Часть 39

Вадиму ничего не оставалось. Он собрал вещи и уехал в «Логос», сказав детям, что отправляется в командировку. Влад нахмурился, Витя расстроился, но Вадим обещал, что скоро вернётся. Обещал. Лера не вышла его провожать. Не сказала ни слова. Ночь была глухой, дорога пустой. Вадим вел машину в полной тишине, сосредоточившись на трассе. Но рядом с ним сидел Антон — и ему эта тишина очень не нравилась. — Слушай, я, конечно, всё понимаю, — вдруг сказал он, не отрывая взгляда от окна. — Но ты вообще в своём уме? Вадим не ответил. Антон вздохнул. — То есть вот так? Ты молчишь, типа меня тут нет? Вадим продолжал смотреть на дорогу. Антон резко развернулся к нему. — Я тебя спрашиваю, ты вообще понимаешь, что творишь? — Понимаю. — Да ну? — Антон фыркнул. — По-твоему, ты сейчас герой? — Нет. — Тогда кто ты? Мученик? Святой? Жертва? — Я просто делаю то, что должен. Антон громко рассмеялся. — Охуеть, блядь. То, что должен? Ты себя вообще слышишь?! Вадим молчал. Антон не собирался останавливаться. — Ты думаешь, если ты сдохнешь во взрыве, Лера скажет: «Ой, как хорошо, Вадим искупил вину, теперь можно спокойно жить»?! Вадим крепче сжал руль. — Ты ничего не понимаешь. — Я-то как раз всё понимаю! — Антон взмахнул руками. — Ты, блядь, не хочешь думать о будущем, поэтому решил просто себя убить. — Это не так. — Вот только не пизди! — рявкнул Антон. Вадим резко посмотрел на него. — Я не хочу умирать. — Да? — Антон усмехнулся. — А почему тогда идёшь в подземелье, где никто не выйдет живым? — Потому что это моя вина. Антон закатил глаза. — Да-да, всё как всегда. Ты, блядь, вечный герой. — Антон… — Заткнись. — … — Ты — отец двоих детей. Вадим помрачнел. Антон переключился на глухой, холодный тон. — Если ты не вернёшься, они будут не гордиться тобой, а проклинать. Вадим сжал челюсть. — Я не могу просто жить, зная, что я натворил. Антон хмыкнул. — А Лера сможет? Вадим молча продолжил ехать.

***

В «Логосе» их уже ждали. Володя — повар, который видел в жизни слишком много дерьма. Вера Назарова — агент Князя, женщина с нервами из стали. Антон первым кинулся к кофе и без стеснения отхлебнул. — Ну что, обсудим, как мы все дружно сдохнем? Вера скрестила руки на груди. — Всё просто. Мы уничтожаем остатки «Ингрид». Володя вздохнул. — Простота — не синоним успеха. — Но у нас нет выбора, — Вера медленно посмотрела на Вадима. — Ты это понимаешь? — Понимаю. — Тогда вопрос в другом, — она прищурилась. — Кто пойдёт? — Я, — спокойно ответил Вадим. Тишина. Антон чуть не поперхнулся кофе. — Чего, блядь?! — Я иду. Володя нахмурился. — Ты что, совсем ебанутый? У тебя двое детей! — Лера меня всё равно никогда не простит. Володя громко выдохнул, потёр лицо. — Охренеть. То есть ты реально хочешь сдохнуть ради какого-то, блядь, искупления? — Не ради искупления, — тихо ответил Вадим. — А ради того, чтобы это всё никогда не повторилось. Вера медленно кивнула. — Он прав. Володя резко посмотрел на неё. — Вы, блядь, издеваетесь?! Вадим сел спокойно, сцепив пальцы. — Мы завершим то, что начали. Володя покачал головой. — Жаль тебя, Вадим. Тот поднял взгляд. — Жаль? — Да. Потому что ты даже не понимаешь, что теряешь. Вадим ничего не ответил. Но когда он посмотрел на Антона, то увидел в его глазах то же самое.

***

До момента Х оставалось три дня. Вадим сидел в своей комнате. Перед ним на столе бутылка виски. В левой руке сигарета. На экране телефона — тишина. Лера не отвечала. Даже на простые вопросы. Даже про детей. В дверь постучали. — Не заперто. Антон вошёл. Увидел бутылку, сморщился. — Бля, ну ты и жалкое зрелище. Вадим устало затянулся. — Не твоё дело. Антон сел напротив. — Брось, ты всегда был не из тех, кто бухает перед смертью. — Кто сказал, что перед? Антон закатил глаза. — Ну да, конечно. Ты же у нас герой. Вадим медленно поднял взгляд. — А что ты хочешь услышать? Антон ухмыльнулся. — Например, что ты хотя бы жалеешь? Вадим затянулся, выдохнул дым. — Жалею. Антон поднял брови. — Что, правда? — Да. — Ну и что именно? Вадим положил сигарету в пепельницу, потер виски. — Что когда-то согласился на это дерьмо. — Это ты про «Ингрид»? Вадим горько усмехнулся. — Про всё. — Про Леру тоже? Вадим замер. Потом покачал головой. — Про Леру — нет. Антон мрачно хмыкнул. — Она тебя ненавидит. — Знаю. — И что будешь делать? Вадим глотнул виски. — Ничего. Антон выдохнул. — То есть ты просто сдаёшься? Вадим закрыл глаза. — А что мне делать? Антон пристально смотрел на него. — Бороться. Вадим горько усмехнулся. — Поздно. Антон наклонился вперёд, сжал кулаки. — Ты, блядь, даже не пытался! — Я пытался. — Чем? Тем, что скрыл от неё всё это?! Вадим потёр лицо, убрал сигарету. — А ты бы что сделал? Антон громко выдохнул. — Я не влюблялся в Леру. Вадим тяжело посмотрел на него. — Поздравляю. Антон откинулся на спинку стула. — И всё-таки, ты не имеешь права просто сдохнуть. — Почему? — Потому что у тебя есть дети. Вадим замер. Антон пристально на него смотрел. — Ты можешь смириться с тем, что Лера тебя ненавидит. Вадим опустил голову. Антон сжал кулаки. — Но твои дети… Они просто будут ждать тебя каждый день. Вадим сжал виски пальцами. — Я знаю. — Тогда не смей делать херню, — Антон встал, хлопнул его по плечу. — Завтра трезвый. Он вышел. А Вадим остался сидеть в темноте. С сигаретой. С бокалом виски. И с пустым экраном телефона.