Военный марш

«Ты сказал мне, папа: когда умру — пришпиль меня к небу»

Кен Кизи, «Пролетая над гнездом кукушки»

Лешему повезло, что он был в шлеме. Холодный, жесткий песок лез повсюду, а они еще даже не успели приземлиться. Фильтр пропустил внутрь жаркий, но сухой воздух, и он, привыкший к влажному и холодному дождю Камино, тут же закашлялся и тряхнул головой, старясь прогнать прочь ненужные мысли. Он никогда не планировал проводить время на Джеонозисе, а все происходящее было нелепо и выходило за рамки спокойной реальности, к которой он привык. Его звали Михаил Жарковский, и восемь лет назад он думал, что едет тренировать обычных мальчиков в какой-то закрытый интернат, а сейчас он вел их на настоящую войну, в наступление которой он все еще не мог поверить. — Тебе страшно? — спросил RT-7567, оборачиваясь к RС-2224. Леший звал их Рекс и Коди, но не помнил, почему. — Солдаты не боятся, — еще детским голосом с подростковой хрипотцой отчеканила Коди, пока под белым блестящим шлемом её лицо выражало то ли испуг, то ли странное предвкушение. Леший слишком хорошо её знал, чтобы понимать это. — А мне вот весело! — откликнулся Хардкейс, которого, вообще-то, не спрашивали, а его номера никто и не помнил. — Рекс, ты слышал, что нас определили в один легион? — Ага, — откликнулся тот, плотнее сжимая винтовку. Канонерка шла на посадку на одной из дюн. — Я не думал, что это произойдет, — наконец отстраненно проронил Михаил. Он давненько не был в настоящем бою. По правде, он считал, что работа, предложенная каминоанцами — это отличный повод уйти из спецназа в тренера, но как же он, чёрт подери, ошибался. — Мы были для этого выращены, — пожала плечами Коди, готовясь к высадке. — Рекс даже нужного возраста не достиг, — возразил Леший, наблюдая за развернувшейся внизу картиной. — Эй, я справлюсь! — откликнулся тот, хотя все видели, как дрожат его руки. Здесь их было только трое, но где-то в других канонерках навстречу неизвестности летели еще пятеро его подопечных, и Миша очень надеялся, что они переживут свою первую битву. — Я рассчитываю увидеть всех после, — сказал он, прежде чем выпрыгнуть из LAAT, не дождавшись полного приземления. Наверное, зря он так, потому что за эти годы навыков и правда поубавилось; только ступив на сыпучий песок, он соскользнул с вершины дюны и почти кубарем полетел вниз. По пути с Лешего даже слетел шлем, но он не особо жалел, потому что был занят тем, что материл произошедшее на чем свет стоит. Падение остановила чья-то нога, упершаяся ему в бок. Миша крякнул и схватился за чужой сапог, поднимая голову вверх. — Ну надо же, — со смешком отозвался человек, подобравший его, прежде чем стянуть с подбородка платок и состроить что то вроде то ли оскала, то ли улыбки. — Жарик! Да еще и в такой знакомой позе — прямо у моих ног. — Паша! — привычно пропустив колкость мимо ушей, Леший улыбнулся старому другу и с кряхтением поднялся, отряхивая броню. — Это «Рок», и я уже устал тебе это повторять, — фыркнул спецназовец, разглядывая поменявшегося с их последней встречи Мишу. — Не ожидал тебя здесь увидеть. — Взаимно! — А ты мне говорил, что учителем устроился, — скептически оглянув его экипировку, заметил Паша. — Ну прости, пришлось наврать. Мне сказали, что если я выдам тайну рекрутской армии — мне крышка. — Я вообще не понял, откуда они взялись, — тот покосился на не перестающих прибывать