Глава 15. Другая Я.

Как растягивается попочка Коджи… Дюк отрабатывал сегодня вечером своего партнёра, поставленного на коленки. Активу пришло в голову схватить пальцами яйца пассива и почувствовать, как те болтаются во время процесса. — Я кончаю, Коджи! — Дюка очень возбудило сжатие яиц Коджи — сперма принца, казалось, с шипением заполнила потроха. — Фух! Они отдыхали после секса: — Слушай, Дюк, ты не думал стать моим мужем? — А? Нет, Коджи. По крайней мере мы должны вместе прожить два года, чтобы понять, подходим мы друг другу или нет. — А? Два года? Это так ждать… — Коджи смотрел на потолок. — Дюк, неужели ты думаешь, что мы не подойдём друг другу? — Вполне возможно. Сейчас нас связываю чувства, но мало ли что будет потом? Чувства могут быть неустойчивыми. Мы должны убедиться в их устойчивости. Кроме того, у меня неопределённое будущее… — Я хотел бы успеть всё сделать до конца света, а то мало ли что?.. — Коджи рассуждал лёжа. — Интересно, в других вариантах временной петли мы были любовниками или я делал ошибку и Саяка пилила меня? — Не знаю, Коджи. Дюк не так уж хорошо знал эту Саяку, чтобы много о ней судить. Мария вышла из душа, вернулась к постели, где обнаружила Хикару, сидевшую за своим компьютером. — Мне удалось разработать протокол для Стального Джииги — ещё одного супер-робота. Теперь наши силы могут быть увеличены. Мария остановилась рядом, вытираясь полотенцем: — Это всё твоё покровительство людям? Чтобы создать супер-робота, необходима божья милость, не так ли? — Совершено верно. Каждый супер-робот — это сгусток инобытия. Я создаю их всех на разных уровнях существования, — без лишней скромности призналась Хикару-Лэйн. — А это Ньярлатхотеп не заметит? — Думаю, заметит, он уже про меня знает. Особенно после нашего приключения на острове. Вопрос, какие контрмеры этот Кукловод против меня будет принимать? Неожиданно Хикару-Лэйн взглянула на Марию: — Ты не боишься участвовать во всём этом? Мария, ты ведь всё ещё можешь бросить брата и улететь на далёкую планету и наблюдать за всем этим со стороны… — У-у-у, — Мария покачала головой. — Хикару, или мне лучше сказать — Лэйн — ты ведь умеешь читать мысли. Ты знаешь, что я не… — Я знаю, но мне кажется, ты не до конца серьёзно относишься к нашим делам… Коджи, например, ещё не осознаёт всю глубину ответственности и опасности нашей ситуации. Я хочу, чтобы он постепенно оценил её… *** Хелл закончил ужин — тиран Бардоса всегда принимал пищу в одной и той же обстановке. Огромный стол, огромная комната, где висят его портреты, всё белое и драгоценное. Всё — классическое, всё — элитарное. Вокруг стоят его кадавры-рабы, носящие строгие чёрные костюмы, одинаковые с лица. Они готовы стоять, пока не подохнут с голоду сами. Хелл испытывал удовлетворение от подобной размеренности. Он желал почувствовать себя вечным. На самом деле ему не нужно было есть каждый день. Но он ел всё время в одно и то же время — одни и те же дорогие и элитарные блюда, лишь изредка их меняя. Всё одинаково, вкруг — абсолютное безмолвие, чистое космическое одиночество. Хелл не мог представить ничего более прикольного, чем слово «вечность», выложенное льдинками. Иногда доктор Хелл задавался вопросом, есть ли у него что-нибудь человечное? Вроде бы не оставалась и он хотел, чтобы в нём не было ничего, что связывало бы его с этими мерзкими существами — с людьми. Он их абсолютно ненавидел и желал им смерти и абсолютного уничтожения. Хелл уже мог бы уничтожить человечество, выпустив на волю генетически модифицированные вирусы — они по крайней мере бы точно подсократили человеческую популяцию. Хелл позволял человечеству жить только по той причине, что ему нужен был субъект, на которой он мог бы направить свою жажду власти и подчинения. Хелл обожал порядок — он всегда всё хотел видеть абсолютно идеальным и с детства его мучило сильное чувство ОКР, когда он созерцал объекты, лишённые симметрии. Они подолгу не выпадали из головы. Хелл в детстве не демонстрировал никакой жестокости — ни издевательств над животными, ни попыток ударить слабого. В детстве он мечтал только о том, чтобы его оставили одного. Он ненавидел шум, порождаемый миром. Хелл смотреть на небо и на звёзды, ему казалось, что они пребывают в абсолютной тишине. Он всегда стремился к покою и к уединению. Возможно, Хелл остался бы обычным затворником, не даруй сам Дьявол ему, своему сыну, избранной судьбы. Он — антихрист, сын греха и человек погибели. Хелл осознал, что даже ему нужны другие, когда барона Асуры не стало. Его раздражали истерики этого кадавра, а его похвала казалась нелепой и наивной, но по крайней мере его приятно было колотить и он вносил разнообразие в ледяную вечность Хелла. А ещё Асура не предал бы его. Этот субъект верен ему в силу некой мазохистической зависимости. У Асуры есть свобода воли, в отличие от обычных кадавров со шлемами на препарированных головах. Брокэн, очевидно, служит не лично Хеллу, а идеями сверхфашизма, которые Хелл собой олицетворяет. Граф — человек идейный. Хелл знал его дольше всех — этот идейный фанатичный нацист, готовый расцеловать Гитлера, служил в авиации и воспринимал крах Рейха как свою личную трагедию. Тогда любовь сменилась ненавистью — он проклинал фюрера за то, что тот не справился со своей задачей. Большая власть — большая ответственность. Брокэн подходил к этому со всей серьёзностью. Идеи фашистской революции должны быть претворены в жизнь со всей отдачей и полным осознанием того, что если ты не справишься, то никто не справится. Человечество должно быть очищено от слабых и жалких, от мещан и выпивох, от проституток и гомосексуалистов, от