Глава 6: Рискованное решение

— Анон, закрой дверь немедленно! — воскликнула Селестия, а её голос уже близился к королевскому кантерлотскому гласу. — Ты ведёшь себя как безрассудный идиот! — закричала Твайлайт. — Анон, она всё ещё опасна! — добавил Джавелин, бросаясь к двери камеры. — Она умирает от голода. У нас нет времени спорить, — спокойно ответил Анон, переступая порог камеры. Как только перед ним больше не осталось преград, тяжесть его решения вдруг обрушилась на него всей своей массой. Он замер, не сводя глаз с бессознательной Кризалис, между ними теперь было лишь пустое пространство. Глубоко вдохнув, он с трудом сглотнул ком в горле и, к ужасу Селестии, Твайлайт и Джавелина, шагнул вперёд. Осторожно, с каждым эхом шагов в мёртвой тишине, он приближался к лежащему на полу существу. Наконец, он оказался рядом с ней — одновременно с этим Джавелин добрался до решётки, его рог уже сиял белым, готовый к атаке. Анон медленно опустился на корточки, его руки неуверенно зависли над её хитиновым корпусом. Помедлив, он осторожно подтолкнул её в бок, слегка перевернув — но тело тут же вернулось в прежнее положение. Сжав губы, он протянул руку к её голове и щёлкнул пальцами у уха. Никакой реакции. — Эм… Кризалис? — тихо окликнул он, но его голос прозвучал оглушительно в этой тишине. Снова ничего. Тогда он аккуратно положил ладонь на её бок — и тут же удивлённо дёрнулся. Хитин здесь был совсем не таким, как на холке: не твёрдый, как у насекомого, а мягкий, почти как кожа пони, только без шерсти. Подавив желание удивлённо выругаться, он сосредоточился на поиске сердцебиения — и нашёл его. Дважды. Анон моргнул. У Кризалис было два бьющихся сердца. Поражённый, он потянулся дальше, его рука скользнула под её переднюю ногу — и наткнулась на ещё одну неожиданную деталь. Грудь королевы чейнджлингов была покрыта тонким слоем мягкого, чёрного меха. От этого открытия он вздрогнул, но прежде чем успел отпрянуть, её надкрылья внезапно дрогнули и приоткрылись. Анон едва не свалился назад, но Кризалис не дала ему упасть, её передняя нога инстинктивно зацепилась за его руку. Джавелин тут же прицелился, готовый разрядить в неё серию магических болтов, но Анон мгновенно вскинул руку, призывая его остановиться. Он опустил взгляд на чуть приоткрытые надкрылья и с изумлением увидел её крылья: аккуратно сложенные, полупрозрачные и… Удивительно красивые. Однако по-настоящему его поразил вовсе не их вид — а выражение облегчения на мордочке Кризалис. Её пронзительно-зелёные глаза больше не выглядели угрожающими, в них читалась только искренняя благодарность. — Эм… Л-ладно, Кризалис… Одно кормление — и только, — пробормотал Анон, изо всех сил стараясь не заикаться. — Больше мне… И не нужно, — тихо ответила Кризалис. Анон молча кивнул, наблюдая, как королева чейнджлингов медленно разомкнула челюсти. У него мгновенно побежали мурашки, когда он увидел ряды острых клыков и длинный раздвоенный зелёный язык. Он нервно сглотнул, ожидая её следующего шага, но ничего не могло подготовить его к тому, что произошло дальше. Любовь начала вытягиваться из его тела. Из груди Анона поднялась розоватая дымка, плавно потекшая к раскрытой пасти Кризалис. Почувствовав неладное, он судорожно прижал руку к груди, пытаясь остановить этот странный поток, но туман без труда прошёл сквозь его пальцы, устремляясь к королеве чейнджлингов. Когда он понял, что сопротивление бесполезно, ему не оставалось ничего, кроме как просто наблюдать за тем, как она питается. Что удивительно, он почти ничего не чувствовал, кроме лёгкого покалывания в груди. Секунды тянулись, а Кризалис продолжала насыщаться, привлекая к себе всё внимание в комнате. Без каких-либо сведений о пищевых потребностях чейнджлингов, обе аликорна начинали всё больше беспокоиться, наблюдая, как процесс затянулся на