солдат. — Знаешь, их уже успели прозвать «клонами» за одинаковую броню и воспитание. — Они все люди, — попытался возразить Миша, пока его не перебили. — Объяснения позже! Если мы, конечно, выживем. Рок развернулся на пятках и кинулся в сторону джедаев, и Леший, пока плохо понимающий, что происходит, кинулся за ним. За эти восемь лет он не стал приветливее, хотя Миша, наверное, скучал, и хотел бы услышать что-то более эмоциональное. Не чужие люди, все-таки… Вздохнув, он постарался убедить себя в том, что Паша действительно не хотел отвлекаться от миссии, и они поговорят по душам после. Внешность его, если честно, тоже не изменилась. Паша был землянином, но не человеком. Из-за вечно прикрывающей голову и странного цвета волосы на ней банданы торчали слегка заостренные уши, разбитое рваным шрамом лицо украшал горбатый нос, а рот почти всегда был искривлен в дерзкой, наглой улыбке с проблеском клыков. Неаккуратная щетина покрывала выступающий подбородок и массивные скулы, а умные, но острые и холодные зеленые глаза сверлили его неприятным, насквозь пробивающим взглядом. Все массивное тело Рока было каким-то синюшным; он не обладал особой мускулатурой, но очень удался телосложением и вообще напоминал какой-то коренастый пень с пивным пузом. Передвигался его знакомый медленно, но жестко, и мог уложить его самого одной рукой. По крайней мере, так было до их разлуки, но за это время тот только набрался сил и как-то закостенел, поэтому перепроверять не хотелось. Миша попытался припомнить, что он тогда в нем нашел такого, что даже считал его лучшим другом, но в голове тут же опустело и потяжелело.

***

Было бы глупо отрицать, что он все еще был удивлен тому, что все они выжили. Битва, конечно, еще не закончилась, но сепаратисты отступали, а рекруты пытались их нагнать. Он снова оказался в канонерке с Коди и Хардкейсом, пока Рекс помогал джедаю по имени Шаак Ти внизу. Блай. Гри. Пондс. Вольфи. Фокс. Он связался с каждым и выдохнул, когда понял, что никто не погиб. Много солдат полегло в первой битве, и по спине Лешего шел неприятный холодок из-за осознания этого факта. Он слышал, как эти дети на Камино радовались тому, что наконец окажутся за белыми стенами этой тюрьмы, думали, что станут отличными солдатами и послужат Республике, но погибли, так и не увидев мира. Миша не мог понять, на кого он злился. Сепаратисты убивали тех, кого послали в бой именно они. Так на чьих же плечах лежит вина за эти маленькие смерти? — Дуй за Дуку! — вдруг крикнул кто-то пилоту прямо у Лешего под ухом, и тот растерянно обернулся. Взгляд уперся в двух джедаев и одну девушку. Судя по той информации, которой его снабдили, это была сенатор Амидала, а с ней стояли те самые товарищи, с которых и началась схватка. — Сэр? — кашлянув, приподнял одну бровь Миша. LAAT дернул в сторону, направившись за гравициклом графа ситхов, который улепетывал к ангарам. — Магистр Кеноби, — представился мужчина с рыжеватой бородкой, которого Леший недавно мельком видел на Камино. — А это мой ученик, Энакин Скайуокер. Меня определили к клону, представившемуся как Коди. — Это рекрут, а не клон. Я Михаил Жарковский, подполковник, — кивнул Миша, удивляясь тому, как быстро к бойцам прилипло прозвище. Коди неловко улыбнулась — кажется, новый генерал ей понравился. Кеноби и правда выглядел так, будто располагал к себе. — Леший, если угодно по