Часть 33

Алла проснулась от легких ненавязчивых поглаживаний по спине - Филипп, вернувшись позже жены из одного и того же съемочного павильона на полтора часа, застал ее уже спящей. Она разлеглась на животе на кровати в одежде, даже не погасив в комнате свет. Аккуратно расстегнув молнию зимних ботфорт, в каких плюхнулась на постель, он не спеша освободил ее уставшие отекшие ноги от обуви, стянув ту и бросив на пол. - Ты спишь, усталость убирая... Ты спишь, как малое дитя... Как было раньше - я не знаю, но я... люблю. Люблю тебя, - шепотом произнес Филипп, устроившись рядом. Минут пять сидел молча и неподвижно, боясь разбудить ненароком - Алла так устала, что спала без задних ног и не почувствовала, как он снял с нее ботфорты, а затем, прикрыв форточку, нежно провел ладонью по спине. - М-м-м... - еле слышно произнесла она, постанывая от легкого прикосновения. Даже не открыв глаза, сразу поняла, кто так нежно мог ее гладить и, широко улыбнувшись, прошептала ласковое, - Филечка... - Спи-спи, Аллунь, - наклонившись, поцеловал ее Киркоров куда-то в щеку, - Спи, моя радость. Я вернулся со съемок и тоже ложусь. - Голодный?.. - недовольно пробубнила прима, вспомнив вдруг, что сейчас с большой долей вероятности придется все-таки встать и приготовить мужу хоть что-то на ужин. - Не-не, я перекусил бургером, - соврал голодный Киркоров, чтобы не нарушать ее покой, - не волнуйся. Спи. Отдыхай. - Хорошо, - Алла улыбнулась еще шире, осознав, что никуда вставать не надо, - А можешь еще... спинку погладить? Пожалуйста? - тихо попросила она, все еще чувствуя его теплую ладонь на своей ноющей пояснице. - Конечно, - улыбнулся Фил. Ласковыми неторопливыми движениями, прекрасно догадываясь, как после тяжеленного костюма могут болеть мышцы, ломить кости, поглаживал жену от шеи пробираясь к лопаткам, от лопаток до поясницы и, наконец, провел по хребту. Алла иногда морщилась, когда Филипп задевал болезненную мышцу, но мужественно стерпела, не издав ни единого стона. Спина и правда, трудно справляясь, гудела и болела, а легкие поглаживания немного если не притупляли боль, так хоть разбавляли ее приятными ощущениями, - Где ж ты так устать успела? - вдруг спросил Филипп, на что Алла так удивилась вопросу, что сразу распахнула глаза и вогналась в краску, не зная, что ответить. В какой-то момент захотелось поведать правду, чтобы почувствовать его поддержку, особенно моральную, которой так не хватало в этот непростой период, но обязательства контракта о неразглашении связывали ее по рукам и ногам - молчать, иначе крупный штраф. - Да так... - нехотя ответила женщина, зевая, - по дому. То там постирай, то погладь, то приготовь, - о том, что ужина так и не было, а в комнате по-прежнему с тех пор, как Люся ушла, не прибрано, прима и вовсе забыла, и ее версия казалась, мягко говоря, неубедительной. - Ты по дому в сапогах ходишь? - хихикнул Киркоров, - Или просто разносить решила? - Во-первых, - все-таки перевернулась на спину Алла, словно перейдя в нападение от неудобного вопроса, - ты тоже по дому частенько в обуви уличной ходишь. Во-вторых, да - решила разносить. - Филипп улыбнулся и, удобнее присев на край постели, закинул ее ноги себе на колени. Алле вдруг стало так больно, что она не сдержалась и ойкнула, - Филь... - потянулась рукой к его руке, словно останавливая, но Фил, осторожно сняв колготы, отбросил их в сторону и положил горячую ладонь на ее икроножную мышцу правой ноги. От этого пронизывающего тепла Аллу почти током прошибло, она запрокинула голову назад и, глубоко вздохнув, плюхнулась спиной на кровать. - У тебя ножки устали. Давай их помассирую? - Пугачева ничего не ответила, молча лежала, прикрыв глаза, отдаваясь все более приятным, даже спасительным, манипуляциям, которые снимали отек умелым, но несильным, массажем. - Ой, как хорошо... - все-таки вымолвила она, когда Филипп перешел с икры к стопе, - Как же хорошо... Вот да, Филь... Вот тут, - реагируя, прикусила губу Алла, когда Фил помассировал лодыжку, стопу, а затем провел кулачком от пятки до пальцев, - Боже, я об этом весь вечер мечтала... - по ногам разлился обезболивающий жар, циркуляция крови