инородцев и низших существ — человечество должно сформировать себе новую идентичность благодаря отдаче себя тотальному насилию над собой и над всем вокруг себя. Даже Хелл считал Брокэна опасным сумасшедшим. Он бы понял злодея, стремящегося к тотальному насилию из-за того, что в его жизни не было ничего, похожего на любовь. Но нет — насколько знал Хелл, граф родился в полноценной аристократической семье, получил классическое образование, с самого детства его окружали многочисленные слуги, у него были вполне вменяемые родители и в детстве ничего не предвещало. Но, похоже, Брокэн с детства видел в окружающих его людях… мещан. В них нет ничего великого. Кругом обыденность, пошлость, низость, всё человеческое, слишком человеческое… Граф испытал отвращение к коммунизму и социализму в их классическом понимании, когда понял, что из себя представляют конечные варианты их утопии. Царство мещан, где нет места ни одной пламенной идеи. Только один марксист заставил Брокэна разделить его идеологию — Жорж Сорель. Этот марксист утверждал, что нельзя избавляться от буржуазии, ибо классовая борьба должна идти вечно — насилие, это двигатель прогресса и сама суть жизни. Брокэн принял эту философию всем сердцем, ибо с самого детства испытывал отвращение к мещанству и желал большего. Гитлер и его партия выступали за социальный солидаризм и списывали все беды на евреев и общий упадок арийской расы. Так как именно они наиболее точно соответствовали идеалам Брокэна, он присоединился к ним. Хелл озаботился в своё время, чтобы мозг Брокэна был заморожен и потом он смог вернуть его к жизни с помощью нечеловеческой технологии и чёрной магии. Хелл был уверен, что именно Брокэн — из немногих людей, кому он может оставить свободу воли и полностью доверить командование своими войсками. Брокэн сделал многое для того, чтобы победа Хелла вообще стала возможной. Не будь его, доктор никогда бы не добился успеха. А кем был виконт Пигман? Хелл поначалу ничего не знал о нём, этого человека к нему прислал сам Дьявол как своего вестника. Желая разузнать, кто он всё-таки такой, Хелл смог выведать вот что. Во время покорения диких земель, отряд европейцев истребил ради удовольствия племя пигмеев и выжил среди них один лишь шаман. В ярости, он продал душу Отцу всего летучих мышей, одной из форм Ньярлатхотепа. Цель Пигмана — месть всей Европе. Он ненавидит символ креста, ибо считает, что племенной дух Иисус, несёт полную ответственность за уничтожение его племени. Пигман хочет уничтожить белую христианскую цивилизацию и её культуру с помощью неё самой, распространяя экстремистские доктрины и провоцируя буны и теракты. Пигман плохо отличает крест и свастику и считает нацистов разновидностью белых христиан. Вне всякого сомнения, Пигман ненавидит Брокэна, но готов ему способствовать везде, где эта деятельность поможет уничтожить Европу. Хелл, естественно, сам ненавидел Пигмана, всякий раз ожидая от него подвоха. Будучи движем личной местью, его более ничто не связывает с Бардосом. Но было между ними кое-что общее — это абсолютное космическое одиночество. Все, кого знал и любил Пигман, погибли давным-давно, теперь у него вообще никого не осталось, кроме теней и иллюзий, коими сей гоэт управлял [1]. Если Хелл чувствовал слабую нужду в Асуре, то Пигман, похоже, ни в ком не нуждался. Этот факт заставлял Хелла уважать Пигмана и даже видеть в нём товарища и собрата, пусть хоть они никогда не говорили об этом и подобные симпатии существовали бок о бок с ненавистью и подозрением. Пигман никогда и никому не раскрывал своих мыслей, он вообще любил молчать и говорил только по необходимости, строго по делу, чётко и неохотно. Эрцгерцог Горгон и маркиза Янус происходили из Микенской цивилизации. Хелл испытывал тождество с Императором Тьмы — их повелителем, но в то же время чувствовал, как эти двое сами себе на уме и находятся вне пределов его власти. Да, нет никаких сомнений, что они верны Микенской империи и ожидают возвращения её Великого героя — Генерала Тьмы. Они верны Императору, а Император — это астральный двойник Хелла. Он едины, прямо как Отец, Сын и Святой Дух в тринитарном догмате. Как едины Вишну и Кришна. Но всё ещё для микенцев сам Хелл — скорее сосуд Императора Тьмы, чем он сам… В будущем, Хелл намеревался собрать обе половинки своего раздробленного Я во едино и стать Великим Маршалом Ада. Это дало бы ему абсолютную власть над Микеном и чувство собственной безмерной важности. Когда Хелл закончил ужин, он решил подремать. Сон не требовался ему, разве что он иногда давал себе чисто психологический отдых — пребывал в лёгкой дрёме. Тогда его дух становился Императором Тьмы. Он витал по космосу, наблюдая за тем, как гигантские микены, ставшие кайдзю, бороздили просторы мультивселенной и вступали в разнообразные схватки для того, чтобы стать сильнее. Хелл видел, как они прибыли на Йаддит — порушенную планету со множеством солнц в небе, захваченную чудовищными гигантскими червями, которые полностью разрушили поверхность, пробудившись и расползшись из глубин планеты. Ракообразные коренные обитатели, кто успел, собрали себе из солнечных частиц космические корабли-оболочки и разлетелись по планетам Стронти, Мтуру и Кат. В недрах Йаддита находилась ещё одна резиденция Шуб-Ниггурат — там обитало очередное воплощение Чёрной козы лесов с тысячью младых, дававшее корм дхоулам. Микенцы добывли её молоко, ради чего были готовы прорубать сквозь колоссальных роющих, грызущих изнутри планету, словно обычные червяки — яблоко. Однажды Хеллу приснилось, как Великий генерал Тьмы докладывает ему, Императору, как их лазутчикам