позывному. И меня, по правде, прикрепили к 501-му легиону, у которого еще нет джедая. — Я бы мог и сам представиться, учитель, — съязвил явно нервничающий Энакин, высунувшись из канонерки и наблюдая за Дуку. Падме не отвлекалась на разговоры и стояла рядом с ним. — Ну и что, подполковник, как вам сепы? — Не могу сказать, что я в восторге. — С этими бидонами в войне будет просто, — падаван продолжал размышлять вслух во время погони, стараясь, видимо, немного расслабиться. — Как смотрите на то, чтобы поспорить, кто соберет больше пальцев жестянок? — Кажется, на нас наводят пушки! — Кеноби, к счастью, увел диалог в другое русло. Леший не мог сказать, почему, но этот Энакин казался ему каким-то ушибленным. Прежде чем они успели среагировать, транспортник тряхнуло. Им повезло, что они не подорвались сразу, но сенатор, кажется, не успела ни за что ухватиться и с криком полетела вниз в песок, как и Хардкейс, который попросту на что-то отвлекся. — Падме! — закричал Энакин, порываясь достать её, но Кеноби схватил его за плечо, мешая выпрыгнуть. — Коди, оставайся здесь! — бросил Леший. Его, в свою очередь, никто задерживать не стал, и он шагнул вниз, падая в пустыню следом. — Хардкейс, твою мать! — Я в порядке, buir, — озадаченно откликнулся тот, поднимаясь из пыли и тут же подбегая к Амидале. — Вы как, мисс? — Жить буду, — выдавила Падме, принимая руку бойца и улыбаясь ему. — Спасибо… как тебя зовут, рекрут? — Хардкейс! — тут же отбарабанил тот, быстро отдавая честь. — Не уверен, что это имя, но так меня назвали каминоанцы, пока смотрели на то, как я сдаю тесты. Еще они сказали «Жаль его, конечно» и «Это ж надо так!», а еще некоторые слова, которые Леший мне запретил повторять, поэтому я выбрал «Хардкейс»… — Тараторь поменьше, — с некоторой теплотой фыркнул Леший, беспокойно поглядывая на рану на спине Амидалы, которая только хихикнула в ответ на монолог солдата. — У людей не всегда получается тебя воспринимать. — Все в порядке, подполковник. Мне приятно узнать кого-то из тех, кто защищает нас. — А теперь давайте отведем вас к медику, — вздохнул Леший, выискивая глазами Рекса. Тот закончил с заданием и стоял рядом с Шаак Ти и группой рекрутов, среди которых был врач. — Ну-ка! — Сенатор? — спросила джедай, только увидев их приближение. — Я в порядке, — ответила Падме, оборачиваясь на солдат. Взгляд Рекса стал спокойнее, как только он увидел Лешего. — При всем уважении, мисс, вы ничерта не в порядке! — вдруг раздался острый, громкий и несколько нервный голос позади нее. — У Вас открытая рана на спине, оставленная когтем животного, которое хрен знает что перед этим делало, это раз. Два — Вы упали в гребаный песок, который забился еще глубже благодаря травме. Так что ноги к носу и усядьтесь на эти ящики, чтобы я мог все обработать, и считайте, что это приказ! Падме удивилась и открыла рот, но тут же закрыла его и села на предложенные укрепления. Спустя секунду она тихо вскрикнула, так как подошедший к ней медик мгновенно обрызгал антисептиком открытую часть спины, что-то недовольно бормоча себе под нос. Это был такой же молодой человек, как и все здесь, но в тканевой форме с крестом на плече. Тонкие умелые пальцы, обтянутые латексными перчатками, совершенно не дрожали, пока он аккуратно смазывал рану бактой и накладывал идеальные стежки. Обезболивающее быстро подействовало, поэтому сенатор особо не дергалась. Что