Глава 13: В баре

Барменша неуверенно вернулась к компании, поднос с напитками едва заметно дрожал в её телекинетическом захвате. Не проронив ни слова, она расставила стаканы перед каждым жеребцом, перед Аноном и Кризалис, после чего поспешно вернулась на другую сторону стойки. — Ну ладно, допустим, мы не можем меняться. Но смена облика вообще даёт какие-то особые способности, кроме маскировки? — спросил Джав, первым ответив Королеве чейнджлингов. — Что ты имеешь в виду? — Кризалис опустила взгляд на барную стойку и подняла свой стакан с сахарной водой копытами. — О, отлично, время мартини, — радостно пробормотал Анон, хватаясь за бокал. — Ну, скажем, ты обратилась бы в меня. Ты бы получила мою особую магию? Например, могла бы стрелять с такой же точностью, как я? Или ты бы просто выглядела как я, и всё? — продолжал Джав, тоже беря свой напиток. — Эх, она забыла про мой маленький зонтик… — с жалобной ноткой сказал Эхо, глядя на свой коктейль. Кризалис покачала головой: — Мы не можем копировать таланты. Я не смогла бы точно повторить твои магические снаряды, хотя, учитывая, что я — королева чейнджлингов и обладаю гораздо большей мощью, особенно когда не на грани голода… Впрочем, я, скорее всего, всё равно перестреляла бы тебя, — ответила она и сделала глоток. — Хмм… Интересно, она плюнула сюда? — пробормотала она. — Думаю, ты бы заметила, если бы там плавала какая-нибудь слюна, — сказал Анон, наклоняясь, чтобы заглянуть в её стакан. — Но ведь ты только что доказала мою точку зрения. Ну, может, не ты, но обычному чейнджлингу сложно подражать таланту по-настоящему. Так что, хоть вы и можете превращаться в нас, но навыков наших у вас нет. Считай, пони всё равно выигрывают, — торжествующе сказал Джав, поднимая копыто для дружеского хлопка. Эхо радостно хлопнул его в ответ. Жест, от которого Кризалис едва заметно стиснула зубы. Мелькнувшая на мгновение вспышка злости на её мордочке тут же сменилась холодным безразличием. Остальные были слишком заняты напитками и копытными приветствиями, чтобы это заметить. Но Анон ясно увидел, как в Королеве начинает закипать злость. «Вот чёрт, вот чёрт! Что я вообще затеял?! Это ужасная идея! Она же сейчас взбесится!» — пронеслось у него в голове. — Впрочем, ты прав, сержант. Но, тем не менее, мой народ веками внедрялся в Эквестрию, — парировала Кризалис. Эхо и Сумрак уже открыли рты, чтобы что-то сказать, но Анон их опередил, и сделал это почти в панике: — Ты абсолютно права, Кризи! Чейнджлинги действительно мастера маскировки! Это впечатляет. Я как-то видел, как один превратился в меня — копия один в один! — Корникл. Помню, он рассказывал мне об этой встрече, — кивнула Кризалис. Анон моргнул: — Погоди, ты знаешь чейнджлинга, который это сделал? — Я знаю всех своих поданных, принц Анон. И Корникл рассказывал, как ты ударил его сковородкой по голове, — с приподнятой бровью заметила она. — Эээ… Ну… — Анон неловко почесал затылок. — Подожди… Это та же сковородка, что ты метнул в Кризалис? — спросил Джав. — Эээ, хе-хе… Д-да. Та самая, — с виноватой улыбкой подтвердил Анон. — Чувствовалось, будто меня ударили ваткой, если что, — усмехнулась Кризалис и снова отпила из стакана. Джав, Сумрак и Эхо захихикали, а Анон бросил на королеву чейнджлингов взгляд полный сарказма: — Ну извините, извините! Если бы я знал, что придётся сражаться с прокачанной супер-чейнджлингом, я бы потренировался в меткости! — В конце концов, ты же её отвлёк, так ведь? — сказал Джав с ленивым пожатием плеч. Кризалис закатила глаза: — Да, допустим, цель была достигнута. Я отвлеклась, и Принцесса Сюси-Пусси смогла наложить своё заклинание вместе с Капитаном-Слюнтяем. Анон сначала хихикнул, потом не выдержал — разразился хохотом, опершись на