Время охоты

Тарталья почувствовал через соприкосновение с Люмин её напряжение, которое распространилось по всему телу.   — Ну что там, ягодка? — Тихо спросил парень, но не шёпотом, чтобы его могла услышать девушка.   Ветер с радостью помог донести до спутницы его вопрос, не унося слова дальше нужного. Блондинка двинулась вниз, желая как можно скорее коснуться ногами земли и пуститься в бегство. Рыжий её страховал, ловя путешественницу так, чтобы ее приземление было мягким и незаметным. Крепкие и надежные руки Предвестника немного успокоили Люмин, но дрожь в сердце не унималась, отдавая громкую чечётку в её грудной клетке. Она переживала, что это было действительно громко и её может услышать кто-то помимо Тартальи.  — Бежим отсюда, скорее!… — Обеспокоено шептала девушка, когда парень наконец поставил её на землю.   — Да что там такое, не томи…   — Потом!…  Она помотала головой, давая понять на кинетическом уровне, что объяснять ничего сейчас не будет. Блондинка схватила его за руку и повела в сторону более глубокой чащи леса.  Чайльд глянул напоследок в заросли, откуда издавались звуки, и устремился за Люмин. Они отошли немного подальше от края леса, чтобы в случае чего они могли укрыться в зелени. Дождь всё так же продолжал капать, отвлекая своим недружелюбным холодом спутников.   — Ну так, принцесса, может ты соизволишь поведать мне такую великую тайну? — Ехидно спросил Тарталья, с прищуром поглядывая на девушку.   — Чайльд! Это серьезно, не время для твоих глупостей!   — Тише, миледи, тише. Один раз на наш след уже вышли благодаря твоему очаровательному голоску, который ты совсем не умеешь сдерживать.  Блондинка надулась, не желая слушать обвинения в свой адрес, ведь это он её довёл!   — Это тебе стоит меньше болтать, чтобы не доводить других людей до такого состояния. — Язвительно заявила Люмин, отворачивая взгляд куда-то в сторону.   — Ладно, я понял, что с тобой бесполезно разговаривать. — Фыркнул Чайльд, разглядывая однотипные деревья.  — Да я сама не знаю, что я видела!… — Вскрикнула девушка, разворачиваясь к парню.  В её глазах отразилось глубокое беспокойство, накаляющее и без того измученное сознание до предела. Она просто напросто волновалась.     — Успокойся, принцесса. — Уже более ласково сказал Предвестник, обхватывая руками путешественницу за плечи. — Мы ушли оттуда, всё нормально.  Она некоторое время молчала, делая глубокий вдох. Блондинка ощущала, как чистый воздух наполняет её лёгкие и от этого приятного ощущения она приходила в себя.   — Там был… непонятный мужчина, вроде бы мужчина… Я не знаю, если честно… Он расставлял капканы и…  Её прервал хмурый взгляд Чайльда, который строго смотрел прямо ей в глаза.   — Люмин, да что с тобой?!… Почему ты мне не сказала?!… А если бы мы наступили на них, ну… я наступил, ведь ты то в курсе!…  — Успокойся!… Его не было в этой стороне и… — Пыталась напасть в ответ девушка.   — Да откуда ты знаешь, где он был, а где нет?!… — Не давал ей возможности продолжить парень. — Какая же ты иногда дурочка…   Он сменил тон на более спокойный и даже ласковый, прикрыв лицо рукой, тем самым пытаясь сдержать своё раздражение на спутницу. Сквозь пальцы Тарталья смотрел на блондинку, которая виновата уткнулась глазами в сырую землю. Её мокрые волосы налипли на её раскрасневшееся от досады и обиды личико. Не мог он на неё злиться, просто не мог. Её очарование было воистину опасным орудием, особенно против него.   — Ладно, прости… — Хотел начать извиняться Предвестник, но путешественница его перебила, выставив перед собой руки и слегка помахав ими, давая понять этим жестом, что ему не стоит этого делать.   — Это ты меня прости… Я… Я не знаю что со мной… вечно всё делаю не так с тех пор как мы очнулись… Наверное, это просто стресс или… Я не знаю…  Ей было стыдно, действительно стыдно. Он сжала подол уже далеко не белоснежного платья, вымещая свои эмоции. Чайльд подошёл ближе и взял Люмин за подбородок, слегка задрав её голову, чтобы девушка взглянула ему в глаза. Щеки путешественницы уже были алыми, но если бы краснота до этого не выступила из-за чувства досады, то сейчас они бы точно вспыхнули пылким цветом жаркого заката. Другой рукой парень убирал налипшие золотистые волосы с лица блондинки. Она удивлённо смотрела на него, не понимая смысла его действий.   — Не делай так больше, ладно?   Тарталья понимал, что всё произошедшее сильно ударило по девушке, ей нужно было хотя бы немного побыть в спокойной обстановке, чтобы полностью прийти в себя. Люмин робко качнула головой, чувствуя легкое облегчение в груди от того, что парень отпустил свою строгость по отношению к ней.   — Всё, малышка, пойдём. Куда ты там хотела? — Чуть ли не шепча, говорил рыжий, отпуская её из своих рук.   — Можно попробовать пойти не в Спингвейл, а на Винокурню Дилюка.   Предвестник понятия не имел кто такой этот Дилюк, но судя по всему он был другом путешественницы. След печали тут же отразился на лице блондинки, но она не давала отголоскам её прошлой жизни завладеть её сердцем и сознанием, по крайней мере не сейчас.   — Веди нас, ягодка.   Глупое прозвище. Люмин оно совсем не нравилось, вызывало глубокое раздражение, которое ощущалось уже скорее монотонно, ведь Чайльд так часто её называл подобным бестолковым прозвищем. Дурак одним словом. Тарталью же очень потешала реакция девушки, особенно когда та тщательно старалась её скрыть за маской безразличия.   Они шли по лесу, прислушиваясь к каждому еле заметному шороху и каждой тени, пытающейся скрыться в глубинах листвы. Путешественница старалась отыскать тропинку, ведущую к их цели, но её тщательно укрывали заросли кустов, хотя скорее она просто напросто заросла. Тарталья решил, что им следует проверять дорогу, чтобы не напороться на капкан. Предвестник отломал плотный сук от дерева, с помощью которого он будет вынуждать ловушку срабатывать.   — Умно. — Подметила Люмин, пытаясь завести с Чайльдом разговор, но в её голосе отчётливо звучала неловкость.   Парень лишь самодовольно хмыкнул, глянув на девушку с ехидным прищуром.   — Тебе нравятся умные парни, ягодка?   Очередной прилив румянца накрыл лицо путешественницы. Это уже начинало раздражать её, ведь её щеки уже скоро получат ожоги от этого действия.   — К-как ты вообще так это всё подвязал?… — Сдавленно, но раздраженно спросила блондинка.   — Просто подумал, что ты со мной заигрываешь.   Лисья улыбка никак не сходила с лица Предвестника, что вызывало глубокое раздражение у путешественницы.   — У-умные парни всем нравятся, но ты лишь изредка попадаешь под это определение. — Неуверенно пробубнила себе под нос Люмин, пока Чайльд активировал капкан при помощи палочки.   Разговор тут же прервался, ведь это означало, что они ступили на территорию охотника.   — А вот сейчас нам обоим бы не помешало быть умнее, да, миледи?   Люмин неуверенно качнула головой, осматривая ржавую ловушку, которая не смотря на свое состояние быстро сработала на уловку тонкой палочкой.   Они двинулись дальше по заросшей тропе, которая была усеяна опасными капканами. Девушка шла за парнем, чуть ли не дыша ему в спину. Чайльд был не против прикрывать её, наоборот, он даже радовался тому, что в такой ситуации она не геройствует. Тарталья всей поверхностью спины ощущал напряжение блондинки, что было неудивительно. В любой момент в них может прилететь стрела, нацеленная прямо в чью-то макушку. В подобной ситуации оставалось лишь надеяться на свои интуицию и рефлексы.   — Кстати, я тут подумал, может стоит попытаться отобрать у того мудилы лук? Он бы нам не помешал, что думаешь, ягодка?   — Ты сдурел?!… Умный парень называется… Люмин не верила, что Чайльд действительно был настроен на что-то подобное и столь опасное, хотя это было вполне в его характере. Совершать безрассудные действия это в его стиле, но сейчас, в их то положении, это было сравнимо с попыткой самостоятельно оборвать свою жизнь.   — У тебя даже ножа нет… — Продолжала девушка, вызывая тем самым недовольное лицо парня.   Он закатил глаза, не желая слушать аргументы путешественницы.   — Иногда надо рисковать, если в конце хочешь быть победителем. Сейчас мы пляшем под его дудку, а если сделаем то, чего он от нас не ожидает, то будут шансы на победу, спекаешь, миледи? — Прояснил свою позицию Предвестник.   — Ты всё-таки не такой уж и умный, да?    — Ну-ну, малышка, я же знаю, что ты просто меня стесняешься и боишься признавать мои достоинства. Так ведь и влюбиться можно.  Даже очередной сработавший капкан не стёр с его лица наглую ухмылку, с которой он с особым удовольствием дразнил девушку.   — Д-делать мне нечего!… Меня просто раздражают такие как ты!… Её смутило выражение лица, которое было смесью чего-то самоуверенного, самодовольного и хитрого, когда Тарталья остановился и развернулся к ней. — А какой я? — С глубоким интересом и смешинкой в голосе спросил Предвестник. — Невыносимый… — Тихо, но достаточно отчетливо произнесла Люсин. Он довольно хмыкнул, будто услышав совсем другое, что-то более ласковое и приятное. Может парень действительно за слоем колкости и неприязни распознал что-то большее, нежели можно было разглядеть без особых стараний. Они шли довольно долго и медленно, всё-таки тут нельзя было спешить. Любое неверное действие могло оборвать контроль над ситуацией. Дождь не прекращался, потихоньку начиная раздражать спутников. Одежда полностью промокла, позволив прохладной воде скопиться в собственных тканях, позволяя каждому из пары прочувствовать глубокую до костей прохладу. Если так продолжиться, то не сложно будет и окончательно замерзнуть, а затем и простыть. Тарталья думал о том, что только этой проблемы им не хватало для полного комплекта. В скором времени они подступили к неглубокому обрыву, это даже скорее можно было назвать обыкновенным перепадом рельефа. Предвестник стал спускаться первым. — Прошу вас, моя принцесса. — Он галантно подал руку Люмин, вызывая у нее легкий румянец от слова «моя». Девушка подумала в тот момент, что придала слишком много смысла этому слову, ведь судя по тону голоса Чайльд в который раз баловался. Это просто очередные глупые шутки рыжего, ведь так? И всё же она приняла его жест. Нежно, но крепко, девушка положила свою руку в его надёжную ладонь и стала аккуратно спускаться по большим серым камням. Они походили на каких-то магических существ, которые слегка зарылись в землю для спячки. Из-за дождя они были довольно скользкими, что создавало ощущения неустойчивости. Малейшее неловкое движение вводило в заблуждение насчёт каждого нового действия. Поросший на камнях мох набух и намок, так же усложняя спутникам и без того неприятный спуск. — Чайльд, только осторожнее, ладно? В голосе Люмин отчетливо звучало волнение, будто она что-то предчувствовала. — Осторожность — моё второе имя, ягодка. Девушка скептически смотрела на его напыщенную улыбку, которая вызывала у неё сомнения. Оставалось ещё несколько особо крупных камней до окончания спуска. Казалось, что всего лишь пара шагов и они продолжат свой путь, но судьба решила предоставить спутникам другой исход событий. Она, словно главная злодейка, надумала уготовить им новое испытание. Маленький выступ на камне имел слишком округлый край, поросший мхом. Чайльд старался как можно осторожнее ступить на него, чтобы наконец достичь земли, однако все эти факторы сыграли по злому с парнем, который так старался сделать всё аккуратно. Он соскользнул, и так как девушка крепко держала его за руку, то с визгом полетела на мокрую высокую траву вслед за рыжим, но после приземления прокатилась чуть вперёд из-за инерции, которой поддалось её маленькое тело. Железный скрип, а затем хруст. Пара секунд тишины, а после женский болезненный крик, который не удалось сдержать в груди. Несколько птиц от испуга взлетели в небо, устремляясь прочь от своих сухих и уютных укрытий. Они предпочти мокнуть под неприятным дождём, нежели слышать болезные крики и стоны несчастной девушки, угодившей ногой прямо в капкан безжалостного охотника, словно она была мелким зверем, его легкой добычей, а может так всё и было. Наконец Люмин смогла совладать с собой и закрыть себе рот, стискивая белоснежные ровные зубы до неприятного скрежета и боли. Она абсолютно не замечала Чайльда, который уже старательно пытался открыть ржавый капкан, чтобы