Глава 11: Кантерлотская знать

На следующий день

Анон застонал, устраиваясь на троне дневного приёма граждан. Сквозь открытые окна ярко светило солнце. Рядом с ним Твайлайт наблюдала за собравшимися пони с таким же выражением тревоги на мордочке, что и у него. Они на мгновение обменялись взглядами, а затем посмотрели вниз — на буквально сотни пони, заполнивших зал. Он узнал парочку знакомых: некоторые из нелюбимых им аристократов, а также представителей простого народа. Лицо его нахмурилось. Анон лениво гадал, не по одной ли причине все эти пони пришли, пока к нему не подошла Рейвен. Как обычно, она держала в магии блокнот и перо, а на мордочке у неё была непроницаемая деловая маска. Она мельком глянула в бумаги, потом посмотрела на Анона и кивнула. — Они все пришли по одной причине, — сообщила она, будто читая его мысли. Анон протёр глаза и тяжело вздохнул: — Дай угадаю. Чейнджлинги? Рейвен снова кивнула: — Это действительно единственная причина, указанная в жалобах. — Ну… Может, не все они злятся? — слабо попыталась обнадёжить Твайлайт. — ТэС, спустись на землю. Они в бешенстве. В бешенстве — и мы для них как груши для битья, — закатил глаза Анон. — Перестань называть меня так! — рыкнула Твайлайт. — Только когда повзрослеешь, — парировал он. Твайлайт уставилась на него с раздражением: — Что с тобой сегодня? Даже для тебя это чересчур. Анон устало опустился в трон: — Я просто устал… Спал часа два, не больше. Твайлайт только сильнее нахмурилась: — Я тоже! Думаешь, ты один такой? Если уж такой раздражённый, зачем вообще пришёл на этот суд? Принцесса Селестия же предлагала провести его за тебя. Анон медленно повернулся к фиолетовому аликорну, на лице — полнейшая апатия: — Потому что она моя жена. Очень беременная и очень уставшая жена, ты, социально неадаптированный фиолетовый ботан. К тому же, могу я тебе задать тот же вопрос. — Эй! Я не социально неадаптированная! — вспылила Твайлайт. — Ну, тогда ты шикарно это скрываешь, — хмыкнул Анон. Крылья Твайлайт чуть приподнялись: — Сам ты не особо сияешь, как солнечный лучик. — Напомни, когда ты обратно в Понивиль? — спросил Анон. — В понедельник. А поче… — Слишком нескоро, — оборвал он. Твайлайт скривила мордочку, прижав уши к голове, и бросила на него убийственный взгляд. Несколько секунд между ними витало напряжение, после чего она фыркнула и отвернулась, заслоняя мордочку гривой. На некоторое время повисла тишина. Анон откинулся в троне, но тут в его боковом зрении появилась Рейвен. Выражение разочарования и лёгкий укор в её взгляде ясно давали понять, что она недовольна. Анон только закатил глаза. Он снова посмотрел на Твайлайт. Она глядела прямо перед собой, на толпу, но в её глазах читалась грусть, а плечи были заметно опущены. Уши всё так же прижаты. Анон нахмурился. Почти минуту он молча наблюдал за явно расстроенной аликорнкой, пока не выдал долгий стон, перешедший в тяжёлый вздох. — Слушай, Твайлайт… Прости. Я перегнул. Просто у меня сейчас куча всего в голове, а после вчерашнего… Ну, слушать, как пони орут на нас из-за того, чего не понимают — вообще не в кайф. Но это не повод срываться на тебя. Ещё раз — прости, — выдохнул он, с явной усталостью в голосе. Ухо Твайлайт дёрнулось. Она медленно повернулась к нему, и впервые за долгое время увидела, что он не издевается и не подкалывает её. На лице Твайлайт появилась благодарная улыбка, и она заметно повеселела. — Я… Спасибо тебе, Анон, — слабо улыбнулась она. Анон кивнул, ответив своей фирменной полуулыбкой: — Да не