ГЛАВА 2

В тот день, когда Аня устроилась на работу, первое что она подумала – наконец-то появятся свои деньги. Она мысленно прикинула, на что она может потратить свою первую зарплату. Новые кроссовки. Книга про Петербург. Половину отложит на черный день. А через пару месяцев сможет переехать от бабушки в ту самую комнату.  Она видела себя, смотрящую через мутное стекло коммунальной квартиры, на Лопухинский сад, на плещущиеся за деревьями волны Невы. Видела себя, жующую зачерствевший хлеб с сыром. С пледом из Икеи, с самым дешевым, купленным за свои собственные деньги, на плечах.  Накануне она думала, что стоит пойти купить какую-то более формальную одежду, но взглянув в кошелек она отложила эту идею и погладила старую школьную блузку и джинсы.  В то утро она поставила будильник на шесть пятнадцать, боясь опоздать, но в метро, сжатая со всех сторон, она катилась уже в восемь. Она почувствовала, что не может ни минуты находиться дома и вольно бросилась в сторону сжевавшей ее до насквозь промокшей от пота сущности в утренней давке. Около восьми тридцати утра она уже была на месте и ей пришлось поцеловать дверь серого бизнес-центра. Никто, разумеется, не приходил на работу аж за полчаса до начала рабочего дня. У Ани мелькнуло в голове наивным голоском: «Может быть пойти погулять? Чего тут сидеть? Пойдем посмотрим, какие дома есть неподалеку? Исследуем район» И тут же воскликнуло суетливо: «Нет, ты что! Нужно приходить раньше! Тогда они поймут, что я старательная! Что я стремлюсь хорошо работать!» Остывая, вспотевшее тело замерзало до мурашек под тонким и противным на ощупь полиэстером блузки. Обняв себя руками, Аня тихонько прислонилась к стене.  Через пару минут мимо нее прошла какая-то тетка лет пятидесяти. Окатив ее взглядом пронзительной подозрительности, та открыла дверь и крикнула на Аню: -Эй, девочка! Ты что не можешь прогуливать школу в другом месте? -Я вообще-то тут работаю! – выпалила Аня и покраснела, испугавшись, что та не дай бог окажется ее коллегой. -Пропуск! Покажи пропуск. Никогда тебя не видела, что ты врешь!  Пара минут суетливых объяснений, показанных с экрана мобильного телефона писем от Анны-Луизы и ей велели сесть на скамейку в предбаннике. Ждать. Что же, по крайне мере у нее не отмерзали руки и зубы перестали выбивать сами себя, сказала себе Аня, чувствуя, как почему-то нарастает в ней то самое отторжение, что иррационально пустило в ней корни еще при первом ее разговоре с Леной и Анной-Луизой.  -О, Анюта, это ты! Аня казалось, что она забыла голос Анны-Луизы, но как только она заговорила – тот всплыл в ее памяти странным воспоминанием. И в сознании она рисовалась ей куда более поджарой, чем она оказалась. На вид ей было лет пятьдесят, а не деле – около тридцати пяти. И не спасал ее от этой иллюзии даже дорогой гардероб и блондинистый цвет волос.  Начальница махнула той самой меркой тетке, и та пропустила их обоих через вахту.  Они направились вместе по болезненно-желтому коридору в их офис. Потом Ане ни раз будет сниться этот коридор. Его томный запах ищущих мужей женщин средних лет. Их скептичные выражения лица. Противный желтый цвет обоев в стиле жилищ из романов Достоевского на стенах, украшенных фотографиями пейзажей с фотостока или из коллекции заставок для Windows.  Аня наигранно гордилась собой, что ее пригласили в такую большую компанию, но когда ей открыли дверь ее кабинета – к ее телу прилипла еще в метро пропотевшая одежда.  Перед ней простиралась армия из трех длинных столов, за которыми сидели люди, жужжа как рой оголодавших комаров. Стук их клавиатур напоминал звуки мухобоек. Кабинет был узким, как пенал, с потолками под пять метров, которые нисколько не придавали пространству воздуха. Желтые стены украшали лишь все те же базовые заставки с компьютера.  