Ограничение

      Один звонкий скрип. Надоедливый, но не привлекающий должного внимания. Из-за него не стоило возвращаться. А электрический разряд, врезающийся в самую кость кисти руки, всё равно расправил непослушные пальцы, мол пора. По реакции они вцепились в лицо. Почти что ловить летящий мяч голой рукой, а не клюшкой. Рико привык, однажды натренеровал, поэтому без лишней метушни отлепил её и прижал к груди. За себя он выстоял, за своё существование он всегда держался крепко. Если не считать вчерашнего, но как раз из-за этого просто существовать стало мало.       Дыбом поднятая шерсть Юки не вызывала должного понимания происходящего. Рико хоть и моментально отреагировал, невольно выкрикнув его кличку и вскакивая с места в сидячее положение, но этого было недостаточно. Всё равно Юки спрыгнул вниз и скрылся из виду, который только открылся, не внимая в себя всё происходящее сразу. Всё равно Рико не успел проследить за тем, куда он рванул. Вариантов было не много, но беспомощность слишком утяжеляла и без того не лёгкий воздух. Рико последовал вслед за первым очевидным предположением: нагнулся вниз, заглядывая под кровать.       Мир пошатнулся, подпихивая не только едкий шум в ушах, а ещё и тёмные расплывающиеся пятна, но краем он заметил Юки, сидящего возле тумбочки, будто это единственное безопасное место, в котором нет страха, от которого он прятался. Прямо ребёнок. Все дети так делают, кроме Рико, видимо, ведь место под кроватью для него никогда не было таким безопасным, как по началу казалось. Потом он понял, что безопасное место только наверху, на первом месте. А сейчас знал, что ошибался. Первое место не подарило бы ему ту семью, которую он себе пытался отвоевать. Тэцудзи ему солгал. Не столько от этого всего больно, сколько обидно. Рико всегда боялся его, но он был и тем, кому ему приходилось верить. Он же тоже его семья. Но больше нет. Рико не хочет находиться в этом Гнезде, в этой комнате, не хочет его видеть, ему тошно от этого и поэтому он бежит туда, где Тэцудзи меньше всего хотел бы его видеть. Только там... Рико перебил мысль.       Он хотел позвать Юки, хотел не оставлять его, как когда-то оставили его. Безусловно, только так можно научиться защищаться, но Рико не хотел, чтоб ему приходилось защищать себя, когда он может взять на себя эту роль. Но когда головокружение стало помягче давить на глаза, в этот же момент с другой стороны показалась чужая обувь, слишком легко оттянувшая его от своего желания. Кто бы там ни был, Рико уже возненавидел этого человека. Он поднялся, игнорируя боль, и откинулся на кровати.       Предстала знакомая фигура. Уложенные кудрявые волосы, бейджик и в целом привычный прикид врачей. Единственное, что не было знакомым: взгляд. В нём читалось полное безразличие.       Рико демонстративно отвернулся, уставившись в окно, будто там было что-то куда важнее, чем разговор с каким-то там очередным врачём о его состоянии. Он всё равно будет играть в экси, вне зависимости от чьих-то слов, поэтому без разницы.       — Перелом Монтеджа, пулевое сквозное ранение средней степени тяжести, синяки, сбитые коленки, резаные раны, ожоги второй степени... — монотонно перечисляла Каролина, читая свои записи. Рико видел это на переферии зрения и не знал куда себя деть.       — Мне это не интересно, — озвучил он.       Ещё хоть одна болезнь ему приплетётся сквозь слова какого-нибудь врача и Рико этого кого-то действительно ударит. Повторять дважды свой ответ он не собирался.       Каролина захлопнула тетрадь. Рико уже показалось, что она скажет что-нибудь насчёт того, что произошло ночью, сменит тему наконец, но она продолжила, словно не услышав его:       — Для эффективного лечения был использован укороченный классический гипс, сделаны ранние вторичные швы, стальные сняты. Выписан курс таблеток и обозначена будущая реабилитация, с учётом...       