стойку, пытаясь отдышаться. — Ка… Капитан-Слю… Слюнтяй!!! — прохрипел он, живот у него уже болел от смеха. Даже Джав, Эхо и Сумрак не устояли перед заразительным смехом и присоединились к веселью, чему Кризалис, похоже, была приятно удивлена. — Честно говоря, не думала, что тебе будет так смешно, — покачала головой она. — Думаю, ты — ха-ха — ты сломала Анона, — сказал Джав сквозь смех. — Он действительно немного симпатизирует Принцессе Каденс, не так ли? — задумчиво протянул Сумрак, а Эхо хихикнул. — Ну, если честно, кто бы не симпатизировал Каденс? — засмеялся Эхо. — Я, — хладнокровно ответила Кризалис. Смех Анона тут же перешёл в кашель. Он задыхался, его трясло. Кризалис пару раз хлопнула его по спине — он показал ей большой палец в знак благодарности. Она озадаченно склонила голову. — Что это значит? — спросила она. — Что? — Вот это, с пальцем? Анон посмотрел на свой всё ещё поднятый палец и пожал плечами: — Ну… это значит что-то вроде «всё ок» или типа того. Кризалис кивнула: — А, понятно. У минотавров руки похожи на твои. У них этот жест — крайне оскорбительный. Анон удивлённо моргнул: — Серьёзно? Я не знал… Так вот почему тот косо на меня посмотрел, когда я показал ему палец вверх за то, что он меня не сбил на переходе… — Я думал, палец должен быть вниз? — спросил Сумрак. — Нет, вверх. Я три месяца жила у минотавров. Я знаю, — резко ответила Кризалис. Сумрак и Эхо рефлекторно отодвинулись. Почувствовав, что атмосфера снова накаляется, Анон опустил взгляд в стакан: — Ладно, а давайте-ка мы начнём как следует бухать? Джав, Эхо, вы как? Джав наклонился к нему: — Я думал, ты не собирался напиваться сегодня? — Да, думал… Но, судя по всему, трезвым я эту ночь не переживу, — ответил Анон и сделал хороший глоток. — Ну ладно, Сумрак с остальными ночными гвардейцами трезвые, так что ничего. Только сильно не увлекайся. Кризалис ведь нужен… Эээ, сопровождающий, если ты понимаешь, о чём я, — хлопнул его по плечу Джав. — Без проблем, дружище. — Анон повернулся к Кризалис: — Слушай, а вот чисто из любопытства — во что ты превращалась самое странное? — Странное? — приподняла бровь она. — Ну да, что-то совсем не похожее на тебя. Прямо противоположное чейнджлингу. Кризалис закусила губу, задумалась: — Наверное, минотавр. Ходить на двух ногах с такой массивной верхней частью тела было непривычно. Анон сразу оживился: — Т-ты была самкой минотавра, да? Она кивнула в ответ. Он поднял руки, будто обводя грудь в воздухе. — То есть… Ты была массивной сверху, потому что у тебя были… Гигантские буфера? Джав хихикнул, а Сумрак и Эхо уставились на Анона как на сумасшедшего. Кризалис сдержанно усмехнулась: — У той внешности действительно была довольно внушительная грудь, если ты об этом. Анон медленно опустил руки почти до пупка: — Примерно вот такой размер? Кризалис, наблюдая за ним с нарастающим весельем, кивнула: — Примерно. Анон взглянул на свои руки с потрясением: — Святой пони Иисус… Это же… Двенадцатый размер! Мать моя женщина! — У него, клянусь, фетиш на вымя, — пробормотал Эхо. — С таким размером… Как ты вообще ходила? — удивился Сумрак. — Как я уже сказала, дело привычки, — невозмутимо ответила Кризалис. — Кроме того, минотавры, как и принц Анон, предпочитают, чтоб было побольше. Сумрак и Эхо с недоумением покачали головами и снова отпили. Джав придвинул табурет ближе к Анону: — Так значит, даже Селестия с Луной недостаточно пышны для тебя, а? Анон растрепал ему гриву: — Они идеальны, спасибо. Но фантазии никто не отменял. Вот проживёшь всю взрослую жизнь с интернетом и порнухой, тогда и начнёшь мечтать о сиськах-размеров-мама-не-горюй, — рассмеялся он. — «Сиськи мама-не-горюй»? — «Мама»? — «Сиськи»? — в унисон переспросили Кризалис, Сумрак и Эхо, глядя