Общий враг, часть 4 (3Э, 423г.)

***

      И всё же редоранец сдаваться был не намерен.       Первым делом он принялся выспрашивать Дару Индорила о том неудавшемся побеге вместе с семьей Сарано. Затем припомнил, по каким коридорам и поворотам колдуны тащили его самого – от зала, куда вел портал и до камеры. Потом окликнул мальчишку, все еще сидевшего рядом с пепельной тварью, и принялся въедливо уточнять, где и какие могли быть повороты и ответвления:       – Мне же по голове дали, вот первую часть пути я и не запомнил, – объяснил он на вопрос Индорила. – Присматриваться стал, когда чуть оклемался…       Одновременно Делтис набрасывал пальцем в пыли примерную схему коридоров, отмечая залы со множеством зомби, куда соваться при гипотетическом побеге точно не стоило.       – Вот только все это мало чем нам поможет, – через пару часов обсуждений заметил Дару Индорил. – Прорываться надо наружу – а как раз туда пути мы не знаем. И какое из множества этих ответвлений может вести к выходу – тоже неясно...       Эрис Делтис угрюмо кивнул:       – Но сидеть здесь и дожидаться, пока нас потащат на этот их ритуал, как нетчей на убой, тоже не вариант. Лучше уж рискнуть…       – Тихо! – резко приказал Индорил.       В тенях у дальнего поворота едва заметно дрогнул свет факела, скользнула по стене странная тень. Вроде бы никого… вот только мальчишка, до этого сидевший рядом с пепельной тварью, вскинулся и замер, будто услышав что-то. И спустя мгновение бросился к решетке.       А по ту ее сторону из теней внезапно возникла девочка-подросток. Индорил быстро окинул ее взглядом, привычно замечая все детали. Черноволосая и щуплая, с желтыми узорами на лице. Волосы не слишком аккуратно заплетены в две косички, спадающие почти до пояса. Одета в желтую рубашку и черную юбку. За плечом – лук и колчан со стрелами, кинжал на расшитом поясе. Да и сам пояс, и жемчужные серьги-колокольцы, и уйма браслетов, ожерелий и подвесок явно зачарованы. «Либо из знати, либо из семьи мастера-артефактора, не иначе», – мелькнула мысль у Дару Индорила.       – Сестрица Дже! – звонко воскликнул мальчишка. – Ты нашла нас!       Но девочка приложила палец к губам во всем известном знаке, и мальчик закончил свой возглас уже заметно тише.       – Там неподалеку три мумии и атронах из плоти топчутся, не хочу, чтобы они меня заметили, – заговорила она совсем тихонько. – Как ты, Темис?       – Со мной все хорошо! – ответил тот. – Я одному н’ваху руку прокусил – теперь ему магичить будет непросто! А маме плохо совсем, она дышит все слабее…       Пока малый рассказывал, девчонка быстро обвела взглядом камеру. На редоранца она едва обратила внимание, а вот при виде индорильской брони раскосые красные глаза широко распахнулись. Дару поймал ее взгляд, шагнул ближе к решетке – и сразу заметил, как она напряглась, оглянулась на лежащую пепельную тварь, затем вновь уставилась на него…       И тут вмешался редоранец:       – А ты здесь как очутилась, Дже? – в его голосе звучало нескрываемое изумление.       Девчонка лишь плечом дернула:       – Прыгнула следом за вами в портал, сэра Эрис. Только спряталась под чарами хамелеона.       – Так это ты стреляла в тех зомби, с которыми я дрался в пещере?       Она кивнула, по-прежнему не сводя настороженного взгляда с Индорила:       – Да, я. Но у меня лук и стрелы простые, без чар – и нежить не берут. Поэтому что стреляй, что не стреляй, – девочка с досадой прикусила губу.       – Если не можешь поразить нежить, целься в колдуна, – заметил Дару Индорил. – Если ранить или убить его, подчиняющие чары тут же рассеиваются.       Девчонка кивнула снова:       – Знаю, но не удалось… Сэра, а вы… действительно ординатор? – осторожно уточнила она.       