Слова в рассыпную разбежались, когда Рико, с нескольких попыток, через ноющую боль закрыл уши обеими руками. Это ему как раз позволил этот укороченный гипс. Лёгкость, в сравнении с прошлым, явно появилась. Попробовав провести пальцами по лицу, Рико наглядно понял и то, что там остался только шрам. Швы закрывали его и тату, а теперь? Тишина было наступила, позволив накинуть несколько коротких мыслей, но быстро и приглушила всё обратно.       — Так делать нельзя, — таким же безэмоциональным голосом и вниманием, направленным в никуда, сказала Каролина, всё же, будто впервые, посмотрев на Рико. — Никаких сложных движений, пока что, если желаете вернуться в спорт.       — Мой врач лучше знает, Карри, — пробормотал он, опуская руки.       Уж лучше бы ограничили его движения, чтоб ему не хотелось сделать то, что он вроде и может, а по факту нет.       Врач слегка застыла на месте, хотя и в целом не сильно была подвижна. На несколько секунд закрыла глаза, а когда открыла — вытащила из своей тетради какую-то бумагу и протянула Рико. Он взял её одним рывком. Сжал крепко, но не отводил испепеляющего взгляда от Каролины, ожидающего реакции.       — Если не показывать эмоций, акцент не исчезнет, — сказал он, смотря на эту девушку, у которой словно отшибло память.       — Японский акцент сложно вывести из речи, — холодно отозвалась она, указывая ладонью на бумагу.       Рико не то что захотелось порвать её на куски: не важно бумагу или девушку, — у него, кажется, начинал дёргаться глаз. Он попытался ещё задержаться на Каролине, пытаясь одними недоуменно сжатыми бровями вытащить хоть намёк, но со стеной поговорить было бы проще. Чем-то она напомнила ему куклу, бездушную и выполняющую всё по приказу. Аж тошно. Не только физически, из-за его состояния. Он сам этим занимался столько лет, но равнодушие это было последнее, что в нём можно было найти. Ему никогда не было всё равно, даже если очень хотелось, а эта Каролина сначала заявилась к нему ночью, оставила ту странную записку, а теперь ведёт себя, как ни в чём не бывало — Рико терпеть это не мог. Только Хозя... Тэцудзи это шло к лицу, у него вся душа равнодушная. Вспомнив об этом, Рико наклонил голову, не понимая, почему его снова так завело простое игнорирование, с которым он жил столько лет.       — Ты... — со сжимающим чувством в горле попытался собраться Рико, но не смог.       Он закрыл глаза. Крепко. Попытался вспомнить о чём-то другом, пережитом в Воронах, но все его воспоминания обрывались и от этого только сильнее колотилось сердце, вгоняя в него то, что всех этих лет словно никогда не было, словно они полностью пустые. Сам факт их присутствия в его жизни был, но все эти часы, ушедшие на всё это, были, как множество бросков мяча, в котором ничего не сказано. Тягучее мутное болото, как сама тьма, пропитанная в самом основании Эвермора, в котором ничего не видно, но из которого могут вынырнуть, иногда, небольшие предметы, как мяч, и больше ничего.       Рико опомнился только тогда, когда к нему достучался скрип кровати, видимо, от своих собственных движений. Юки ведь всё ещё сидел внизу, такой же загнанный в угол. Его нужно успокоить. Сейчас подумав о Юки, ему почти сразу стало и легче самому, ведь Рико способен на гораздо большее, чем кажется, пусть тоже едва ли делает шаг.       Бумага в руке была всё ещё тяжелой и рука сдавливала её только сильнее, скомкав весь угол. Но теперь, желая поскорее избавиться от посторонних, Рико выпрямил её и взглянул на текст. Пробежался максимально быстро. А после, даже не думая, скомкал бумагу и кинул на пол.       — И что это значит? — прошипел он, чувствуя натянутое напряжение даже на челюсти.       — Мы должны подлечить вас и убедиться, что с вами всё в порядке, — несмотря на вежливость, слова её, как та бумага.       Рико от досады хлопнул раскрытой ладонью по ноге.       — Убедиться в том, что, по словам своего дяди, я эмоционально неуравновешенный и из-за этого меня не допустят к суду, проигнорировав моё заявление?       — Или наоборот. Это нам и предстоит выяснить.       — Конечно, у меня сейчас максимально невыгодное положение, — попытался сбавить Рико короткими вдохами и от этого ему начинало казаться, что его лёгкие разорвутся. — И сколько я должен сидеть... — хотел сказать он "взаперти", но вовремя поймал себя. — И ждать выводы?       — До суда.       — Неизвестно, — протянул он, истолковав её фразу по-своему.       Заглянув в свои часы, Каролина о чём-то задумалась, однако почти сразу и подняла взгляд обратно.       — Время.       — Меня уже переводят под наблюдение? — Каролина мгновенно кивнула, даже не позволяя Рико распознать свои смешанные эмоции. — Нет, подождите...       Рико пытался жестикулировать, но все слова, как вспыхнули, вместе со всеми его ранами, когда он попытался встать. Каролина его словила и помогла устоять, но он сам едва удержался от желания оттолкнуть её. Тэцудзи без вариантов купил это всё шоу, а Рико не смог сделать совершенно ничего против этого. Выиграть суд, если до этого вообще дойдёт, внезапно понизилось в шансах и уверенности. Ничего другого ждать не стоило, но у него всё равно не было на это терпения, чтоб так сразу принять это, когда едва выжил, а Тэцудзи даже не поинтересовался как он, в отличии от какой-то там Рене, которая должна его ненавидеть, а не его дядя. Думая об этом, Рико сомневался, что когда-либо пожалеет о своих вчерашних словах и о своём решении разорвать этот круг постоянного страха и ненависти, который более не поможет ему достичь своих целей, ведь вне этого круга есть более важные чувства. Про это ему тоже сказала Рене, а не он, хотя должен был.       — Соберите вещи. Скоро вернусь, — бросила Каролина и ушла.       У Рико подкосились коленки, как только дверь глухо захлопнулась, загоняя ветер в самые уши. Холодный пол пробирал, чуть ли не замораживая, но от этого удавалось держаться. Рико прижался головой к кровати, понимая, что облажался с самого начала. Его уже можно было спокойно назвать эмоционально нестабильным из-за его поведения, поэтому плюсы были явно не на его стороне. С закрытыми глазами, он разгоряченными руками прикоснулся к полу. И хоть он их немного остудил, слегка отдавая дрожью. Глубокие выдохи и вдохи, кажется, не помогали. А мягкость, прикоснувшаяся к его руке, выдернула всё. Юки встал на неё передними лапками и, когда Рико приоткрыл-таки глаза, он повернул мордочку к нему. То, что с ним рядом ещё это чудо — одновременно успокаивало и нагоняло новых волнений, ибо совладать с этой ответственностью в этой ситуации, а тем более для Рико, максимально сложно. Сложно, но... Отдавать Юки он никому не собирался ни при каком раскладе. Рико погладил его, коротко, но этого хватило, чтоб успокоить его и хватило на то, чтоб Рико поднялся и перестал реагировать на то, о чём и так заранее знал. Не был готов, очевидно, но был готов бороться. Иногда, когда страх и ненависть притупляются, появляется и что-то новое, что никогда не замечалось. Ещё заранее, в пожаре, он в этом разобрался: в своём желании защищать кого-то, а не наоборот позволять всем умирать, в том числе и себе. Начинать всегда нужно с себя. Иногда всё, что у тебя есть — ты сам. И с этого достаточно, если хочешь что-то изменить.       