на него с тревогой. — А что? — с вызовом сказал Анон. — Разве мужик не может любить то, с чего он, так сказать, начинал?! Эхо и Сумрак захихикали и отпили ещё. Кризалис же нахмурилась, не понимая, в чём суть. Прежде чем она успела что-то сказать, к Эхо подошла рыжевато-серая пегаска с длинной заплетённой гривой. Она вежливо коснулась его плеча. — Добрый вечер, — поздоровалась она. — Добрый, — ответил Эхо с обаятельной улыбкой. — Я тебя тут увидела с друзьями… Не хочешь потанцевать? Или я могла бы угостить тебя чем-нибудь? Улыбка у неё была тёплая, но вымученная. Каждые несколько секунд она поглядывала на Кризалис — в её взгляде читался страх, прежде чем она снова натягивала дружелюбную мину. Почувствовав это, Эхо кивнул, взял свой стакан кожистым крылом и осушил его залпом. — С удовольствием потанцую с такой прекрасной кобылкой, как ты, — ответил он, вставая со стула. — Только не увеличивай население, пока мы в отпуске, — прокомментировал Сумрак вслед. Эхо закатил глаза и махнул крылом. Сумрак засмеялся, повернулся обратно к компании: — Клянусь, этот жеребец затаскивает кобыл проще, чем кто-либо. А я будто невидимка. — У вас здесь определённо проще, чем было у нас на Земле. Там парни сами должны были подходить к девушкам и звать их на свидание, — отозвался Анон. Сумрак и Кризалис удивлённо подняли брови. — Серьёзно? — переспросил Сумрак. — Всё больше думаю, что твой мир — перевёрнутая копия Эквестрии, — хмыкнула Кризалис. — Странно, да? У вас всё наоборот в плане свиданий. У меня в той жизни никто ни разу не пытался ко мне подкатить… Пока я не оказался здесь. И то… Тот ещё был цирк с конями, — пожал плечами Анон. — Кони? А причём тут вообще кони? — Кризалис приподняла бровь. Анон с Джавом захихикали, а Сумрак закатил глаза. Кризалис с недоумением переводила взгляд с одного на другого. — Это информация строго секретная. Тебе остаётся только гадать, пока я не сдамся и сам всё не расскажу, — сияя, заявил Анон. Кризалис пару секунд смотрела на него без малейшего выражения. Сумрак, прищурившись, наклонился набок. Спустя пару мгновений он залпом допил остатки из стакана и с грохотом поставил его на стойку, отчего все вокруг подпрыгнули. — Ну всё, вижу симпатичную кобылку на третьем этаже. Если что — ищите меня там, — объявил он, расправил крылья и взмыл в воздух. — Веселись! Только без прироста населения! — крикнул ему вслед Джав, и Сумрак фыркнул, исчезая в толпе. — И остались трое, — загадочно произнёс Анон и отпил из бокала. Почти сразу диджей переключил трек, и из колонок зазвучала энергичная электронная музыка. Глаза Джава тут же засияли. — Сделай поправку: нас осталось двое, Анон. Эту песню я обожаю, — сказал он, осушил свой стакан и так же с грохотом поставил его на стойку. С этими словами он спрыгнул со стула и направился к танцполу, где уже вовсю зажигали кобылки и жеребцы. — Ну ладно! Веселись! Только ногу не сломай! — крикнул ему вслед Анон. Когда Джав исчез из виду и рядом больше никого не осталось, Анон быстро допил оставшееся и повернулся к Кризалис с чересчур дружелюбной улыбкой. — Ну что, тебе вообще весело? — спросил он. — Смотря что ты вкладываешь в слово «весело», — парировала Кризалис. Анон поджал губы: — Ладно… Эээ, хотя бы не скажешь, что ненавидишь происходящее? Кризалис вздохнула: — Ну, трое пони тут сбежали при первой возможности. Остальные шарахаются от меня, как от чумы. А ты лихорадочно заливаешься алкоголем, потому что, как мне кажется, впал в нервный срыв, осознав, какую гигантскую ошибку совершил, притащив меня сюда, — холодно отрезала она, в её голосе звучало лёгкое смирение. Анон натянуто засмеялся: — Да ты прямо экстрасенс! — сказал он, затем повернулся к бару: — Можно мне ещё несколько таких же? И пару «Олд