Присмотревшись в неверном свете факелов, Дару Индорил внезапно выцепил взглядом среди прочих ее подвесок овальный амулет с большим сапфиром посредине, окантовкой из мелких рубинов и сапфиров по краю и пятью тонкими шипами. Очень, очень знакомый амулет – правда, лишь по рисункам из книг и докладов. Вживую такие вещицы Дару видеть не приходилось, а уж на владельцах…       Амулет Шестого Дома. Обыкновенно его носили лишь самые сильные пепельные твари, чей жуткий облик преследовал в кошмарах каждого, кто с ними встретится. Если, конечно, последний оставался в живых – а это было редкостью. Порождения мыслей безумного Шармата со щупальцами и хоботами вместо лиц, скрытые Призрачным Пределом от всего остального мира…       Видеть эту вещицу на обычной с виду данмерской девочке-подростке было чем-то совершенно ненормальным.       А та поняла, что привлекло его взгляд. Коснулась амулета, покрутила его.       – Ты из проклятого Дома, – Дару Индорил не спрашивал – утверждал. – Из их знати?       Девчонка лишь кивнула в ответ.       – Да. Но… Давайте не будем пытаться убивать друг друга, сэра? – внезапно предложила она. – Просто я пришла, чтобы вытащить отсюда наших, вот и все.       Индорил задумался. Теперь слова Эриса Делтиса о том, что пепельная тварь помогала ему, казались полной нелепицей: «Разве Дагот Ур послал бы одну из своих приближенных спасать предательницу?» Но, с другой стороны, что это еще, как не долгожданная возможность и для самого Дару? Если двери камеры откроются хоть на миг, он своего не упустит! Потом можно будет попытаться убить пепельную тварь и спасти детей, забрав их в Храм, но сейчас было необходимо выбраться и выжить самому.       – И каким же образом ты намерена помочь своим сородичам? Может, ты знаешь, где выход из этих катакомб?       – А зачем искать выход, если можно открыть портал? – хитро усмехнулась девчонка.       – Предлагаешь мне, служителю Храма, довериться прислужникам Шестого Дома? А если ваш портал будет вести прямо в логово Шармата?       – Если вы, серджо Индорил, – вмешался уже Эрис Делтис, – желаете остаться здесь, то вас силком в портал никто не потащит…       А Дже обернулась к мальчику:       – Темис, слушай меня внимательно, – быстро заговорила она, стаскивая с руки один из множества браслетов. – Надень этот браслет маме на руку и активируй чары. Ты же умеешь, верно? Тогда ей станет лучше, и она сможет открыть портал отсюда.       – Умею, сестрица Дже, – ребенок потянулся к ней, девчонка протянула браслет между прутьями решетки – и тут же вскрикнула, шарахнулась в сторону. Сработавшая рунная ловушка обожгла ее ледяным холодом.       Но мальчик уже успел подхватить браслет и бросился к пепельной твари. С полминуты возни – и ту окутало неяркое сияние магии восстановления.

***

      – Мамочка, очнись поскорее…       Голос сына был первым, что Андаса услышала в темной пустоте.        Потом пришла боль – жгучей полосой по груди, невозможностью вдохнуть. Она попыталась втянуть в себя воздух – и ребра словно молнией пробило. Кажется, она застонала – потому что сынишка прижался к ней и принялся звать еще отчаянней.       А еще тревожно звучала Песня, и Андаса потянулась вокруг, огляделась – не зрением, а тем чутьем на магические потоки, что пришло к ней после обращения в пепельное существо. Темис сжимал ее ладонь, чуть поодаль она ощутила присутствие молодой госпожи Дагот. А еще рядом был Эрис и какой-то незнакомый данмер… Эрис?! Да что происходит?       Она сосредоточилась – привычное прежде усилие казалось почти невозможным из-за боли в ребрах, но все же заставила свое измученное тело принять иной облик. И ощутив, как трансформируются черты лица, не сразу открыла глаза. Прижала к себе Темиса, припавшего к ней с причитаниями, проморгалась. И с непониманием уставилась на решетку, разделявшую ее… и дочку второго господина, сидевшую с той стороны.       А по одну сторону решетки с нею вместе был Эрис Делтис. И еще один данмер, смотревший на нее с каким-то интересом, смешанным с омерзением. Вот только на нем была индорильская кираса – хорошо узнаваемая по всему Морровинду униформа воинов Храма Трибунала.       «Да что же происходит?! Если я в заключении… и Эрис здесь же…» – от жуткой догадки Андаса едва сдержала крик ужаса. Лишь одно объяснение могло быть происходящему: если в Доме Дагот ее сочли предательницей.       И нельзя сказать, чтобы это было абсолютной ложью.