Рико подошёл к окну. Хотел постоять, передохнуть, но заметил, что под тумбочкой что-то есть. Ещё один какой-то сюрприз и окно под боком придётся кому-то потом заново вставлять, если слово передохнуть поменяет от увиденного ударение. Рико выдохнул. Выругался. Вытащил этот тканевый замок. Тоесть, сумку. Она не была пустая, поэтому следом руки потянулись к бегунку.       После всего — это, вероятно, самое лучшее, что он увидел перед собой. Внутри была пачка кошачьего корма, бутылка воды и какие-то целофановые штуки, похожие на небольшое покрывало. Полезные вещи не зря такими называются.       Рико было потянулся посмотреть, что там есть ещё, но резкое появление вибрации со стороны кровати затормозило его так же резко. Он стянул телефон и взял трубку, даже не взглянув на экран. Тишина в ней перебилась голосом, но не из неё, а снаружи.       На звук шагов Рико приподнялся на коленях и взглянул на Каролину. Она сначала оглянулась назад, почти недовольно, прикрывая дверь, а затем вернулась к Рико более равнодушно.       — Пришли ребята из твоей команды, — сказала она. — Пусть помогут.       От руки Рико тут же отклеился телефон и он вопросительно открыл рот. Неужели обязательно всё должно происходить в один момент? Он бросил трубку просто потому что не знал, как разорваться.       — Вороны никогда бы... — возмутился он, опуская телефон на пол.       Каролина на это закрыла дверь, не дав договорить и перебивая одновременно, что-то сказала, но Рико не расслышал. Он полностью встал на колени, упираясь руками на кровать, хотел подняться, но дверь снова открылась.       Все думают, что всё будет по-другому. Чего-то всегда ждут. А есть только настоящее, где иногда люди переступают через себя. Иногда ждать не приходится, когда это действительно состоит не только из негативных чувств. Иногда неизвестность, которой ты поддаёшься, веря во что-то невозможное, удивляет. Сегодня Рико увидел это. Его не могла не одолеть потерянность и... восхищение.       Это был Кевин. Кевин, который вошёл в комнату и смотрел прямо на Рико. Слова у него встали поперёк горла, у него вообще они не укладывались, поэтому он прикрыл рот рукой и отвёл взгляд, но ненадолго. Не смог больше его вечно отводить. Снаружи ещё и послышался шум, привлекая всё внимание обратно. Кевин не оказался иллюзией и всё ещё стоял у двери. Однако и сам подвинулся, когда кто-то открыл её.       — Я же попросил... — начал Кевин, но вошедшая девушка ввела его в ступор.       Не только его, впрочем, ведь и Рико удивился. Вдвойне.       — Благодаря мне вас сюда пустили, — громко утвердила Тея, смотря на Рико.       Кевин не понял, начиная что-то отвечать. Рико тем более, но молчал, ведь за открытыми дверями он увидел тех, к кому Тея обращалась в множественном числе: Ваймак, который явно прислушался к какой-то там просьбе Кевина. Вероятно, дать им поговорить наедине, что немного вышло из под контроля. А перед тренером, под его наблюдением, стояли Нил и Эндрю, которым просто не было дела до всего этого, как подумал Рико.       — Он капитан Воронов, если вы ещё не забыли, — сказала она тише, но её возмущение было слышно так же чётко. — А вот он это забыл, — переметнулась она на Рико. — Я пришла напомнить и надеюсь вы здесь за тем же. Иначе выметайтесь, пока я не сказала врачам, что вы не со мной.       — Тея, — начал Кевин, повышая тон.       — Кевин, — начала она.       Отсюда голоса не просто смешались, и не только их, а превратились в настоящую грязь, от которой уши пухнули. Нил накинулся на Тею. Тея на них с Кевином. Ваймак пытался удержать Нила. Один Эндрю продолжил стоять.       Рико за это время успел поднялся с места и, пусть ситуация всё ещё не сложилась в его голове, он ощутил в этом всём что-то привычное. Годы в подобном хаосе не уходят так просто.       — Теодора Мулдани, — ровно обратился Рико, перебивая весь шум.       — Да-да? — приободрилась Тея.       — Прекратить это, — приказал Рико.       Отреагировали и Тея, и Кевин. Несмотря на то, что Тея игрок Национальной сборной, а Кевин игрок Лисов — только они двое услышали Рико. Нил сказал им что-то тише, но в ответ получил незаинтересованное:       — Помолчи. Не тебя я слушаю.       Остановило ли это Нила? Нет. А вот дверь, которую Тея захлопнула сразу после своих слов, приглушая его — да. Один щелчок и дёргай не дёргай ручку, а результата не будет. Разговор продолжился уже между Ваймаком и Нилом, как совершенно неразборчиво отдалилось оттуда.       Тишина стала почти оглушающей. Рико даже опёрся головой об руку, пытаясь собраться. Терпения на всё это он явно не подготовил. Если звонок он бы пережил, то встреча с Лисами, да ещё и со старым игроком Воронов, стала настоящим расколом.       — Почему вы здесь? — спросил Рико первое, что вообще пришло в голову.       — Я уже сказала, — пожала плечами Тея. — Не смогла ночью уснуть, думая о том, что ты сказал. Это возмутите...       — Кевин?       — Хэй! — развела руки Тея.       — Кевин, почему?       Тея замолчала, но всем своим видом продолжила говорить. Кевин отвёл взгляд от неё и посмотрел на Рико.       — Я твой выигрышный билет.       Рико почти ответил ему, что ему не нужна помощь, но заметил, как в ногах завертелся Юки и выдохнул.       — Кевин, я сказал, что ушёл.       — А ещё сказал, что умрёшь, — ответил Кевин на японском, а на следующую же фразу перешёл на английский: — Ты вернёшься, — без колебаний отрезал он. — Иначе почему ты позвонил мне?       — Я позвонил, потому что... Я был должен.       — Нет, не должен был. Тогда я не должен был брать трубку. Но ты позвонил, а я взял её. Это ответы на наши вопросы.       Пока Рико задумался над его словами, Тея снова вошла в разговор:       — А среди этих ответов найдётся место для того, что будет с Воронами, если они лишатся и тренера, и капитана? Что произойдёт с лучшей командой, где выросли такие игроки, как я? Это был мой дом и он не должен исчезать из-за одного поражения.       Её слова отозвались в Рико, собираясь со словами Кевина.       — Если я позабочусь об этом, если возьму ответственность... Я смогу стать лучше?       — Ты и так лучший, — не поняла Тея. — Даже если сам так не считаешь, с чем я в корне не согласна. Что случилось с лучшим капитаном Воронов, что ты теперь... — слегка наклонила она голову. — Теперь... — и всё равно не подобрала слов.       — Теперь он пытается быть не просто капитаном Воронов, — ответил ей Кевин. — У него есть на это право. Ты знаешь, почему он это делает. И теперь можешь убедиться, что я не так уж и преувеличивал, — с неким укором, напористой интонацией постукивал пальцем по руке он.       Разговор будто с этого момента должен был перейти на Рико, но этого не произошло. Тея хотела что-то ответить. Рико с расстояния понимал, что ей было что сказать. Но она просто ушла. Рико поднял на руки Юки и в этот момент Тея захлопнула дверь за собой так, что она будто выгнулась и только за вибрацией восстановилась.       — Это тот котёнок? — совершенно не обращая внимания, спросил Кевин.       Рико успел только кивнуть, ведь после этого Юки полез ему по руке и в итоге повис на плече точно так же, как в прошлый раз.       — Я представил твою смерть, — сообщил Кевин, вроде и отступая ещё назад к двери, тон смягчая, но контекст для его осторожных действий был слишком прямолинейным.       — Неудивительно, — отозвался Рико с небольшой паузой.       — Я хотел верить, что ты ушёл насовсем. Так было бы проще. Попрощаться с болью и верить, что в другой вселенной было бы проще, но...       — Но ты не поверил?       — Нет.       — Сожжём её.       — Что? Так понравилось что-то жечь?       — Возможно. Но, если это то, во что мы не захотели поверить, то и прощаться же не нужно в итоге. Вдруг вселенная одна — наша.       Они же так когда-то думали. Перед репортёрами, обвешанные наградами. Думали, что вселенная только их. Иначе зачем было так драться за неё?       Этот быстрый и короткий разговор наедине перебился тем, что в комнату вошли все, кто был снаружи.       — Никогда не знаешь, когда в дерьмовой ситуации твой враг может стать твоим союзником, — твёрдо сказал Ваймак и оглянулся назад.       Нил захлопнул дверь.       — Вы про меня или Тею? — поинтересовался Рико. — Что она сделала?       — Про обоих, — коротко ответил Ваймак.       Дальше за него продолжил Эндрю:       — Часть уговора ты выполнил. Нас пускать не хотели, а Мулдани впустили с распростёртыми объятиями. Им пришлось смириться, что мы идём, как маленький бонус.       Эндрю выглядел мрачнее обычного и его слова, несмотря на содержание, звучали точно так же. Рико уже разделял его нелюбовь к больницам, хотя над ним никто ещё не издевался. Впрочем, Тэцудзи устроит и это.       — Рико, в связи с произошедшим, ответь мне честно, — заговорил Ваймак, а внутри у Рико уже были самые неприятные варианты откровенностей. — Ты подпишешь контракт?       — Контракт? — удивился Рико.       Нил недовольно затупотел ногой, но под взглядом Ваймака перестал. Рико понял прежде, чем услышал ответ.       — Мы сможем тебе помочь, если ты станешь частью команды. Это не значит, что...       — Я не могу, — с лёгким колебанием ответил Рико.       — Можешь. Я об этом и твержу, если не понятно, — поднял ладонь Ваймак, не позволяя вмешаться остальным.       Рико слегка опустил голову вниз. Он понимал, как это прозвучит, но слова Теи имели для него не меньший вес, чем эти.       — Я не смогу помочь Воронам, если перестану быть их капитаном, — приподнял он взгляд обратно, но всё равно осторожничал. — Я хочу согласиться, честно, но...       — Я понимаю, — спокойно принял Ваймак и Рико замолчал. — Хочешь исправить свои ошибки. И начать оттуда, где всё и началось.       — Да, — неуверенно согласился Рико вслух, но внутри он знал, что именно так будет правильно.       Лисы — это семья, которую он не смог обрести в Воронах. Поэтому выбор невыносимо давил на грудь. Но он знал только то, что вряд-ли найдёт то, что всегда хотел, если снова вернётся туда, как часть системы.       — И почему ты ещё не согласился подписать контракт, я не понял? — повысил голос Ваймак.       — Чего? — из внезапности не понял уже Рико.       — Я могу отсрочить твой перевод, если это потребуется для того, чтоб ты наладил дела в своём старом доме. Это важно. Но Воронам всё равно нужен новый капитан. Потому что своим сердцем нужно выбирать своё место и им же решать свои старые проблемы, — на этом моменте Ваймак перевёл взгляд на Кевина, а потом вернулся к Рико и продолжил: — Я даю тебе шанс. Ты не можешь бояться своего желания после вчерашнего. Не в мою смену. На билеты я зря не тратился бы, если бы под своими словами ты имел в виду Воронов.       — Ты уже как неделю не Ворон, — спокойно влез Эндрю. — Напоминаю.       — Я... — начал Рико, но в комнату кто-то вошёл.       — Вы уже собрались? — поинтересовалась Каролина, судя по вопросу, хотя её голос показался совершенно незнакомым.       — Да, — подал голос Нил.       Рико только сейчас заметил, что он стоит слева от него всего в паре шагов. Он посмотрел вопросительно сначала на сумку, свою сумку, на плече у Нила, а потом на него самого.       — Я не собираюсь ничего делать с твоими вещами, — фыркнул он и прошёл мимо, ударяя Рико по спине сумкой на повороте.       