7.

Офис встретил её тишиной и пылью бумаги. Полки с делами, стол, застеленный тонкими листами протоколов, и чай, давно забытый и остывший с утра. Она закрыла дверь — и только тогда позволила себе выдохнуть. Сняла пиджак, повесила на спинку стула. Папку с делом Малфоя положила на стол. И замерла. — Почему ты, чёрт возьми, просто не взял этот нож и вонзил его мне в шею, Малфой?! — Почему ты стоял, смотрел, и ждал, чтобы я ушла?! — Почему ты вел себя, будто всё это… чертовски нормально?! Она не повышала голос. Но в кабинете казалось, будто стены сжались от напряжения. С документами справляться проще, чем с собственными мыслями. Она открыла дело и начала заполнять бланк: «Пункт 3.1. Поведенческая реакция на представителя Министерства…» Перо царапало бумагу. Буквы выходили жёсткими, с нажимом. — “Невежливое поведение, повышенная агрессия, попытка физического контакта…” — Нет, не так. — “Попытка нападения при визите официального представителя Министерства…” Она прошлась к полке с папками и, убирая старые дела, снова пробормотала в воздух: — Конечно, ты теперь в фартуке и с бейджем, как хороший мальчик. — Как будто это всё стирает твою фамилию. — Надеюсь, ты не о себе, — раздался голос из-за спины. Гермиона вздрогнула и резко обернулась. — Гарри. Он стоял в дверях, прислонившись к косяку, с кружкой кофе и своей фирменной полуулыбкой. — Если ты шипишь на шкафы, я волен предположить, что это либо депривация сна, либо влюблённость. — Очень смешно, — буркнула она и вернулась к столу. — Что это было? Она тяжело выдохнула. — Дело Малфоя. Драко. Я была у него. По ссылке. Для финального визита. — И как? — Он пытался меня убить. Гарри приподнял бровь. — Серьёзно? — С ножом. Прямо передо мной. — Она хлопнула папкой на стол. — А теперь, спустя два часа, подаёт чизкейк в маггловском кафе, будто всё нормально. — Ого… — Гарри отхлебнул кофе. — Чизкейк был хотя бы хороший? Она закатила глаза. — Это не смешно. Он не раскаялся. Не чувствует вины. Он… Он был готов. Если бы не надзор и его чёртова привязанность к возможному возвращению, он бы не остановился. — Но не сделал. Это уже что-то. — Не для протокола, Гарри. Это не “уже что-то”. Это “угроза”. Он присел на край её стола. Посмотрел на папку с делами и бумаги с работой. Потом — на неё. — Ты всё ещё хочешь его там оставить? Гермиона не ответила сразу. — Я… Я хочу, чтобы он страдал. — Но я не уверена, что Министерство должно исполнять мою личную месть. Тишина затянулась. Гарри только кивнул. — Ну, если что — я знаю хороший способ избавиться от кейса. Случайный пожар. Неосторожность с метлой. Всё, что угодно. Но тогда тебе придётся снова с ним встречаться. Объяснять. Смотреть в глаза. — Не смешно, Поттер. — Я не шучу, — сказал он мягко. — Ты просто… никогда не позволяешь себе чувствовать. А сейчас — чувствуешь. — Я злюсь. — Ты жива. Это хуже? Она не ответила. Он встал. — Ладно. Дай знать, когда вынесешь решение. Или если снова захочешь покричать на мебель. Он ушёл, оставив за собой шлейф кофе и иронии. А Гермиона снова села. Взяла перо. И написала: “Дальнейшее наблюдение рекомендовано. Решение отложено на срок до 72 часов.”