***

      Поначалу, два года назад, поручение третьего господина Дагота вызвало у Андасы потрясение: «Заигрывать с редоранцем? Может, еще и соблазнить его прикажете?!» В Доме Телванни пренебрежительно относились к воинам Дома Редоран, считая их недалекими глупцами; однако Андаса вовремя вспомнила, что так и не вступила в Дом волшебников. Пришлось исполнять приказ – и, когда редоранец наконец покинул Когорун, унося с собой карту с дезинформацией, ей стало даже легче. В Доме Дагот наградой за успешное выполнение сложного поручения стало быстрое продвижение по здешней…кхм… карьерной лестнице – и Андаса провела в облике раба пепла чуть меньше месяца, вскоре обратившись в пепельного зомби.       А после этого ее вновь призвал к себе Дагот Вемин и поручил вновь попробовать связаться со спасенным редоранцем. Андаса быстро поняла, к чему все идет: несмотря на все странности Шестого Дома, несмотря на сны, насылаемые Даготом Уром на данмеров Вварденфелла, обычными методами ведения разведки и прочих шпионских игр здесь тоже не пренебрегали. И связь ее с Эрисом сочли удобным способом для передачи дезинформации.       Однако ничего из этого не вышло: якобы случайными упоминаниями о планах Шестого Дома, которые проскальзывали время от времени в речи Андасы, Эрис Делтис то ли пренебрегал, то ли нарочно не передавал своему командованию. Однажды, когда она почти напрямую спросила его об этом, редоранец задумался и вздохнул: «А как я объясню командиру, откуда мне известно, к примеру, где ваши собираются обустраивать новую базу? Для этого придется рассказать о наших с тобою встречах – вот только после этого я сразу окажусь на луне Баар-Дау, в Министерстве Правды. Да и тебя Даготы наверняка не пощадят, если узнают, что ты выдаешь тайны Дома противнику».       Когда Андаса рассказала об этом третьему господину Даготу, тот лишь покачал головой и велел сворачивать эту операцию, сочтя бесполезной. Казалось бы, чего проще – просто не прийти на очередное свидание, но не вышло. Уже никому не сообщая о том, куда направляется, Андаса в очередной раз открыла портал на окраины Альд’руна – просто чтобы попрощаться, убеждала она себя. Но Эрис так искренне радовался их встрече, так обнимал и горячо целовал её… И молодая данмерка и не решилась порвать с ним. Ни тогда, ни в следующую встречу, ни спустя месяц или полтора года – хоть её тайные вылазки, встречи и связь с представителем Дома Редоран, продолжающиеся втайне ото всех, уже все больше напоминали предательство…       Но отказаться от них было превыше её сил. Изначально она должна была лгать Эрису, производя впечатление несчастной обманутой и заблудшей жертвы культа Шестого Дома, но невозможно лгать все время. И Андаса крупица за крупицей рассказывала о себе правду. О детстве, проведенном среди грибных поселений Телванни, о том, как сбежала от первого мужа-босмера, когда тот пригрозил, что обратится в ближайший Храм Трибунала, если она не перестанет изучать ту странную пепельную статуэтку, случайно попавшую к ней в руки. В свою очередь, и Эрис откровенно рассказывал ей о своих родителях и младшей сестре, о том, как непросто бывает отцу и матери на службе у Болвина Венима, архимагистра Великого Дома Редоран… И шаг за шагом, они сблизились по-настоящему. И разрывать ту хрупкую связь взаимопонимания, что сложилась меж ними, у Андасы не было ни малейшего желания.

***

      – Где мы? – рвано выдохнула Андаса, оглядываясь по сторонам. Поймала взгляд Дже. – Молодая госпожа, что происходит?              Эрис Делтис рывком обнял её, прижал к себе:       – Наконец-то ты очнулась!       – Сестрица Дже, твой браслет сработал! – бойко воскликнул Темис, подскочив к ней. – Спасибо-спасибо тебе!       Дже невольно выдохнула: та часть плана, что зависела от нее самой, удалась наилучшим образом!  Она осторожно коснулась решетки, но ловушка уже все равно разрядилась. И протянув руку между прутьями, девочка потрепала радостного Темиса по голове. А затем цепко уставилась на Андасу:       – Сэра Фавел, что последнее вы помните?       Увы, оказалось, что почти ничего нового та сообщить не смогла:       – Когда я телепортировалась к родовой гробнице, то обнаружила, что скелеты-стражи снаружи куда-то исчезли, а защитные печати с двери сорваны. А когда вошла внутрь и спустилась вниз, меня почти сразу оглушили заклинанием – каким именно, я не поняла…       Оставалось только непонятно, кто и зачем изранил Андасу. Но в любом случае, это могло подождать.       