удалось проникнуть на альтернативную Землю, покрытую Скабом — существом, способным к мимикрии, прямо как те трёхглазые обитатели горячей планеты с голубым солнцем [2]. Но Скаб куда круче — представитель Шуб-Ниггурат, он слился с кораллом и распространился по всей планете. Он заставил самую-самую элиту землян сесть на космический корабль и улететь, чтобы потом, не найдя никакого нового дома, вернуться обратно — благо, Скаб не стал истреблять земную биосферу, вместо этого он вступил с ней симбиоз. На поверхности планеты можно было даже жить, разве что периодически происходили землетрясения, вызываемые гостем. Дью Новак, фюрер планетарного правительства, решил взорвать Землю, чтобы она не досталась скабу. Ведь скаб желал превратить людей в своё подобие, чтобы всюду царила утопия и гармония монстров. Дью взорвал планету прямо за миг до победы скаба, когда Шуб-Ниггурат убедила двух пилотов здешнего супер-робота-защитника Нирваша принять её идеология радикального и тотального трансгуманизма. Хелл увидел во сне планету Шаггай. Она погибла, когда к её орбите приблизился Грот — живой красный планетоид, оснащённый гигантским глазом на своей поверхности. Его музыка пробудила Червя, что грызёт ночь — воплощение Несущего Окончательное разрушение. Он опустошил Шаггай. Жители планеты, насекомые шаны, телепортировалась с помощью своих пирамидальных храмов. — «Какое величие!» — Хелл желал подчинить себе эти миры энергии и материи. — «Я хочу подчинить их своей воле. Дхоулов, скабов, Шуб-Ниггурат — всех! Я хочу, чтобы они принадлежали мне, Императору Тьмы!» Кроме этого, Хелл узнал кое-что ещё. Когда он дремал сейчас, он вдруг очутился в своих детских воспоминаниях. Его мать шлюха принимала очередного клиента — кого-то военного. К счастью, это был не тот, который один раз потушил окурок о Хелла ради прикола. Тогда Хелл всё равно сбежал из дома, потому как вояка решил закатить пьянку с дружками. Хелл ненавидел пьющих. Тогда на улице шайка детворы обнаружила его, пытающегося скрыть от взора людского, и напала, безжалостно крича, смеясь и просыпаясь оскорблениями. Несколько секунд, как тогда, он пребывал в состоянии беспомощной жертвы, но вдруг полыхнул огнём ада. В глубине души всё это время вызревал монстр. — Горите, ублюдки! Я сотру вас всех с лица земли! Сотру всех этих прохожих, которым плевать на меня! Уничтожу мою шлюху-мать и отца, кто бросил меня! Уничтожу вас всех! Хелл испепелил этот образ, став Императором — огромным огненным джинном, сквозь его образ проглядывалась массивная мускулатура, очерченная тенями. — Кто посмел играть со мной?! Хелл очутился в окружении пепла и заметил крохотную фигурку. Он ужался до прежнего облика, своего нынешнего. Перед ним — молодая бледная азиатка, носящая одну только белую сорочку и «X»-образную перевязку чёлки на боку. Выражение лица — глумливое и быдловато агрессивная. — Спасибо, что дал закурить, — откуда-то она достала сигарету и смогла зажечь её от одной из искр, оставшихся от первоначальной формы. Вокруг — сумрачное воспоминание. — Меня зовут Ивакура Лэйн… Она сидела на кровати матери Хелла, в такой позе, в которой та любила принимать клиентов. Курила, прямо как она. — Существо, да как ты смеешь?!. Хелл собрался атаковать её свои пламенем. — Меня нельзя уничтожить, пока существует «Основная Я», можешь не стараться… — Лэйн чувствовала себя абсолютно уверенной. Сам Хелл осознал, что её защищает какая-то сила. Возможно, он мог бы её победить, но это бы затратило усилия с его стороны. А он был не так яростен, чтобы кидаться против любого раздражающего элемента. — Что ты хочешь, Ивакура Лэйн? Я слышал, ты старалась удалить все признаки твоего существования, хотя в астральном мире ещё есть те, кто тебя помнят… Лэйн курила таким образом, каким курит вредный подросток: — Хинкель, меня попросил помочь тебе твой отец, Князь Тьмы. [3] — Не смей называть меня этой фамилией — я «доктор Хелл!» — Так точно, господин Аденоид Хенкель, мой фюрер! Лэйн активно издевалась над ним, в то время как Хелл сейчас смирил себя, понимая, что он должен будет либо уничтожить её, либо выслушать без намёка на то, что её оскорбления что-то значат — он решил сделать второе. Умение сдерживать свой гнев — чрезвычайно важный навык, без которого Хелл ничего бы не добился. Потому сейчас доктор просто смирился с тем, что эта сущность будет его оскорблять. — Надеюсь, ты скажешь действительно нечто полезное, чтобы я оставил тебя в живы… — Я хочу предложить тебе помощь по захвату Мазингера. Я сама готова поучаствовать в этом, но мне необходимо создать подходящее материальное тело. А то я заперта на астральном плане. Я могу курить только как образ в твоих воспоминаниях, док, но я не могу по-настоящему насладиться дымом этой сигареты… — Вижу, ты совсем как моя мать — вся склонная к разгулу, пьянству, наркотикам и разврату! Уверен, из тебя получится отличная шлюха… — внезапно Хелл почувствовал возбуждение к ней, ибо увидел её душу такой же злой, как в своя собственная, а ещё эта Лэйн выглядела сексуально. Впрочем, в случае Хелла, напоминание о собственной людской природе только сильнее разожгло его чувство ненависти к данной особе. *** Цубаса Нисикиори — мать Коджи и Широ Кабуто. Мальчики появились на свет вне официального брака и почти ничего не знали про свою мать. Отец и дед, очевидно, знали про неё гораздо больше, но унесли всё это в могилу. Искусственный интеллект, созданный на основе деда, ничего не мог выдать по поводу этой особы. Коджи приуныл. Ночью, во время сна, он одновременно дремал живой частью мозга, а другой — прокручивал электронной начинкой кучу поступающей