Том 2. Метаморфозы. Глава 11

Джереми видел воспоминания двойника из обрывка. Помнил боль, выжигающую память и душу. Искаженную привязанность к Гире, превращенную в одержимость, чувство одиночества и пустоту. Смутно он помнил Гиру из альтернативной реальности. Жестокий голос, говорящий: «Казнить». Взгляд, полный лишь желания уничтожать и уничтожать, пока не останется лишь пустота. Один раз Гира сказал, что этот взгляд иногда ему мерещится — словно другой он все еще жив и ждет, когда его добрая версия по какой-либо ошибке впустит его в этот мир. Монструозный облик злого короля Джереми тоже помнил. Именно он выступал из-за грани и поглощал Гиру. Поднимал рога жука-оленя. Вращал множеством злобных глаз. Ворчал, пытаясь привыкнуть. Окутывал кроваво-красным чудовищным обликом, пытался ввинтиться в новое тело, вытеснить все человеческое. — Гира, — напряженно позвал Джереми. — Ты не он. Твоя история — не его. — Вспоминай, кто ты, — подхватила Доктор. — Все, что тебе дорого. Думай о друзьях и всех, кого ты хочешь защитить. — Ты обещал выпить со мной, когда это все кончится, — завершил Дезнарек. — Ты сильный воин, докажи это. Гира, казалось, не слушал их. Или… — Я злой король, но не такой, как ты, — еле слышно прошептал он. Сила, что плеснула от него, была почти ощутима. Не открывая двери ТАРДИС, она вырвалась за ее пределы. Подхваченные ею, замерли галактинсекты. Вновь их тела затрепетали, когда силуэт Дагдэда в небе вытянул руку. И покачнулся, когда Гира зло зарычал. С каждой секундой движения галактинсектов становились увереннее. С каждой секундой все сильнее отступал куда-то назад Дагдэд. И все сильнее в Джереми струились обратно силы. — С возвращением. — Доктор с облегчением оглядела его. — Будущее стабилизируется. — Тогда нам нужно поспешить, прежде чем Гира потеряет себя. — Держи Ядомикс-пушку поближе. А теперь вперед спасать твою бабушку. Доктор молниеносно оказалась за консолью и потянула рычаг. Под ложечкой екнуло — ТАРДИС ухнула вниз. Живые галактинсекты отдирали от нее мертвых сородичей и образовывали воронку, пропуская вниз. Дезнарек, ухватившийся за перила, нашел силы проговорить: — Бабушка, значит. — Ты не представляешь, сколько еще в будущем сюрпризов, — нашел силы ухмыльнуться Джереми. — Да куда еще-то?! Растаяли стены — Доктору перестало хватать мониторов, и она включила проекцию. Дезнарек выругался от неожиданности. Гира на секунду застыл. Вокруг ТАРДИС реял Кувагон. Кажется, он единственный оставался неподчиненным. К ним приближался разрушенный город. В руинах еле угадывались улицы, по которым они недавно ходили. Вода из каналов впиталась в землю. Пальмы смотрели в небо острыми углами поломанных стволов. Стояла пыль. Посередине города торчали остатки дворца, и разноцветные рисунки на нем посерели от пыли. Рядом с ним псевдоСутех прижимал Гроди к земле. Из ран существа сочилась кровь. Больше они не закрывались. Руки псевдоСутеха поднимались и опускались. Они били Гроди снова, и снова, и снова. Два раза призрачные силуэты галактинсектов возникали из воздуха и жалили, кусали его. Гроди обмякал на земле, чтобы вновь встрепенуться, и самые страшные раны исчезали с его тела. В какой-то момент пасть существа раскрылась. Над руинами взлетел крик: — Умри! Умри!!! Ты позоришь его память! Ненавижу тебя! Ненавижу эту штуку, в которую они превратили его! — Как жаль, что твоя ненависть тоже не может убить меня, — с неожиданной грустью ответил Гроди. Существо замерло. Струйки крови лентами обвивали его. Красные глаза померкли, закрывшись. — Хоть что-нибудь, — послышался