Тем временем Эрис Делтис коротко рассказал о дальнейших событиях. Почему-то опустив свою собственную встречу с Дже и её охраной у гробницы – по его словам получалось, будто Темис позвал на помощь его самого, причем когда малый попытался вмешаться, редоранец только шикнул на мальчика. А дальнейший этап плана Дже пришел и ему в голову:       – Андаса, если тебе стало лучше, сможешь открыть портал, чтобы мы могли выбраться?       Заслышав его слова, до сих пор молчавший ординатор тоже подобрался. А данмерка на мгновение задумалась, прислушиваясь к своим ощущениям:       – Прости, Эрис, не выйдет. У меня магических сил почти не осталось, – и, задумавшись, добавила. – Странно… ведь перед перемещением к родовой гробнице я была полна сил, а потом и не колдовала особо, лишь одно перемещение…       – Эти н’вахи используют на волшебниках заклинания, высасывающие магические силы, – внезапно вмешался ординатор. – С покойными Сарано то же самое было. Подстраховываются, уроды – знают, что телепортация у нас – обычное дело.       – Ой-ей, – вздохнула Дже. И с надеждой добавила: – эм… сэра Фавел, может быть, вам отдохнуть надо? И восстановить силы? Так большинство магов же делают…       – Вы правы, молодая госпожа, – с горечью отозвалась Андаса, – многим волшебникам достаточно просто отоспаться и отдохнуть, чтобы восстановить свои силы, но не тем, кто рожден под знаком Атронаха. А это мой случай.       – Ой-ей, – повторила Дже, припомнив объяснения родителей о влиянии тех или иных созвездий рождения. У Атронахов магических сил было куда больше, чем у таких же волшебников, но рожденных под другими знаками, – вот только восстанавливался этот запас едва ли не неделями. Настолько медленно, что им приходилось или постоянно пить специальные зелья, или кто-то другой должен быть делиться с ними силами с помощью чар поглощения чужой магии.       Изначальный план Дже, так хорошо начавшийся, летел в тартарары.       Девочка задумалась. В конце концов, эти н’вахи – тоже волшебники, хоть и избравшие путь нечестивцев-некромантов; может быть, если хорошенько порыться у них в вещах, она сумеет найти пару-тройку зелий для восстановления магических сил? Или… взгляд девочки упал на браслеты и кольца, которыми были унизаны ее руки. Были среди них и браслет, зачарованный на создание ледяных чар, и огненного укуса: «Может, сэра Фавел сумеет поглотить направленный в нее удар магии?»       Но выслушав ее предложение и посмотрев на артефакты, данмерка невесело покачала головой:       – И те и другие чары слишком слабы, и даже если я их поглощу полностью, на портал сил все равно не хватит. Простите, молодая госпожа, ничего не выйдет.       Дже медленно сползла на пол, привалившись боком к прутьям решетки. Неужели все было зря? И отчаянный прыжок в портал, и ползание по подземельям, игра в прятки с нежитью… Все впустую. Разве что все-таки пойти искать зелья. Дже прикоснулась к серьгам – заряды чар хамелеона в них почти закончились. Рискнуть и попробовать прокрасться так, не используя магию? Только сначала… Она решительно, не позволяя себе передумать, стянула с себя одно из колец:       – Уходите отсюда, молодая госпожа, – тихо заговорила Андаса. – Не стоит еще и вам здесь оставаться. Вдруг снова те некроманты сюда явятся?       – Ну уж нет, – решительно помотала головой Дже. – Темис, иди сюда!       – Сестрица Дже, – осторожно уточнила мальчик, – а у тебя есть план «бедт»?       – Какой план «бедт»?       – Ну, так в книжках о приключенцах пишут! – бойко ответил Темис. – Если что-то не удалось, то герои всегда говорят: «А теперь переходим к плану «бедт». А почему вы смеётесь? – оглянулся он на нервно расхохотавшихся Эриса и ординатора.       – Конечно, есть, – решительно заявила Дже. – И у тебя в нем будет очень ответственное задание. Ты должен будешь привести подмогу!       – Но как? – удивленно хлопнул глазенками тот.       Дже поймала его за руку и надела кольцо:       – Сейчас ты окажешься рядом с моим папой. Расскажи ему обо всем, что случилось, понял? – и прежде чем кто-нибудь успел сказать хоть слово, активировала чары на кольце.       Розово-лиловое сияние магии переноса резануло по глазам в полутемной пещере. Когда Дже проморгалась, Темиса уже не было. Зато…       «Ты что творишь, дочь Арайниса?!» – в голосе… нет, уже не дяди Ворина, а Лорда-Консула Дома звучал нескрываемый гнев. И словно обручем сжало виски.       – Но я просто выполняю папин приказ! – воскликнула Дже, схватившись за голову. С подобным аспектом привычной ментальной связи ей еще не приходилось сталкиваться. – Ведь папа приказал мне заботиться о младшем – вот я и сделала всё, что смогла! И как смогла! Я не виновата, что кольцо для телепортации было только одно!       Мало-помалу боль отступила. То ли удалось убедить Лорда Дагота в своей правоте, то ли его кто-то отвлек… Но, придя в себя, Дже наткнулась на взгляды данмеров, полные подозрения.       «Ой-ей… Я, что, вслух все это говорила?!»       – Ты к кому сейчас обращалась, Дже? – настороженно поинтересовался Эрис Делтис.       – А разве не ясно? – хмыкнул ординатор. – Ведь Дагот Ур говорит устами своих Спящих и действует их руками… Правда, впервые вижу, чтобы с ним кто-то спорил…       – Ой-ей… – простонала Дже. – Точно, теперь мне за непочтительность к старшему влетит…

