Художники от слова "худо"

Мальчик до последнего сомневался в правильности их действий. Он настолько разволновался, что аж выронил баночку с краской, благо, она была закрыта. — Лукас! — возмутилась его подруга, оборачиваясь на мальчишку, приложила палец к губам и продолжила красться на цыпочках к храпящему дедушке. Старик спал в кресле, и на его ногах лежала газета, которую Влад так и не прочитал. Мэвис провела ладошкой вдоль его глаз, убедилась, что в ближайшее время дедушка не проснётся, и достала из кармашка платья две кисточки. — Держи, — со всей серьёзностью промолвила она, протягивая одну из них Лукасу. Мальчик вздохнул и поставил банку на пол. Та забренчала, ударяясь о пол, но дед на это только всхрапнул. — Мама и папа не одобрят нашу затею, — сказал Лукас и взял в руки кисточку. — Нормально всё будет, — Мэвис присела перед банкой на корточки, потянула за крышку, и та не сразу, но поддалась. — Чур, я рисую ему усы! — Мэвис обмакнула кисточку в коричневую краску, очень жалея, что дядя Ноэ приобрёл только такой цвет, и её мечта сделать из дедушки попугая не сбудется. — Тогда я... — Лукас так и стоял, приложив кисточку ко рту, подражая дяде Виолеру, вечно кладущему в свой рот дужку от очков во время пребывания в глубоких думах. Лукас не по-доброму хмыкнул. Мэвис отвлеклась от рисования усов и с вопросом посмотрела на друга, подлетающему к дедушкиному лбу. Лукас провёл ворсинками по коже деда, изображая на его лбу подобие рога Единорога. — Вот так, — он встал и сложил руки в карманы, а кисточку засунул в рот, как папа — сигарету. — Тогда ещё по щекам, — Мэвис, смеясь, но тихо, чтобы дедушка, вздрагивающий от каждого прикосновения кисточки к своему лицу, не проснулся, нарисовала на его щеках кружки. — Не, ну он прям вылитый... — протянул Лукас, убирая кисточку изо рта. Договорить мальчик не успел, дедушка потянулся, готовясь окончательно проснуться. Дети быстро взяли в руки банку и бегом покинули комнату. Они поставили краску на её законное место и рассмеялись, чуть ли не катаясь по полу. Линнет поднималась по лестнице и улыбнулась, услышав смех детей. Ноэ с зажатым меж пальцами рецептом от Виолера тоже взбодрился. — Луки, мы пришли, — сообщила Линнет. Дети, увидев женщину, прекратили смеяться. Лукас бросился маме в объятия, обмякнув в её руках. Мэвис сложила руки за спину и прижалась к стене. Она завидовала Лукасу, ведь у него есть мама, всегда готовая его приласкать, а у неё только папа. Но думать об этом долго она не смогла. Влад, как только услышал, что родители Лукаса вернулись, поспешил выйти к ним и сказать, что он очень хорошо выполнил свою роль няньки, ни разу не сведя глаз с детей. — Владислав Владимирович, а что это у вас? — Линнет отпустила сына и указала на свою щёку. Ноэ приложил руку с рецептом ко рту, еле-еле сдерживая себя от смеха. — А что? — дедушка глянул на внучку и её друга, смешки которых разносились по всему поместью. — А, это! Я на секунду уснул. Только на секунду... Но Линнет и Ноэ его не слушали. Они смеялись, хватаясь за животы и смахивая с глаз слёзы. Дедушка вновь обернулся к детям. Те тоже покатывались со смеху. А Влад так и стоял меж ду взрослыми и детьми, не понимая, что их всех так рассмешило.