Глава 4: Шёпот прилива

Соль жгла губы, а лёгкие ещё не до конца избавились от морской воды, оставляя ощущение тяжести в груди. Минхо закашлялся, пытаясь выровнять дыхание, но каждый вдох отзывался болью. Его тело словно было налито свинцом — каждая мышца ныла, ноющая боль пронзала руки и ноги, а голова гудела, будто кто-то ударил его по затылку. Он медленно открыл глаза. Лунный свет отражался на поверхности воды, создавая зыбкие блики, искажённые движением волн. Песок под его ладонями был тёплым, влажным, мелкие ракушки неприятно впивались в кожу. Он пошевелил пальцами, проверяя, насколько слушается тело. Пока он ещё не мог полностью осознать, где находится и что произошло, но одно было ясно — он жив. Ему потребовалось несколько секунд, чтобы вспомнить. Шторм. Гром, разрывающий небо, ветер, воющий в ушах, словно тысячи голосов сразу. Волны выше мачт, разъярённые, беспощадные, не дающие ни секунды на передышку. Судно кренилось из стороны в сторону, пока не потеряло контроль. Вода заливала палубу, унося всё, что не было привязано. Люди кричали, пытались бороться, но стихия никого не щадила. Он помнил, как пытался удержаться за что-то, но очередной удар волны сбил его с ног, и он полетел за борт. А дальше — только холод. Лёд, пронизывающий насквозь. Тьма, обволакивающая со всех сторон. Минхо боролся, пытался доплыть до обломков, до любого куска дерева, за который можно было бы ухватиться. Вода кружила его, словно играя с добычей, оттаскивая всё дальше. Он знал, что команда где-то рядом, но найти их было невозможно. В какой-то момент силы начали покидать его, веки тяжело опустились, и он уже не знал, сумеет ли выплыть. Но теперь он лежал на берегу. Как? Его взгляд медленно скользнул по песку, пока он не заметил еле различимые следы рядом с собой. Кто-то был здесь. Кто-то вытащил его из воды, оставил здесь, на границе суши и моря, а затем исчез. Он нахмурился. Кто? Если этот остров необитаем, то откуда здесь люди? Если обитаем — почему его не нашли местные жители? Пальцы сжались, вбирая в себя пригоршню песка. Он медленно поднял голову, оглядывая берег. Никого. Тишина. Ветер лениво шевелил ветви деревьев, шум волн был мягким, убаюкивающим. Казалось, ничто не нарушало покой этого места. Но он знал, что не один. Инстинкты, выработанные годами жизни в море, подсказывали, что за ним наблюдают. Он чувствовал взгляд, притаившийся где-то в тени, в складках ночи. Невидимый, но ощутимый, он будто давил на него, выжидая. — Кто-нибудь… здесь есть? — его голос был хриплым, охрипшим от морской воды и долгого молчания. Никто не ответил. Но он был уверен, что рядом кто-то есть. Он заставил себя подняться, хоть ноги и дрожали от усталости. Мир перед глазами слегка качнулся, но он сделал глубокий вдох, стараясь взять себя в руки. Он знал одно — нельзя показывать слабость перед тем, кто наблюдает из темноты. Его взгляд скользнул по берегу, по прибрежным скалам, по воде. И вот тогда он увидел. Тень. Едва различимая, дрожащая вместе с волнами, но слишком чёткая, чтобы быть просто игрой света. Что-то — или кто-то — прятался в воде, затаившись, словно опасаясь, что он заметит. Он сузил глаза. — Я знаю, что здесь кто-то есть, — голос стал твёрже. — Покажись. Молчание. Волны мягко накатывались на берег, оставляя тонкую пену на песке, но никто не выходил. Значит, не хотят показываться. Минхо медленно вдохнул. Если этот человек или существо не хочет быть увиденным, значит, у него есть на то причина. Возможно, страх. Возможно, что-то ещё. Тогда он сделал единственное, что мог. — Кто бы ты ни был… спасибо, — он говорил негромко, но достаточно чётко, чтобы его услышали. Он не знал, услышит ли в ответ слова, но… на какое-то мгновение ему показалось, что воздух стал другим. Будто напряжение чуть ослабло. Будто тот, кто наблюдал за ним, колебался. Но никто не вышел. Ладно. Минхо устало опустился обратно на песок, прикрыв глаза. Сейчас у него не было сил разбираться в этом. Всё, чего он хотел, — отдышаться, собрать мысли и понять, куда его занесло. Он всё ещё ощущал чьё-то присутствие, но это его не пугало. Он знал, что этот человек или существо не причинит ему вреда, а уж