И в присутствии чужого человека абсолютно все единогласно решили, что разговор не продолжится. Поэтому занялись делом. Ваймак пошёл впереди, вслед за Каролиной, Нил и Эндрю сзади него, следом Кевин и как раз его догнал Рико. Он было подумал, что это не самая хорошая идея, но Кевин позволил ему пойти на равне с ним.       Дорога была достаточно короткой, ведь Рико всё пытался обдумать произошедшее и совершенно не следил за поворотами. Сами Лисы приехали в Западную Вирджинию, чтоб помочь Рико Морияме — раньше это прозвучало бы, как прямое издевательство, но сейчас Рико считал это чем-то значимым. Просто он всё никак не мог понять, почему чужой человек, подопечным которого Рико принёс столько боли, предлагает ему место под своим крылом рядом с ними? Рико слышал, видел, читал и знает многое о Ваймаке, ведь всё же это тренер и отец Кевина, но он никогда бы не подумал, что столкнется с его натурой вот так. Тренер Тэцудзи совсем не такой, никаких шансов он Рико не даст, как бы сильно ему не хотелось считать клан Морияма своей семьёй. А он считал, всю жизнь, и будет считать вплоть до суда.       Движение притормозило в каком-то небольшом коридоре. С обеих сторон было по пять дверей. А до него, кажется, они прошли помещение побольше. Рико не хотел даже знать, что там было.       Остановившись перед комнатой с номером четыре, со стороны левой половины коридора, Каролина позвала Рико. Он посмотрел на Кевина, словно прощается, и пошёл к ней. Нил передал ему вещи, а врач открыла двери и толкнула туда Рико. Затем сразу же её закрыла, что Рико даже не успел остановить её. Точно так же, как и возмущенные голоса с другой стороны никак не повлияли на это.       — Рико, слышишь? — стукнул Ваймак по двери.       Рико стукнул со своей стороны и сказал:       — Слышу.       — Мы вернёмся к разговору на суде, — достаточно громко сказал он, чуть ли не прямо говоря о том, что они вытащат его. — Но я думаю, тебе не нужно думать.       Вытащат, лишь бы получить ответ. Рико стало с этого забавно и, прижавшись к двери лбом, он слегка улыбнулся. Юки замурчал. И за отдаляющимися голосами, которые уводила Каролина, пришла полная тишина.       — Отплати за это, почувствуй, монстр, — без эмоций, но с какой же, что-ли, уверенностью кинул напоследок оставшийся Эндрю. Сама его тень выглядела, как чёрный омут, но слова выражали нечто ярче. — Пляши, пока сцена ещё стоит. Представь, что котёнок — это... — слова смешались в шум, но Рико понял.       Рико никогда и не думал, что кому-то будет настолько важным не его игра, не его первое место, "правильные" и ограниченные слова, а именно он сам, пусть и монстр, но желающий справиться со всем, чтоб стать менее на него похожим. Именно теми словами, что по другую сторону, которая так его тянула к себе. Рико всегда считал, что у него есть только он сам. Но в пожаре, возможно, он чем-то и надышался, головой где-то ударился, а оковы, не важно из-за чего, всё же сжёг. И в этот раз не забыл. Кевин — это тот единственный счастливый момент в жизни, от которого отгородил его и Тэцудзи, и он сам, называя его вторым. Больше заборы нечем уже строить. Кевин изменился, да и Рико пытается. Получается плохо, но не настолько, если бы он вернулся или оставил всё, как есть.       Иногда кажется, что всё, что у тебя есть — это ты сам. Но если посмотреть на это ещё раз, без всяких лишних слов — это окажется не вся правда. Есть ведь и обратная сторона. И с этого достаточно, если хотите что-то изменить.       Кевину ведь стоило знать это. Рико и позвонил ему. А Кевин взял трубку. Это всё проще. Это ведь как экси. Ты либо играешь в команде, либо не играешь вовсе. Ты либо замечаешь людей вокруг себя и придаёшь им должное значение, либо проигрываешь. И Рико проиграл. Потому что не замечал, потому что тянул всё только на себе, потому что полностью в одиночку не забивают мячи. А без экси всё оказалось точно так же.