десять секунд… Двадцать… Тридцать… — Всё, думаю, с неё хватит! — резко выкрикнула Селестия. После короткой паузы Кризалис закрыла пасть, слизнула с губ остатки розовой энергии, и в ту же секунду последняя порция любви вернулась в грудь Анона. Спустя мгновение он рухнул на пол, усевшись прямо на каменный пол камеры, потирая место, откуда вытянули энергию. — Хм… Ну, это было… Странновато, — пробормотал он, задумчиво надавливая на грудь, словно проверяя, всё ли на месте. — Это не должно быть больно, если ты вдруг боялся именно этого, — отозвалась Кризалис, и в её голосе уже чувствовалась бодрость. — Анон, выйди оттуда, — приказала Селестия. Бросив взгляд на жену и остальных пони, он неохотно кивнул, поднялся на ноги и направился к выходу. Его слегка пошатывало, но он быстро пришёл в себя, перешагнул порог, а Джавелин тут же с силой захлопнул за ним дверь. Почти сразу после этого его обняла Селестия. — Ты в порядке? — в голосе Селестии беспокойство едва заглушало гнев. — Она не забрала у тебя слишком много, да? — подхватил Джавелин. — Всё нормально, всё нормально. Просто немного кружится голова, но уже проходит, — ответил Анон, с улыбкой возвращая объятие. — Я взяла ровно столько, сколько нужно, чтобы не умереть с голоду в ближайшие дни, — неожиданно подала голос Кризалис, теперь звучавшая куда спокойнее и собранно. Все взгляды разом устремились к королеве чейнджлингов, которая уже сидела на задних лапах. Она благодарно улыбнулась Анону, а затем перевела взгляд на Селестию и Твайлайт. — У меня нет намерения причинять вред принцу, — спокойно заявила она, слегка склонив голову. Селестия сжала губы, затем повернулась к Анону и раскрыла одно крыло, прикрывая их от королевы чейнджлингов. — У меня огромное желание отшлёпать тебя! Ты хоть понимаешь, что вытворил?! — прошипела она. — Тия, она была без сознания! Очевидно, что её тут не кормят, а вчера, когда мы её поймали, она уже была истощена. Я… Я просто поступил так, как считал правильным. У меня не было времени думать, — защищался Анон. — Она могла притворяться! Могла взять тебя в заложники! — яростно возразила Селестия. — И что, для этого же есть ты, Твайлайт и Джавелин, не так ли? — парировал Анон. — К тому же, я вообще-то тоже способен о себе позаботиться. Я не беспомощный! — в его голосе закипало раздражение. Селестия сжала крылом переносицу и тяжело вздохнула. — Дорогой, я знаю, что ты не слабак… Но это было безрассудно. Ты не можешь вот так бросаться в опасные ситуации. Просто не можешь. Анон фыркнул, но промолчал. Селестия убрала крыло и повернулась к Кризалис. — Почему ты не питалась окружающей любовью Кантерлота? Почему довела себя до такого состояния? — резко спросила она, сузив глаза. Кризалис приподняла бровь. — Ты заперла меня в клетке, неизвестно на какой глубине под землёй, окружила пони, которые меня ненавидят… Какая тут, к чёрту, окружающая любовь? Селестия приоткрыла рот, собираясь возразить, но осеклась. Ответа у неё не было. Уши её прижались к голове, а взгляд скользнул вниз. — В любом случае, мы не знаем, с какого расстояния чейнджлинги могут питаться, — подала голос Твайлайт. — Их биология до сих пор остаётся для нас загадкой. Кризалис закатила глаза. — Как бы то ни было, мы ведь обсуждали кое-что до моего… Небольшого происшествия, не так ли? — с намёком напомнила она, явно желая сменить тему. Селестия выдохнула: — Д-да… Ты собиралась рассказать, что именно предлагаешь нам в обмен на… Пищу для твоего народа. Кризалис кивнула. — Как правительнице процветающего государства, тебе, конечно же, известно о всех угрозах в пределах твоих границ, верно? Селестия чуть прикусила язык, прежде чем ответить: — Мы прекрасно осведомлены обо всех угрозах у наших рубежей, если ты это имеешь в виду. Кризалис усмехнулась: — Но насколько далеко простирается ваша разведка? Я