***

      Лиловая ажурная сеть сложнейшей трехмерной печати дрожала над зеленым лугом Грейзленда и помятой травой. Тонкие линии, сплетенные из магических сил, едва заметно мерцали и мало-помалу гасли. Кое-где они еще сияли чуть ярче – там, где еще не угасли отголоски телепортационных заклинаний. Увы, таких мест было едва ли не с полдесятка.       – Второй брат, третий брат, меня вот что интересует, – неторопливо заговорил Дагот Утол, всматриваясь в линии печати, – давно ли схлопнулся тот портал?       Взгляды троих пепельных вампиров скрестились на Гаресе.       – Примерно часа два – два с половиной назад.       – А еще тут несколько раз применяли магию телепортации после, верно? – уточнил Утол. – В таком случае, вынужден огорчить вас, старшие братья: точно отследить устье портала не выйдет. Остаточные следы рассеялись, к тому же частично перекрыты эхом последующих переносов…       Дравен невольно вздохнул: ну да, сначала Гарес отправил своих подчиненных Возвратом в пещеру Илуниби, затем они сами телепортировались на Красную Гору, потом – оттуда сюда…       – А хотя бы примерно? – напряженно спросил Арайнис.       – Примерно… – Утол вновь сплел какие-то запутанные чары, уже сосредоточив их там, где отклик предыдущего заклинания был ярче всего. Они легли на землю тонким кружевом, медленно тая и мерцая в тех местах, где происходила телепортация. – Одно могу сказать точно: за пределы Вварденфелла отсюда никто не уходил. Один исходящий портал ведет на юг, к Красной горе, другой – на юго-запад, и ещё один – почти точно на запад.       – На юг мы с братом телепортировались, – вздохнул Гарес, – На юго-запад – это я своих меров на базу в Илуниби отправил.       – Остается запад, – сверкнул взгляд Арайниса. – Запад, и, по словам старшего брата, Дже в каких-то эшлендерских погребальных пещерах, причем весьма обширных…       – Племя Уршилаку – больше вариантов нет, – заключил Вемин. – Предлагаю отправить к ним Одроса на переговоры – в конце концов, он у нас главный по дипломатии…

***

      – Молодая госпожа Дженасса, – тем временем преобразившаяся пепельная тварь подошла ближе к решетке и… внезапно упала на колени перед девочкой, – я бесконечно благодарна вам за спасение сына! Клянусь, если мы выберемся отсюда, я буду отныне и впредь вашей верной рабыней…       – Не говорите так, сэра Андаса! – девчонка ухватила её за плечи через решетку и заставила встать. – Вторая госпожа Дагот, моя матушка, не терпит рабства! Если я приму клятву, подобную вашей, это будет крайне непочтительно по отношению к ней, а я уже и так заслужила наказание и гнев предков, надерзив Лорду Даготу...               Сказать, что все происходящее не укладывалось у Дару Индорила в разуме – это еще ничего не сказать. Пепельная тварь с ребенком – невозможно же! Обычная девчонка-подросток с амулетом Шестого Дома, которая спорит с голосом Шармата в своей голове – дважды невозможно! При этом она еще отдает свое единственное кольцо с чарами телепортации малому ребенку, а пепельная тварь превращается в обычную данмерскую женщину…       Сейчас они были заняты тем, что пепельная тварь творила поглощающие магию чары, а девчонка касалась ее огненным укусом с браслета, помогая восстанавливать силы.       «Но тогда, выходит, что среди нас могут свободно ходить не только Спящие, что лишь во сне управляемы Дагот Уром, но пепельные чудовища, сменившие обличье… Это же в корне меняет всю ситуацию! Необходимо немедленно сообщить в Храм… сколько раз за сегодня я об этом подумал?»       – Тихо обе! – внезапно шикнул на даготских данмерш редоранец. – Сюда кто-то идет.       Те замерли от неожиданности, и в наступившей тишине отчетливо донеслись чьи-то голоса. В извилистых коридорах звуки гасли быстро, а, стало быть, говорившие были где-то рядом.       Дару Индорил переглянулся с редоранцем, едва заметно указав взглядом на двери: «Рискнем?» Тот кивнул и словно случайно оттеснил в сторону от двери свою пепельную подружку. Пусть верность этого данмера учениям АльмСиВи и была весьма сомнительна, но здесь и сейчас они действительно едут на одном силт-страйдере. И прорываться в любом случае легче всем вместе, чем поодиночке. Сам ординатор тоже шагнул поближе, занимая место по другую сторону дверного проема. Если бы стены камеры были сплошными, все было бы проще, но выбора нет.       