информации. Если бы его дополнительный искусственный интеллект что-то нашёл, то он бы вместил эту информацию в спящую пока часть сознания. Во сне Коджи плавал среди проносящихся сообщений. Он узнал, что его мать была связана с мафией. Когда парень проснулся, то позвонил в главное полицейское управление. Пока там искали информацию, Коджи сам обратился к сведениям, захваченным с компьютеров Подземной Империи. Там значилась информация, похищенная с правительственных серверов агентами Бардоса. — Если про мою мать кому известно, так самому Хеллу!.. Коджи ничего не нашёл про свою мать во всех сведениях, собранных им по частично деятельности отца Хани. Он собирался уж было оставить всё, как ему позвонили из полиции. Сказали: в одном злачном месте осведомитель полиции знает особу с похожими приметами. Коджи это показалось случайным упоминанием, но тут полицейский уточнил, что это — Клуб Сайберия. Коджи сразу вспомнил, что там торгуют из-под полы хакерским оборудованием и «чёрными технологиями» — чертежами сверхъестественных устройств, сведения о которых были получены в результате религиозного откровения. А ещё там торгуют разнообразными наркотиками. — Единственная зацепка! — Коджи не стал особо ни с кем советоваться, просто вышел из дома и уселся на мотоцикл. Когда Коджи прибыл в клуб, то обнаружил, что вокруг топчется какой-то фриковатый дядечка. Неопрятный, вызывающий вид, у него очки дополнительной реальности — он подсоединился к какому-то устройству. — Простите, — Коджи решил обратиться к нему. Старик узнал юношу: — Кабуто Коджи! Кибор нового поколения! Дед сразу же его узнал, после чего пригласил зайти к себе в каморку прямо в здании клуба. Внутри звучала очень претенциозная и специфическая музыка, которая могла воздействовать на сознание — Коджи её узнал — именно такую музычку ему врубила Хикару для астрального путешествия и одновременно похожую музыку издавали небесные тела в потустороннем мире. Специальное освещение тут заливало всё кислотными цветами. Коджи… действительно начал принимать себя в голову какие-то сообщения — схемы пушки направленной плотности, S2-двигателя, динамо-машина, частицы Азатота, ещё какая-то дичь буквально носилась в воздухе, была разлита среди звуков и ядовитых красок. Коджи пришлось изменить настройки восприятия, чтобы защитить сознание от шквала этой информации. Он начал выпрашивать у деда, какого чёрта тут творится? Дед ответил, что во всём виновато мировое правительство. Более конкретно — обвинил во всём организацию под названием «Амальгама». Она занята сбором чёрных технологий, похищением экстрасенсов и тому подобным. Коджи подумал: — «Неужели моя мать — член Амальгамы?» Когда Коджи передал со своего электронного мозга изображения на очки дополнительной реальности деда, то тот сразу узнал Цубасу Нисикиори! — Она называет себя «Хелен Вогэн», это очевидно, псевдоним, она — азиатка, а не англичанка какая-нибудь. Она… делает такое, до чего доходят редкие шлюхи. А она тут недавно… Коджи выяснил, что его мать — или женщина, как две капли воды на неё похожая — посещает этот клуб, встречается с мужчинами и женщинами и потом через некоторое время они кончают с собой или пропадают. У Коджи всё это вызвало мороз по коже. Он даже чуть поменял настройки. И тут ему позвонил Широ — узнал, куда делся братик и изъявил желание прибыть в клуб. Сам Коджи и раньше слышал про «Амальгаму» — Фонд Кабуто и Подземная Империя одинаково сотрудничали с этой мутной криминальной или полукриминальной структурой. Коджи прекрасно знал, что у его организации есть скелеты в шкафу — и как раз сейчас настало время всё тут вычерпать до дна. Широ прибыл сюда и совсем немного поприглядывался по сторонам — ему положила руку на плечо… — Мама?! Широ буквально увидел лицо на фотографии! Цубаса Нисикиори одета очень вызывающе! Она вальяжно улыбается и говорит, почти не открывая ярко накрашенных губ: — Вот мы и встретились, сынок… Коджи и Широ сидят за столом на окраине клуба, в дальнем углу, перед ними — женщина, которая выглядит в точности, как их мать. — Да, я родила вас для Фонда. Вы — проект, в который я в своё время вложилась. Ничего личного… Коджи и Широ обменялись взглядами, немного шокированными. — Не надо смотреть на меня так. От самого рождения на Земле, вы были всего лишь вещами для Фонда и амбиций вашего деда, отца моего партнёра. В голове Коджи и Широ вспыхнули образы — они увидели могущественных светоносных богов-механизмов. Один за другим они вспыхивали в сознании. Один — стройный, с рогом на голове и парой пилонов на плечах: Евангелион-01. Один — массивный и очень широкий, вытянутый: Дайбастер. Один, что с гигантским буром, чья фигура обращена в живой пламень: Гуррен-Лаганн. Рогатая гротескная женская фигура, вооружённая копьём: Стрелиция. Могучий робот в плаще и с одним уцелевшим глазом: Диз-Нёф. Две фигуры — красно-тёмная и красно-белая, отчасти похожие на Еву-01, но без рога: Каин и Авель. Совокупность сияющих шестерёнок: Клоквор Фантом. Очень стройный, большой и вытянутый пугающий титан: Идеон. Угловатый архангел, оперённый лезвиями, с волнистым пылающим клинком в руках: Аеон, «Пустота из конца времён». Очень высокий робот с очень длинными и утончающимися руками и ногами, одинаково достояющими до земли: Зеарс. Дьявольский тёмный ангел, чьи крылья состоят из многочисленных пугающих рук индуистского бога смерти: Демонбейн Разрушитель Вихря. Безмерно растущий рогатый робот: Геттер-Император. Дальше пошли один за другим многочисленные имена, заставившие впасть Коджи и Широ в короткий транс: космический воин Балдиос, железный доспех Драгонар, Непобедимый