знаю, что за пределами Эквестрии едва ли наберётся с десяток пони, а ваши союзники вряд ли смогут протянуть вам копыто помощи, если что-то случится… — она многозначительно замолчала. Селестия нахмурилась. — К чему ты клонишь? Да, наши союзники не так могущественны, как мы, но у них есть другие сильные стороны. Что касается разведки, у нас есть контакты вплоть до Гиппогрифии, — с лёгким вызовом в голосе ответила она. Улыбка Кризалис стала шире. — Оу, так ты ещё не слышала? Селестия стиснула зубы. — О чём? — О том, что королева Ново была свергнута и исчезла вместе со всем народом гиппогрифов, — будничным тоном сообщила Кризалис. Селестия отшатнулась, словно её ударили. Её челюсть приоткрылась, губы беззвучно шевелились, тщетно пытаясь сложить хоть какие-то слова. — Ч-что… О чём ты вообще говоришь?! Кризалис равнодушно пожала плечами. — Похоже, поддерживать долгосрочные дипломатические связи — не твой конёк, принцесса. Половина мира уже в курсе. Селестия сузила глаза, вперив в неё тяжёлый взгляд. — Ты лжёшь. Кризалис фыркнула. — А зачем мне врать? Что бы я с этого получила? Я уже ответила на все ваши вопросы, ты сама видишь, что у меня нет злых намерений. Просто ты не знаешь этого, потому что держишь девяносто девять процентов своих подданных в границах Эквестрии с запретом на выезд без особого разрешения. А вот мы, те, кто выживает на пустошах, узнали об этом в тот же день, как это случилось. Она наклонилась чуть ближе, усмехнувшись: — Кстати, это как раз подводит нас к тому, что я предлагаю. Если тебе, конечно, ещё интересно. Селестия тихо фыркнула: — Как? Кризалис подняла бровь: — Как? Что «как»? — Как была побеждена королева Ново? — уточнила Селестия. — Ах-ах-ах, — протянула Кризалис, покачав головой. — Видишь ли, именно эту информацию я и предлагаю. У меня были чейнджлинги на Горе Арис годами, и я могу рассказать тебе, кто, что и зачем напал на гиппогрифов… Но только если у нас будет сделка. Селестия фыркнула: — Было бы гораздо проще убедить не только меня, но и мою сестру, мужа и Твайлайт, если бы ты просто сразу рассказала всё, что нам нужно знать об этой угрозе. — Я могла бы назвать тебе его имя, его расу, его слабости и даже сказать, стоит ли Эквестрия следующей у него на очереди… Но откуда мне знать, что после этого ты действительно обеспечишь моих подданных едой, а не сделаешь их военнопленными? — парировала Кризалис. — Ты уже наш пленник, Кризалис. А твоя капитуляция делает остальных чейнджлингов военнопленными… По крайней мере, на данный момент, — сухо ответила Селестия. Кризалис на это лишь закатила глаза: — Да, но я предлагаю тебе информацию, жизненно важную для безопасности и будущего твоего королевства. А ещё — чейнджлингов-разведчиков, которые могут выявлять угрозы Эквестрии ещё до того, как они появятся на пороге твоего дворца. Ты ведь в курсе, что у тебя есть серьёзные проблемы с внезапными нападениями? Селестия сжала губы, пристально глядя на хитрую ухмылку королевы чейнджлингов. Несколько секунд спустя она почувствовала, как Анон кладёт руку ей на плечо, и повернулась к нему. — Нам не обязательно решать прямо сейчас. Давай сначала поговорим с Луной, а потом уже примем решение, — тихо предложил он. Селестия тяжело вздохнула: — Ты прав, — признала она, благодарно кивнув, а затем вновь повернулась к Кризалис. — Я сообщу сестре о том, что ты нам рассказала, и мы обсудим это вечером. К завтрашнему дню у нас будет ответ. Кризалис кивнула, после чего снова улеглась на свой тонкий матрас, а Анон, Селестия, Джавелин и Твайлайт вышли из камеры. Свон проводила их наружу, закрыв за собой дверь, а затем протяжно присвистнула. — Ну и заварушка, — покачала она головой. — Если не считать небольшого недопонимания о том, когда уместно рисковать, думаю, всё прошло вполне неплохо, — ответила Селестия, искоса глянув