сдавленный голос. — Вы помните хоть что-нибудь? О себе? Обо мне? Вы ругали меня, когда я пыталась поджигать муравейники. Рассказывали про пользу муравьев. Про мир. Как связаны жизни всех. Что надо защищать себя и своих людей, но уважать противников. Вы пытались поймать меня, когда я ночью сбегала на вечеринку, а я бежала… и было так страшно, что вы пожалуетесь родителям, и так весело… — Не помню. Не отвлекайся. Ищи способ меня убить, или я уничтожу корабли. Они все еще достаточно низко. Гроди резко отпихнул ее. Острие его косы взлетело вверх. Тонкий, режущий луч вспорол небо. Карши еле успела броситься на Гроди и отклонить траекторию. Луч полетел наискосок и угодил в скопление галактинсектов. Их тела начали медленно падать. Гира вздрогнул. — Мертвы, — пробормотал он, на миг став похожим на прежнего себя. Дагдэд в небе исчез. Доктор крутила рычаги, направляя ТАРДИС. Выжженная земля приближалась. Их окутало облако пыли. Гира вскинул голову с кровожадным выражением. Множество глаз сверкнули злобным предвкушением. Окутанный монструозной формой злого альтернативного короля, он буквально вылетел из дверей ТАРДИС. И когда пыль слегка рассмеялась, они увидели его и Дагдэда, застывших в воздухе друг напротив друга. Дагдэд хотел что-то сказать. Панель ТАРДИС передала обрывок его голоса. Вот только существо, пробуждающееся в Гире, разговаривать не хотело. Джереми смог заметить, как сощурились пары глаз — и самозванного короля Вселенной, способного разрушить планету щелчком пальцев, впечатало в пыль и обломки домов. Рык Гиры смешался с ревом Кувагона и внезапным смехом Дезнарека. В нем слышалось мстительное торжество. — Рано радуешься! — оборвала его Доктор. ТАРДИС описывала полукруг возле Гроди и Карши. — Гиру нужно уводить! — Он не может не справиться. — Именно поэтому, — Джереми сам не верил собственным словам, — его нужно уводить. Коусус Хасти, король Шугоддама до Ракулеса и его отец, просил у Дагдэда силу. Он получил Гиру. И он планировал использовать второго сына как оружие. Накормить душами Богостражей, стереть волю и память, сделать инструментом и смертью Дагдэда. В альтернативной реальности его план, с некоторыми оговорками, удался. — Как быстро злой Гира убил Дагдэда в той реальности? — торопливо спросила Доктор. — Одним ударом, — ответил Джереми. Гроди заметил ТАРДИС и попытался достать ее косой. Карши толкнула его плотным лучом, идущим из груди. Краски выцвели. Даже под защитой стен ТАРДИС пахнуло смертью. Половина тела Гроди восстанавливалась из пепла. Пеплом стала добрая часть города. На уцелевшей полыхнуло красным. Множество лучей, идущих из глаз Гиры, вонзились в Дагдэда. Обычно его нельзя было ранить, и он даже позволял себя бить — и поэтому Дагдэд телепортировался только в последнюю секунду, осознав силу противника. — Ты… — его голос был больше недоуменным, но в него прокрадывался страх, — кто ты такой? Реву Гиры вторил рой насекомых. — Дезнарек, мы с тобой следуем за Гирой, — лихорадочно проговорила Доктор. — Защищаем его и Дагдэда друг от друга, потому что Дагдэд нужен в будущем. Если он умрет сейчас, время сломается, а ему и так хватит! Джереми, мне нужно, чтобы ты проник внутрь Евангелиона и забрал Карши. У тебя есть доступ, тебя пропустят! Еванге?.. Ах, да, так она называет псевдоСутеха. — Оставляю Гиру и время на тебя. — Джереми уже был возле дверей. — Поторопитесь. Душа Богостража растворяется медленно, но момент легко пропустить. — Я обещаю, что Гира вернется целым и невредимым. Дагдэд атаковал дождем клинков. Гира ответил злым хохотом — красные