ж, подготовка на Камино все-таки была безупречна, и Леший мог только восхищаться мастерству сварливого медика. Вообще он был довольно симпатичным, будто выточенным из четких и ровных линий, угловатый, но правильный и отлично сложенный. На голове был выбрит узор в виде молний и линий, а на носу расположились маленькие очки-пенсне, придававшие рекруту еще более сосредоточенный и серьезный вид. Прямые брови постоянно были сведены к переносице, черные глаза с приподнятыми вверх уголками выражали некую тревогу и озабоченность всем происходящим. Он казался заботливым, но явно не умел выражать это каким-то более нежным образом. — А это кто? — наконец уточнил Леший. — Медик 501-го, Кикс, — шепнул Рекс, судя по всему, не очень радостный по этому поводу. Он настороженно поглядывал в сторону этого Кикса, который и внимания-то на них не обращал. — Конечно, хорошо иметь при себе такого… ответственного человека, но его тон какой-то пугающий. — А мне кажется, это даже заводит! И медицинская форма ему идет, — в разговор вдруг громко встрял Джесси, и его Леший уже знал. Это был единственный друг Хардкейса, такой же здоровый, как и он сам, с широченной мордой и веселыми глазами. Мише казалось, что его челюстями можно было бы перекусывать стальные тросы; как и большинство рекрутов, он был гладко выбрит и, по слухам, хотел набить татуировку в виде флага Республики на весь лоб. Броня Джесси уже запылилась и потерлась в нескольких местах, а на руке красовалась первая отметина от бластера — он, наверное, рвался в бой вперед всех. Ранение его ничуть не смущало. — Эй, док, не хочешь взглянуть на меня? — Не хочу, — огрызнулся Кикс, но все-таки подошел к нему, как только закончил с Падме. Он критически оглядел руку рекрута и толкнул его на ящики, не особо аккуратно сдергивая броню заодно и с груди. — Так, это тоже убери… — Тебе так не терпится увидеть меня без всего этого? — прыснул Джесси. — Мне так не терпится увидеть, не задел ли выстрел какой-то нерв! — выругался Кикс, не самым нежным образом влепливая бакта-пластырь на отметину. — Но тебе повезло, и это всего лишь ожог. Поздравляю с твоим первым шрамом, идиот. — Меня, кстати, Джесси зовут! — Я очень надеюсь, что больше никогда не услышу это имя, — бросил медик, быстро удаляясь к другим раненым. — У тебя нет ни шанса, — рассмеялся Хардкейс, пока обставленный рекрут обиженно потирал пластырь. Пулеметчик, если честно, не совсем понимал, чего именно хотел его товарищ. — Да и зачем тебе? Все равно ничего не выйдет. — А вот назло тебе и попробую… Да и вообще, забавный он. Вот увидишь, я своего добьюсь! — Если твоя цель — заставить его перевестись в другой легион из-за твоих ужасных подкатов, то не сомневаюсь. Леший тихо фыркнул. Он не знал, зачем подслушал этот разговор, но ему было приятно знать, что эти солдаты — все же люди, а не бездушные машины. — Леший, верно? — вдруг обратилась к нему Шаак Ти. — Вы — тренер RT-7567? — Да, — не совсем припоминая, откуда джедай его знает, заторможенно кивнул Михаил, из уважения стаскивая ведро с головы и косясь на упомянутого Рекса, который стоял рядом и настороженно вникал в диалог. — Я думала, что наемники опекают только коммандо, а это — рядовой. Но я пока знаю слишком мало информации, чтобы на нее полагаться. — Мне пришлось позаботиться о нем, — Леший решил пока не вести распространенный диалог. — Я ни о чем не