Глава 7: Публичные выступления

На следующий день

— …Итак, с огромной радостью я объявляю, что Эквестрия пришла к соглашению и приняла капитуляцию улья чейнджлингов. Сегодня здесь, чтобы официально оформить сдачу, находится никто иная, как сама королева чейнджлингов — Кризалис, — провозгласила Селестия перед зданием городской администрации, где собралась почти тысяча пони. Фотографы ослепительно сверкали вспышками, репортёры вставали на задние ноги, вытягивая микрофоны, чтобы расслышать или задать вопросы королеве чейнджлингов, которая приближалась к столу, за которым уже сидели Селестия, Луна, Твайлайт и Анон. Её сопровождал отряд стражников, а в толпе мелькали обеспокоенные взгляды, отмечающие кольцо подавления магии на её изогнутом роге. Хотя она не была закована в цепи и могла свободно передвигаться, всем в зале было ясно, что выйти отсюда ей не позволят. Однако если эта ситуация доставляла ей дискомфорт, она не подала ни малейшего вида, уверенно направляясь к правителям Эквестрии. Кризалис уселась на место рядом с Аноном и без промедления подписала документ перед ней. Закончив, она протянула пергамент Анону копытом, и он быстро поставил свою подпись. Когда он передал его Твайлайт, то неожиданно одернул руку в тот момент, когда она уже потянулась за бумагой. Аликорн бросила на него убийственный взгляд, в то время как он тихо посмеивался над своей шуткой, а затем с довольной ухмылкой отдал ей документ. Фыркнув, Твайлайт подписала его и передала дальше. Селестия и Луна последовали её примеру, и спустя всего несколько мгновений Селестия подняла документ, чтобы все могли его увидеть. — Я думала, ты до ужаса боишься публичных выступлений, а теперь вот — ведешь себя как жеребёнок перед тысячей пони, — пробормотала Твайлайт, достаточно громко, чтобы Анон мог её услышать. — Ну, у меня было время перебороть этот страх, Твайли. Может, когда повзрослеешь, научишься воспринимать шутки, — поддел её Анон прямо перед тем, как Селестия вновь заговорила. — В этих статьях капитуляции сказано, что чейнджлинги отныне никогда больше не будут угрожать, атаковать, похищать или выдавать себя за кого-либо из пони Эквестрии. В соответствии с условиями капитуляции, королева Кризалис не только обеспечит выполнение этих правил среди своего улья, но и предоставила нам ценную информацию, которая поможет в обеспечении безопасности Эквестрии. Кроме того, она согласилась на особые условия своего освобождения, среди которых — ношение кольца подавления магии, а также личное наблюдение со стороны принца Анонимуса. Сегодня наступает новый день в истории Эквестрии, знаменующий объединение двух видов, что принесёт нам новую эру процветания и безопасности, — провозгласила Селестия. Зал взорвался восторженными криками, толпа пони разных сословий громко топала копытами и выкрикивала одобрительные возгласы, приветствуя подписание документа и всё, что оно за собой влекло. Фотографы чуть ли не дрались за возможность запечатлеть королеву чейнджлингов рядом с принцессами Эквестрии. Стражникам пришлось приложить немало усилий, чтобы поддерживать порядок среди воодушевленных зрителей. Во главе стола Селестия улыбалась и махала копытом для фотографов, Луна ограничилась сдержанным кивком. Анон сиял и приветственно махал всем, кто его поддерживал. Однако слева от него Кризалис изо всех сил старалась скрыть раздражение. Она слабо нахмурилась, оглядывая периметр, пока вспышки камер грозили вызвать у неё мигрень. Наконец, спустя почти пять минут нескончаемого ликования, Селестия подняла копыто, призывая к тишине. Толпа постепенно утихала, и спустя пару минут снова можно было разговаривать. — У нас есть время ответить на несколько вопросов, после чего нам нужно вернуться в замок, чтобы начать подготовку вместе с королевой Кризалис, — объявила она. Тут же репортеры вновь подняли шум, пытаясь перекричать друг друга в стремлении первыми задать свои вопросы. Кобылы наперебой толкались, пробираясь вперед, некоторые и вовсе пытались перелезть через других, лишь бы быть замеченными. Селестия, неторопливо осматривая