волны столкнулись с мечами и сбили с траектории. Обоих отшвырнуло. Галактинсекты разделились на две половины, стекаясь за спины двух злых королей. Мертвые неуправляемые насекомые пытались напасть на всех без разбору и получали ото всех. — Удачи. Нам она как будто не сильно нужна, — сказал Дезнарек. По его тону Джереми понял, что он попробовал пошутить. — И все же я ее пожелаю. Джереми выпрыгнул в воздух, пахнущий смертью. Карши и Гроди все вели бой. Карши швыряла Гроди, рассекала его, ломала кости, душила, одалживала силу галактинсектов и бросала в битву их призрачный рой. Другой противник давно бы превратился в дымящуюся горку праха. Но Гроди вставал с неумолимостью смерти. Восстанавливаясь, взмахивал косой и наносил все новые и новые раны. Существо было перепачкано в пыли и крови. Зацепившись за сегмент брони, Джереми притянулся к нему. Гроди нанес рубящий удар косой. ПсевдоСутех упал на колени. Удар сотряс маленький выступ — едва забравшийся Джереми, сорвавшись, повис на паутине. ПсевдоСутех поднимался медленно и тяжело. Он дрожал. Новый полет косы Карши заблокировала руками — существо содрогнулось вновь. Покачивания почти бросили Джереми на шипы брони, но он успел упереться ногами. Кровь, мерцая, бежала по рукам существа. Карши рванула его. Бездымное пламя охватило Гроди и часть земли позади него. Оно дышало смесью жара и мороза. Даже с расстояния Джереми ощутил, как цепенеет от отголоска этой силы. Он укрылся между сегментами брони, тяжело дыша. По коже псевдоСутеха бежали пурпурные волны, толчками залечивая раны. Они частично защищали его. Гроди корчился в пламени и хохотал. Этот страшный, бьющий по ушам звук больше походил на крик отчаяния. В крик он и переходил. В ярости Гроди кинулся на псевдоСутеха. Коса больше помогала. Руку он оторвал пальцами — вопль существа вонзился в небо. Его пошатывания почти сбросили Джереми. С огромным трудом он, зацепившись, подтянулся чуть ближе к основанию головы. — Это что, так сложно, убить меня?! — С каждым выкриком Гроди рвал существо, от ярости кое-как справляясь с косой. — Почему. Я. Не. Умираю?!! Последний удар швырнул Карши на землю. ПсевдоСутех проехался по смеси обломков и пепла. Поднялось облако пыли — чудом удержавшийся Джереми закашлялся. Существо лежало на животе, и, собрав все силы, Джереми побежал вдоль позвоночника к основанию головы. Пытаясь встать, существо дернулось. Джереми удержала только способность прилепляться ступнями к поверхностям. И без того застланное пылью солнце померкло, потому что Гроди склонился над ними. За его спиной, еле различимые сквозь серую пелену, носились по небу фигуры Гиры и Дагдэда, рвала друг друга разделенная армия галактинсектов, между ними сверкал воздух, а к двум противникам пыталась приблизиться маленькая синяя будка. — Если ты не способна убить меня, тогда я буду уничтожать все на своем пути. — Гроди поднял косу. — Корабли. Думаю, они быстро затихнут. По наитию Джереми опять укрылся в зазорах брони. ПсевдоСутех дернул Гроди за ногу, лишая равновесия. Смертоносный луч прошел между Гирой и Дагдэдом и испепелил часть галактинсектов. Дагдэд замешкался, Гира, ослепленный яростью, рубанул его мечом. Картинка сместилась. Существо навалилось на Гроди, не давая встать, отшвырнуло подальше косу. Израненные руки легли ему на грудь. Ледяной свет расползался от них ручейками. Джереми бежал, и вместе ним бежал лед. — Холодно. — Гроди сопротивлялся, но слабо. Из груди псевдоСутеха со свистом вышло: — Мне тоже. Не физически. Что-то заставило Джереми вскинуть голову. Дагдэд поймал