Часть 1

Глава 1: И тишина сказала: «Я тоже была песней» — Тест. Один-два. Один-два… Звук. Сухой. Пустой. — Ещё раз, — произнёс техник. — Попробуй ещё раз, Руми. Она глубоко вдохнула, поставила микрофон… и спела. Ничего. Ни вибрации. Ни звука. Даже не шороха дыхания. — Всё в порядке с аппаратурой? — спросила она, не поворачивая головы. — Или… со мной? Прошло шесть месяцев с концерта в Oceanic Dome. После гибели Сайрен шоу-бизнес вздохнул с облегчением. Но недолго. Теперь проблема не в демонах. Проблема в тишине. Сначала это казалось сбоями аппаратуры. Потом — странными случаями временной немоты у артистов. Теперь это уже волна. > Айдолы теряют голоса. Сценические звуки стираются. Песни исчезают из памяти, как будто их никогда не существовало. Руми сидела в пустой студии. Они снова пытались записать новый трек. Но микрофон — не принимал её голос. Он гасил его. — Он… не пускает меня, — прошептала она. — Как будто знает, что я не должна говорить. Миру вошла без стука. — Я слышала. — Что? Ты же… — Руми резко обернулась. — Ты же потеряла слух. — Я не слышу, — Миру приложила руку к груди, — но я ощущаю вибрации. — Твоя песня — она не звучит. Она боится. В тот же день Зои разбудила их звонком. — Включите новости. Сейчас. СРОЧНО. На экране телевидения: в прямом эфире один из крупнейших продюсеров страны потерял дар речи во время пресс-конференции. Он просто стоял, двигая губами. Ни один микрофон не ловил звук. Подпись снизу: > «Проклятие молчания? Новая волна фанатской теории — или начало конца музыкальной эры?» — Это не проклятие, — сказала Руми, глядя в пустоту. — Это ответ. — Ответ на что? — На то, что мы не послушали тишину, когда она начала петь. Тем же вечером на почту группы пришёл зашифрованный файл. Без адреса. Без объяснений. Только одна строка: > "Nulla haec cantavit. — И это тоже было её песней." Файл открылся сам. На экране — ноты. Но не обычные. Ноты тишины. Паузы. Задержки. Молчания между молчаниями. И в этих паузах — был текст. > «Всё, что вы не спели, всё, что вы забыли… — мы храним. Но теперь пора заплатить. Ты пела, Руми. Теперь — послушай нас.» В ту же ночь… Руми проснулась от полного отсутствия звука. Она хлопнула в ладони. Стук не отозвался. Открыла кран — вода не шумела. И за её спиной… — Ты забыла нас. — голос без языка. — А мы не забудем. Она обернулась — и впервые увидела тень, в форме человеческой фигуры, но… безо всякого лица. На её лбу была выжжена фраза: > NULLA.