стальной человек Дайтарн, «Голубой метеор» Лейзнер, Храбрый Рэйдин, Комбаттлер V и Вольтес V, ATM-09-ST Scopedog, Нирваш, Гайкинг, Райдзин… Этот поток имён прервал голос самой Нисикиори: — Супер-роботы — это огромная боевая, обычно человекоподобная, пилотируемая машина, обладающая невероятной мощью и фантастическими способностями. Такие механизмы могут иметь самое разное происхождение, форму, структуру, функции и специализации, но все они в той или иной мере являются самим воплощением фантазии, целеустремлённого порыва к будущему и безграничного потенциала научных умов. Ваш дед желал себя такого, как маленький ребёнок хочет дорогую игрушку. Из коллективного бессознательного он узнал, что эти внешневселенские божества могут быть воплощены в металл и искусственную органику. Много где в других параллельных мирах они уже воплотились — и все эти другие миры пали в пучину хаоса. Ползучего Хаоса. Ибо подобные вещи не должны существовать в нашем мире. Воплощение Мазингера расширило онтологическую нишу и позволило Хеллу задействовать своих талосов. Если бы твой дед не открыл врата, ничего бы не было. Когда один бог снизошёл на Земле, демоны последовали за ним. Коджи дрогнул от охватившего его чувства вины, ужаса и одновременно его пронзил трепет от грандиозного величия. От кончиков пальцев, пошла какая-то волна, коленки задрожали. Он понял, что стоит перед величайшей силой! — Я хочу себе боевого робота! — у Широ это вдруг вырвалось откуда-то из глубины подсознания. — Я хочу себе супер-робота, раз уже всё равно вокруг всё так!.. Мама, сделай мне ещё одного! — Широ закричал вот так во всю глотку, прямо как совсем маленький ребёнок. Коджи же резко помрачнел и испытал сильное чувство подозрения. — «Что-то у меня сомнения по поводу того, что ты женщина — моя мать…» Коджи прекрасно помнил свой опыт с отцом — потому решил в ближайшее время до конца докрутить всё это расследование. — «Амальгама…» Коджи узнал, где собирается эта тусовка — отправлялся с ней навстречу, пока Широ представлял свою мать окружающим. — Дюк, — накануне обратился к нему Коджи, — прошу, не спускай взгляд с этой женщины. Я боюсь, что она не та, за кого себя выдаёт. Нисикиори вела себя на первый вдруг мило, но властно, было видно, что эта женщина знает, чего хочет. Хикару очень подозрительно на неё глядела. Мария аж подумала, что её подруга едва держит себя в руках. Широ было очень рад, что теперь у него есть мать и не понимал, почему Коджи не радуется с ним. — «Наивный простофиля! Меня не проведёшь в этот раз, Бардос!» «Амальгама» представляла собой ничто среднее между мафиозной группировкой, корпорацией, масонской ложей и оккультной сектой. Один из их лидеров — Леонардо Тестаросса — выглядел как гламурный красавчик с длинными волосами, обычно на всех фотографиях он всегда фигурировал в тёмном костюме и с расстёгнутым пальто. Коджи настоял, чтобы Дюк обязательно взял с собой Хани. Ни в коем случае ему нельзя туда ходить одному. Даже со всей его силой. Хани оптимистично поддержал эту идею. Место сходки представляло собой огромное здание, официально — это развлекательный центр для элиты. Кинотеатр, бары, сауны, проститутки и так далее. В роскошном зале собрались якудза, учёные, богачи и масоны. Сидят за столами, кушают, выпивают, беседуют. Словно нет вокруг этой адской войны. Коджи на скорости проскочил мимо охраны — вот так быстро, что глаза обычных людей не увидели. Внутри некоторые узнали его, но подумали, что он должен быть здесь — почему бы ему не вступить в этой их элитарную ложу? Кодзи разве что одет по-простому, но все подумали, что ему это можно. Это же пилот Мазингера, сверхчеловек, киборг. Его даже окружили и начали дружелюбно спрашивать всякое, типа давно пилот Мазингера в их числе и почему он раньше не вступил в их замечательную ложу? Коджи сказал, что у него срочное дело к Тестароссе. Его проводили. Тестаросса встречал у себя по очереди все прибывших — за закрытыми дверьми серьёзные люди обсуждали свои серьёзные дела, пока ожидающие своей очереди могли развлекаться стриптизом и вкусной едой. Коджи раскрыл дверь — весьма грубо ворвался сюда. Тестароссу охраняла пара андроидов, под два метра ростом, каждый оснащён весьма грозно. Коджи вытолкал какого-то якудзку, покрытого татуировками прямо как новогодняя ёлка игрушками. Сел на его место: — Тестаросса, — роботы напряглись, на что Коджи предупредил, — ты знаешь лучше всех, что против меня твои дуболомы бесполезны, будь их хоть сотня миллионов. — Кабуто Коджи! Я не ожидал тебя увидеть! — красавчик достаточно умело сдержал свои эмоции. — Пожалуйста, будь вежлив с моими гостями… — Мне сейчас нужно кое-что от тебя узнать. Тестаросса, расскажи всё про мою мать, понял? — Твою мать?.. Кхм, прости, но я… — Ты это сделаешь! Только не говори, что не знаешь! И убери своих дуболомов, против меня они тебе не помогут!.. Роботы спросили у Тестароссы, какие действия им предпринять. Он попросил их выйти и подтвердил, когда искусственный интеллект запросил уточнения. Роботы вышли, а Тестаросса спросил: — К чему тебе это? В смысле, с чего ты так заинтересовался ею?.. Ты же, насколько я знаю, профан и даже не вхож в нашу Ложу… — Плевать мне на вашу ложу! Я хочу знать, что ты про мою мать знаешь… Тестаросса приподнял бровь: — На каком уровне просвещения ты находишься? Я не могу сказать «всё» профану, ведь ты — профан… Не обижайся, Кабуто, но ты даже не сможешь понять… — Я знаю про временную петлю и Ньярлатхотепа, — Коджи решил бросить все карты на стол. Тестаросса аж в лице изменился: — Кабуто, да у тебя последняя ступень посвящения! Если ты знаешь это!.. — Я