Часть 60

Пока работница органов опеки была занята заполнением бумаг и бланков - вполне типичная процедура - Пугачева незаметно ускользнула из гостиной на второй этаж, в их с Филиппом спальню, и переодела блузу на ту, у которой рукава подлиннее. Оставалось надеяться, что чопорная работница с необычной фамилией не заметила за недолгие пятнадцать минут общения бинтовую повязку на запястье примы, иначе могли возникнуть вопросы, ответы на которые Алле трудно придумать. Стандартная процедура не заняла много времени: Мария Дмитриевна побеседовала с Киркоровым, познакомилась с его детьми, которые уже отзанимались языками с репетиторами и спустились в холл к гостям, а после вернулась Пугачева и "Галчата" со второго этажа. Несмотря на то, что условия проживания итак видны, дотошная работница под протокол расспрашивала и фиксировала все, что касается детей - где спят, чем занимаются, где учатся - того требовала процедура, пусть и весьма формальная в данном случае. Некоторые вопросы были столь нелепы, что Алла едва сдерживалась, чтобы не сострить: - Что-то не видно кроватей на первом этаже, где же дети спят? "За окно, блять, вывешиваем! Вон, как раз гамаки!" (Алла) - Мы уже Вам говорили, - ситуацию спас Киркоров, понимая, что глупые вопросы раздражают жену, - все спальни на втором этаже. - А зачем же вам, - внимательно и непонятно зачем рассматривая каждый угол просторного дома, спросила работница, - такой большой гараж? - Это к детям не относится, - все-таки рявкнула Алла, - и вообще, там не гараж, а гардероб моего мужа! - Ладно, - пожала плечами женщина, все же с большим интересом разглядывая награды и статуэтки короля эстрады, - и еще вопрос, тоже для бланка: каков Ваш, - обратилась она напрямую к Киркорову, - средний доход на члена семьи? - Фил, никак не ожидавший эдакого вопроса со скрытой подковыркой, посмотрел на жену, но и она, казалось, слегка растерялась. - А зачем Вам? - недоуменно спросил певец. - Понимаете... Мне надо убедиться, что дети не будут ни в чем нуждаться и, если Вы обеспечиваете сразу четырех, то, может, сможете и пятого себе позволить? - Вам-то какая разница, - все-таки фыркнула Алла, - можем мы себе пятого позволить или нет? И вообще, что за бестактные вопросы? Вы не видите, где находитесь? Не знаете, кто перед Вами? Что я - Пугачева, а мой муж Киркоров? Вы не понимаете, сколько Филипп зарабывает? Какой ответ он должен Вам дать? - Аллу словно понесло, но Фил с ней согласен и потому не стал вмешиваться, - Что он зарабывает - сколько? Откуда я знаю, что Вам надо сказать для галочки? Скажу, 60 рублей в месяц - Вам это много или мало? Первая цифра, на бум! - Не надо, пожалуйста, мне хамить! - насупилась работница, поправив на носу очки круглой черной оправы, - Я выполняю свою работу! Если Вы считаете, что известные люди априори во всем правы, то я Вас сильно огорчу! - Это я Вас огорчу! Потому что, если Вы считаете, что Ваша должность дает Вам право совать свой нос, куда не следует и выяснять, можем ли мы себе позволить пятого ребенка, то это Вы сильно ошибаетесь! Мы хоть десятого накормим, оденем, обуем, дадим образование и все самое лучшее! - Аллунь... - Филипп решил притормозить жену, ласково коснувшись ее руки, но Пугачева продолжила из-за внезапно сменившегося настроения выплескивать свое искреннее негодование: - Это Вы хотя бы одного ребенка вытяните с зарплатой соцработника в тридцать тысяч! А к нам нечего придираться и задавать тупые вопросы! - Ну, знаете ли... - Мария Дмитриевна буквально побледнела, выслушивая ушат нелестного, - Правильно про Вас говорят, что Вы хамка! - Когда мне хамят своим поведением и показным пренебрежением, почему я должна молчать в ответ? - продолжила прима, - Ходите тут, фыркаете на каждом углу, а сами втихаря завидуете и тупо не знаете, к чему придраться! - Алл... - Киркоров почувствовал, что эта встреча ничем хорошим не закончится и ожидал от работницы какой-то резкой реакции, но та, на удивление, протянула планшет с листком и попросила подписать заполненный аккуратным почерком бланк. Внимательно изучив листок, Алла перевернула оборотную сторону и увидела заключение: "Идеальная семья, пример обществу. Нареканий нет. Дети выглядят сытыми, обутыми и счастливыми. Мать - здорова, отец - работает. Конфликтов в семье нет, атмосфера благоприятная, у каждого ребенка есть все необходимое. Гарри и Лиза Галкины рады, что живут с матерью и ее мужем. Старший инспектор, Прости-Господи Мария Дмитриевна." Пугачевой вдруг стало стыдно за свою резкость, она невольно покраснела, ставя фирменную подпись на краю листа. Филипп, прочитав заключение, тяжело вздохнул. - Правильно говорят, что у вас - звезд - своя колокольня, с которой вы плюете на простых людей. - все же ответила работница, собирая в папку документы и возвращая супругам паспорта, - только не забывайте, что ваши дети - это простые люди, а не звезды, и как повернется у них судьба неизвестно. - с этими словами, не