жалею, мэм. — Вы проделали хорошую работу, — по лицу тогруты вдруг скользнула улыбка, а Рекс тут же будто засветился от радости. — Этот клон отлично показал себя в бою. Я предлагаю выдвинуть его на переобучение в ЭРК-солдата. Будет капитаном этого 501-го уже через пару месяцев. — Почту за честь! — бойко откликнулся Рекс, стягивая шлем и прикладывая руку ко лбу. — Ты выглядишь молодо, солдат, — неожиданно заметила Шаак, вглядываясь в юношеское лицо. — Нам сказали, что воины фактически достигли восемнадцати лет благодаря ускоренному старению. — Рексу столько же, сколько и другим, мэм, — заметил Леший, хотя эта ситуация его явно напрягала. — Фактически всем по десять, но до девяти они росли ускоренно. Когда они достигли биологических восемнадцати, старение вернулось в норму, и сейчас им девятнадцать. А у Рекса немного отличный от них генетический код, поэтому год назад он только достиг пятнадцати и не растет в два раза быстрее дальше, поэтому ему, как Вы могли понять, шестнадцать. — Тогда переобучение тем более не помешает, — после небольшой паузы отреагировала джедай, которую слегка сконфузили странные расчеты. — И будет наиболее эффективно. — Рад, что оказался полезен, — улыбнулся Леший, с какой-то отцовской гордостью смотря на Рекса. Тот, пожалуй, был одним из самых близких к нему ребят. Может, именно из-за проблем с ростом, может, из-за того, что Леший взял его к себе по своей воле. Хардкейса тоже, но он, огромный и шумный, был совсем не похож на юного тихого Рекса. Рекс состоял из противоположных граней. Он был умным и строгим, но мог нарушить правила, если ему приходил в голову какой-то план. Сквозь серьезность и спокойствие иногда проскальзывало неплохое чувство юмора. Несмотря на то, что он умел выпутываться даже из самых безвыходных ситуаций, врать рекрут совершенно не умел. Для своего возраста он был довольно высок и плечист, но товарищей все равно не догонял. Макушку украшал очень светлый пушок, контрастирующий со слегка смуглой кожей. Он, на деле, не был до конца человеком. Какой-то подвид или гибрид, вот и препараты для ускорения роста на нем плохо работали; каминоанцы хотели исключить его из программы, но отступили, когда поняли, что теперь он — проблема Лешего. — Мы пережили первую битву, — вдруг заметил притихший Хардкейс, уставившись в начинающее темнеть небо. Джедаи, кажется, так и не успели догнать Дуку — его корабль уже скрылся в вышине. — Конечно, пережили, — как можно увереннее сказал Леший, оборачиваясь на рекрута. — И остальные мы все переживем. Пойдем на общий сбор, ладно? Легионы хоть до конца сформируют. Хардкейс молча кивнул и направился за ним. Холодеющий песок, багровый в некоторых местах, хрустел под ногами, пока на пустыню опускалась глухая ночь. В небе загорались звезды там, где их не закрывали огромные крейсеры. В голове Лешего звенела странная пустота, а все звуки слились воедино: слаженные шаги рекрутов, скрежет и стоны гигантской техники, трение механизмов и клацанье брони. Все это складывалось в странную песню, слишком тихую, чтобы услышать её слова, но слишком громкую, чтобы её игнорировать. Звезды все мерцали над ним, безразличные и тихе в общем хоре. Звездам было все равно, но он продолжал молиться им о том, чтобы они сохранили как можно больше людей в боях. Звезды были слишком далеко, чтобы услышать или увидеть его. А марш начавшейся войны играл все громче.

