беззащитных бить нельзя.

      Он стал другим. Тихий, незаметный, словно боится сказать лишнее, вызвать гнев и получить очередную звонкую пощечину.        Боится смотреть на нее, ограничиваясь секундным взглядом в моменты, когда ее внимание нацелено в другую сторону.        Все, что сейчас он мог себе позволить – лишь наблюдать издалека за женщиной, что вызывала в нем отчаянное желание почувствовать себя вновь любимым. Любимым ею.        Забавно…Ее так часто «дергают» по поводу их отношений, будто бы эти вопросы и вправду стоит задавать ей, а не ему.       Может оно и к лучшему.        Хорошо держится бабонька…Правда держится из последних сил. Кажется, еще несколько подобных вопросов и Максим услышит убийственные для себя слова, которые окончательно разобьют хрупкие надежды, что не покидают его на протяжении трех лет.        Три года разлуки, тысяча с лишним дней без нее…       Она закатывает глаза во время очередных подстебов коллег, а ему лишь остается прятать свои рукой.        Глаза ведь не врут, верно?        Не хочется, чтобы миллионы глаз увидели в них то, что терзало мужчину долгие годы.        «Ангелина любит до сих пор Макса».       Хотелось бы, чтобы это оказалось правдой, вернее, хочется верить, что это правда, но…Увы, розовый цвет совсем не вписывался в гардероб Левина, да и очки он носит с прозрачными линзами, и то, лишь когда в очередной раз открывает телефон и наблюдает все то, что пытаются «наколдовать» между ними зрители.        «Максиму нравится красавицы».        Да, здесь Оля была права. Пожалуй, это единственное, что оказалось правдой из всего ею сказанного в последнем готическом зале.        …Ангелина действительно невероятно красива. Особенно сейчас. Нет, так не правильно….Сейчас, когда он не имеет права приблизиться к этой красоте.       – Я почувствовала, что Ангелина была крайне горяча в отношении Максима. От нее искрило. Я, правда, не поняла чем : любовью или ненавистью?       – Расскажите, что за ритуал провела Ангелина в лесу?       – Мне показалось, что там были и какие-то даже приворотные ритуалы.       – Максим, что это было?       – Это был эмоциональный поступок женщины.       – А почему именно к вам она так неровно дышит? То леща, то волосы дергает.        Ему было по-особенному нелегко стоять в этот раз в готическом зале под «обстрелом» цепляющих, наглых фраз.        Им обоим было нелегко. Причина? Вполне очевидная для них обоих, но абсолютно ошибочная со стороны коллег и зрителя.        «Это больше похоже на безответную любовь и Ангелина тщетно пытается завоевать внимание Максима».        Кто бы мог подумать, что для верности утверждения их имена стоит поменять местами? 

***

      – Гель, что это было? Что за нападение средь бела дня? – Получив разрешение войти в номер, интересуется мужчина.       – Меня Ангелина зовут, Максим Николаевич. И не нападение. Я предлагала по-хорошему – ты не захотел. Пришлось все брать в свои руки. – Женщина сидела за столиком, аккуратно выводя острую стрелку возле глаза.        – И что за ритуал был?        – Великий русский колдун не увидел суть работы?        – Хотел бы услышать от Великой русской ведьмы что она вложила в этот костер.        – Закрыла тебе работу. Все просто.       – Нужно было заодно у Вики тоже парочку дернуть, - присаживаясь на диван, рассмеялся Левин.        – Виктория мне так в душу не нагадила.        Женщина подошла к Максиму и вложила в его руку небольшой сверток бумаги. Это был маленький импровизированный конвертик, абсолютно пустой на первый взгляд.        – Что внутри? - с нотой недоверия произнес Левин.        – Открой и просмотри. Или боишься?        Приоткрыв упаковку, Максим заметил сажу, стремительно осыпавшуюся ему на колени.       – Это типа штука такая? – Стряхивая содержимое, Левин еле сдержал в себе слова, желающие незамедлительно вырваться наружу.        Женщина молчала.        На дне конверта Максим нашел маленький кусочек обугленного дерева, перевязанного белой нитью.        Мужчина изменился в лице.       Он знал эту работу. Когда-то давно он учил ее делать подобный защитный оберег.        Пазлы сложились, что окончательно ввело его в недоумение.        – Это то, о чем я думаю? – рассматривая в руках предмет, Левин никак не мог понять суть происходящего.        – Береги себя, Максим. И оставь меня в покое. – Женщина подошла к двери, всем видом показывая, что гостям пора на выход.        – Геля…       – Мое имя – Ангелина. 