тем более не нападёт. Или, по крайней мере, он хотел в это верить. Прошло ещё несколько минут — или, может быть, часов. Минхо продолжал сидеть, прислушиваясь к шуму волн, пока не услышал всплеск воды, а затем — тишину. Он резко обернулся туда, куда смотрел раньше, и нахмурился, на его лбу появилась глубокая складка. Тень исчезла. Теперь он был точно уверен: он не один на этом острове. Минхо медленно поднялся на ноги. Тело всё ещё было тяжёлым, движения — скованными, но он заставил себя подойти ближе к воде. Волны лениво накатывались на берег, смывая следы на песке, и не оставалось никаких признаков того, что здесь недавно кто-то был. Он устало выдохнул. — Ладно, — пробормотал он, больше себе, чем кому-то ещё. Если кто-то наблюдал за ним, значит, он не хочет быть найденным. Пока что. Минхо огляделся. Остров казался безлюдным, но это не означало, что он таковым является. Нужно было проверить местность, найти воду, что-нибудь съедобное и, самое главное, разобраться, где именно его выбросило после шторма. Однако мысль о неизвестном наблюдателе не выходила у него из головы. Кто спас его? Почему не показался? И самое главное — появится ли снова? Минхо ещё раз оглядел горизонт, но, кроме спокойной глади воды, ничего не увидел. Он снова остался один. Но так ли это? Тень исчезла, но ощущение присутствия не пропало. Кто-то был здесь — он это знал. Кто-то наблюдал за ним, но не пытался подойти ближе. Спас его, но не оставил ни единого следа, кроме лёгких размытых отметин на песке, которые вскоре исчезли под набегающими волнами. Минхо медленно выдохнул. Если этот кто-то не хотел показываться, значит, на то была причина. И раз существо (или человек) могло спасти его, но не хотело нападать, значит, оно не враг. По крайней мере, пока. Он посмотрел на небо. Луна зависла высоко, ночь была светлой, но глубокой. Он не знал, как далеко его унесло от корабля, как долго он был без сознания. Но было ясно одно — шторм разрушил всё. Возвращаться пока некуда. Минхо провёл рукой по мокрой рубашке. Одежда прилипла к телу, холодная и тяжёлая. Надо было высохнуть, найти укрытие. Нельзя сидеть на месте. Медленно, через боль в мышцах, он сделал шаг, потом ещё один. Шатаясь, но держась на ногах, он направился вглубь острова. --- Бёнсу наблюдала за ним из воды. Она не знала, зачем осталась, не знала, почему до сих пор не уплыла обратно в свой грот. Но что-то в этом человеке было… другим. Она видела многих людей, но ни один из них не вызывал у неё такого странного чувства. Ей хотелось отвернуться, забыть, что спасла его, но нечто глубоко внутри не позволяло. Когда он пошёл в сторону деревьев, она вздохнула. — Глупый, — прошептала она самой себе. Ночью в джунглях опасно. Даже если этот остров кажется пустынным, никто не знает, что скрывается среди листвы. Она колебалась. Вернуться в море и оставить его? Или… следить за ним? Бёнсу вздохнула. Ответ был очевиден. Она медленно двинулась вдоль берега, скрываясь в тени волн. --- Минхо чувствовал себя отвратительно. Каждый шаг давался с трудом, но он не мог оставаться на берегу. Ночь была тёплой, но лёгкий ветерок заставлял его дрожать. В лесу было темнее, но более влажный воздух и отсутствие ветра хотя бы давали шанс согреться. Он пробирался через заросли, надеясь найти что-то полезное: пресную воду, укрытие, может, даже еду. Но главное — он не мог избавиться от ощущения, что не один. Это чувство не исчезло, даже когда он покинул пляж. Оно только усилилось. Кто-то следил за ним. Минхо остановился и резко обернулся. Позади только деревья, тишина и слабый шелест листьев. Никого. Но он знал: кто-то там был. Он сузил глаза, пытаясь что-то разглядеть. — Знаешь… — сказал он громко, хотя не был уверен, услышит ли его кто-то. — Если ты хочешь оставаться незаметным, тебе стоит двигаться тише. Секунду ничего не происходило. А затем — лёгкий всплеск воды. Минхо быстро повернул голову к берегу. Волны всё так же лениво катились на песок, но… он был уверен, что что-то видел. И в этот момент ему пришла в голову мысль. Он стиснул зубы. — Русалка, — пробормотал он. Он не верил в сказки. Не верил в легенды. Но теперь… теперь он уже не был так уверен.