хочу знать всё про мою мать. Отвечай! — Коджи не собирался слезать с этого вопроса. — Настоящее имя твой матери — Икари Юй. Она родом из другой вселенной. Она противостоит Ньярлатхотепу в космической войне. Она дала тебе жизнь, но не могла оставаться здесь. Она покинула эту вселенную, чтобы там сражаться с Ньярлатхотепом, вместе со своим вторым сыном — Икари Синдзи. Коджи не был удивлён: — Но я встретил мою мать недавно — в клубе Сайберия, она вернулась и сказала, что её всего лишь наняли, чтобы она была донором для проектов моего покойного деда… — Коджи, возможно, это слуга Ньярлатхотепа, принявший её облик. Или копия-киборг с Бардоса, — предположил Тестаросса. Коджи испугался за Широ и остальных: — Дай мне свой номер, адрес почты — да что угодно! — Коджи вскочил. — Я должен немедленно!.. Тестаросса кивнул с пониманием: — Желаю удачи… Хани и Утэна, вторая — в облике парящего рядом призрака, осматривали здание изнутри, на первом этаже. Хани могла полностью менять облик, так что ей без проблем удалось проникнуть сюда. Утэна обратила внимание, что здесь в здании пребывают астральные стражи — эти духи наблюдают за окружением, они уже должны были сообщить о появлении Утэны и Коджи тем, кто их здесь расставил. — Ну, он всё равно пошёл с открытым забралом, так что — что с этого? — Хани выглянула в окно. Коджи решил сразу позвонить Дюку или Тэцуи. Не вышло — связь не прошла: — Да что за дерьмо! — он вышел из здания и захотел оседлать мотоцикл. Именно в него попал выстрел из гранатомёта! — Дерьмо! Электронный мозг идеально просчитал траекторию, потому Коджи одним взглядом выявил врага — боевик Железного креста промелькнул в окне соседней высотки. Коджи прямо с прыжка запустил себя к вершине здания, пробил собой стекло на уровне восьмого этажа. В него сразу начали стрелять Железные кресты — их тут сидело несколько, они разместились здесь прямо в своей униформе. Фирменный стиль Брокэна. — Умрите! — Коджи плевать на их бластеры, зато его выстрелы распыляют врага с одного попадания. — Ты?! Коджи схватил и прижал к последнему свой бластер, у испуганного нацика вся открытая кожа на лице покрылась испариной. — Говори!.. Коджи усёк присутствие более опасного врага. Отбросил и распылил этого в кровавое пятно. Побежал — выбил собой прозрачную дверь и очутился посреди широкой остеклённой площадки. Здесь стоял Брокэн, сам верховный нацист Бардоса. Голова парила у плеча тела. Туловищ с пустотой внутри воротников, облачённых в униформу, здесь стояло несколько. Они держали руки на груди в одной позе. Злая физиономия с моноклем одна на всех. — Даже говорить с тобой не буду! Умри! — Коджи выпустил стрелку бластера, чьё попадание должно было распылить генерала Железных крестов на атомы. Его туловища-марионетки остановили собой этот выстрел, закрыли грудью, фотоны там пыхнули и не нанесли им никакого вреда. — Я тоже метафизически развтый человек — прямо как ты, Кабуто Коджи! Тебе так просто от меня не избавиться! Я — настоящий дуллахан, давно мечтал сразиться с тобой лицом к лицу! — Как хочешь! — Коджи спрятал фотонный пистолет, пригодный только для истребления мелкой сошки, вооружился кулаками: — Кулаки Мазингера! Марионетки Брокэна всей группой встретили этот удар — они распылились, но одновременно с этим исчезли сами призрачные руки супер-робота. Коджи подумал, что следующим ударом добьёт самого Брокэна. На это лыбящаяся голова повела бровью — словно голограммы, рядом материализовались ещё дополнительные безголовые марионетки. И ещё. И ещё. Десятки дёргающихся кукол повалили со всех сторон, двое схватили Коджи за руки — пока он отвлёкся на других. Удержали на короткое время, остальные с двух сторон превратили парня в грушу для битья, используя руки и ноги! Брокэн смеялся, воплощая свои туловища с конечностями ещё и ещё: — Они состоят из виртуальных частиц и, будь у меня должный ресурс в Антивселенной, я бы заполнил ими всю планету! Все марионетки пронизаны его метафизической волей и благодаря этому существуют как форма инобытия. Могут пробивать прочность равного противника даже голыми руками. Эти враги тут заполонили собой всё вокруг. Коджи получал кулаками в лицо, кулак за кулаком, пинки под зад, цепки пальцы в перчатках тянули за волосы, элитарные немецкие сапоги пинали… — Дыхание Нергала! — Коджи наполнил воздухом щёки и выдохнул. Летучая кислота прицельно разложила только кукол перед собой. Когда их не стало, Коджи движением рук таки поверг перед собой пару тех, кто держал и растягивал его. Пинком отбросил гадов за спиной. — «Где там Хани и Утэна?!» Брокэн, похоже, исчерпал свой лимит, потому вырвался быстрым полётом через открытое окно. Оставшиеся туловища взорвались! Метафизическая воля смогла пронять Коджи, оглушить, пока вокруг лопалась вся стеклянная надстройка. Здание «Амальгамы», к слову, оказалось защищено барьером — вероятно, некой техно-мистической природы. Что касается Хани-Утэны… — Кто это такие?! — Хани перевоплотилась из своего замаскированного состояния в своё боевое амплуа. Вокруг неё, прямо возле уничтоженного мотоцикла, на земле расползлись разноцветные пятна, сгустились тени, прямо из асфальта вынырнули аморфные фигуры, серые и, как кажется, заполненные какой-то жидкостью. Размером с человека, всего около двух десятков. — Это кошмары из астрального мира! Какие плотные! Я с такими регулярно сражалась! — Утэна обнажила палашу. Она могла без проблем разделять этих аморфных полуматериальных монстров с одного взмаха и распылять в брызги, зато Хани они оказались способны заключить в замкнутом пространстве, изнутри которого все цвета померкли… Дюк решил позвонить