Почему-то Аня ожидала, что ее представят, но ей лишь молча указали на ее место и выдали бумажку с логином-паролем от компьютера. Анна-Луиза как в воздухе растворилась.  -Привет! – жизнерадостно проговорили рядом с ней. – Ты что новенькая? Аня обернулась и увидела рядом с собой лицо девушки кавказской внешности. И не успела она сказать ни слова, как та протянула ей ладонь. -Лена! – сказала она так быстро, словно ее кто-то подгонял. - Меня зовут Лена. А тебя? -Аня. – улыбнулась Аня. – Приятно познакомиться. -Приятно, коллега! А ты тоже тексты пишешь?  -Да! -Ой. Это же я с тобой разговаривала. Я читала твои тексты. Не волнуйся, я тебе все покажу и расскажу. Спрашивай если что, я отвлекусь, но пока мне надо дописать статью.  Не успела Аня и кивнуть, как к ней подбежал какой-то еще человек и не поздоровавшись подсунул ей стопку документов.  -Подпишите? – спросил он словно перебивая самого себя. - Там акты о том, что вы ознакомились с правилами безопасности. -Безопасности? Я же не на стройке. – Пошутила Аня. Человек посмотрел на нее строгим взглядом: -Как подпишете – оставьте мне на столе, пожалуйста. Я в сто пятнадцатом. Тут рядом. -А договор когда будет? – спросила Аня, потому что так нужно было спросить.  -Будет. – сказал все тот же человек, обернувшись на полпути к своей двери. - Анна-Луиза должна подписать его. Иначе в этом нет смысла. Мы дадим вам договор, не переживайте! Аня просмотрела отданные ей бумажки, но что-то остановило ее подписывать. Она положила их рядом с собой. Впрочем, вскоре ей было совсем не до того. К ней подбежал еще какой-то человек и показал, где можно искать и получать задачи для работы. Аня хотела было спросить, как его зовут, потому что видела его спину за компьютером неподалеку, но тот умчался, словно не услышав ее неуверенное: -А как вас зовут? Аня открыла программу и увидела, что на нескольких задачах уже угрожают дедлайны. Они мерцали ей с экрана красными флажками. Открыв первую же попавшуюся задачу, она прочла, что по одной задаче нужно написать три рекламных коротких текста для чистящего средства для ковров. Формулировка была такая: «Нужно написать три вкусных текста для рекламы чистящего средства для ковров «Маруся». Объем не более 1000 знаков. Одним из текстов должен быть слоган. Прикрепляю к задаче баннеры, которые будут использоваться на сайте, а также информацию от заказчика». Аня застыла на месте. Рекламные тексты. Это словосочетание вызывало в ней страх похлеще, чем слово «сессия» когда-то. Аня в жизни ничего такого не писала. Она нервно пересмотрела материалы, которые ей прислали, но там было лишь пара строчек, от которых задача стала сложнее чем какое-нибудь запутанное алгебраическое уравнение: «Напишите так, чтобы все купили наше чистящее средство от ковров! Оно почистит любую грязь! И состав полезен для детей! И стоит недорого». -Аня, у тебя нет вопросов?  К ней тихонько обратилась Лена. И не успела Аня что-то ответить или начать гуглить в интернете, как писать рекламу, как та спросила: -Что там за задача? Покажи. Она встала со своего крутящегося стула и встала за Аниной спиной: -А, господи… это же моя задача. Неужели они сразу тебе это дали. О боже. Так, не бери это. Напиши, пока метатеги для оптимизации страницы…. -Что-то? -Ты же писала когда-то тексты для сайтов? Сео-тексты.  Аня писала. Она вспомнила свою первую практику в институте, где именно таким она занималась. -Да, писала.  -Ты же вставляла там теги в тексты? В общем, нужно будет найти эти же теги на специальном сайте и написать с их помощью заголовок странице, описание страницы и ключевые слова. И урл. -Урл? -Это имя страницы в строчке адреса сайта. Где www… -А, поняла. Хорошо. Напишу.  -Ты же знаешь, где это искать? -Если честно – нет.  -Я пришлю. Прежде чем сделаешь – покажи мне. Можешь сделать это в гугл-табличке. Это же ты знаешь? Аня не призналась, что не знает. Но, к счастью, она нашла эти гугл-таблицы в интернете сравнительно быстро.  