восстановилась, отек немного спал. - Незавидный предел мечтаний у Вас, Алла Борисовна, - хихикнул Киркоров, осторожно накрыв левую - отмассированную - ногу и перейдя к правой, - Можно подумать, на рудниках вкалывали. "Побегал бы ты на танкетке в костюме весом десять кило, я б на тебя посмотрела. Хотя... не дай Бог." (Алла). - А что хотите, Филипп Бедросыч, от пожилой, уставшей и замызганной жизнью женщины, а? - тяжело вздохнула прима. - Ну-ну, - хмыкнул Фил, вспомнив одну из их страстных недавний ночей, - так я и поверил. - Слушай, я вспомнила... - приподнявшись на локти, обратилась к нему Алла, - ты, если голодный, там в холодильнике это... как его... - замялась она, пытаясь вспомнить нужное слово, - филейное курé лежит. Я готовила на обед, тебе оставила. - Что-что? - засмеялся Филипп, - Что лежит? Филейное курé? - повторил он, - Хорошо, Аллунь, - нежно чмокнул ее колено, наклонившись, - поем твоего куре! Ахаха! - все еще хохотал он, и Алла, осознав, что ляпнула что-то не то, тоже засмеялась, - Ладно, любовь моя, - наклонившись над ней, Киркоров посмотрел, чуть улыбаясь ей в глаза. По одному только взгляду прима поняла, что он... все знает, но, не желая как-то продолжать запретную тему, притянула мужа к себе и накрыла его губы чувственными поцелуями, что ему вскоре пришлось устроиться чуть удобнее, чтобы не рухнуть, пока целует жену, - Я люблю тебя. - улыбнулся Филипп, чмокнув ее носик, - Лиса ты моя. Патрикеевна. - Филь, давай спать? Который час, кстати? - Уже третий час ночи, - взглянув на дисплей смартфона, ответил Фил, - давай. Я тоже ложусь. Сперва только в душ быстренько схожу, ладно? - пока Филипп принимал водные процедуры перед сном, Пугачева сняла с себя одежду и, не желая копаться в шкафу в поисках ночного белья, легла лишь в нижнем под одеяло. Все-таки заглянув перед сном в холодильник, Филипп съел пару кусочков куриного филе и, вернувшись в спальню, увидел, что Алла снова провалилась в сон. Лег рядышком в одних боксерах и, поправив сползшее одеяло, устроился рядом, обняв жену. Пугачева проснулась ни свет-ни заря от сильной ломящей боли - казалось, всю спину свело, и ей, чтобы элементарно повернуться с бока на бок, требовалось приложить усилия. Стиснув зубы, чтобы случайно не простонать, все-таки кряхтя, Алла смогла повернуться со спины на левый бок. "Твою же мать, вот старая бабка! Все тело болит и ломит, и обидно, что даже Филе ничего не объяснишь! Вот, что мне теперь выдумывать? Стирка с глажкой уже не прокатят!" (Алла). Филипп спал довольно-таки крепко, и потому шорохи жены на кровати его не разбудили. Алла, сумев привстать, дотянулась рукой до прикроватной тумбы и, открыв первый ящик, достала блистер обезболивающих таблеток, которые ее выручали не в первый раз, благо, и бутылка воды оказалась неподалеку. Препарат подействовал спустя пятнадцать минут и, сумев расслабиться, прима снова заснула. Два часа дополнительного сна чуть укрепили ослабленный женский организм и, пока таблетка нимесулида все еще действовала, Пугачева не ощущала никакой боли. Повернувшись лицом к Филиппу, Алла, проскользнув рукой под одеяло, провела ладонью по его массивному торсу, пальцем вырисовывая какие-то фигуры. Хоть татуировки ей не нравились на нем, Пугачева просто смирилась - так или иначе, уже не сотрешь - но провела по кубикам пресса, отчего-то улыбнувшись. Обновленное тело мужа нравилось женщине, хотя Киркоров всегда выглядел для своих лет неплохо и даже привлекательно, но Алла словила себя на мысли, что ей хочется чего-то большего, чем просто погладить. Подняв на него свой взгляд, убеждаясь, что он все еще спит, Пугачева прильнула робким поцелуем к его подреберью, другой рукой поглаживая вновь заросший отреставрированный животик. - М... - томный, но еле слышный стон вылетел из ее уст, пока она задаривала любимого мужчину недвусмысленной лаской, - м... - губы коснулись участка на пушистой грудине и, чуть осмелев, Алла подарила уже ощутимый влажный поцелуй зоне вокруг соска. Филипп спал, как убитый, видя, наверное, десятый сон - он много и часто ездил, у него напряженный график, а потому, когда он спит, то спит весьма крепко - но