за что. — Можно спросить… Что тебя так выбесило? Мы ведь вчера всех чейнджлингов пересчитали. Всё прошло почти без сбоев, разве что пара недоразумений. Анон откинулся в троне, уставившись в потолок: — Я ж говорю, два часа сна хуже, чем вообще не спать… Особенно когда реально поспал минут тридцать. Кризалис вывалила на меня такую новость — я с тех пор только об этом и думаю. — Какую ещё новость? — Твайлайт наклонила голову. — Ну… оказывается, Сумрак и Эхо уложили почти шестьдесят чейнджлингов во время вторжения. Теперь все в улье их боятся до усрачки… И, скорее всего, Кризалис их люто ненавидит. Так что то, что я пригласил их всех выпить на выходных — слегка… Неловко, — объяснил Анон. Твайлайт нахмурилась: — Серьёзно? Ты переживаешь из-за пьянки? Анон закатил глаза: — Не из-за бухла, ботан. Из-за атмосферы. Если Кризалис будет всё время хотеть прибить Сумрака и Эхо — вечер будет невыносим. Не думаю, что она что-то сделает, но будет дико напряжно. А хочется, чтоб было весело. — Так не зови Кризалис. Зачем она вообще? Её появление только негатив вызовет, — предложила Твайлайт. Анон покачал головой: — Нет. Её нужно вытаскивать в общество. Это полдела. Я хочу, чтобы она влилась, а не просто сидела в стороне, как чужеродная. Пусть станет частью Эквестрии, а не просто чейнджлингом в Эквестрии. Твайлайт медленно кивнула: — Хм… Честно? Не ожидала от тебя такой продуманности, Анон. Анон молча показал ей средний палец — жест, который Твайлайт, к счастью, не поняла. — Ладно. Дневной суд начинается, — сказал он, обернувшись к Рейвен. — Я морально готов. Запускаем этот цирк с конями. Рейвен кивнула и повернулась к капитану Валорант: — Капитан? Мы готовы начинать. Валорант коротко кивнула, а затем повернулась к толпе: — Заседание дневного суда объявляется открытым. Первый заявитель, прошу к трибуне, — сказала она и взглянула на список в своей магии. — Лирика Лайлак, пожалуйста, проходите. К трибуне вышла пони сиреневого окраса с лимонно-жёлтой гривой и хвостом. На ней была кремовая перевязь с красной розой, аккуратно вплетённой в ткань, и жемчужное ожерелье. Из ленты в гриве торчали три перьевых пера феникса, подпрыгивая при каждом шаге. Чем ближе она подходила, тем отчётливее становилось — грива у неё парик. Анон едва сдержал стон, когда она остановилась у трибуны. Собрав всё своё скромное умение вести дела официально, он нацепил нейтральное выражение и посмотрел на явно аристократичную пони: — Доброе утро, Лирика. В чём, собственно, дело? — вежливо осведомился он. — Дело, Ваше Высочество, в том, что вы буквально притащили чейнджлинговую инвазию прямо к нам домой! — с вызовом выпалила Лирика, указывая на Анона копытом. Анон закатил глаза, в то время как толпа аристократов взорвалась криками. — Мы хотим, чтобы они убирались! — прорычал жеребец. — Вы обещали приводить их по чуть-чуть! А не весь улей сразу! — возмущённо крикнул особенно упитанный пони. — Кантерлот — для пони, а не для жуков! — воскликнула кобыла. — Как вы можете нас им просто скормить?! Я видел ту розовую дымку вчера! Я знаю, что это значит! — требовал ещё один. Толпа не унималась, голоса накатывали волной, требуя объяснений и действий. Эхо от их криков отражалось от стен, ещё сильнее усугубляя настроение Анона. Он зажал переносицу, закрыл глаза и ждал, пока они успокоятся. Но быстро стало ясно — толпа и не думала униматься. Со вздохом обречённости он глянул на Валорант, уже ожидавшую его сигнала. — Давай, — буркнул он. Его голос всё равно никто не слышал. Валорант без