***

Крейсер, который выдали 501-му, назвали «Решительным», и Лешему, если честно, не очень нравилась его новая каюта. Вещи, забранные с Камино, валялись в углу в ящиках, а он все не мог присесть и разобрать их, носясь с поручениями или пытаясь влиться в этот странный механизм. Он все еще не понимал, что от него требовалось и почему он должен был остаться здесь. Его контракт закончился, разве не так? — Здарова, — в дверь вдруг ввинтился Рок, чуть не заставив его вздрогнуть от неожиданности. — Есть минутка? — Минутки нам будет мало, — вздохнул Леший, разворачиваясь на старого друга и оставляя в сторону камуфляжный бронежилет. — Я на сегодня закончил. Проходи, садись. Паша оскалился в качестве улыбки и заземлился на его койку, заставив матрас печально всхлипнуть. — Война началась, — чуть-чуть погодя, сказал Миша, уставившись себе в ноги. — Странно, правда? — У меня она и не заканчивалась, — фыркнул Рок вместо ответа. — Ну, может расскажешь, кто такие эти клоны и где ты пропадал целых восемь лет? — Это не клоны, — на автомате поправил Леший. Прилипнет же. — Это живые люди, разные и индивидуальные. Понимаешь, Галактика огромна. Даже и не знаю, как подсчитать, сколько в ней живет разных созданий, и большая часть из них — люди или схожие с ними виды. И не всем везет остаться с родителями… — Я понимаю, что ты в душе поэт и все такое, но давай как-то покороче, а? Я уже нить повествования теряю, — перебил его Паша. — Базарят бабки на базаре. — Десять лет назад джедай заказал у каминоанцев армию. Хотели и правда сделать клонов, но с генетическим материалом донора что-то пошло не так, а на исследования или переработку времени не было, — сухо продолжил Миша, несколько уязвленный. — Чтобы выкрутиться, они набрали необходимое количество детей из приютов по всей Галактике, напичкали их препаратами для ускоренного роста и сделали из них идеальных солдат. Для этих ребят нужны были тренера. До меня как-то дошло объявление о этой работе, и я обрадовался, что смогу наконец уйти из спецназа без переобучения. Как только оказался там, понял, что ввязался в какую-то полнейшую хрень, но заднего хода не было. — Привязался к детям? — зачем-то уточнил Паша, выслушав его. — Да. — Очень в твоем духе. Но зря. Ты не пойми неправильно, Миш, но для всех они — пушечное мясо. Тебе не кажется нечестным, что за них вот так вот все решили? Я-то не считаю их расходниками, потому что знаю, какого это — терять любых людей, но вряд ли они все дойдут до конца. — Я понимаю, — стараясь скрыть из голоса надломленные нотки, выдавил Леший. Он постучал пальцами по шлему и вздохнул, стараясь перевести тему. — А ты тут зачем? У Республики уже есть армия. — Когда об этом стало известно, Сенат сразу возмутился, что мы доверяем судьбу каким-то там мутантам, выращенным неизвестно кем и неизвестно где. Посланник от Земли предложил к каждому легиону приставить по небольшой бригаде из тысячи человек для подстраховки, — Рок объяснял так, будто сам не до конца понимал, о чем идет речь. — Палпатину, сам понимаешь, пришлось согласиться. Во главу вытащили людей из спецназа, им в подчинение — военнообязанных… Земля была не просто планетой, а несколькими системами, связанными единым правительством. И оно было какое-то территориальное и агрессивное — наверное, именно поэтому культура и традиции стран, давно прекративших свое существование, до сих пор сохранились. Между землянами разных национальностей давно не было никаких конфликтов, но во внешние войны они лезли с удовольствием. Из-за размеров системы Земли с ней приходилось считаться. Лешему пришло в голову, что это все только ухудшает положение. — Понятно, — немного безучастно кинул он. — Я разве попадаю под эту категорию? Я думал, что наконец могу делать то, что захочу. — Ты — бывший спецназовец, еще и тренер этих рекрутов. Им, разумеется, нужна твоя помощь. Тебя, кстати, повысили. До полковника. Подполковник теперь я, с тобой и этим 501-м служу. Наши подопечные — 352-я бригада, которую скоро сформируют и направят к нам. — Я делал все, чтобы уйти от войны, — печально вздохнул Леший. — А она снова меня нашла. — Тебе некуда идти, — невесело рассмеялся Паша. — Подумай, кем бы ты был, если бы не это все? — Ты, наверное, прав. — Зато снова вместе служим! Неплохо, а? — Я скучал, — добавил Миша, но в ответ раздалось лишь молчание. — Знаешь, как нас прозвали? Долговцы. Вот и выполняй свой долг, — наконец подытожил Паша, прежде чем встать. — Ну, я пойду наших встречу, покажу зеленым, что где. Он быстро ретировался, и Миша замер, пялясь на обмундирование в своих руках. Он понятия не имел, каков его долг.