Алла будто бы наслаждалась отсутствием какой-либо реакции и возможностью ласкать мужа почти втихаря, - м-м... нащупав поглаживающей ладонью любимую пушистость чуть ниже пупка, женщина вдруг завелась, ей захотелось чего-то игривого, а потому ладонь опустилась ниже и крайне осторожно накрыла паховую зону, - мальчик мой... - перестав целовать сладко дремлющего мужа, Алла чуточку приподнялась и, опустив одеяло ниже, неторопливо провела языком по центру грудины, опускаясь лаской к пупку, где заканчивалась привлекательная волосистая дорожка, рука более настойчиво сжала дремавший, спрятанный в боксеры, орган, и тут Филипп, чувствуя толику блаженства, проснулся: - Аллочка... - приподнявшись на локти, увидел, что жена, зацепив резинку боксеров, чуть оттянула белье вниз и провела языком по бедру, - Аллуня... - Филипп сильно возбудился, наблюдая эту картину, но сама Пугачева, услышав, что супруг проснулся, левой рукой слегка надавила ему на грудину, заставляя лечь. Едва он плюхнулся обратно на спину, нависла над ним и, ничего не произнося, впилась жадным поцелуем в губы, рукой проводя от ключицы до низа живота и, нащупав через ткань боксеров вставший член, осторожно сжала орган, а затем, засунув руку под резинку, провела большим пальцем по увлажненной капелькой смазки набухшей головке, - Ам-м... - простонал Киркоров, чувствуя, что она с ним вытворяет, - Аллуня... - Пугачева без всякого стеснения, поддавшись пробудившемуся желанию, обхватила его пенис теплой, чуть потной от легкого волнения, конечностью и провела несколько раз взад-вперед, оголяя головку. Филипп жадно целовал ее, изрядно распалившись и, стянув лямку бюстгальтера, припал поцелуем к груди, что Алла, довольно широко улыбнувшись, прикрыв глаза от наслаждения, чуть запрокинула голову. Он наминал ее правую грудь, и Пугачева ласкала его взбухший возбуждением член, пока Фил не прекратил эту игру, перевернув ее на спину. - С-с-с-с... Ай! - прошипела женщина от боли, почувствовав ее где-то в районе лопатки. - Прости! - сразу же извинился Филипп, - Прости, маленькая моя... - покрыл ее зону декольте краткими извинительными поцелуями, понимая, что ненароком причинил дискомфорт, - Аллунечка... - целуя в шею, слегка прикусил кожу, и от этого действия Алла буквально задрожала в его руках, распалившись желанием донельзя, мгновенно боль приглушилась, ее заменила такая нега, что разливалась по телу, проходя по каждой клеточке, - Любовь моя... - аккуратно спустился влажными дразнящими поцелуями к груди, и Алла, чтобы ему было удобнее, чуть расставила ноги, а затем, притянув его руку, взяла в рот два пальца, прикрыв глаза и посасывая их так, что у Филиппа чуть в паху не свело от желания, - М-м... хулиганка, - процедил возбужденный мужчина, языком очерчивая зону вокруг соска и ореолы. Убрал нужную правую руку и, приспустив бюстгальтер еще ниже, сжал пышную троечку, обхватывая губами сосок. - А-а-а... - протянула Пугачева, чувствуя непередаваемое наслаждение от каждого его умелого действия, - Филя... - аккуратно запустила пальцы в его шевелюру и легким массажем сжала ее у корней, стараясь не причинить боль. Киркоров игрался с ее бюстом, возбудив женщину до такой степени, что она покраснела, а на лбу выступила испарина, ее лоно пульсировало от желания и, когда Филипп дотронулся трусиков, довольно улыбнулся, а затем чуть нажал на сочившуюся щель, - Ам-м, блять!.. - выдохнула прима, зажмурив до цветных мушек глаза, чувствуя, как пальцы на поверхности пока еще не снятых трусиков кругами елозили вокруг самой возбужденной точки, - О, Господи, - сжала собственную грудь, накрыв его ладонь и, прикусив до боли нижнюю губу, вдруг притянула мужа к себе, - Филя... - глядя ему прямо в глаза, обхватила щеки ладонями, а затем затянула во французский поцелуй, в глубине которого их языки сплетались друг с другом, - Выеби меня!.. - едва ли не процедила Алла, не в силах больше сдерживать свое желание, - Умоляю! - видя, что он лишь улыбнулся, как будто забыв, что ему и самому не терпится перейти к главному, - Филипп, я умру сейчас! - едва ли не взвыла женщина, и Фил, заткнув ее глубоким поцелуем, проведя рукой по бедру, нащупал