труда прочитала по губам и не стала медлить. Она усилила голос магией и крикнула: — ВСЕМ СЛУШАТЬ СЮДА! В ЭТОМ ЗАЛЕ БОЛЬШЕ НЕ БУДЕТ КРИКОВ И ХАМСКОГО ПОВЕДЕНИЯ! ГОВОРИТ КАЖДЫЙ ПО ОЧЕРЕДИ, ИНАЧЕ ВСЕХ ВОН!!! Дюжины пони сжали уши копытами и зажмурились от мощи её голоса. Когда её выкрик закончился, зал погрузился в мёртвую тишину. Даже самые буйные не решались произнести ни слова, опасаясь снова нарваться на гнев капитана гвардии. — Спасибо, Вал, — с облегчением поблагодарил Анон, вынимая пальцы из ушей. — Всегда к вашим услугам, сэр, — с подмигиванием ответила Валорант. Твайлайт аккуратно вытащила перья крыльев из ушей и попыталась стряхнуть звон, всё ещё стоявший в голове: — Эм… В следующий раз можешь предупреждать, прежде чем врубать штук тридцать голосовых чар? Я бы хотела сохранить слух хотя бы до старости, — вежливо, но с упрёком сказала она. — Разумеется, принцесса. Прошу прощения, — Валорант поклонилась с искренним раскаянием. Твайлайт благодарно кивнула и повернулась к пони, с которой всё и началось: — Лирика Лайлак, мы с принцем Аноном прекрасно понимаем ваши опасения — и опасения всех жителей Кантерлота. Но, поверьте, они беспочвенны. Мы приложили максимум усилий, чтобы убедиться: намерения чейнджлингов и их королевы искренние и доброжелательны. Мы сделали всё возможное, чтобы они не могли причинить пони ни малейшего вреда. Как уже объяснила принцесса Селестия, они не питаются вами. Они питаются фоновой любовью, которая витает в воздухе Кантерлота. У вас ничего не отбирают, честное слово, — пояснила она, заметив задумчивый взгляд в фиалковых глазах Лирики. — Но… Вы же не можете доверять их словам! Это чейнджлинги, ради Фауста! Они же только и делают, что врут и крадут! Как вы можете быть уверены, что они не начнут похищать и подменять нас, когда захотят?! — возмутилась Лирика, её уверенность и раздражение быстро возвращались. Твайлайт уже собиралась ответить, но Анон опередил её: — Во-первых, на каждом чейнджлинге стоит магический браслет. Ни один из них не может ни изменяться, ни пользоваться магией. Во-вторых, если бы ты видела, насколько они истощены и близки к голодной смерти — ты бы меньше боялась, что они что-то затеют. И в-третьих, мы заставили Кризалис рассказать всю правду при помощи заклинания правды. Она действительно хочет лишь одного — спасти свой улей. А лучший способ это сделать — сотрудничать с Эквестрией, а не воевать с ней, — ответил он твёрдо. Лирика сжала губы, опустив голову в раздумье, по-видимому, восприняв слова Анона всерьёз. Но вскоре она снова вскинула взгляд и с недовольной миной посмотрела на Анона и Твайлайт: — Но что насчёт остальных чейнджлингов? То, что она говорила правду, не значит, что её улей разделяет её взгляды. Откуда вы знаете, что улей не скрывает что-то от неё на случай, если вы решите её допросить? Вы что, каждого из них допросили? Мы не можем им доверять! Им надо уходить! — выпалила она, задрав нос. Толпа зашепталась в знак поддержки, отчего Анон тяжело застонал: — Ты серьёзно думаешь, что Кризалис сдалась бы, не зная заранее, о чём её улей договаривается на случай, если она попадёт под магическое расследование? — спросил он с унылой интонацией. Этот аргумент быстро сбил с Лирики спесь, и она снова замолчала, погрузившись в раздумья. Остальные пони в зале выглядели не менее сбитыми с толку, неловко отводя взгляды и не находя, что ответить. — Я понимаю, что вы боитесь чейнджлингов. Чёрт, я сам до сих пор не до конца им доверяю… Но разве каждый не заслуживает второго