высвободить спутницу из западни. — Потерпи, принцесса, сейчас… — Говорил он, но девушка его совсем не слышала. По её щекам потекли слезы, перекрывая ей весь обзор. Щеки ощущали тяжелые сгустки слёз, ливнем скатывающиеся по округлой бархатистой поверхности, а болезненные и разрывающие глотку стоны не прекращались. Их не могла сдержать ладонь путешественницы, ведь она в полной мере ощущала разорванную плоть и очевидно безжалостно сломанную кость ноги железными зубцами капкана. В руках Тартальи пару мгновений играла тревога, но он сумел укротить её и совладать с собой. Паниковать сейчас никак нельзя, это может стоить им жизни. Жалобные стоны и всхлипы заставляли его торопиться, делать каждое движение осознанно. Наконец ржавая железяка поддалась воле Предвестника и раскрылась. Противный скрежет резал уши, но зато нога Люмин была освобождена. Чайльд, не медля ни секунды, подхватил девушку, крепко прижимая к себе. Её стоны стали тихими, но не менее болезненными. Руками она пыталась надёжно держаться за плечи Тартальи, однако силы покидали её, а боль ослепляла, натягивая на глаза непроглядную мутную пелену. Парень прижимал её к себе сильнее, стоя перед зарослями травы, в которой наверняка расставлены десятки подобных ловушек. Они не могли бежать, но крутящаяся у обоих спутниках в головах мысль о том, что охотник слышал крик Люмин и уже идёт в их сторону, зарождала в их телах потребность к бегству. Девушка не могла позволить себе сделать этого, она могла лишь тихо плакать и скулить от боли, жалобно шмыгая носом. — Тише, малышка… Всё будет хорошо… Он двинулся вперёд, также проверяя путь крепкой веткой, но уже новой, так как старая поломалась во время падения. Пока они шли, Чайльд старался разговаривать с девушкой, тем самым успокаивая её и отвлекая от боли. Он говорил ласково и спокойно, в его прозвищах, которыми он так часто её называл, не было и капли подтекста. Когда он называл её малышкой, то путешественница могла понять, что в данный момент парень просто считает её хрупким и совсем крохотным созданием, которое нуждается в его защите. Предвестник также старался хоть немного прикрыть блондинку собой от дождя, хоть это и было малоэффективно. Люмин вынудила себя приоткрыть глаза. Ей просто хотелось взглянуть на свою ногу, которая бесчувственно болталась навесу, ведь каждое движение приносило режущую боль по всему телу, которая простиралась от кончиков пальцев до макушки. Она увидела несколько углублений, которые остались от зубцов капкана. Из них крупными каплями стекала кровь, падая на траву и оставляя маленькую, но заметную дорожку. — Ч-Чайльд… К-кровь… — Сумела выговорить Люмин пару слов дрожащим от боли голосом. Тарталья остановился и развернулся, мигом поняв о чём говорила девушка. — Ничего, дождь размоет кровь, он на нас не выйдет… Парень сам не был уверен в своих словах, но сейчас он пытался успокоить девушку, подарить ей опору и надёжность в своём лице, а что будет в будущем его пока на сильно волновало. — А если и найдёт нас, то я… тебя защищу. Последнюю фразу Предвестник явно перефразировал. Люмин почувствовала его фальшь мгновенно. Она точно знала, что он намеревался убить его, а не просто защитить её. Капканы сработали несколько раз за то недолгое время, пока они шли. Их удачно прятала высокая трава, которая немного поникла из-за постоянного дождя, тем самым прикрывая и без того хорошо спрятанные ловушки. Чайльду было довольно тяжело и держать на руках Люмин, и удерживать в одной из рук палку. Хорошо, что девушка всё-таки нашла в себе силы держаться за парня. Она делала это слабо, иногда её руки соскальзывали с мокрого пиджака. Боль в ноге потихоньку уменьшалась, а может путешественница просто привыкла к ней, или может она просто перестала так сильно зацикливаться на ней. Её пустой взгляд был устремлён куда-то вперёд. Это было удобно, ведь так она следила за тем, что происходило позади рыжего. Её глаза оставались такими же невовлечёнными до тех пор, пока не увидели в зарослях сморщенное и до ужаса довольное лицо, которое высматривало парочку, но пока ещё не заметило её.