Коджи, ничего не вышло — смартфон не смог передать сигнал. Он начал звонить Хани — результат тот же. Система срочных новостей всё же сообщила о взрыве в том городе, куда отправился Коджи. Дюк выскочил из окна, перемахнул через забор и… Прямо ко вдоху в комплекс подъехал на своём мотоцикле Коджи! Дюк с ним нос к носу столкнулся! — Коджи! — обрадовался он. — Дюк! — Коджи обрадовался в ответ. — На меня было покушение, я!.. В этот момент поднялась тревога. По громкоговорителю объявили — НЛО обижается к ним и, скорее всего, является летающим талосом Бардоса! Сигнатура ментальных волн указывает на это. — Срочно в Мазингер! — побежал к нему Коджи. Дюк — за ним. Дорогу им перегородила Хикару. — Дюк, это фальшивый Коджи, прямо как его мать — фальшивка! Дюк в изумлении повернул голову к лже-Коджи: — Раскрыли! — в ярости полыхнул враг. Дюк мигом подскочил к Хикару, закрыл её своим щитом от огненной атаки, похожей на пламя Императора Тьмы. — Космический гром! — Хикару за его спиной скопила в руках энергию, вышла из-за плеча Дюка, пересилила ею пламя врага и распылила двойника с Бардоса! — Это — прислужник Хелла! После атаки многоцветием, вокруг всё пропало, только дым остался витать в воздухе, тем самым спровоцировав систему поожаротушения. Сюда прибежали сотрудники Фонда. — Где настоящий Коджи?! — взглянул на неё Дюк. — Сражается там! Я должна теперь уничтожить лже-Нисикиори! Хелен Воген — слуга Ньярлатхотепа! Мощный телепат и технопат! Она подделала данные, чтобы мы считать поддельного Коджи за настоящего! Электронные системы Коджи имели подключение к компьютерам Лаборатории. Просто появись на его месте одинаковый двойник, лже-Коджи легко распознают — у него-то нет подключения. Но Хелен могла сделать так, чтобы компьютеры подключались к этому Коджи и никто бы не заметил ничего странного. Хикару ещё добавила: — Она ограничила моё ясновидение! — говоря это Дюку, она одновременно телепатически передала это всё Тэцуи. — Я — в Мазингер! Талос — мой! — запасной пилот запрыгнул в спейзер. Дюк бегом последовал за полетевшей Хикару. — С ней Широ! Не прощу себе, если с ним что-то случится! Принц в первую очередь обеспокоился о том, кого его просил оберегать Коджи… *** Компьютер Лаборатории потерял Коджи. «Он» появился у входа в Лабораторию, но благодаря Хикару-Лэйн двойник не прошёл далеко. Камеры показали, как он попытался сжечь своим пирокинезом Дюка и Хикару. В его огне появился образ Императора Микен. Затем враг был уничтожен. Лаборатория пыталась связаться с настоящим Коджи. Сигнал не ловил. Коджи осознал себя снова без рук и ног, голым. В культях — цепи, его насилуете неведомая хрень. Один сосок — разорван и в него вставлены провода. Воспоминания об ужасных пытка вернулись. Их факт хотели утаить от Коджи. Эти истязания были настолько ужасными, что о них никто не хотел говорить, поэтому Коджи не знал, через что ему довелось пройти. Сейчас он не только об этом вспомнил — он буквально потонул в плену флэшбэков о пытках! Обнажённый торс висит на цепях и дрожит, Коджи захлёбывается в агонии и в экстазе. Перед ним вспыхнул образ заклятого врага-джинна. — Коджи, — говорил ему Император Тьмы, — теперь я больше не транслирую эту запись твоим друзьям!.. Они думают, что ты погиб! На самом деле — ты жив и скрыт в моём тайном убежище: я теперь буду пытать тебя до тех пор, пока это возможно. Тебя будут ждать десятки, возможно, сотни лет в мучениях! Ужасно жаль, что я — не настоящий дьявол и не в силах пытать тебя вечно! И всё это… по той причине, что ты встал на моём пути! Если б ты был трусом, я бы просто убил тебя, но ты — отважный юноша — и я тебя ненавижу! Да-да, я хотел быть тобой, Коджи! Я создал твой фальшивый образ, чтобы… Сияющий клинок пронзил образ Императора Тьмы! Коджи увидел, как горящий джинн, сам в мучениях, разделятся на две части. — Коджи! — Утэна прорубилась сквозь него и протянула руку. — На тебя напали кошмары, они посадили твоё сознание в ментальную тюрьму — быстро вернись обратно в обычный мир! Коджи очнулся — он увидел, как Хани притягивает ему руку. Разбросаны обломки крыши, вокруг — много разбитых осколков стекла. Коджи, в оборванной, испачканной одежде, поднялся на ноги. Сюда прибежали двое роботов из свиты Леонардо. Один из них заговорил его голосом — передал по линии связи: — Кабуто, бери мой спейзер — и быстро в Лабораторию! В небе над Японией — летающий талос! *** Широ созерцал флэшбэк. Он сам стал свидетелем стрельбы в Лаборатории. Боевики Асуры напали на деда, а во главе них… Сам Коджи?! — Убейте моего деда! Я хочу стать пилотом Мазингера! Я должен быть им, а не Тэцуя или Широ! Если что-то пойдёт не так, то я точно так же убью Широ! Коджи застрелил своего деда: — Мы должны войти в доверие к мировой общественности. Все талосы, уничтоженные мною, не будут иметь никакого значения на фоне славы Мазингера! Мазингер будет питаться их верой, пока я не стану великим правителем мира! Затем облик Коджи охватила трансформация — лик Императора Тьмы заменил собой его лицо! — У-а, Коджи! Это не так! Это всё не правда! — Широ заметался у себя в комнате. Перед ним — Хелен. Дюк выбил дверь, обнажил фамильный клинок. — Вы?! — Хелен очень быстро выпрыгнула в окно, чтобы не быть насаженный на клинок Дюка, и очутилась в окружении приусадебных кустов. — Покажи свой истинный облик! — Дюк выскочил из окна следом. Хелен подвергалась трансформации, прямо как Хани… На месте матери Кабуто теперь улыбалась низкая бледная азиатка, в одной только ночной сорочке. Лицо — само по себе, возможно, не отталкивающее, но в данный момент оно особенно обезображено зловещей долиной. Выражение — глумливое и какое-то быдляцкое. Есть «X»-образная заколка. — Лэйн! — сюда прибежала Мария с бластером наперевес. Хикару… набросилась на Лэйн с голыми руками, буквально схватила её-то за горло и попыталась сломать шею! Дюк и Мария аж замерли от изумления. Саяка прибежала, чтобы помочь Широ, приходящему в себя. Дюка и Марию отвлёк звонок от Коджи. Он говорил, что с ним всё в порядке. Тэцуя летател над городом. Вражеский талос — Класбас. Представляет собой фиолетового гуманоида с огромными фиолетовыми крыльями, которые позволяют ему, как видно, свободно летать. У него большая угловатая голова с парой конических рогов, отчасти смахивает на роб. Лицо — что-то вроде, застывшего в ярости, выражения коричневой кошки. Правая рука заканчивается чем-то вроде пылесоса. Тэцуя решил использовать Дыхание Нергала. Класбас выставил пылесос, после чего буквально засосал весь кислотный вихрь! Тэцуя применил фотонный взгляд — Класбас аналогично его поглотил. Из отверстия на вражеской груди вырвались электрические сгустки, похожие на шаровые молнии. Тэцуя был вынужден не только уклониться от них сам — один такой сгусток он отбил мечом в небо, чтобы тот не поразил ничего на земле. Под ними — жилые улицы. Огромное количество людей снимает на смартфон битву роботов в небесах. — Какой злоебучий!.. — Тэцуя выпустил реактивный кулак. Пылесос высвободил воронку торнадо — она затянула в себя летящую конечность и отвела. Та потом сама вернулась и соединилась с предплечьем летящего Мазингера. Тэцуя решил попробовать отвести цель от жилого района. Класбас полетел за ним — Тэцуя ускорился. Класбас набрал скорость, выпустил воздушный вихрь… И ещё на большей скоростью он развернулся и полетел в сторону Лаборатории! — Да что за!.. — Тэцуя развернулся, погнался и столкнулся с вихрем и пилоту пришлось справляться с управлением! Мазингер задержался. Класбас подлетел к Лаборатории. — Иди сюда, монстр! — Лорелея вышла, будучи единым целым со своим талосом. — Дуновение асов! Девушка высвободила струю мороза. Класбас без особых проблем втянул эту атаку, после чего электричеством оглушил Лорелею! Дюк и Мария сейчас были вынуждены оставить Хикару дальше впиваться пальцами в глотку своей противницы — лже-Нисикиори / Элен / «Лэйн». Когда они добрались до Грендайзера и сели в него, Класбас успел навести пылесос на двух девушек. В результате Лэйн вырвало из рук Хикару, последняя была вынуждена закрываться барьером. Класбас рванул в небо. — Режущие диски! — преследуя врага, Дюк использовал их. Класбас отвёл воздухом. — Космический гром! Класбас уклонился, очень быстро пошёл вниз. Не будь там кварталов небоскрёбов, Дюк окончательно бы распылил врага — сейчас принц воздержался от продолжения атаки и, цедя сквозь зубы, резко прервал её. Тэцуя подлетел сюда. После чего Грендайзер и Мазингер попали под всё тот же удар ветра, который расшвырял их. Не будь вокруг зданий, опять же, пилоты могли бы позволить себе спокойно упасть, после чего подняться, ещё взлететь. Сейчас же они были вынуждены удерживать себя в воздухе, чтобы не врезаться ни во что. Преследование Класбаса закончилось тем, что Дюк и Тэцуя были вынуждены его отпустить — другие талосы напали на берег, порушили здания, повредили портовые суда. Типичный манёвр Бардоса. Коджи и Хани вернулись на базу, застали Широ в состоянии истерики, кричащего о том, что «Коджи не виноват». Он повторял это, как если бы не мог сказать ничего другого. Коджи сразу же вспомнил, во что Кассадо превратил Найду. Хикару выглядела злой и обессиленной, тем не менее сейчас она смогла встать на ноги и подойти к Широ. Он испугался её, начал кричать и говорить, что это она — враг. — Хикару — враг! Это она говорила!.. Хикару с суровым выражением лица схватила за голову парня и заставила его успокоиться. — Что это за существо? Хелен Воген? — Дюк сложил руки на груди. — Так звали монстра из ужастика Мейчена «Великий бог Пан», он повлиял на творчество Лавкрафта, — Коджи нашёл это через встроенный поисковик своего электронного мозга. — Если Лавкрафт писал правду, то, выходит, Мейчен — тоже? Мария и Утэна посмотрели на Хикару с требованием объяснения. — Это существо было моей альтернативной личностью. На самом деле меня саму зовут Ивакура Лэйн — я использую Хикару в качестве сосуда. Мы с ней об этом договорились. В настоящей форме я выгляжу так, как выглядит эта «Хелен». У меня раздвоение личности, одна из моих личностей, как видите, может существовать отдельно от моего основного естества. Дюк и Коджи обменялись взглядами. — Лэйн, что ты ещё от нас скрываешь? — Утэна была готова трясти её за грудки — не могла лишь потому, что была призраком. Хикару-Лэйн заговорила: — Меня создали в другой вселенной как живую программу для объединения разных слоёв бытия, позитивного пространства и негативного пространства. Это были Рыцари Восточного Алгоритма, сектанты, поклоняющиеся Ньярлатхотепу, во всяком случае, выполнявшие его волю. Но сейчас их уже нет. Я — дочь Йог-Сотота и твоей матери, Коджи. Твоя мать, как ты уже узнал, находится за пределами этого мира. Я не могла вам рассказать о том, кем я являюсь на самом деле, потому что у вас были бы тогда все поводы сомневаться в том, что я говорю правду. — Живая программа для объединения реальностей? Дочь Йог-Сотоа? Как братья Уэйтли в «Ужасе Данвича»? — вспомнил Коджи. — Да. Ты хорошо работаешь с информацией, Коджи. — Лэйн, если выяснится, что ты нас используешь для какого-то своего коварного плана, то я лично убью тебя, — пригрозила Утэна на редкость в агрессивной манере. — Честно говоря, — обратился к ней Тэцуя, — у нас и тебе доверять нет, призрак…