Игра в добро и зло.

      Яркий свет софитов, казалось, отражался от и без того сияющей самодовольной улыбки Владислава Череватого. Его взгляд скользил по съемочной площадке, выискивая жертву для очередной порции язвительных комментариев.       Сегодня под прицелом оказалась новенькая – хрупкая девушка, явно выбивающаяся из привычного круга экстрасенсов с потусторонними взглядами.  — Ну что, голубка? – его голос, нарочито смягченный, звучал как угроза. — Будем жечь глаголом или все-таки покажешь, на что способна? Девушка вздрогнула, но Инесса Коваль наблюдала за всем этим с невозмутимым видом. Она знала игру Владислава. Игра в провокацию, игра в жесткого критика, игра в того, кто выбивает землю из-под ног. За всем этим Инесса чувствовала другое – стремление раскрыть потенциал, вытащить наружу скрытые резервы. Он был жесток и требователен, давил безжалостно, но всегда держал в голове конечную цель. — Владислав, может, дадим ей время освоиться? – вмешалась Инесса, наблюдая, как по лицу девушки расползается тревога. Ей не нравилось видеть чужую слабость. Слишком хорошо она знала, каково это – быть уязвимой. — Освоиться? В мире духов, Инесса? Здесь нет времени на раскачку. Либо ты доказываешь, что чего-то стоишь, либо тебя выбрасывают за борт.  – отрезал Владислав, не отрывая взгляда от новенькой. В его голосе сквозила неприкрытая усмешка. –  Ну что? Готова показать нам свою магию или так и будешь стоять, как памятник самой себе? Инесса наблюдала за ним со стороны, скрестив руки на груди под дорогим пиджаком от известного кутюрье. Она видела, как он балансирует на грани, то подталкивая участницу к краю, то неожиданно подставляя руку, чтобы не дать ей упасть в пропасть отчаяния. Ее удивляло, как эта, казалось бы, черствая душа, облаченная в броню цинизма и приправленная щепоткой украинского сарказма, может проявлять такое…сочувствие? Это было странно и сбивало с толку. Как дорогой швейцарский хронограф, вдруг начавший отбивать чечетку. Нелогично, абсурдно, но факт.       Однажды Инесса застала Владислава за кулисами, после особенно тяжелого испытания. Одна из участниц, рыдая, уткнулась ему в плечо, а он…он гладил ее по голове, шептал что-то успокаивающее, говорил, что все получится. В его голосе не было ни тени насмешки, только тихая, почти отеческая забота. Инесса была поражена. Это был не тот Владислав, которого она знала – яркий, язвительный, всегда готовый к словесной дуэли. Это был кто-то другой, более…человечный. — Ты совсем не такой, каким хочешь казаться, – сказала она ему, когда девушка, успокоившись, отошла, а они с мужчиной вышли на улицу. В ее голосе не было ни обвинения, ни осуждения, только тихий интерес. Владислав усмехнулся, отвернувшись и закурив тонкую сигарету. Дорогой табак заполнил воздух терпким ароматом: — Все мы носим маски, Инесса. Просто моя лучше остальных. И стоит, к слову, намного дороже. — он выпустил струйку дыма, не сводя с нее изучающего взгляда.  Иногда даже самая дорогая маска может треснуть, Влад. — мысленно парировала Инесса, но вслух не произнесла ни слова. — Но зачем тебе это? – спросила героиня, глядя ему прямо в глаза. – Зачем тебе скрывать свою истинную сущность под таким слоем цинизма и показного равнодушия? Неужели тебе нравится играть роль злодея? Владислав затянулся сигаретой, словно собираясь с мыслями. Он смотрел ей прямо в глаза, и в его взгляде мелькнула тень, такая мимолетная, что Инесса едва успела ее заметить.  — Чтобы никто не посмел причинить мне боль. А ты, дорогая, лучше всех знаешь, как это больно.— в его словах слышалось не только предостережение, но и…вызов? Инесса отвернулась, ощущая, как щеки заливает краска. Она не хотела, чтобы он видел ее слабость, не хотела, чтобы он понимал, как сильно его слова задели ее. Она была уверена, что он намеренно коснулся больной темы, чтобы вывести ее из равновесия. Он был мастером таких провокаций.

***

      В течение недели новая участница действительно расцвела. Она стала более уверенной в себе, научилась контролировать свои способности и даже начала отвечать на язвительные выпады Владислава с невозмутимым спокойствием. Влад добился своего, и Инесса это признавала. Его методы были спорными, порой жестокими, но они работали. И это ее злило. Злило, что он снова оказался прав. И еще больше злило, что, наблюдая за ним, она все чаще задавалась вопросом: а что скрывается за этой дорогой, идеально подогнанной маской? И что будет, если она все-таки треснет? Интересно, можно ли заставить саркастичного экстрасенса проявить настоящие чувства и эмоции?       Игра только начиналась, и Инесса чувствовала, как ее захватывает азарт. Ведь играть с огнем всегда увлекательно, особенно когда этот огонь носит имя Владислав Череватый.