шанса? Кто из вас вообще общался с ними хоть раз? Или вы все прятались у себя в особняках? — задал Анон прямой вопрос, вызвав множество возмущённых и оскорблённых взглядов. — Э-э, это неправда! Я выходила в город! — с натяжкой парировала Лирика. Анон закрыл лицо рукой: — Я же не буквально… Господи. Всё, чего мы просим — просто дать им шанс. С тех пор как Кризалис сдалась, они не дали нам ни единого повода сомневаться в их намерениях. Кто знает, может, вы даже начнёте к ним хорошо относиться. Их малыши вообще-то милые, — добавил он с лёгкой усмешкой. Лирика с брезгливостью поморщилась при упоминании личинок чейнджлингов, чем вызвала ещё более мрачный взгляд Анона. — Принц Анон… Вы же не всерьёз предлагаете общаться с чейнджлингами? Они нас похитят и заменят в два счёта! — воскликнула она. — Было бы только лучше, если бы заменили, — пробормотал Анон себе под нос. Твайлайт обеспокоенно посмотрела на Анона, а затем вновь обратилась к Лирике: — Мисс Лайлак, вы ведь не хотите сказать, что считаете общение с другими расами ниже вашего достоинства, верно? Лирика высокомерно задрала подбородок: — Конечно нет, принцесса… Но странно слышать от вас такие слова, учитывая, что вы были среди тех, кто спасал нас от этих же самых созданий, о которых мы сейчас говорим. Твайлайт недовольно сморщила мордочку: — Мы уже говорили: да, раньше они были нашими врагами. Но они сдались. Теперь они больше не враги. Мы уже проверили их намерения и убедились, что они доброжелательны. Более того, мы приложили все усилия, чтобы обеспечить безопасность Кантерлота и его жителей на случай, если чейнджлинги и правда что-то затеют. Но то, что вы сегодня демонстрируете здесь — это предвзятость. Это можно понять — даже простить… Но нельзя осуждать целую расу за страх. Мы обязаны быть лучше своих худших инстинктов. Речь Твайлайт положила конец дальнейшим протестам Лирики. Та открывала и закрывала рот, отчаянно пытаясь что-то ответить, но так и не нашла слов. Со вздохом она повернулась и ушла от трибуны. Большинство кантерлотской знати последовало её примеру — кто-то с растерянностью, кто-то с подавленным видом. Зал почти опустел за считаные минуты. Когда последние пони скрылись за дверями, Анон повернулся к Твайлайт с удивлением на лице: — Ни фига себе. Речь-то у тебя вышла зачётная. Твайлайт смущённо покраснела: — Спасибо, Анон. Я рада, что хоть в этот раз сработало, хе-хе… — Хотя ты ведь понимаешь, что они всё равно не передумали, да? — приподнял бровь Анон. Твайлайт пожала плечами: — Ну, я надеюсь, что передумают. Страх не пройдёт по щелчку, но можно хотя бы направить их в нужную сторону и надеяться, что они сами сделают правильный выбор. — Лично я думаю, что кое-кто из них задумался. Вряд ли они изменят мнение за один день, но, может, теперь сдвинутся с мёртвой точки — благодаря тебе, — подала голос Рейвен и кивнула Твайлайт. — Спасибо, Рейвен. Будем надеяться, — улыбнулась Твайлайт и вновь повернулась к залу. Как и ожидалось, почти все пони ушли. Остались лишь двое. Оба — белоснежные единороги: жеребец и кобыла. У жеребца был монокль на левом глазу, идеально зачёсанная кобальтовая грива и аккуратно подстриженные усы. Он носил идеально сшитый костюм, подчёркивавший его мускулистую фигуру и прямую осанку. Рядом с ним стояла высокая, стройная кобыла с густой розовой гривой, в которой пробегали две белоснежные завитые пряди. Её тёмно-фиолетовые глаза с тревогой смотрели на трон. Анон и Твайлайт прищурились, вглядываясь в стоящих перед ними единорогов. Через