на мужа. Свон усмехнулась: — Ну, раз никто не пострадал, то, наверное, всё действительно прошло нормально. Селестия вздохнула: — Да… Нам многое нужно обсудить с Луной. Либо будем будить её раньше времени, либо заседать допоздна. — Ну, удачи вам с этим, принцесса. Мы будем держать Кризалис под замком, пока вы не решите, что делать дальше, — ответила Свон, коротко отдав честь. — Спасибо, Свон. Надеюсь, мы разберёмся с этим в кратчайшие сроки, — Селестия ответила тем же жестом и устало улыбнулась. После этого вся группа направилась к лифту, ведущему из подземных кристальных пещер обратно во дворец. Вскоре они уже шли по коридорам замка, снова приближаясь к тронному залу. Пока они двигались, Джавелин подошёл к Анону и бросил на него любопытный взгляд. — Так… И каково это — быть источником питания? — спросил он вполголоса. Анон покачал головой: — Суууууууупер странное чувство, бро. Типа… Это не больно, но я буквально ощущал, как из меня что-то вытягивают. Причём, что самое странное, это даже немного… Приятно? Не знаю. Трудно объяснить. Джавелин усмехнулся: — То есть, ты хочешь сказать, что тебе понравилось, когда тебя «осушили»? Анон закатил глаза и легонько хлопнул Джавелина по затылку: — Знаешь, мне кажется, мы слишком сильно выбили из тебя ту палку, что у тебя там торчала. Теперь ты всё время шутишь на службе, а за её пределами тебя почти не видно. Тебя как будто подменили. Джавелин виновато пожал плечами: — Знаю, и мне жаль. Переезд к Рейвен оказался сложнее, чем я думал, да и вообще, после помолвки столько всего навалилось… Но есть хорошие новости — в эти выходные она уезжает к родителям, так что у меня будет куча свободного времени. Если сможешь улизнуть, можем снова нормально потусить, — предложил он, заметив, как в глазах Анона мелькнуло предвкушение. Твайлайт в изумлении посмотрела на них обоих: — Анон, старшина… Вы вообще понимаете, что у нас на кону Кризалис? Думаете, она менее важна, чем ваши планы на выпивку в выходные? Анон скривился и нахмурился, глядя на фиолетового аликорна: — Твай, я не пил с лучшим другом уже больше месяца. Месяца! Мы решим проблему с «любовной жучихой» завтра. Насколько я помню, завтра — это ещё не выходные. Так что сбавь обороты, малышка. Дай дяде Анону и его корешу пропустить пару кружек за такую грандиозную победу, которую мы, по сути, уже одержали. — Мы ещё не выиграли, дорогой, — сказала Селестия, бросив взгляд через плечо. — Так что, возможно, стоит отложить празднование с выпивкой до тех пор, пока мы действительно не договоримся. Сегодня вечером нам предстоит один важный разговор, и я не уверена, как он пройдёт. — Она вздохнула. — Какой разговор? — спросил Анон, вопросительно глядя на неё. — С Каденс, — ответила Селестия и кивнула двум стражникам у дверей тронного зала. Огромные деревянные двери тут же распахнулись, пропуская их внутрь. У трона сидела Рейвен, удерживая в магическом поле перо и пергамент. Она яростно выводила строки на бумаге, даже не поднимая взгляда, чтобы поприветствовать принцессу солнца. — А вот и Вы. Принцесса, у меня уже больше трёхсот запросов о ситуации с Кризалис. Аристократы требуют объяснений, почему она сидит в темнице, а не в Тартаре, — заявила она, не прекращая писать. Селестия слегка нахмурилась: — Потому что мы всё ещё ведём допрос. Вернее, вели. Думаю, у нас уже достаточно информации, чтобы принять взвешенное решение относительно её будущего. Я сообщу знати, что завтра будет объявлено окончательное решение. РЕйвен кивнула: — Очень хорошо, принце… Подождите… Завтра? Разве это не слишком рано? — она наконец оторвала взгляд от пергамента и поправила очки копытом. Селестия кивнула: — Возможно. Но у нас нет времени затягивать. Однако, прежде чем я приму окончательное решение, мне нужно отправить письмо. Ты случайно не слышала новостей о гиппогрифах?