резинку трусиков и, кое-как стянув их, резко вошел, - А! - вскрикнула Алла, чувствуя в себе толстый, горячий, всезаполняющий ее, член, - Да! Да! - запрокинула ноги ему на талию, словно вчера у нее ничего и не болело, и придавила к себе ближе, не оставив и миллиметра дистанции, - М-м-м... - довольно простонала она, сжав зубы и запрокинув голову, - Да! - Моя девочка проголодалась, - ухмыльнулся Киркоров, сразу сделав толчки резче, чем обычно, ибо чувствовал, насколько сильно и потому мучительно для нее ее же желание, - А! - упираясь в разгоряченные стенки, мужчина и сам получал удовольствие, пенис что-то приятно обволакивало, в паху едва ли не покалывало от самого наслаждения обладать любимой женщиной, он чувствовал, как почти в такт его толчкам сокращаются женские мышцы, и это усиливало удовольствие, - А-а-а... - Фил более сдержан в эмоциях, но и с его губ слетали томные стоны, а толчки стали еще резче, интенсивнее, казалось, Алла окончательно потеряет от гормонального шторма и бури эмоций контроль, извиваясь под ним и даже сжимая внутренние мышцы. - Да! Да! - Алла, чувствуя, что весьма близка к долгожданной разрядке, едва ли не кричала, впившись ногтями в спину. Это разрядка необходима ей, как глоток свежего воздуха, как ощущение бесконечной любви и нужности, что помогает жить дальше, как допинг, чтобы терпеть ломоту в теле дальше, - Да! - она зажмурила глаза и, опустив ноги, полностью их расслабила, растеряв все остатки каких-либо сил. Руки шлепнулись плашмя, и все, что она могла - еле стонать, чувствуя в себе рваные быстрые фрикции любимого мужа. Он довел ее до оргазма, заставил кончить так, что она потерялась во времени и пространстве, на миг рассудок помутился и, вцепившись из последних сил в его ягодицы, Алла лишь прорычала от вхождения в полный экстаз, - А-а-а-а! А-а-а-а-а! - разрядка настигла темпераментную женщину, Филипп обильно излился в ее горячее пульсирующее лоно и, нависнув над ней, прильнул к влажной вспотевшей шее поцелуем, - Ах... Господи... Ах... - шептала Алла, ворочая головой по подушке, - Господи... - на миг прикрыла глаза и заглотнула больше воздуха, - Хорошо как... Ах... - посмотрела на Фила и, коснувшись рукой его щеки, провела погладила слегка, а затем двумя пальцами накрыла губы мужчины, - мой мальчик... Ах... - она пыталась отдышаться, но сердце билось, как сумасшедшее в груди. - Аллунечка... - Филипп расслабляющими легкими поцелуями касался ее век, скул, щек, - Все хорошо? Ты нормально? - Я... - сглотнула слюну Алла, пытаясь бороться с нахлынувшим внезапно бессилием, - Ноги... дрожат, - как-то паузированно, обрывисто прошептала прима, - х-ха... - выдохнула она, облизнув нижнюю губу, - Боже, какой кайф, - почти на одном дыхании произнесла женщина, - А-а-а-а... - Филипп улыбнулся и, коснувшись ее левой ноги, осторожно погладил. Не спеша вышел и, устроившись рядом, положил жену на свою грудь, целуя в висок и почти закрытые глазки, - Филя... - посмотрев на него, вдруг произнесла Алла, - ты моя причина жить. - затем снова улыбнулась, только как-то глупо и, коснувшись его щеки, продолжила фразу, - Люблю... Очень тебя люблю. - И я тебя очень, счастье мое, - Филипп укутал ее одеялом и, ласково поцеловав в губы, накрыл ее руку своей ладонью, пальцы сплелись в замочек, - Аллунь... - выдержав небольшую паузу, дождавшись, пока жена полностью придет в себя после этого фейерверка эмоций, на полном серьезе произнес, наблюдая ее реакцию, - Я хочу, чтобы мы были вместе. Всегда. - Будем, Филипп, - кивнула Алла, поглаживая его грудину, - Я тоже очень хочу. Будем. Только... - в ее голове вдруг возникла мысль, какую озвучивать она побаивалась в силу многих причин. Но, заглянув в ее глаза, Киркоров понял с полуслова и более - ему казалось, это она прочитала его мысли: - Я ребенка хочу... - еле слышно произнес он, все еще следя за реакцией, выражая свое искреннее желание, - нашего... долгожданного... - и Пугачева еле заметно кивнула, широко счастливо улыбаясь, не смогла сдержать слез - они покатились ручьем из пропитанных счастьем глаз, и Филипп, притянув ее к себе, подарил долгий, чувственный и вдохновляющий поцелуй...