попрощавшись, женщина быстро обулась и вышла из дома, оставив о себе на память шлейф крайне непонятного и неприятного ощущения. Дети, молча наблюдавшие со второго этажа происходящее, разошлись по комнатам. - Аллусь, - Филипп нежно взял жену за руку и встал перед ней. Провел по щеке, слегка улыбнувшись, - у тебя все впорядке? Ты чего на нее напала? - но Алла молчала, не зная, что сказать. Роль сыграло и безусловное волнение, вся ситуация вмиг стала максимально некрасивой с обеих сторон и женщина почувствовала, как к горлу подбирается тошнотный ком, - Аллчонок?.. - не дождавшись ответа, но, заметив, как жена побледнела, впившись в его руку, переспросил Фил, - Что с тобой? - в эту секунду Пугачева резко склонилась в приступе рвоты, и Филипп еле успел сделать шаг назад, а затем, обойдя жену сзади, придерживал за талию, пока ее еще пару раз выворачивало наизнанку. Чуть успокоившись, Алла задышала глубоко и часто, и Фил потихоньку отвел ее в ванную комнату, в то время, как Люся, сматерившись, нашла тряпку и ведро, - Алл?.. Может, это гастрит? - переживал Фил, - Давай гастроскопию сделаем? Чего ты боишься? - Филька... - опираясь руками о широкую раковину, включив мощный напор прохладной воды и наклонившись, Пугачева пыталась прийти в себя после сильного приступа, поверхностно и часто дыша. Ее даже слегка знобило, и по коже побежали неприятные игольчатые мурашки, - ф-фу-у-ух... - тяжело вздохнула она, умыв лицо водой, - слушай, что-то не так... - произнесла женщина, материнским сердцем чувствуя неладное, - позвони Эрриндер. - Аллусь, ты перенервничала, я уверен, с малышом все в порядке! - все еще подстраховывая, чтобы не упала, Фил попытался утешить жену, но Алла настаивала, повернувшись к нему лицом: - Посмотри на меня... - попросила она, - скажи, ты уверен, что все хорошо? - сглотнув слюну, спросила Алла, - Что-то не так... Филь, - женщина заметно побледнела, и Филипп, испугавшись, на всякий случай придерживал за талию, заметив, что ее коленки трясутся, - Позвони... - еще раз произнесла Пугачева, сделав глубокий вдох, - я... - на миг закрыла глаза, пытаясь устоять на ногах, но с каждой секундой это получалось все хуже, она покрылась липким прохладным потом с головы до ног и крайне тяжело прерывисто дышала, - я прошу... - едва успев договорить, почти прошептать, упала в обморок, внезапно ослабев, и Фил успел ее подхватить: - Аллочка! Аллуня! - весьма сильно испугался и пару раз встряхнул жену, чтобы привести в чувства, но, увы, бесполезно. Отнес в гостиную на диван и попросил подошедшую - буквально бросившую тряпку и ведро - Люсю закрыть двустворчатые двери на замок, чтобы дети не увидели, что происходит, а сам плавно чуть-чуть потормошил жену, пытаясь привести ее в чувства, - Аллусь! Первым делом, когда Пугачева все же пришла в себя спустя несколько минут благодаря прохладному компрессу, Киркоров, уже сам изнервничавшись, позвонил Эрриндер. Репродуктолог, понимая, что обязана сообщить то, что сообщать крайне неприятно, замялась, но Филипп настаивал. - Понимаете, какая ситуация... - мямлила врач, - в общем, я не хотела Вас беспокоить... - О чем Вы? - трубку перехватила Алла, - Что происходит, Вы можете нормально объяснить? - Если можно, не по телефону. Приезжайте в центр, я Вам все объясню... - Филя, поехали, - кое-как поднявшись с дивана, Алла обратно рухнула на спину от бессилия, и Филипп, взглянув на стоявшую рядом Люсю, просто не знал, что ему делать - везти жену в таком состоянии на непонятный разговор страшно. И все же он помог Алле надеть верхнюю одежду и дойти до машины, и уже спустя десять минут они выехали в центр репродукции в Крылатское. До чего же удивилась Пугачева, заметив в зале ожидания центра... Нику Толмачеву. Она сидела на уютном диванчике вместе с Колей и листала журнал, ожидая, пока ее вызовут на уже повторный плановый прием. После смерти Людмилы Васильевны Колю на плаву держала только Ника и новость, что у них будет ребенок - парень тяжело переживал утрату близкого человека. - Здравствуйте, Алла Борисовна! - Ника, увидев Аллу, заметно обрадовалась, едва не подскочив с дивана. Пугачева тоже улыбнулась ей, - Спасибо Вам! Вы и тут оказались правы! - Ну так! - в полушутку хмыкнула прима, - Только ты козой не скачи, побереги себя! Хорошо? - Угу. Это, кстати, мой муж - Коля, - представила она приме застенчиво улыбнувшегося парня. - Здравствуйте, - слегка кивнул тот, подойдя чуть ближе, - рад знакомству. Филипп, - парень протянул Киркорову руку, и тот пожал ее по-мужски. - Рад за вас, - улыбнулся Киркоров, - вы молодцы. - А... что Вы, простите, здесь делаете? - как можно деликатнее спросила Ника, но Алла не успела придумать ответ на вопрос, ибо откровенничать не хотелось - выглянув из кабинета, ее и Филиппа позвала Эрриндер. Супруги с некой опаской проследовали за врачом и, присев напротив письменного стола, переглянувшись, взялись за руки, словно готовые слушать то, что им поведает врач.