толпу, кивнула пегаске с красной гривой. — Вы, пожалуйста, задавайте свой вопрос. Кобыла быстро подалась вперед, вытянув микрофон, в то время как остальные недовольно замолкли. — Спасибо! Принцесса, что привело к столь неожиданной капитуляции?! Селестия тяжело вздохнула: — Чейнджлинги в отчаянной нужде. Они умирают от голода, и королева Кризалис пришла к нам, чтобы спасти свой улей. Это было довольно благородно с её стороны. Репортёры яростно записывали каждое слово, но уже вскоре их голоса вновь раздались из толпы. — Принцесса! Принцесса! Селестия указала копытом на одного из журналистов. — Значит ли это, что теперь пони обязаны обеспечивать чейнджлингов любовью в рамках условий капитуляции? В зале воцарилась гробовая тишина. Все пони затаили дыхание, ожидая ответа. Селестия мельком взглянула на Кризалис, заметив, как та едва заметно напряглась. В солнечной принцессе всколыхнулась капля сочувствия, но она быстро взяла себя в копыта и вновь повернулась к репортёру. — На данный момент мы рассматриваем возможность разрешить небольшому числу чейнджлингов находиться в городе, чтобы питаться фоновой любовью, которой окружают себя пони. Позвольте мне прояснить одно: чейнджлингам не будет позволено питаться непосредственно от кого-либо без его явного согласия. Если у вас есть сомнения по поводу безопасности и безболезненности этого процесса, Принц Анон может это подтвердить, — ответила она. Толпа вновь взорвалась вопросами. — Вы нас им на съедение отдаёте?! — взвизгнул жеребец. — Подождите, подождите, они придут сюда?! В Кантерлот?! — воскликнула знатная кобылка, прежде чем тут же упасть в обморок. — Принцесса, как вы могли так с нами поступить?! — вскричал ещё один встревоженный голос. Селестия тяжело вздохнула, а Луна бросила на толпу суровый взгляд. Солнечная принцесса украдкой взглянула на королеву чейнджлингов и, к своему удивлению, заметила, что та выглядела слегка подавленной такой реакцией. — Принц Анон! Принц Анон! Почему вы позволили королеве Кризалис питаться вашей любовью?! — внезапно выкрикнул жеребец, выпрыгнув вперёд из толпы и едва не прорвав оцепление королевской стражи. В мгновение тут же воцарилась тишина. Все пони подались вперёд, напряжённо ожидая ответа Анона. Принц лишь пожал плечами: — Ну… На самом деле ничего особенного. Королева Кризалис пришла к нам буквально на грани голодной смерти. Помочь ей было правильным решением, да и чувствовал себя нормально после. — Это было больно? — с тревогой в голосе спросил жеребец, исподтишка косясь на Кризалис. Анон покачал головой: — Даже не знаю, как это объяснить. Да, это было странное чувство, но не болезненное. Я уже сто раз это пытался объяснить с вчерашнего дня. В любом случае, это не так важно. Мы впускаем в город малышей чейнджлингов. Вы понимаете? Детей. Они будут питаться любовью, которая просто витает в воздухе, а не за счёт кого-то конкретного. Вы даже не заметите их присутствия. Толпа зашепталась, обсуждая сказанное. Некоторые пони стали воспринимать ситуацию более спокойно, другие же ещё больше утвердились в своих страхах и предубеждениях. Воспользовавшись затишьем, Селестия заговорила: — Пока что это всё, что мы можем сказать. Мы ещё прорабатываем детали, но будьте готовы к тому, что чейнджлинги начнут появляться в городе. Я обещаю, что ваша безопасность остаётся нашим главным приоритетом, и мы сделаем всё, чтобы ни один чейнджлинг не смог причинить вам вреда. Толпа вновь загудела, переговариваясь между собой, но тут одна из репортёров подняла копыто. Селестия кивнула ей: — Королева Кризалис тоже пройдёт «перевоспитание», как принцесса Твайлайт сделала с Дискордом? Селестия слегка замялась, прежде чем покачать головой, вызвав волну удивлённых возгласов. — Перевоспитание Дискорда… Уникально. Сравнивать это с нашей ситуацией — всё равно что сравнивать яблоки с апельсинами. Королева Кризалис согласилась на мирные условия и сдалась. Как по мне, это уже можно считать перевоспитанием. Наступила тишина. Почти все взгляды в зале устремились на Кризалис. Та сделала глубокий вдох, но не успела даже