стеклянный мост в цифровую бездну

Тишина в казарме была густой и липкой, как сироп. Ки Хун сидел на корточках, втиснувшись в угол, где тень пожирала свет фонаря. Его пальцы сжимали клочок бумаги — записку, выпавшую из рук №120, когда охранники утащили её в темноту. Бумага "шелестела" странно, будто соткана из сухих насекомых. Сквозь бурые пятна крови проступали слова, выведенные острым гвоздём: **«Мост — дверь. Разбей 7-ю плиту СПРАВА. Она не стекло. Она ЭКРАН»** Чон Бэ сидел напротив, грызя ногти. Его глаза метались по бараку, выискивая камеры. — Это ловушка, — прошипел он. — Они хотят, чтобы мы сломали правила. Чтобы было "основание"... — Основание для чего? — Ки Хун поднял голову. — Для ещё одной "чистки"? Стены ответили им гулом. Система пробуждалась. Игра началась. Мост простирался в чёрную пустоту на сотню метров. Не тридцать, как в правилах — намного больше. Стеклянные плиты мерцали неестественным синим светом. В их глубине, как аквариумные рыбки, плавали тени: - Лицо старика из первого раунда - Рот №303 в беззвучном крике - Ребёнок в школьной форме Голос из бездны: *Участники 456 и 390 помечены как НЕСТАБИЛЬНЫЕ. Активирован протокол.* Первый шаг. Игрок №77 наступает на плиту. **Треск!** Стекло "взрывается" до того, как плита окрашивается в красное. Тело падает в бездну, но вместо крика — механический писк, будто разрядилась батарейка. — Они меняют правила на ходу! — закричал кто-то сзади. Ки Хун смотрел на правый край. Седьмая плита. Она была окрашенна тусклым рубиновым светом. ... Чон Бэ шёл четвертым. Когда его очередь наступила, он специально ударил обувью по краю шестой плиты. — Бэ, нет! — Ки Хун бросился вперёд. Но было поздно. Каблук *провалился* внутрь стекла, как в воду. На секунду показались переплетённые провода цвета меди, мигающий текст „SECTOR 7 CORRUPTED“*;человеческий глаз, прилипший к обратной стороне плиты Плита мгновенно затянулась. Охранник поднял ружьё. **„Нарушение архитектуры. Санкция: СТЕРЕТЬ“** Чон Бэ засмеялся — дико, истерично. — Попробуй! Выстрел. Пуля прошла сквозь его плечо, оставив дыру с... пиксельными краями. Крови не было — только мерцающее сияние, как на сломанном телевизоре. Ки Хун прыгнул. **Дзинь!** Не треск стекла — звон разбитого монитора. Плита рассыпалась на синие кубики, открыв черноту. Прямо внутри: Бесконечные серверные стойки, уходящие вниз. Экраны с их спящими лицами. Женщина в белом халате (Доктор Чоу?) на огромном мониторе. *„Экстренное прекращение симуляции. Субъекты 456 и 390 преодолели когнитивный порог“* Воздух завибрировал. Охранники замерли в T-позе, как глючные анимации. Стеклянный мост начал распадаться на разноцветные пиксели. Чон Бэ схватил Ки Хуна за руку: — Что... Его пальцы прошли насквозь. Тело 390 начало светиться, распадаясь на золотые точки. — Прости, — прошептал он, и его голос эхом разнёсся по рушащемуся миру. — Я... не настоящий. *Белая комната.* Холод. Металл под спиной. Ки Хун дернулся, пытаясь вдохнуть. Рот забит трубками. Он в капсуле. Сквозь матовое стекло видит: - Ряды идентичных капсул с людьми в зеленых костюмах - №120 в соседней колбе — её веки дрожат - Мониторы с надписями: ПРОЕКТ „*****“: ИСКУССТВО СОЗДАНИЯ КОШМАРОВ*** ***ЦИКЛ 18. УРОВЕНЬ ОСОЗНАНИЯ: 96%*** Тень склонилась над ним. Игла вонзилась в шею. „Возвращайтесь, субъект 456. Ваша боль генерирует слишком ценный ресурс“ Голос Доктора Чоу. Тот же, что из динамиков. Он очнулся в том же помещении. Но всё иначе: игроки без номеров на груди, стены покрыты жидкими тенями, стекающими как смола, на месте Чон Бэ — выжженный силуэт на полу Ки Хун поднялся. Его руки дрожали. На стене, где раньше висели правила, теперь пылали кровавые буквы: **ERROR 456** Они подрагивали, как открытая рана. За дверью завыла сирена. Последняя игра начиналась. *„ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ В ФИНАЛ, ОШИБКА“*