мгновение лицо Анона осветилось узнающим выражением… — Фэнси Пэнс! Йоу! Как жизнь, чувак?! — воскликнул Анон, выскочив из трона и быстро зашагав к жеребцу, чем вызвал полнейшее недоумение у всех, особенно у Твайлайт. — Ах, Анон, старина. Как поживаешь этим чудесным утром? — тепло поприветствовал его Фэнси, бодро направляясь навстречу. — Да живу как в сказке, не видишь разве? — усмехнулся Анон. Они бодро хлопнули копытом о ладонь, после чего Анон перевёл взгляд на кобылу, которая приближалась к ним. — Флёр де Лис, как всегда ослепительна. Как бизнес? — с доброй улыбкой спросил он, кивнув. — Благодарю, Принц Анон. Бизнес, как говорят, в полном расцвете, — ответила Флёр с мелодичным голоском, звучащим как весенняя песня. — Рад слышать. А что вас сюда привело? Хотя, чего я спрашиваю — вам ведь идти сюда от силы полминуты. — Анон хмыкнул. Фэнси поморщился и втянул воздух сквозь зубы: — Полагаю, ты так и не прочитал список выступающих, да, старина? Анон покачал головой, обернулся и взглянул на Рейвен, заметив, как та просматривает свои бумаги. — Они в том же списке, что и остальные, Анон, — сообщила она после секунды поиска. Анон нахмурился и посмотрел на единорогов перед собой: — Неужели вы тоже поддерживаете всю эту затею с остальными аристократами? — спросил он, в голосе проскользнула печаль. Фэнси и Флёр переглянулись, а затем снова посмотрели на Анона. — Знаешь, хоть Лирика мне и не по душе, в её словах была доля здравого смысла, мон ами. По крайней мере, так мы думали… До того, как услышали твою речь сегодня утром, — мягко сказала Флёр, кивнув. Глаза Анона чуть расширились, прежде чем заговорил Фэнси: — Да, мы действительно разделяли опасения, которые озвучила Лирика. Но после слов принцессы Твайлайт у нас появилось о чём задуматься. Твайлайт с облегчением улыбнулась и спустилась по ступеням к ним: — Я так рада это слышать, Фэнси Пэнс. Значит ли это, что вы готовы дать шанс чейнджлингам? Фэнси сжал губы, давая Флёр возможность первой ответить: — Мы доверяем вам и принцу Анону… Но вот чейнджлингам — пока нет, принцесса, — ответила она с лёгким поклоном. Анон с Твайлайт синхронно вздохнули. — Ну, этого следовало ожидать, — пробормотал Анон. — Однако именно поэтому мы до сих пор здесь, — вставил Фэнси, чем вызвал удивлённый взгляд у Анона. — Что ты имеешь в виду? — После всего, что вы сказали, я считаю, что чейнджлингам стоит дать шанс. Мы по-прежнему не доверяем им — и близко, — но я также не верю, что ты спасал нас от них год назад только для того, чтобы теперь преподнести нас им на серебряном блюде, — с лёгкой усмешкой ответил Фэнси. Анон расплылся в широкой улыбке: — Вот это по-нашему, Фэнси! — радостно воскликнул он, обняв жеребца за плечо. Флёр захихикала при виде их дружеской сцены, а Твайлайт посмотрела на них с лёгким недоумением: — Анон, с каких это пор вы с Фэнси Пэнсом стали такими закадычными друзьями? Анон обернулся к маленькой фиолетовой аликорнке: — С тех пор, как Джав познакомил нас пару месяцев назад. Фэнси был одним из немногих благородных жеребцов, кто не попытался нас прибить, когда мы зашли в бар, — хмыкнул он. Удивление на лице Твайлайт стало ещё сильнее: — Подожди… А как сержант Джавелин знает Фэнси Пэнса? — Он мой кузен, — ответил Фэнси. — В бизнес семьи, конечно, не пошёл, но внешность та же. — Он усмехнулся. — А ведь и правда похожи, — признала Твайлайт, кивнув. — Джав затащил меня на одну из вечеринок Фэнси ещё до того, как ты стала принцессой в Кантерлоте. С тех пор мы подружились. Кто бы мог