выдохнуть, как репортёры буквально взорвались вопросами: — Королева Кризалис! Королева Кризалис! — Это всё часть хитрого плана? Вы собираетесь похитить королевскую семью и высосать из них всю любовь?! — Есть ли у вашего народа другие способы пропитания, кроме как красть любовь у ничего не подозревающих пони? Селестия подняла копыто, требуя тишины, но толпа её игнорировала. Через несколько мгновений она бросила взгляд на капитана Валорант и едва заметно кивнула. Капитан ответила кивком, после чего её рог вспыхнул, и она наложила на себя несколько усиливающих голос заклинаний. Все, кто сидел за столом, включая Кризалис, едва успели зажать уши копытами, когда Валорант разразилась громовым голосом: — ДОСТАТОЧНО! ВАША ПРИНЦЕССА ПРИКАЗАЛА ЗАТКНУТЬСЯ, И ВЫ ПОВИНУЕТЕСЬ, ИЛИ БУДЕТЕ ВЫВЕДЕНЫ ВОН! Ближайшие к ней пони чуть не оглохли, а теперь лихорадочно тёрли уши, пытаясь избавиться от звона. — Прошу Вас, принцесса, — с ухмылкой кивнула Валорант. — Благодарю Вас, капитан, — Селестия кивнула ей в ответ, прежде чем повернуться к толпе и смерить её строгим взглядом. — Напоминаю вам, что королева Кризалис пришла к нам после того, как потеряла больше половины своего улья. За последний год она многое утратила, и её решение вернуться требовало немалой смелости. С момента своего прибытия она вела себя с достоинством и честью, и цель этого соглашения — двигаться вперёд вместе, а не добивать тех, кто уже лежит на земле. Пони в толпе переминались с копыта на копыто, опуская взгляды, но некоторые по-прежнему смотрели на Кризалис с нескрываемым презрением. — Моего мужа похитили чейнджлинги! — громко заявила одна кобыла, снова привлекая к себе все взгляды. — Они напали на наш город, разрушили наши дома и запихнули сотни пони в коконы, чтобы потом питаться ими! — поддержала её другая. — С какой стати мы должны им помогать?! Они хотели нас поработить! — возмутился жеребец. Группа стражников поспешно направилась к взволнованной толпе, выводя наиболее буйных, несмотря на их крики и протесты. Но ущерб уже был нанесён. Всё больше голосов поднималось, толпа снова загудела, обсуждая ситуацию. Мгновение спустя пони перешли на крик, всё больше поддаваясь гневу. Селестия попыталась призвать к порядку, но её голос просто утонул в общем шуме. — Ну, идёт это не слишком гладко, — пробормотала Луна, сдувая прядь своей эфирной гривы. — Что делать? — обеспокоенно спросил Анон, переводя взгляд с разъярённой толпы на Кризалис. — Их надо успокоить, — уверенно заявила Твайлайт, расправляя крылья. Одним мощным взмахом она вспорхнула на стол и призывно махнула копытом. — Друзья! Прошу, послушайте! — громко обратилась она к собравшимся. Несколько пони замерли, но большинство всё ещё гудело, не слыша её. Тогда Твайлайт применила усиливающее заклинание и заговорила громче: — Пожалуйста, успокойтесь! На этот раз её голос перекрыл шум, и постепенно зал стих. Когда все взгляды обратились к ней, она прочистила горло: — Я понимаю, что многие из вас до сих пор злятся из-за вторжения чейнджлингов в прошлом году. У вас есть на это полное право! Но всё оказалось куда сложнее, чем мы думали. Кризалис вернулась к нам, предложив информацию, которая жизненно важна для безопасности Эквестрии. Это её отчаянная попытка спасти свой народ от вымирания! Разве вы забыли, на чём основана наша страна? Дружба, любовь, принятие… И даже прощение! Да, это непросто, но именно это делает нас теми, кто мы есть… — Да чтоб тебя! — раздался гневный возглас, и в королеву чейнджлингов полетело недоеденное яблоко. Фрукт бессильно отскочил от магического щита, защищавшего стол, но эффект был мгновенным. Толпа взорвалась. Крики, грохот, вспышки магии — пони ругались, швыряли предметы и пытались выбраться наружу. Селестия устало закрыла мордочку копытами, а Твайлайт опустилась на круп, потрясённо глядя перед собой. — Что ж… Это было ожидаемо, — Луна закатила глаза и повернулась к капитану Валорант, которая отчаянно пыталась сдержать бушующую толпу. — Капитан, думаю, собрание окончено. Мы уходим, — объявила Луна, вставая. — Да, принцесса! — мгновенно