказала какая-то неизвестная ей женщина. – Кстати, а вы не умеете писать журналистские статьи на другом языке? На английском языке, может быть? -Спасибо за похвалу моей работы. К сожалению, опыта написания статей на другом языке у меня не было. Но я бы хотела…. -Обязательно попробуйте! Вы планируете поступать в магистратуру? -Пока что… -Я бы рекомендовала вам получить опыт в наших издательствах. И попутно вы можете поступить на факультет международной журналистики. Да. Я бы крайне вам рекомендовала потом пробиваться в иностранные СМИ. Ваши интересы очень этому соответствуют.  Потом ей задавали еще какие-то вопросы. Сколько лет она занимается этим проектом «Петербургской передачки»? На что потратила грант от победы в журналистском конкурсе? Аня рассказывала и рассказывала, лучистыми глазами смотря на своих слушателей. И те улыбались ей в ответ. Волнение абсолютно исчезло, оставив лишь восторг.  -Анна, мы очень благодарны вам за ваше выступление. Большое спасибо! Если у аудитории нет вопросов, то мы вас отпускаем. Под аплодисменты аудитории Аня получила свою «отлично», но она обрадовалась ей так, будто бы совсем не ожидала. Не дожидаясь выхода из аудитории, она прислала бабушке: «5!» Одногруппники отдельными группами направились кто куда. К счастью для Ани, она поняла, что собираться где-то вместе они не хотели. Потому она вышла из университета, забежала в кондитерскую у дома и купила там самый дорогой торт для себя и бабушки. -Ба! – крикнула Аня с порога. - Пойдем в Таврический! Давай поедим там торт! Эта идея пришла ей внезапно, а бабушка почему-то не стала сопротивляться. Они взяли две ложки и плед, нарезав торт еще дома. Взяли апельсиновый сок. Сам торт они ели прямо из коробки. Потом она долгие месяцы вспоминала этот день как один из лучших в своей жизни. Свой диплом о высшем образовании она получила в торжественной обстановке через две недели. Аня пришла на церемонию в нежно-розовом комбинезоне, в котором она очень редко ходила и который изумительно ей подходил и прекрасно сочетался с ее дипломом, который, впрочем, не был красным, не смотря на ее наивные надежды в семнадцать. Бабушка сфотографировала ее на главной лестнице ее вуза. Через несколько месяцев, разглядывая эти фотографии, она недоумевала с того, как она могла быть такой счастливой?  И совсем не узнавала своего лица. Но в тот момент она и правда была готова к любому сражению. И придя домой после вручения, она отсканировала свой документ, поставила его на полку на самое видное место и принялась писать свое резюме под долгожданным заголовком «журналист».