смертоносный луч Гроди порталом — в небе сверкнула знакомая червоточина. Судя по всему, он направил его на Гиру, Гира увернулся, и теперь луч летел прямо в них. Тоже что-то ощутив, псевдоСутех дернулся. Над ними раскрылся тонкий, как крыло стрекозы, щит. Перед глазами побелело. Кажется, их куда-то отшвырнуло. Джереми не видел ничего, лишь тело влекло куда-то непреодолимой силой. Толчок сотряс их. Ребра заныли. Пыль забила легкие и защипала глаза. Тело, казалось, растворилось среди пепла и света. Когда Джереми попробовал шевельнуться, он даже не был уверен, что вышло. Что-то дрогнуло внизу или вверху. Он с трудом разглядел совсем близко броню. Каким-то чудом Джереми удержался на псевдоСутехе. Впереди дернулось что-то массивное, сверкнуло алыми огнями глаз. Голова. Собирая восприятие и ощущение тела по осколкам, Джереми потянулся ближе. Еще ближе. Еще. Что-то замерцало под ногами. Другие огни. Зеленые. «Доступ разрешен», — бесстрастно объявил женский голос. Круглое отверстие раскрылось практически под ним. Могло бы и прямо под ним, потому что Джереми и так фактически упал в него. Приземление было мягким. Пещера вокруг него сокращалась и пульсировала. Пурпурные волны окатывали ее и достигали Джереми. Боль, только начавшаяся ощущаться, притихла. Перед глазами прояснилось. Джереми смог подняться. Нити тянулись со всех сторон и уходили в позвоночник Карши. Мышечный нарост заключал ее нижнюю часть тела в себе. Глаза Карши были широко распахнуты и смотрели в никуда. Ее органы чувств составляли единое целое с псевдоСутехом. Ее губы разомкнулись. — Почему ты здесь? — Свистящий шепот был похож и не похож на рык существа. — Почему не на кораблях? Вы должны были улететь и спастись. — Я вернулся за тобой. — Дурак. Уходи, потому что мне не победить. Среди пыли вставал Гроди. У его ног обменивались ударами Гира и Дагдэд. Гиру все больше поглощала жуткая краснота его злого «я». Вспышки приносили за собой гул. Гроди замер, смотря на бой. Он попытался прихлопнуть их рукой, и, отмахнувшись, Дагдэд швырнул его обратно на землю. — Там Гира, — внимательнее всмотрелась Карши. — И… эта тварь. — Гира силен, но неуправляем сейчас. Доктор и Дезнарек приведут его в себя, но потребуется время. Как-то равнодушно Карши кивнула: — У него свой бой. Гроди вставал вновь. ПсевдоСутех, подчиняясь Карши, тоже поднимался. Дергано, неуверенно. Его дрожь отзывалась под ногами и в стенах. Женский бесстрастный голос донес: «Внимание, отказ жизненно важных систем, сбой регенерации». Карши следила за наставником, и в ее глазах раскрывалась та же пустота. — Карши… — Там, — оборвала она его. — В будущем. Он побежден? — Да. — Как? Один короткий ответ — и на Терре не произойдет Ярость Божья. Родители не потеряют детей. Дети не утратят родителей. Химено не будет вынуждена сесть на трон в десять лет, маленькая Рита не станет выносить приговор преступникам. Тофу не потеряет правительницу, которую так уважал Кагураги. Н’Косопа не будет разрушена, и Янма не потеряет семью и друзей. Багнарека не будет. Терра станет принадлежать одним людям. Гира и Джереми не родятся. — Раз ты здесь, давай закончим бой вместе. — В глазах Карши разгорался знакомый огонь, вот только теперь он казался мертвым и холодным. — Раз вы боретесь за лучшее будущее, разве это не шанс? Джереми видел варианты будущего так ясно, словно оказался внутри паутины времени. Дагдэд не находил Терру. Или находил. Ярость Божья не происходила — или, если Гира все-таки рождался, происходило нечто хуже. Джереми не было, и судьба кристалла бессмертия разбивалась призмой