подумать, что этот парень увлекается тяжёлой атлетикой и прыжками с парашютом, — ухмыльнулся Анон. — Не забудь бакболл. Я был звездой в колледже, мог бы пойти и в профессионалы, — подмигнул Фэнси. — Правда? Почему не пошли? — Семейный бизнес, принцесса. От нас, жеребцов, ожидают, что мы сыграем свою роль, и я не стал исключением. — Ну, только не Джав, — покачал головой Анон. — Он всегда был белой вороной, — усмехнулся Фэнси. — Родители просили меня отговорить его от мечты о королевской гвардии и втянуть в торговлю акциями… Представляешь, как прошёл тот разговор? Кстати, а где он сейчас? Я думал, он сегодня на смене… — У него выходной, — ответила Рейвен, не отрываясь от записей. — Анон дал ему отдохнуть — они вчера до шести утра не ложились. — Ах, Рейвен! Прости, совсем забыл, что ты тут. Кстати, поздравляю с предстоящей свадьбой! Говорят, ты всё организуешь сама? Рейвен отложила перо и блокнот: — Спасибо, Фэнси. Да, всё сама. Джав, конечно, предлагает помощь, но ты же его знаешь — он и организация? Смешно. Он хотел украсить зал гардениями вместо подсолнухов. Гардении! На летней свадьбе! — всплеснула копытами она. Фэнси рассмеялся: — Вот это в его стиле. Скажи ему воткнуть копьё в венок с сотни шагов — сделает с закрытыми глазами. А попроси выбрать цветовую гамму — и он как жеребёнок в библиотеке. Рад, что у него есть ты. Жду не дождусь церемонии. — Спасибо, Фэнси. Как бы ни было тяжело с организацией — вру, если скажу, что не буду визжать как школьница в день свадьбы, — сияюще улыбнулась Рейвен. Анон наклонился к Фэнси и прошептал: — И это будет не единственная причина, по которой она будет визжать в тот день. Оба не выдержали и расхохотались. Три кобылы тут же уставились на них с одинаково суровыми взглядами. Рейвен закатила глаза. — Один день… Вот просто один день без пошлого юмора. Это так сложно? — пробормотала она. Когда Анон и Фэнси начали успокаиваться, Флёр повернулась к Рейвен: — Рейвен, я помню, ты говорила, что вы не спали всю ночь… Можно спросить, почему? Рейвен наклонила голову: — Вы разве не слышали? Я думала, уже весь Кантерлот знает. Флёр покачала головой: — Мы только слышали, что чейнджлинги прибыли, и что каждый в дневном суде решил высказать своё мнение. Мы пришли, когда Лирика уже уходила. Рейвен прикусила губу, и Твайлайт подошла поближе: — Чейнджлингов переселили в Кантерлот прошлой ночью. Они уже здесь. У Флёр губы сложились в молчаливое «о», а глаза удивлённо распахнулись. Даже Фэнси прекратил смеяться и с потрясённым видом уставился на Твайлайт. — Они… Уже здесь? — переспросил он. Анон кивнул: — Да. И, честно говоря, они ведут себя крайне прилично, учитывая ситуацию. — Ну, тогда становится понятна та розовая дымка, о которой упоминал стражник, — кивнул Фэнси. — Слушайте, вы же нам доверяете, правда? — спросил Анон, глядя на обоих. Фэнси и Флёр кивнули, пусть и немного неуверенно. Анон облегчённо улыбнулся: — Тогда доверьтесь нам и в этом. Я обещаю, мы не позволим им причинить вам вред. — Думаю… Ты прав, старина. Мы поверим вам, — выдохнул Фэнси. — Спасибо. Вы не пожалеете, — добавила Твайлайт с улыбкой. Фэнси кивнул и повернулся к выходу: — Ну, думаю, наши опасения оказались напрасными. Полагаю, мы и так уже отняли слишком много времени у принца и принцессы, не так ли, дорогая? — Оуи, мон амур, — согласилась Флёр, тоже повернувшись. Но не успели они сделать и шага, как Анон резко воскликнул: — Подожди! Фэнси! Все вздрогнули от неожиданности. — М-м? — обернулся тот. — Ты на выходных случаем не занят?