отозвалась Валорэнт, отходя от линии стражников. — Подождите, мы просто уйдём? — нахмурился Анон, тоже поднимаясь. — Единственное, что мы можем сделать сейчас, — это арестовать пару десятков пони, милый, — ответила Селестия, встав рядом с ним. — Пусть стража и полиция разберутся с этим. Нам лучше вернуться в замок. Анон неохотно кивнул, но замер, увидев, что Кризалис остаётся на месте. Её голова была чуть опущена, а грива скрывала часть мордочки, но даже так он заметил слабую тень грусти. Бросив быстрый взгляд на толпу, он осторожно коснулся её плеча. Кризалис дёрнулась, словно вырвавшись из раздумий, и резко повернулась к нему, заставив его невольно отшатнуться. — Эм… Пойдём отсюда, Кризалис, — предложил он, кивнув в сторону выхода. Чейнджлинг медленно кивнула, встала и молча последовала за королевскими сёстрами. Твайлайт поспешила за ними, а Анон задержался на мгновение, наблюдая за Кризалис. Он снова уловил этот печальный взгляд. Для существа с такими хищными глазами, подумал он, в них удивительно много уязвимости… Как только они вошли в просторный, почти пустой вестибюль ратуши, шум за спиной стал ещё оглушительнее. Анон закрыл за собой дверь, заглушив часть гама, и Селестия тут же применила заклинание, наполнив помещение тишиной. — Спасибо, сестра, — кивнула Луна. — Разумеется, — кивнула в ответ Селестия. — Ну… Могло быть и хуже, — вздохнул Анон, засовывая руки в карманы. — Я… Они… Принцесса, я не понимаю. Обычно пони слушают, когда я напоминаю им о заветах гармонии. Они никогда так… Не взрывались! — беспокойно заговорила Твайлайт, меряя шагами пространство у окна. — Всё в порядке, Твайлайт. Это было твоё первое серьёзное испытание как принцессы в глазах общественности. Ты справилась, просто… Кантерлотцы никогда не славились умением прощать. Да и присутствие в зале знатных вельмож явно не облегчило задачу, — признала Селестия, мягко коснувшись щеки бывшей ученицы. — Спасибо, принцесса. Просто… Я всё ещё в шоке, что они даже не захотели меня выслушать, — пробормотала Твайлайт. — А я нет, — холодно заметила Луна. — Если честно, пройдёт немало времени, прежде чем Кантерлот хоть как-то примет чейнджлингов, даже если это противоречит гармонии. Анон сжал губы, наблюдая за разговором. Его взгляд медленно скользнул к одинокой фигуре у окна. Кризалис молча смотрела на город, её грива частично скрывала мордочку, но Анон заметил печальный изгиб её губ. — Эй, эм… Кризалис? Ты в порядке? — неуверенно спросил Анон. Кризалис вздрогнула от неожиданного вопроса. Она мельком взглянула на Анона, прежде чем быстро кивнуть. — Всё так, как я и ожидала, — ровным голосом ответила она. Анон слегка нахмурился. — Ну… Знаешь, может, это тебя удивит, но поначалу пони не особо жаловали и меня. Конечно, я не устраивал вторжения, но это не так важно. Я к тому, что нужно просто дать им время. Когда жители города увидят, что ты действительно хочешь измениться, они начнут к тебе теплее относиться, — попытался он подбодрить её. Кризалис усмехнулась. — Легко сказать. Времени-то у меня как раз и нет. Моим чейнджлингам нужна любовь, а пони из Кантерлота могут дать им только ненависть и презрение. Я не могу их винить… Виновата только я, — горько ответила она, опустив взгляд. Анон прикусил губу. Несколько секунд он молчал, позволяя тишине повиснуть между ними, а затем осторожно положил руку ей на плечо. Визуально она никак не отреагировала, но Анон почувствовал, как её мышцы напряглись под его прикосновением. — Мы что-нибудь придумаем. Я… Я обещаю, что разберёмся со всем этим, — сказал он, пытаясь приободрить её слабой улыбкой. Кризалис посмотрела на его руку, затем снова на него, нахмурив брови в недоумении. — Почему… Почему ты, из всех существ Эквестрии, так добр ко мне? — искренне спросила она. Анон нерешительно убрал руку и пожал плечами. — Наверное, потому что я понимаю твоё положение. Мне нужно есть мясо, чтобы оставаться здоровым, и хотя я никогда не стал бы есть разумное существо, мне приходится питаться другими существами, чтобы выжить. После того, как ты кормилась моей энергией… Не