вероятностей — то лучше, то хуже. Дагдэда удавалось победить — или полноценный Игрушечник стирал королей щелчком пальца. Очень сильно болела голова, но боль сосредоточила на настоящем. И Джереми разбил вероятности одним словом: — Прости. — Бездна, — ровно сказала Карши. Маленький тарантул все время прятался за ее спиной. Мгновенным прыжком он оказался на плече Джереми. Шеи коснулись хелицеры. — Не пытайся его убрать, — предупредила Карши так же ровно. — Он быстрый. Меня не волнует будущее. Здесь, в настоящем, наша планета может быть уничтожена существами, которым вздумалось поиграться. Если ты думаешь, что я просто так это забуду и сбегу, ты ошибаешься. Как. Убить. Наставника? Джереми прикинул, как можно скинуть паука. Способы были. Он осторожно выпустил тонкую невидимую паутину, опутав ею Бездну. — Я не могу сказать тебе. — Почему?! — Она взвилась, холод сменился жаркой яростью. — Что такого хорошего в том будущем, если оно стоит страданий моего наставника?! Джереми хотел рассказать о паутине времени, нитях вероятностей, которые то ли видел, то ли вообразил, о тонкой, хрупкой ткани времени, о королях и совершенном ими чуде, о невероятной инопланетянке в синей будке, чей жизненный путь тоже будет затронут, о непобедимой воительнице по имени Нефила, любившей храброго воина-человека, о страхе исчезнуть и не существовать, но этого всего было так много, оно переплеталось между собой сложно, непонятно и важно. И Джереми не смог сказать ничего другого, кроме: — Я твой внук. Всеобъемлющая тишина упала на них. Все замерло. Даже Гроди остановился. Застыли Гира и Дагдэд. Гира прижал к голове ладони, борясь с собой. Его трясло. Силуэт злого короля исчезал и захватывал обратно. Рядом с Гирой виднелись Дезнарек и Доктор. Доктор подняла вверх руку. Мелькнувший на миг луч света отразился серебром. Часы. Она держала часы. Разве Дагдэд не хотел их открыть? Вот только, учитывая то, как он только что попятился — передумал после вневременья. Карши так и смотрела перед собой. Джереми казалось, что ее молчание тоже разбивает время на вероятности. — Плевать, — почти слышал он ее равнодушный голос. — Мои люди здесь, а ты еще не существуешь. Наставник… его нельзя убить потому, что он мертв, так? Значит… его нужно оживить. Он перестал ощущать Бездну на плече, потому что паучок провалился сквозь него. Мир мерк. Расплывающееся лицо Карши стало отчетливее. Как и испуг на нем. Как и облегчение. Она скривилась, пытаясь держаться, из ее рта вылетел звук, в равной степени похожий на смешок и всхлип. — Оно стоит того? — прошелестел ее голос. — Всех жертв? Будущее, которое ты защищаешь? Стоит? — Да. Оно того стоит. Рядом с Дагдэдом материализовалась та самая сущность из переплетенных лент. Две разделенные тучи насекомых нависли над всеми. Мертвые, будто что-то ощутив, отлетели. Карши что-то сделала — изображение вдруг увеличилось, и Джереми с ней словно очутились неподалеку. В тишине, слегка повернувшись к сущности, Дагдэд произнес: — Мнение? Даже видение вероятностей будущего оказалось не так ошеломляюще, потому что это был первый раз, когда его интересовало чье-то мнение. Сущность мигнула. В голове Джереми возникла картинка двух людей в черных одеяниях. Один из них исчез за дверным косяком со словами: «Ну нахер». — Доктор и херня, которой до твоего убийства одним ударом не хватило парочки душ Богостражей? Ты обещал веселье, а не суицидальную миссию, — дополнила сущность. Тишина, красный блеск глаз Гиры и серебристый — часов. Дагдэд раздраженно выдохнул. И исчез. Рой галактинсектов в считанные