Начало шторма

      

“Существуют те, что рождаются за гранью нищеты, и те, которым повезло родиться с золотой ложкой во рту. Но не принято говорить о людях, чьи души страдают в агонии от несправедливости. По праву рождения им суждено было прожить жизнь без лишений, но, к сожалению, судьба распорядилась аморально, на души слишком ранимые выпала слишком тяжёлая участь”.

      

2023 год, 19 сентября.

       Меньше недели назад жизнь обладательницы локонов, напоминающих молочный шоколад, и глаз, сравнимых океану у побережья родного особняка, кардинально изменилась. Нара Солмаз — последствие настоящей любви Орхана, младший сын столь могущественного Халиса Аги с ума сходил из любви к той женщине, но та будто растворилась в воздухе, стала всем и ничем одновременно, все эти долгие годы он и предположить не мог, что вдалеке растёт плод его истиной любви. Он всё больше распалялся перед дочерью, было ясно, что Орхана пожирает терзающее чувство вины.       

О:— Прежде я и подумать не мог, что у меня, оказывается, есть дочь... поверь, твоя мама была замечательной, но в один день исчезла бесследно, без предупреждений и объяснений. Я считал, она отказалась от меня из-за невозможности осуществить наши совместные планы, её желанием было узаконить наши отношения. Но на тот момент я уже был женат. Был Фуат, твой старший и ныне покойный брат, Фериту на тот момент исполнилось восемь лет, разве я мог что-то предпринять, исходя из этого? Зная своего отца, я прекрасно понимал: всё может обернуться крахом, вот только, смотря сейчас на тебя, вижу её.

       Отнюдь девушка не испытывала по отношению к своему «отцу» и капли жалости, гори он заживо самым ярким и мучительным заревом, в её усеянной пеплом и льдом душе осталось бы всё неизменно... Сейчас жизнь наконец спустя долгие годы улыбнулась ей, несмотря на факт смерти бабушки пять прошедших дней тому назад, именно с того момента всё пошло, как всегда и должно было. Красавица с морскими глазами вынуждена была играть роль ради собственного спасения. Нара лучезарно улыбнулась, в ней было нечто необъяснимое, врождённый талант к самой правдивой лжи, как в манере речи, мимике и внешнему спокойствию, голос, как всегда, был нежным, приятным, от самой младшей представительницы семейства известных ювелиров веяло женственностью, блеск серых глаз будоражит сознание.       

Н:— Да, конечно, но понимаешь, твоей вины в этом нет, считаю, всё произошедшее — стечение обстоятельств... Сейчас я питаю надежду вернуть всё то упущенное, наверстать все свои мечты об отце, видя тебя рядом, я и вправду о большем мечтать не могла, спасибо, огромное спасибо, что ты здесь, папа.

       В отместку подкрепления образа несчастной дочери, девчонка заплакала, горячие обжигающие слезы потекли по щекам, скатываясь по аккуратным губам, в окончании своём срываясь вниз...        Как и ожидалось, глядя на эту картину невинной хрупкой девочки, отцовское сердце Орхана не выдержало и с треском, не видя действительности, поддалось на уловку.       

***

       Позавчера была свадьба Сейран и Ферита. Вчера состоялся приезд внебрачной дочери Халиса — Нукет, женщина прилетела из пасмурного Лондона в Стамбул вместе с сыном Кайей.        Молодая особа совсем недавно приехала в особняк, в её руках кладь чемодана на колёсиках, в грудной клетке вольной птицей бьётся хрупкое сердце, она стояла на первом этаже в холле, тревожно дожидаясь вердикта главы семейства, господина Халиса.        Орхан, оказавшись в воронке событий, только сейчас осмелился объясниться перед своим отцом. Гюльгюн и вовсе ничего об этом не знала. Казалось, вчера произошла стычка между только приехавшим кузеном в лице Кайи и таким важным Феритом, а сегодня, будто снег на голову всем жильцам дома, которые ранним утром пребывали в неведении, снежным комом свалилась Нара Солмаз, точнее быть Корхан, она единственная девушка третьего по ступени поколения, единственная кровная наследница в женском лице.        Девушка оставила свой скромный багаж, бесшумно прошлась по холлу, любуясь дорогим интерьером, интересным декором, вдохнула полной грудью, вовсе не веря в реальность происходящего, шторм собственных мыслей затуманил рассудок.       

Н:— «Неужели мне это не снится? Главное сейчас, чтобы этот старый ублюдок не усложнил всё, я никому не позволю лишить себя того, что по праву моё».

       Сероглазая вальяжно подошла к большому зеркалу в стене, рассматривая своё отражение, довольная увиденным покрутилась вокруг своей оси на высоких каблуках.        В отражении была привлекательная молодая девушка, в аккуратных мочках ушей блестит жемчуг с белым золотом, на лебединой шее дизайнерское колье, которое столь искусно обрамляет тонкие восхитительные ключицы, эти самые ключицы в красоте своей сами по себе напоминали природное колье. Жгучие своим холодом серые очи, в которых застыла песня о ясных небесах, о лазурной морской глади, зрачки напоминали космос, а вокруг них волнительно сплетались мотивы весенней листвы. Тонкая шея, хрупкие плечи, что были распахнуты, словно крылья вольной птицы, чёрное платье до щиколоток с открытыми плечами, обнажённые ключицы и спина, также выделена манящая область декольте. Платье можно было смело назвать самым желанным десертом, цветочный принт багровых миниатюрных розочек, один тонкий шлейф сменяется другим, ярусные ткани превращали силуэт Солмаз в самое настоящее творение искусства. Естественный макияж, нежность розового блеска на чуть пухлых губах манит, лисьи глаза склоняли одним взглядом растаять во власти бездны. Аромат парфюмерии, манящий нотками пудры, туфли матового оттенка на высоких шпильках, волнами уложены набок блестящие локоны тёмного оттенка, что при первых лучах рассвета выдали падкость шоколадных тонов.        Мгновение, один шаг изменил всё безвозвратно, справа тихо открылась дверь, Корхан обернулась на звук. Два мира столкнулись, сплетаясь воедино раз и навсегда, становясь дыханием на стекле, сквозь стекла пробиваются лучи восходящего солнца, освещая заревом своим. Возможно, безнадёжно искал неповторимость глаз её за горизонтом дали, по ту сторону виден малиновый восход, восход дня, полного ясности, обещаний о грядущем начале, светлое будущее так близко, и всюду свет.        Нара полностью поворачивается к незнакомцу, запястье её левой изящной руки в растерянности ищет опору, прикосновение к холодной поверхности зеркала градом окатывает океан мурашек...