Вархи, сын Гиди ловит Ниманора рябиновой ветвью

*** Вархи, сын Гиди учился путям проклятия и выучил тридцать один путь проклятия, но ему было мало той власти. Тогда он отправился скитаться по земле, чтобы найти злых духов и изучить их пути. Когда он бродил по землям, к югу от широких Нитар, то он проходил той самой дорогой, рядом с которой жил Ниманор, злой дух. Ниманор почуял как приближается к нему Вархи и надел на себя чужое лицо и чужое имя. Когда Вархи, сын Гиди проходил по тропинкам, Ниманор, как это подобает нечистым духам, вышел к нему и сказал: — Вархи, Вархи! Меня зовут Гулл, и я хочу поговорить с тобой. Вархи знал, что если к тебе подходит в лесу незнакомый человек и называет тебя два раза по имени, это нехороший дух. Вархи знал это, но он знал пути нечистых духов, и поэтому сказал ему так: — Да, меня зовут Вархи, сын Гиди. Но я вижу, что тебя зовут не Гулл, а Ниманор. Гулл же мёртв, его лицо ты украл и имя его похитил. Тогда Ниманор решил убежать, но Вархи поймал его веткой рябины и сетью из осота, как ловят нехороших духов, и сказал ему такие слова: — Ниманор, я не отпущу тебя, пока ты мне не расскажешь тайны власти. Ниманор попытался вырваться, но не смог. Тогда он сказал Вархи: — Хорошо, приклони своё ухо, и я поведаю тебе самую страшную тайну. Ты сможешь рассказать её камешку, и он так испугается, что гора будет повиноваться тебе. Расскажешь капле — и вся река будет в твоей власти! Бояться будут они, и сделают всё, чтобы только не узнать самую страшную тайну! Вархи возрадовался и сказал: — Раскрой мне эту тайну! Тогда, Ниманор приблизился к нему и зашептал: — П в , ! в ь ? , ! (Я постарался записать эту тайну, но буквы в ужасе покидают лист и разлетаются, лишь бы им не быть вместе) Вархи опустился на колени, кожа его сморщились, а чёрные кудри его вмиг поседели и выпали; лицо его постарело и он стал дряхлым, разбитым стариком — так страшна была эта тайна. Ниманор сказал ему: — Теперь ты знаешь самую страшную тайну, и ты наделён властью, а я свободен. Вархи ответил ему: — Спасибо тебе Ниманор, теперь я знаю то, что хотел. Его голос дрожал как голос стариков за два дня перед смертью.