Дару оглянулся на девчонку снаружи. Та явно осознала свое незавидное положение, и взгляд ее судорожно метался по сторонам – в надежде отыскать хоть какое-то укрытие. Ординатор вздохнул: с одной стороны, врагов Трибунала щадить не следовало, с другой – если сюда, в пещеры, и впрямь явятся другие пепельные чудовища, будет лучше, если она останется жива, хоть бы и в качестве знатной заложницы.       – Вон там есть ниша, – негромко сказал он, указывая в угол коридора над решетчатым потолком камеры.       – Спасибо! – выдохнула девчонка, и, активировав какой-то артефакт с чарами левитации, моментально скользнула в указанную выемку, скрывшись в полутьме.       Оставалось лишь следить за коридором и прислушиваться к отдаленным голосам. Кажется, чужеземцы остановились поодаль и о чем-то спорили между собой. Отдельные слова разобрать не удавалось: стены пещерного коридора слишком сильно отражали и искажали звуки.       – Серджо Индорил, – едва слышно позвала девчонка. И когда он оглянулся с вопросительным взглядом, заговорила: – как дочь правящей семьи своего Дома, предлагаю заключить перемирие – до тех пор, пока не выберемся отсюда.       – Для противостояния общему врагу? – тихо отозвался Дару. – Идет. Условия обсудим потом…       Да, по традициям данмеров, припомнил Индорил, временное перемирие и впрямь вправе были заключать даже не главы Домов, но лишь советники, а в древности – члены правящих семей Великих Домов. Когда-нибудь в Первой Эпохе их договор имел бы силу закона…       «А ведь Шестой Дом во многом следует обычаям тех времен», – мелькнула невольная мысль. Додумать ее ординатор не успел: из-за поворота вышли двое колдунов. Судя по различию в росте и очертаниям фигур, это был альтмер и его начальница.       – …В любом случае, не стоит заставлять архимага ждать. Пепельных чудовищ можно будет изучить и позже, – договаривала некромантка. И явственно сбилась с шагу, обернувшись на камеру. – Не поняла.       Она всмотрелась в пленных, особенно – в данмерку. Та уже опять успела сменить обличье, обернувшись пепельной тварью.       – Элеммакил, куда вы дели детеныша?       – Как куда? – удивился альтмер. – Здесь заперли, вместе со всеми.       – И где он?       – Эээ… – растерянно протянул ученик некромантки, осматривая камеру, в которой совершенно точно недоставало ребенка. – Может, он через прутья пролез?       – Не говори ерунды! Там руку едва просунуть можно. И даже ребенок не пролезет точно! – кажется, колдунья начала злиться. – Вы что, при обыске свиток Вмешательства или амулет возврата кому-то из них оставили? – и, отмахнувшись от судорожных оправданий ученика, впилась взглядом в пепельную тварь. – Куда ты дела своего детеныша?       – А по-твоему, чужеземка, тут кого-то можно спрятать? – зло рявкнул Эрис. – В этой клетке даже никс-гончая не развернется! Малый выбрался отсюда вам назло – надеюсь, для вас это окажется неудачей!       – Мой сын сейчас там, куда вам не добраться, – в голосе данмерки звенело торжество.       – Как?!       В ответ Андаса лишь усмехнулась:       – Полагаете, я стану раскрывать вам тайны Великого Дома Дагот, нечестивые н’вахи? Наш Лорд-Консул владеет тайнами жизни и смерти, смертности и божественности, и в распоряжении его братьев силы, неподвластные вам. Вы можете отобрать обычные артефакты или зелья, можете поглотить магические силы, но не сумеете отнять нашу кровь и заглушить Песню, связывающую наши разумы. Моего сына позвали – и он ушел домой. Туда, куда вы не дотянетесь.       – Бред! – отмахнулась колдунья, но все же явственная заминка выдала ее сомнения. – Элеммакил, потом позовешь проводника – пусть проверит, нет ли отголосков портальной магии… А ты! – она оглянулась на ординатора. – Как выглядело исчезновение ребенка?       Взгляд даготской девчонки, спрятавшейся сверху, казалось, сверлил спину Дару. «Один силт-страйдер и перемирие, да…»       – Вы недооцениваете возможности Проклятого Дома, – медленно заговорил Индорил, тщательно подбирая слова. – Думаете, просто так Красная Гора, где они обитают, окружена Призрачным Пределом? Этот барьер построили наши живые боги Трибунала – ведь чтобы ограничивать этих существ, нужны божественные силы. А ребенок был их крови – вот кто-то из старших его и призвал.       Вот так. Правда, которую чужеземцы поймут превратно. И пусть их!       – Ладно, потом архимаг с этим разберется, – решила колдунья. – Элеммакил, доставь мужчин в зал ритуала – пора начинать подготовку. А пепельную тварь – в лабораторию, приковать и под заклятия высасывания сил и здоровья, чтоб хоть она не сбежала.       