С задачей, которую ей перепоручила Лена, Аня справилась за два часа. Ей достался сайт, где желающие могут купить туры в Эстонию. Эта тема ей понравилась намного больше, чем чистящее средство для ковров. Она отправила Лене файл. На часах было два часа и ей ужасно хотелось пойти есть. -А можно пойти на обед? – спросила Аня. -Да, только быстро. У нас еще ворох работы, которую я тебе помогу сделать… -Насколько быстро?  -Минут двадцать пять. Советую зайти в пекарню возле офиса. Там очень вкусные обеды. Будет идеально взять еду с собой и доесть за столом, потому что времени мало… Аня так взволновалась, что секунда ожидания лифта и пара минут сборки обеда в кафе показались для нее вечностью. Раздраженная она жевала сэндвич в лифте. Чай допивала за столом. Кофе Аня никогда не пила. Под вечер она поняла, что кажется придется попробовать этот чудо-напиток. За день она написала два больших текста, вычитала их и у нее начали слезиться глаза. Пробило десять часов вечера.  -Фух, успели! – сказала Лена и торжественно встала из-за стола чуть ли не второй или третий раз за рабочий день. -Да уж.  -Завтра нужно будет сделать чуть меньше половины из сегодняшнего. Это ужасно радует. -То есть мы сможем уйти в 18? Лена посмотрела на нее устало, но ничего не ответила, а Аня не придала этому никакого значения. Ели, волоча ноги, Аня пошла к лифту, отгоняя от себя образы ужина. Она не слышала ничего, кроме звука урчания собственного желудка, который перебил восклицание сначала показавшейся ей незнакомой женщины: -Анюта! Вы написали тексты с Леночкой?  Этой женщиной оказалась Анна-Луиза. Сначала Аня увидела красную подошву ее туфель, а лишь потом – ее саму. Ее сухие плечи торчали из рукавов рубашки, а пальто она держала в руках. Это могло означать лишь то, что на метро она домой не поедет.  -Да. – сказала Аня, снова переведя взгляд на подошву ее туфель. К счастью, уже возле дверей Анна-Луиза помчалась к своему автомобилю.  Ночью Аня снова не могла заснуть и прогоняла разговор у лифта с Анной-Луизой практически в панике. Ей запомнилось, что она сказала «да» очень злобным тоном и она не могла переубедить себя в обратном.  -Отлично, вы молодцы! – сказала Анна-Луиза слишком бодрым для десяти вечера голосом канарейки из мультфильма. - До завтра.  Бабушка встретила ее дома встревоженная. Только в метро Аня выключила беззвук и увидела, что та звонила ей несколько раз. -Нас задержали на работе. – проговорила Аня вместо привет. – извини. -В первый же день? Тревожный знак. -Бабушка, это моя первая работа. Мне придется показать себя во всей красе. Иначе и ее не будет… -А договор они с тобой подписали? От этого вопроса Аня застыла между стенами коридора с ощущением, будто те всосут ее в себя, даже если она будет сопротивляться.  -Нет, мне дадут его только завтра. -Аня, внимательнее с такими вещами. Они должны сделать договор с первого же дня. От строгости голоса бабушки у нее закружилась голова. Она кивнула и тихо соврала, что знает, лишь бы не продолжать этот разговор.  Оказавшись в своей комнате, она проговорила сама себе: -Дедушка тоже работал очень много и перерабатывал. Он же про студенческие годы рассказывал всякие ужасы. Это нормально. Как можно работать мало, когда это твоя первая работа?.. Спала она плохо, а на следующее утро ей не дали даже выдохнуть, как на почту упали новые рабочие задачи. В ответ у Ани в груди заклокотало будильником нечто неприятное. -Анна-Луиза! А вы не могли бы подписать мне договор? Не успев поздороваться с Леной, Аня направилась прямиком в кабинет начальницы.  -Вы что не видите, я занята! – закричала Анна-Луиза, не выглядывая из-за монитора. Аня заметила, что у нее ноги не доставали до пола, а сидела она босиком, поставив свои каблуки рядом с тумбочкой. Аня тут же выскочила из кабинета, напуганная. Лена осадила ее возмущенными вопросами, где она успела пропасть в первые секунды рабочего дня. -Я спрашивала про свой договор! – тихо ответила Аня. – занимая свой стул и одновременно нажимая кнопку включения компьютера.  Лена испустила из своей простуженной груди громкий вздох и сказала механически: -Я уточню у нее. Напиши, пожалуйста, то, что написано в задаче. Спасибо. И она не соврала, через полчаса Аня увидела ту, заходившую в кабинет к Анне-Луизе на поклон.  Аня периодически посматривала на закрывшуюся дверь. Через пять минут Лена вышла оттуда с пустыми руками и ничего не сказала Ане, садясь на место. -Ну как? -Все будет. – кратко ответила Лена. – пиши по задаче, пожалуйста. Краем глаза Аня заметила, что по лениной щеке скатилась слеза, но это почему-то вызвало у нее кинопленку мрачных мыслей в голове, которые она не могла никак сдерживать. -А они точно сделают мне договор? -Сделают. – сжав зубы проговорила Лена. Аня почему-то чувствовала себя так, будто забыла все 33 буквы русского алфавита и не могла выдавить из себя ни единого слова. Она не чувствовала клавиатуру, набирая невнятный рабочий текст и встала с места, понимая, что без передышки не справится вообще. -Ты куда? – спросила Лена. -В туалет. – отрезала Аня, словно Лена была стенкой. По ощущениям Ани, она провела в кабине минут двадцать, глубоко вдыхая. Однако, когда она вернулась оказалось, что стрелки настенных часов сдвинулись лишь на пять минут. Лена уже погрузилась в работу и вряд ли слышала хоть единый звук. Возле ее пустой кружки с чаем лежала мокрая скомканная салфетка. Она так яростно долбила по клавишам, что казалось, та вот-вот загорится, а Аня подумала, что та так заглушает свои переживания. Аня раскрыла вкладку с задачей у нее невольно вырвался протяжный вдох, а в голове возникла мысль, звучавшая словно приказ: «Что за бред я должна делать? Мне тут не нравится. Я хочу уйти» На нее смотрел с укором следующий текст задачи: «Напишите вкусный текст для нас. Мы занимаемся продажей стройматериалов и очень хотим доделать лэндинг по продаже клинкерной плитки. Нам нужен яркий текст, после которого люди захотят купить нашу плитку!» Аня открыла прикрепленные материалы. Там были нарисованы какие-то кирпичи, лежащие у грязной стенки какого-то склада. В ней забилась такая максималистская ярость, усиленно вдохновлявшая ее на текст с совсем другим содержанием, другим жанром и другим стилем.  «Почему я взбесилась так быстро? Я работаю тут второй день» - произнеслось в ее голове.  -А когда нужно сдать этот текст? Сроки не указаны. – Аня спросила Лену, даже не скрывая негативных интонаций в голосе, но пытаясь так перебить сомнение в собственных мыслях.  -Ах, извини. Надо вечером скинуть мне черновик.  -А что-то еще есть? -Пока нет.  Аня просидела полтора часа и наскребла из головы какие-то фразы. Они ей ужасно не нравились, ей казалось, что в жизни она не изрыгала из себя такой мерзкий текст. Однако она пересилила себя и отправила текст Лене на проверку, словно стряхнув с себя грязные крошки.  А тут она еще увидела письмо, в котором ругали ее вчерашнюю работу. «Нам не нравится этот текст! Он не возбуждает на покупку!» Аня даже не могла вспомнить, о чем писала вчера, потому ей хотелось смеяться и плакать одновременно. -Я не знаю, что мне исправлять во вчерашнем тексте. – обессиленно сказала она Лене. -Перешли мне, я посмотрю. -Здравствуйте, девочки! – к их столу подошла Анна-Луиза. У Ани почему-то возникло желание встать и уйти. – Как идет работа? -Я хочу знать, когда будет договор? Подскажите, пожалуйста. – процедила Аня. Анна-Луиза посмотрела ей в глаза, как показалось Ане, с непониманием. -А тебе не дали еще? -Нет.  Краем глаза Аня увидела, как нервно, словно механическая игрушка, Лена качает головой.  -О боже мой. Я зайду к эйчарам и спрошу. Какой бедлам. Почему-то возмущение Анны-Луизы показалось Ане напускным, но не успела она продолжить свой допрос, как тут же Лена защебетала с выражением о рабочих достижениях за это время: -Вчера наша команда сдала тексты для строительного сайта, но клиенту не понравился текст Ани. Я проанализировала, поняла, что можно переделать.  Я позже передам Ане. Также я ставлю в задачи новую работу. На эту неделю нужно закрыть еще троих клиентов. Поджимают дедлайны. Но, по моим прогнозам, мы успеваем. -Отлично-отлично. Чудесно. Тогда вечером еще подойду. Анечка, не переживай. Я сейчас же схожу к эйчарам. Анна-Луиза соврала, потому что направилась она в свой кабинет и закрылась там. Через мгновение раздалось эха телефонного разговора. Звучали слова «Созвон, дедлайн, задачи, сроки, приоритеты». Они звучали в Аниной голове противным звуком автоматной очереди. Она снова выскочила в туалет и провела там двадцать минут абсолютно не по прямому назначению этого помещения. Кажется Лене это не понравилось, но Аня сдала задачу через еще ровно двадцать минут. Ленино лицо расслабилось, словно его перерисовали.  Аня вышла с работы только в десять часов вечера. Снова. В итоге она получила свой договор, но лишь после того, как она зашла в кабинет к Анна-Луиза и еще раз потребовала свои бумаги. -А вы отправили тексты клиенту? – сначала сказала Анна-Луиза вместо ответа на вопрос про договор. Аня кивнула так резко, что при желании могла бы сама себе свернуть шею. И сказала: -Да, мы скинули, но, пожалуйста, дайте мне договор, я хочу стать полноценным сотрудником. Вернее, Ане показалось, что она потребовала свои бумаги. Вспоминая этот разговор, Аня покрывалась красными пятнами стыда. На деле же ее голос звучал так тихо, что та сказала: -Анюта, прости, что, я тебя плохо слышу? Сначала Аня была совершенно уверена, что действительно сказала невнятно. Но потом она заметила, что ответы или слова всех людей, которые не нравятся Анне-Луизе, ей с первого раза не ясны: -Сколько прости дней ты будешь рисовать этот макет? – спросила она дизайнера, когда Аня услышала его даже из другой части офиса.  -Два дня. - сказал он. А после исправил свои слова на один день.  -Возьмешь ли ты в отпуск ноут? – спросила она своего зама. А Аня четко услышала ответ и увидела, как тот отрицательно кивает головой. А после отвечает «Да, конечно же!».  -Ты же сможешь задержаться после работы? – переспросила она Лену, когда та за две минуты до этого сказала, что уйдет сегодня вовремя к врачу. К сожалению, заметила Аня эту специальную глухоту не сразу. И в тот день, второй рабочий день в своей жизни, она вышла из конторы как прессованная, как вонючие отходы.  Слабая улыбка осветила ее лицо, когда в метро она услышала разговор двух школьников про субботние уроки и после осознала, что сегодня пятница. Значит завтра она не будет работать. На следующий день Ан спала до двенадцати часов дня и испугалась чисел на часах, потому что не помнила, когда в последний раз столько спала.  Всю субботу она провела дома, как и воскресенье. В понедельник она смогла лишь вспомнить, что эти дни были в ее жизни. Но она не помнила, ни какой была погода, ни что она ела. Помнила лишь свой шок от времени на часах и потом такой же, когда вечером в воскресенье осознала, что завтра снова пора идти на работу. На работу ноги донесли ее сами. Уже с порога ее встретила Анна-Луиза и сказала: -Анюта, в десять собрание отдела, нужно быть, подготовь, что ты сделала за свою рабочую неделю. На собрании Аня зачитала свой список и не успела она договорить, как Анна-Луиза воскликнула: -Почему так мало Анюта сделала, Лена? Ты что не контролируешь? За неделю с предыдущим сотрудником мы успевали больше! -Анна-Луиза, простите, но Анна работает только третий день, и он сегодня. Она бы не успела сделать столько, сколько Семен. -Разве третий? -Третий. Вспоминая эту ситуацию, Аня понимала – нужно было бежать еще тогда. Но вместо этого она вжалась в стул, когда услышала нотки негодования в голосе начальницы. Так и прошел месяц, который Аня едва могла вспомнить. В один из выходных дней у нее мелькнула мысль, быть может, стоит съездить погулять в месте, где она никогда не была – по Канонерскому острову? Где-то очень давно она читала, что в конце сентября там по своему хтонически очаровательно. Ей очень хотелось туда съездить. Пофотографировать, посмотреть на Финский Залив и написать потом статью.  