знаю, мне кажется, всё не так страшно, как все это представляли. Конечно, похищения должны прекратиться навсегда, но если чейнджлинги будут брать немного любви у пони, и те даже не заметят её потери… — он пожал плечами. — Я просто не думаю, что вы все должны умирать от голода из-за того, что не можете изменить свою природу, тем более если это никому не причиняет вреда. Челюсть Кризалис слегка приоткрылась, и она молча уставилась на Анона. Прошло почти десять секунд, и Анон начал беспокоиться, что сказал что-то не то, но когда на её мордочке появилась маленькая, но искренняя улыбка, его страх мгновенно улетучился. — Спасибо. Как самый продвинутый эмпат, я чувствую эмоции существ вокруг меня. С момента моего прихода сюда я ощущала только недоверие, ненависть и отвращение. Ты — единственный, от кого исходит сострадание и забота. Даже больше, чем от принцессы Селестии или Твайлайт Спаркл, — сказала Кризалис. — А что насчёт Луны? — спросил Анон, слегка склонив голову. Кризалис закатила глаза. — Тут даже не нужно быть эмпатом, чтобы понять, что она мне не доверяет. Как, впрочем, и весь Кантерлот… И, признаться, вполне справедливо, — вздохнула она. На что Анон лишь почесал затылок. — Вообще-то, я давно хотел тебя спросить об этом, — начал он, получая любопытный взгляд от королевы чейнджлингов. — Почему именно Кантерлот? Из всех мест в Эквестрии ты могла сдаться в любом городе, на границе, где угодно, и получила бы куда более тёплый приём. Зачем возвращаться туда, где тебя ненавидят больше всего? Кризалис приподняла бровь. — Разве это не очевидно? — спросила она. Анон только покачал головой, и Кризалис с тяжёлым вздохом указала копытом на Селестию и Луну. — Селестия и Луна? — переспросил он. — Ты не замечаешь своих собственных… Результатов? — сухо уточнила она. Анон сжал губы. — Ты про то, что они беременны? — Да, про это, — Хризалис едва сдержалась, чтобы не приложить копыто ко лбу. — Ты вообще понимаешь, когда в последний раз в Эквестрии рождался аликорн, принц Анон? Анон снова покачал головой. — Вот именно, никогда. Такого не случалось ни разу. А ты каким-то образом смог не только зачать ребёнка у аликорна, но сразу у двух, вызвав самый мощный всплеск любви в истории Эквестрии. А может, даже всего мира. Сейчас весь этот город — нет, вся эта область буквально пропитана любовью, больше, чем даже Кристальная Империя. Даже ты, не будучи чейнджлингом, наверняка ощущаешь любовь в воздухе. Разве ты не заметил, как пони стали чаще петь, радоваться жизни, устраивать вечеринки просто так? — О Боже, так ты тоже это видела! — воскликнул Анон. — Я спрашивал Джавелина про этих пони, которые вдруг начинают петь, а он сказал, что такого не бывает. Да он просто пытался меня обмануть! Это уже случалось восемь раз, и дважды они смотрели на меня так, словно я должен был подхватить куплет, но я даже слов не знал! — Я имела в виду просто веселье, — уточнила Кризалис, мгновенно сбив его пыл. — О чём ты, Нонни? — спросила Селестия, мило склонив голову. — О случайных песнях, которые тут звучат повсюду! — с раздражением выпалил Анон. — О чём ты? Мы не слышали, чтобы кто-то просто так начинал петь, — спокойно ответила Селестия. Анон лишь закрыл лицо рукой. — Ладно, раз я единственный, кто это замечает, давайте просто продолжим. Каков план? — спросил он, к явному удовольствию Кризалис. — Для начала нам нужно будет поработать над образом Кризалис. Это станет огромным препятствием, если мы не сможем завоевать доверие пони. Во-вторых, необходимо разобраться с королём Штормом и его действиями в пустошах. Тот факт, что его командир — пони, вызывает серьёзные опасения… — задумчиво произнесла Селестия. — А что насчёт моего улья? — встревоженно добавила Хризалис. — Вы видели, как ко мне отнеслись. Детёныши не получат ни капли любви, если их просто выпустить к пони. У нас мало времени. — Мы должны сделать так, чтобы пони увидели в вас не врагов, а часть общества, — решительно заявила Твайлайт. Хризалис глубоко вздохнула и кивнула. — Хорошо. Если мне нужно завоевать доверие Кантерлота, то… С чего начать?