Едва слышный скрип тетивы, донесшийся сверху, заставил Индорила с силой ударить наручем по решетке:       – Что за ритуал вы задумали, ничтожные чужеземцы?!       – Скоро сам узнаешь, серый, – презрительно отозвался альтмер.       По его знаку из-за поворота появились двое зомби, по виду – мумии эшлендеров, и приблизились к решетке. Заскрежетал замок. Краем взгляда Дару заметил, как старшая колдунья принялась сплетать какие-то чары. Зомби шагнули внутрь, потянулись к редоранцу…       «Ну, понеслась!»       Дару Индорил одним рывком бросился на ближайшего зомби, подбивая того под колени и сбивая на пол. Они покатились вдвоем по земле. По ладоням ученика-альтмера уже бегали искры – и ординатор изо всех сил крутанулся, подставляя зомби под удар магии. Того скрутило молниями, и Дару метнулся в сторону. Следующий удар полетел в редоранца, боровшегося с другим зомби, но наперерез бросилась пепельная тварь, ладони которой едва светились магией. Чужое заклинание ударило в нее и погасло – кажется, она сумела-таки использовать заклинание поглощения магических сил.       Зомби, с которым боролся Дару, снова начал подниматься, и ординатор рывком свернул ему шею. Ещё два удара переломали мертвецу ноги – это его не остановит, но, по крайней мере, задержит. Рядом полыхнуло жаром – с ладоней пепельной твари сорвался огненный шар, мигом охвативший второй ходячий труп.       Индорил быстро оглянулся: на подмогу колдунам уже спешили еще один зомби и жуткая тварь, выглядящая так, словно ее сшили из кусков тел нескольких человек – атронах плоти. Те самые, о которых прежде упоминала даготская девчонка.       «Справиться с ними непросто», – еще мелькнула у Дару мысль. А затем он увидел, как некромантка, стоя уже совсем близко к решетке, сплетает какое-то сложное заклинание, явно целясь в него. Ни увернуться, ни спрятаться… Короткий взгляд в сторону редоранца – тот уже выскочил наружу и, поймав за шею ученика-некроманта, с силой приложил его головой о камень стен. Дару тоже метнулся в сторону, к двери – но удара магии так и не последовало. Только короткий свист – и крик боли от колдуньи. В незащищенный бок некромантки впилась стрела, мигом спустя следующая – в руку чуть повыше локтя. Ведьма взвыла и попятилась прочь, скрываясь за поворотом. Индорил бросился было следом, но путь ему преградил атронах плоти. Пропускать удары чудовища было крайне опасно – они лишали сил, одолеть без особого оружия или чар – крайне непросто, но оставлять позади такого монстра – стократ хуже.       Ординатор увернулся от удара, метившего в голову, поднырнул под руку и оказался за спиной чудовища. Рядом Делтис со своей подружкой уже скрутили третьего мертвяка – и пока редоранец его держал со спины, его спутница подожгла зомби.              Однако сам Дару спустя несколько попыток увернуться от ударов оказался оттеснен в закуток справа от камеры. Над головой его оказался выступ, ведущий к нише в камнях. Как Индорил туда взобрался, одновременно умудрившись отбиваться ногами от атронаха – позже и сам не мог вспомнить. Но в итоге он очутился на крыше камеры, рядом с нишей, где притаилась Дже. Девчонка хоть и держала лук наготове, но не стала попусту тратить стрелы.       – Без зачарованного оружия мы с ним не справимся, – задыхаясь, выговорил Дару.       Девчонка кивнула, кусая губы. Атронах бушевал внизу, совсем рядом – но дотянуться до них не мог.       – Сэра Андаса, вы сможете его сжечь? – крикнула Дже.       – Нет, молодая госпожа, я истратила всю поглощенную магию…       Ответить вслух со стороны пепельной твари было ошибкой: атронах из плоти немедленно развернулся в ее сторону. Она вскинула руки, творя заклинание, но вместо огненного шара на пальцах у неё вспыхнули и почти сразу погасли небольшие искры. Эрис Делтис оттолкнул ее в сторону, отвлекая на себя жуткое создание. А сама данмерка тяжело привалилась к стене, держась руками за ребра.       Дже рывком выскочила из ниши, в которой пряталась до сих пор, на крышу камеры.       – Эй, чудище безмозглое! – звонко крикнула девочка. – Ну-ка топай сюда!       – Ты что творишь?! – зашипел Дару Индорил.       – Отвлеку его на себя. Тогда сэра Эрис и сэра Андаса смогут сбежать и найти, чем убить эту тварь, – объяснила Дже. – Это же гробницы – здесь наверняка найдется или зачарованное, или ценное оружие.       Она выстрелила – раз, другой – и таки добилась своего: атронах снова развернулся в их сторону. А пепельная тварь поймала за руку Эриса Делтиса, что-то негромко ему объяснила – и вскоре они уже исчезли за поворотом.       Дару Индорил тяжело вздохнул: вернется ли редоранец со своей подругой – еще большой вопрос. А вот он сам здесь застрял в ловушке вместе с даготской девчонкой.