***

Позднее той ночью

Луна уже высоко взошла на ночное небо, заливая мягким белым светом небольшой конференц-зал, где собрались Селестия, Анон, Твайлайт и Луна. Открытые окна впускали прохладный ночной ветерок, но он мало помогал унять тревожный блеск в глазах Селестии. — Я не могу в это поверить… Они исчезли. Полностью стерты с лица Эквестрии… Как… Кто вообще мог такое сделать? — воскликнула Селестия, расхаживая взад-вперед по комнате. Кристальный голографический проектор, стоявший на столе между ними, показывал Каденс и Шайнинга Армора в их замке в Кристальной Империи. Оба сосредоточенно хмурились, осмысливая только что услышанные новости. — По крайней мере, теперь мы знаем, что Кризалис снова говорила правду… Если так пойдёт и дальше, у неё будет послужной список лучше, чем у нас, — фыркнула Луна, сдувая прядь своей эфемерной гривы с мордочки. Селестия недовольно поморщилась, но продолжила мерить шагами комнату. — Дорогая, перестань. Это плохо и для тебя, и для жеребёнка, — попытался её успокоить Анон, не в силах больше наблюдать, как его жена наматывает круги по залу. Селестия фыркнула: — О, только не начинай, Анон. После того, через что ты меня сегодня провёл, ты не имеешь права говорить мне, что не стоит волноваться, — рявкнула она. Анон быстро осознал свою ошибку и тяжело вздохнул: — Я уже сказал, что мне жаль. У нас просто не было времени на продумывание лучшего плана! Луна покачала головой: — Признаю, я тоже на тебя злюсь, Нонни. Но у нас есть дела поважнее. Анон глубже утонул в мягком кресле, пока Каденс прочищала горло, привлекая к себе внимание. — То, что сделал Анон, было довольно безрассудно, но тётя Луна права. Нам нужно сосредоточиться. Тётя Селестия, а это значит, что тебе тоже стоит сесть и обсудить всё с нами, — произнесла она, выразительно глядя на Селестию. — Это часть моего процесса! — возмутилась Селестия. Анон вздохнул: — Дорогая, ты сейчас ведешь себя, как Твайлайт. Твайлайт возмущённо вскинулась, но Селестия только нахмурилась и наконец уселась в кресло. Её уставшие ноги с благодарностью приняли передышку, а живот удобно устроился между задних ног. Постоянная боль в спине немного отступила, и принцесса позволила себе короткий выдох облегчения. — Вот так. Теперь, по поводу Кризалис… Мы знаем, что она не собирается никому вредить. Это уже хороший знак. Она сказала что-нибудь о том, какую именно информацию предлагает, помимо того, что это связано с исчезновением гиппогрифов? — спросила Каденс, переводя взгляд с одного собеседника на другого. — Она расскажет, если мы согласимся на ее условия, — ответила Селестия. Каденс фыркнула, сдувая прядь волос с лица: — Ну, честно говоря, она не в том положении, чтобы торговаться. Луна тяжело вздохнула: — К сожалению, в каком-то смысле в таком положении она все же находится. Кризалис прекрасно знает оборону Эквестрии. Иначе как бы ей удавалось оставаться незамеченной столько веков, при этом периодически кормясь любовью пони? Она знает, что у нас сейчас не лучшие отношения с соседями, а значит, у нас почти нет разведданных с их территорий. Кто-то из них может планировать нападение, и мы узнаем об этом только тогда, когда враг будет у наших границ. Да, у нас есть методы обнаружения чейнджлингов, но они требуют времени. У наших соседей, которые слабо владеют магией или вообще не используют её, шансов найти чейнджлингов в их рядах нет вовсе — если только замаскированный чейнджлинг не окажется полным профаном. Такой уровень разведки был бы крайне ценным, — призналась она. — Вы предлагаете шпионить за нашими соседями? Это же серьезное нарушение доверия! Если чейнджлингов поймают, это может привести к войне! — ахнула Твайлайт. — Подобные решения приходится принимать, Твайлайт Спаркл. Если ты думаешь, что наши враги не пытались шпионить за нами при любой удобной возможности, ты слишком наивна. И к тому же, ты правда думаешь, что я предлагаю просто раскидать шпионов куда попало? — Луна пристально посмотрела на фиолетового аликорна. — Но в какие страны Вы собираетесь их отправить? Если это кто-то из наших союзников, мы потеряем их доверие навсегда! — парировала Твайлайт, чуть сжавшись под суровым взглядом принцессы ночи. — Я не говорила, что мы будем следить за союзниками. Я сказала «соседей». Запомни, у Эквестрии только два союзника — армия и флот… К тому же, у нас есть границы с государствами, которые считают нас врагами. За ними я вполне готова шпионить, — спокойно ответила Луна. — Все эти разговоры о шпионаже вообще не имеют смысла, если мы не примем предложение Кризалис, — вмешалась Селестия. — А это, между прочим, сейчас куда более важный вопрос. Решим, что делать с ней, а потом уже обсудим, как