***

      Стандартный сюжет каждой второй истории : бедная женщина тщетно пытается завоевать внимание мужчины, всячески старается обратить на себя внимание, страдает от неразделенной любви.        Тысяча и один пример подобных сюжетов. Обыденно, привычно.        Вот только их долголетний путь не был похож на дешевый роман на стенде «Акционные товары».        Она - холодная, сдержанная, недоступная. Он - горячий, амбициозный, ставящий перед собой цель непременно покорить эту неприступную стену.        Он понравился ей сразу :  статный, харизматичный, с чувством юмора, увереный в себе мужчина, бунтарь, не спрашивающий разрешение.        Она покорила его своей внешней холодностью и обжигающим жаром внутри. Его цепляло умение быть на равных, ее желание доказать, что не слабее.        И как в любой популярной книжке о любви, между двумя всегда находился третий. Вернее - третья. Его жена.        Куча разговоров, обещаний, что все подошло к концу, что это временно, сопровождали их на протяжении долгого времени, пока Ангелине не пришлось окончательно разорвать узы обмана. Болезненно и бесповоротно.       …Не смотря ни на что, оба понимали, что их встреча абсолютно точно судьбоносна. Слишком много знаков.        В новых попытках быть счастливым он искал ее образ, пытался забыть, будто бы заблокировать в соцсетях = заблокировать в сердце.        Множество мимолетных интрижек, имена большей части женщин он уже не вспомнит.       Ему хотелось сделать ей побольнее. Чтоб видела. Чтоб страдала.       …Но ни одной ответной реакции не последовало.       Ему было обидно, что она не смогла переступить через свою гордость и быть с ним в самый тяжелый момент его жизни.        Эгоист, да, но ведь если любишь - нужно идти на компромиссы. Но она не любила. Вот такой вот финал сказочки о черном-черном колдуне и черной-черной ведьме.        Сейчас она стоит в готзале и изо всех сил держит в себе желание хлопнуть за спиной дверью. 

      «Считайте как хотите». 

      – Неужели у Ангелины совсем нет шансов? 

Удар. 

      – Мне демоны говорят – есть. Голос прям навязчивый в голове :  «есть, есть есть»

Удар. 

      – Вы так несколько расстроены, я не вижу чтоб вы…Мне показалось, что вы ожидали большего, – Марат комментировал оценки героев испытания. 

Удар. 

      – Да уж куда уж…Вы меня уж растрепали тут все с Максимом…Что мне… – Женщина выглядела поникшей, словно загнанный в самый угол клетки зверек, ожидающий очередного пинка.        – Я не трепал тебя, – пытаясь перевести весь фарс в шутку, произносит Левин.        – Ты-то не трепал… - Она смеется, но пульсация от напряжения в затылке начинает перерастать в головную боль.        – Ангеин, даже я вас не трепал. – Марат продолжает насмешку.        – А что вы делали?        – Я просто спросил.        – Не один раз.        Она не могла ответить прямо. Сказать, оборвав все попытки посмеяться над ней, поднять рейтинг шоу, который в последнее время только и держится на интриге «Что же между Ангелиной и Максимом?».        Она не могла.        Быть человеком силы - дар и проклятие одновременно. Знать наперед, чувствовать нутром, читать мысли и видеть насквозь.        Она знала. Ощущала на себе пронизывающий взгляд мужчины, когда ему казалось, что он совсем себя не выдает, она слышала его пульс, его неровное дыхание в моменты, когда речь заходит о них двоих, ощутила на себе его всплеск ярости на словах Ольги о невестке, во время попыток ее унизить и оскорбить.        Она не могла сделать ему больно. С радостью и удовольствием раньше, но не сейчас.       Сейчас он словно побитый щенок валялся в ее ногах и отчаянно просился на руки, ожидая хотя бы чуть-чуть ласки и заботы.       …Беззащитных бить нельзя.