секунды растворился в небе. Миг промедления — и Дезнарек быстрым, точным движением вонзил щупальце в живот Гиры. Алое окрасило серую землю. Силуэт злого короля пропал. Гира лишь вздрогнул. Среди крови и пепла блеснула янтарем душа Кувагона. Гира завалился на Дезнарека. — В ТАРДИС и в медпункт, быстро! — не крикнула, а отдала приказ Доктор. Поддерживая Гиру, Дезнарек рванулся к ТАРДИС. Доктор последовала за ним. Дрожь земли от шагов Гроди тряхнула ее и бросила на синий бок. Гроди выпрямлялся. Цикады роились. Где-то наверху они продолжали терзать корабли. Доктор бросила напряженный взгляд в сторону. Туда, где поднимался псевдоСутех. — Мы справимся, — пообещал Джереми, хоть и знал, что она не слышит. — Я в вас верю, — быстро сказала Доктор, хоть и думала, что они не слышат. Дверь ТАРДИС хлопнула. Картинка отдалилась. Тонкие нити со светящимися концами тянулись к Джереми. — Мой наставник мертв, — шептала Карши. — И я не убью его, потому что он и так мертв. Она почти повторила слова из пригрезившейся вероятности. Джереми напрягся было, но теперь они не стирали его существование. — Значит… — она со свистом тянула воздух, словно слова причиняли боль, — сделаем так, чтобы наставник возвращался дольше. Нити тронули руки, словно спрашивая разрешения. «Запрос на использование ультимативного оружия». Вместе со словами в голове развернулся их смысл, и он был… Нити обвивали Джереми, а мир расплывался перед глазами. Будущее говорило, что по-другому никак. — Я даю разрешение, — сказала Карши, и ее трясло. — Если ты на самом деле считаешь, что это… нужно сделать… отдай такой же приказ. Если они этого не сделают, Кинг-Оджеры в будущем не победят Дагдэда. И умрет еще множество миров. Джереми выкроил время, чтобы быстро набрать Доктора. — Уходите во временную воронку, — сразу сказал он. — Мы собираемся… Молчание в трубке. Он робко надеялся, что Доктор произнесет: «Есть другой выход». — Хорошо, — сказала она. И он понял все по ее голосу. — Я даю разрешение. — Слова словно произносил кто-то другой. Карши прерывисто вздохнула. — Джереми. Если ты соврал своей бабушке. Имей в виду. Я специально доживу до твоего рождения и тебя отшлепаю. Джереми усмехнулся сквозь дрожащую в глазах пелену. Гроди вновь поднимал косу, готовя луч. Однажды, в их втором с Доктором приключении, они увидели в утопии подругу Доктора по имени Донна Ноубл. Сдвоенный приказ разнесся по нервной системе существа. Тогда у них не вышло найти в толпе ее, ее дочь и предыдущее воплощение Доктора. Пол разогрелся. Даже сквозь него полыхнул шар той самой силы. Краски истлели, оставив кровавый багрянец. Но потом, в ТАРДИС, охваченная ностальгией Доктор рассказала одну историю. О земном городе под названием Помпеи. Городе, который был уничтожен извержением вулкана и где практически никто не спасся. Фиксированная точка, которую нельзя было менять. Городу суждено было быть обреченным. Движение времени замедлилось. Луч медленно набухал на косе Гроди. Набирающая силу энергия связала их алым мостом. Вулкан пришлось пробудить Доктору.  Временная линия не должна быть сломана. В другой реальности Помпеи все равно не выживали — вместе с ними инопланетяне уничтожали всех людей. Холод и жар пронеслись по телу. Пахнуло пылью и пеплом. Но, когда рука Доктора опустилась на рычаг, поверх легла ладонь Донны. Они переглянулись последний раз. И Джереми постарался передать взглядом то, что когда-то сказала Доктору женщина, с которой ему не удалось познакомиться. «Мы сделаем это вместе». Гроди стал песком. Песком стали все, кто не погиб до этого.