поступить с полученной информацией. Нам сейчас важнее всего то, что она уже знает. Если мы примем ее условия, эти сведения будут ключевыми в том, как реагировать на угрозу, уничтожившую гиппогрифов. Но всё это ничего не значит, если пони Эквестрии восстанут против нас и захотят сжечь Кризалис на костре, как только мы выпустим её из клетки, — устало пояснила она. Каденс обменялась взглядом с мужем. В комнате повисло напряжённое молчание. Все обдумывали услышанное, пока Каденс не посмотрела на Анона. В отличие от остальных, он не был погружен в размышления. Вместо этого его взгляд был устремлен в окно, а палец лениво чертил маленький круг на груди. — Анон? — позвала его Каденс, привлекая внимание. — Хм? — отозвался он, выныривая из задумчивости и поднимая взгляд на неё. — Ты в порядке? Ты сегодня на удивление молчалив. — она склонила голову набок. Анон пожал плечами: — Ну… Не знаю. Мне просто нечего сказать. — Никаких новых взглядов на ситуацию? Может, после того, как Кризалис сегодня питалась тобой, у тебя появились какая-то полезная пища для размышления? — уточнила Каденс. — Ну, решение было спонтанным, но особых откровений я не получил. Разве что это ощущается очень странно. Не больно, нет, просто… Необычно. Трудно описать, если честно, — ответил он, снова пожав плечами. — Знаешь, даже это полезная информация, — заметила Луна. — Если пони узнают, что чейнджлинги питаются безболезненно, им будет проще перестать их бояться. — А если добавить к этому тот факт, что поглощение фоновой любви вообще не ощущается, то можно будет хотя бы убедить их не впадать в панику, — подхватила Твайлайт. Каденс задумчиво постучала пальцем по подбородку, а Шайнинг Армор наклонился ближе к голограмме: — Просто будьте осторожны. Не забывайте, что она может использовать заклинания, чтобы повлиять на ваш разум. Все в комнате кивнули. — Мы можем проводить ежедневные проверки, чтобы убедиться, что никакого контроля сознания не происходит, — согласилась Твайлайт. — Значит, этот вопрос решён, — подвела итог Луна. — Мы примем её капитуляцию, объясним пони, что никто не будет служить пищей напрямую, их жизни не изменятся, а уже после решим, что делать с информацией, которую она предоставит. Собравшиеся снова кивнули, соглашаясь, и тут Селестия заговорила: — Остался один вопрос. Кто будет за ней следить, чтобы она не натворила глупостей? — А если мы просто будем дежурить по очереди? — предложил Анон. — Политические последствия этого решения нам ещё разгребать недели, если не месяцы. У Луны и у меня и без того полно королевских обязанностей, а ещё и приближаются роды. Как бы мне ни было неприятно это признавать… Но мы с Луной — не лучшие кандидаты на эту роль, — признала Селестия с лёгкой грустью в голосе. — А Твайлайт? — предложила Луна. — Она уезжает в Понивиль на следующей неделе. К тому же, Кризалис особенно раздражена именно на неё, потому что Твайлайт разоблачила её на свадьбе. Оставить их наедине — значит создать крайне напряженную атмосферу, — покачала головой Селестия, не заметив задумчивого выражения на мордочке Твайлайт. Каденс снова посмотрела на Анона. Он молча сидел в кресле, что-то перекатывая языком во рту. — Анон? А что насчёт тебя? — спросила она, заставив всех обратить внимание на человека. — Что, я? — удивился он. — Да, ты. Подумай сам: ты пришёл в этот мир чужаком, но смог найти здесь своё место и стать частью нашей семьи. Кризалис не так уж сильно от тебя отличается. Она тоже чужачка, совершившая ошибки, но теперь, насколько можно судить, пытается их исправить, — пояснила Каденс. Селестия и Луна уже открыли рты, чтобы возразить, но Каденс опередила их: — Сейчас она воспринимает пони как «других», а не как часть своего народа. Да, эта сделка может обеспечить нам временный мир, но нет никакой гарантии, что со временем она не решит вернуться к прежним методам. Это соглашение — наш шанс направить её на верный путь, но только полная интеграция сможет удержать её на нём. Если кто-то и способен добиться этого, то только Анон. Он буквально инопланетянин в этом мире, и Кризалис, в каком-то смысле, тоже. У них есть что-то общее, что никто другой, кроме них самих, понять не сможет. В комнате повисла тишина, пока присутствующие обдумывали слова принцессы любви. Первой кивнула Твайлайт, затем, с небольшой заминкой, Луна. Селестия, вздохнув, кивнула последней. Теперь все зависело от одного человека, который вдруг оказался в центре внимания. — Ты ведь сам говорил, что хочешь больше ответственности, дорогой. Но решение, конечно, только за тобой, — мягко напомнила Селестия. Анон обдумал свои варианты, затем тяжело вздохнул и кивнул: — Ладно, к чёрту. Когда объявляем об этом в прессе?