Однако просыпаясь в субботу, она откладывала это из раза в раз и переворачивалась на другой бок, натягивая одеяло до самых глаз.  Так и наступили влажные холода, в которые хотелось перемещаться лишь из дома и назад.  А еще через месяц в Аниной жизни появилась другая проблема. -Аня, а тебе уже выплачивали зарплату? – спросила ее бабушка за завтраком. Обычно бабушка спала, когда Аня собиралась на работу, но в этот раз почему-то решила позавтракать с ней. -Ммм. – задумалась Аня. -Не уходи от ответа, Аня. Тебе должны выплачивать зарплату минимум дважды в месяц. Ты же читала свой договор. Там это написано?  Аня почувствовала, как неприятный холодок бежит по ее телу противной дрожью.  -Читала. Да. Завтра должны заплатить. -Завтра же суббота. Значит сегодня. -Это как, ба? -По правилам, если день зарплаты выходной день, то зарплата приходит перед выходным днем. Всю дорогу до офиса в Ане почесывались, как вирус, тревоги и чем ближе была работа, тем сильнее они в ней шуршали. Переступив порог здания, она встретила Лену в коридоре и чуть не забыв поздороваться сказала, набрав в грудь побольше воздуха: -Лена. А когда будет зарплата? -Зарплата? -Да. Мне так ничего и не платили. -Хм. Я спрошу. -Я могу спросить сама? Я не могу ждать? -Аня, у нас наверняка будет много работы. А я как старшая должна задавать такие вопросы. -А когда ты узнаешь? -Как только, так сразу. И как только двери лифта распахнулись, она бросилась к дверям их кабинета чуть ли не бегом, как от пожара. Аня же прошла к своему месту и с трудом заставила себя сесть в рабочее кресло. Лена уже включила свой компьютер и беспокойно ерзала на месте. Аня сделала тоже самое, но не села на место, покуда система не прогрузилась. Аня плюхнулась на стул и почувствовала, будто ею пишут тексты, а не она пишет их. Кто-то другой нажимает ее пальцам по клавиатуре. Она не ощущала вдохновения, даже приблизительно. Даже интереса к поиску информации по теме, о которой она никогда и ничего раньше не знала.  Хотя она наслаждалась порой даже скучными курсовыми в университете, просто потому что любила исследовать, любила писать о своих находках и любила этим делиться. Иногда ей даже легко было выступать.  После обеда ей показали один из ее текстов на сайте. Первый текст, который опубликовали на ее первой в жизни серьезной работе. Аня смотрела на него и понимала, что не чувствует к этому тексту ничего. Ей стало ужасно грустно. Не читая, она закрыла вкладку.  Со временем она приняла, что ничего не чувствовать к этим текстам – неплохо. Потому что порой редактура клиентов превращала их в бредни сумасшедшего. Все это выглядело как работа безрукого пластического хирурга на юном, красивом лице. Они добавляли в них какие-то пафосные слова, лишние запятые. Первое время она плакала и пыталась отбить у клиентов старые версии своих текстов. Но со временем поняла – ей все равно. На это пришлось потратить несколько месяцев, выплакать литры слез и использовать десятки пачек бумажных салфеток, стащенных из туалета.  Зарплату платили как-то хаотично, Аня совсем не понимала, по какому принципу.  По выходным не было сил на чтение книг, написание своих статей и даже на прогулки. В редкие дни она приходила домой раньше восьми вечера. Когда формально рабочий день длился по договору до 18 и ни минутой дольше.