***

      Приманивать самой атронаха оказалось не так уж и страшно. До крыши камеры  он не дотягивался, и Дже оставалось лишь устроиться подальше от края – чтобы разъяренная тварь ее хотя бы за ногу не поймала. Внизу очнулся и завозился некромантский ученичок, но встать на ноги не сумел – хорошо же Эрис его приложил!       Но главная сложность была в другом.       – Кажется, мы здесь застряли надолго, – заключил ординатор. – Так что предлагаю обсудить условия нашего договора. Для начала… кто ты такая, что уверена в помощи извне? И если помощь придет, то с чего бы другим пепельным чудовищам тебе подчиняться?       Дже вздохнула и крепко задумалась. С одной стороны, она уже и так себя успела выдать, с другой… ординатору точно нечего слишком много знать. Ну что, ж познакомимся по правилам:       – Под этим солнцем и небом я, молодая госпожа Дагот Дженасса, первая дочь второго брата старшей ветви правящей семьи Великого Дома Дагот, тепло приветствую вас, – Дже поклонилась настолько церемонно, насколько позволяли прутья потолка камеры под коленями – чтобы не оступиться и не упасть – и каменный потолок пещеры, не дававший даже ей выпрямиться полностью, не то что взрослому мужчине напротив. – Что до условий перемирия – я предлагаю действовать вместе и заодно, пока мы не покинем эту пещеру тем или иным образом.       Мгновение ординатор колебался, затем ответил ей в не менее традиционном стиле, представившись вторым сыном восьмой ветви правящей семьи Индорил.       – И что же, твои родичи готовы будут меня отпустить в случае чего? – настороженно поинтересовался он.       Дже запнулась. С одной стороны, младшим мерам Дома она и впрямь может приказать, но если сюда явится папа или кто-то из дядюшек… сочтут ли они подобный договор вообще стоящим внимания? Да и опять же, этот Индорил… отпустят они его – а он возьмет и выдаст Храму и саму Дже, и все, что видел! Да и Эрису Делтису несдобровать будет – его ведь свои же предателем сочтут!       «Потребуй с него клятву молчания, дочь Арайниса», – предложил глава Дома, заметивший ее колебания. Дже виновато опустила голову: она совершенно не хотела дерзить дядюшке! И уже мысленно не раз извинилась, и попросила о наказании, но в ответ получила лишь короткий мысленный импульс: «Потом разберемся с твоим наказанием».       Предложение заречься не рассказывать об увиденном и узнанном в пещере ординатору явно не понравилось, но и не удивило:       – Только и ты клянись тоже, что прикажешь отпустить меня, – заявил он. – И кстати… ты поверишь, если я призову в свидетели своих слов АльмСиВи?       – Эээ… но я-то не стану, – мотнула головой Дже. – Для нашей семьи Трибунал – враги.       – Неудивительно, – согласился ординатор. – Но если уж давать зарок друг другу – то так, чтобы сами в него верили…       И тут Дже припомнила рассказы Айри о житиях святых, которые та учила в храмовой школе:       – А вы именем и памятью святого Неревара поклянитесь, серджо, и я тоже, – и в ответ на удивленный и недоверчивый взгляд Дару Индорила объяснила. – В Храме его считают святым, верно? – И продолжила после утвердительного кивка собеседника. – Но и Шестой Дом чтит не меньше память правителя Ресдайна.       – Шутишь? – изумился ординатор. – Ведь Шармат и святой Неревар убили друг друга в Первой Эре. Как может твой Дом чтить его память?       – Ничуть я не шучу! – горячо воскликнула Дже. – А что касается событий прошлого… у вас в Храме одно рассказывают, у эшлендеров – иное, а мои старшие родичи помнят и вовсе третье. Но нам-то выжить надо здесь и сейчас, сэра!       – Допустим, – напряженно кивнул ординатор. – Что ж… Клянусь именем святого Неревара, что не стану раскрывать кому бы то ни было тайны Шестого Дома, свидетелем которых стал сегодня. Клянусь также не замышлять дурного против тебя, первая дочь Дагот, если твои родичи не вынудят меня защищаться, и действовать заодно с тобой, пока нам угрожает общий враг.       «Не самый удачный договор, – заметил Дагот Ур, – но лучше, чем ничего. Впрочем… многие из рядовых Индорилов во главу угла ставят честь, и клятвам их можно верить – хотя бы отчасти. Но все равно, будь осторожна, племянница».       «Спасибо за помощь, дядюшка», – робко отозвалась Дже. А вслух ответила ординатору:       – Клянусь и я именем лорда Неревара, Луны-и-Звезды, что не буду считать вас противником, серджо Индорил, пока не будет устранена опасность общего врага. Клянусь, что прикажу… или буду просить старших меров Дома отпустить вас с миром.       – Да будет так, – решительно кивнул Дару Индорил. – Но нам сейчас надо поскорей отсюда убраться, пока эта сбежавшая чужеземка не привела подмогу. Жаль, ты не попала ей в горло, когда стреляла. Ну да ладно, раз не умеешь…       – Я умею! – запальчиво ответила Дже. – Я с двадцати шагов скальному наезднику в голову попадаю!       – Да? А что ж здесь промазала?       – Просто… не целилась, – угрюмо отозвалась Дже, отводя взгляд и кусая губы. – Это ж не скальник или алит…       Ну ведь держала же, держала на прицеле эту чужеземку! Что стоило бы поднять лук чуть выше? Но… Дже не смогла. Не решилась. Одно дело – в зверя целиться, совсем иное  – в разумного. Даже если лица его под капюшоном не видать.       И, кажется, ординатор догадался о её мыслях. Хмыкнул невесело, вздохнул:       – Просто учти, девочка, что она бы тебя убила без колебаний. Ладно. Одолеть атронаха мы без оружия не сможем – остается разве что как-то проскользнуть мимо… Твой артефакт огненных чар еще работает, или ты его полностью в эту Андасу разрядила?       – Разрядила, но еще есть браслет с заклинанием ледяных шипов. И еще заряд чар хамелеона в сережках остался, – заметила Дже. – Но двоих заклинание не укроет…