Фэшн». Спасибо! — Сейчас, ваше высочество! — раздался голос барменши, которая при этом старалась держаться подальше от взгляда Кризалис. — Спасибо! — Анон снова повернулся к Кризалис. — Ладно, хоть твоя оценка и пугающе точная, но я всё равно считаю, что всё идёт… Ну, относительно неплохо, — сказал он. Кризалис вскинула бровь: — Ах да? И что же тебя наталкивает на такую мысль? Пони до сих пор меня боятся, твои друзья тебя бросили, и ты напиваешься, чтобы не думать об этом всём. Барменша пододвинула к Анону несколько мартини и пару маленьких стаканов с виски. Он обхватил их обеими руками с видом искренней благодарности. — Вот тут ты ошибаешься, Кризи, — торжественно заявил он, пригубив один из напитков. — И в чём же? — с лёгким наклоном головы спросила она. — Потому что ты, наверное, чувствуешь, как во мне бурлят эмоции, да? — Чувствую. Они вопиющие, — вставила она. — Как я и говорил, — продолжил Анон, — я не пью, чтобы напиться. Я пью, чтобы поймать лёгкое опьянение. Оно помогает заглушить тревогу. Кризалис приподняла бровь ещё выше: — Правда? Анон кивнул: — Самая что ни на есть. Ну давай, хватит грустить. Живём один раз! — сказал он и протянул ей один из стаканов виски. Кризалис нахмурилась, глядя на стакан: — Я уже говорила тебе… — Просто попробуй! Ну же, вдруг понравится, — подбодрил Анон, покачивая стаканом перед ней. — Я много раз пила алкоголь, Принц Анон. И я прекрасно знаю, что его пьют не из-за вкуса, а ради эффекта, — с сухостью ответила она. — Да ну, подожди. А что ты вообще пила? — Пиво, — начала Кризалис. — Ну вот в чём проблема! Пиво — это как пить… Мочу. Неудивительно, что ты после этого на весь алкоголь махнула лапой. Попробуй вот это. — Пива мне хватило, чтобы понять, что вкус алкоголя мне не нравится, — уже твёрже отрезала она. — Но ты же не пробовала этот! Этот виски — мягкий, бархатистый. Давай, ну пожалуйста? — снова предложил Анон и изобразил щенячьи глазки. — Что ты сейчас вообще делаешь? — спросила Кризалис, немного отстранившись. Анон продолжил наступление: качал стакан перед ней, надул губы, глядя на неё, будто обиженный жеребёнок. Кризалис почти минуту изучала его, прежде чем обречённо вздохнула и взяла стакан. — Во имя Фауста… — пробормотала она и сделала глоток. — Да! — радостно воскликнул Анон, когда она попробовала напиток. На вкус он оказался дымным, с ноткой древесины, и Кризалис удивлённо распахнула глаза. Виски действительно оказался мягким, как он и говорил, и лёгкое жжение при глотке вызвало неожиданное желание выпить ещё. Она сделала ещё один глоток. И ещё. Анон всё шире и шире улыбался, пока она не отставила стакан. Половины как не бывало. — Ну как? Я же говорил! — радостно заявил Анон, приобняв её за плечи. Тело Кризалис моментально напряглось, её щёки окрасились в едва заметный зелёный румянец — на фоне чёрного тельца, но всё же. Её неожиданно пронзило нечто, что совершенно не подобало королеве — лёгкая нервозность от того, насколько мягкой и тёплой была его кожа рядом с её холкой. Однако века королевской дисциплины сделали своё дело, и она быстро подавила волнение, сменив его на привычную ледяную уверенность. — Признаю, сносно, — сказала она, изучая своё копыто, будто оно было гораздо интереснее собеседника. — То есть… Хочешь ещё? — спросил Анон, отпивая свой коктейль. — Да, — спокойно ответила Кризалис, снова поднимая стакан и делая ещё глоток янтарной жидкости. Между ними завязалась молчаливая дуэль: Анон первый взял стопку и разом осушил — Кризалис последовала за ним в точности. Под треск басов и смену ритмов, когда пони в клубе медленно привыкали к виду королевы чейнджлингов рядом с их принцем, в воздухе что-то изменилось. Напряжение, сковывавшее Анона, таяло с каждым глотком. А Кризалис всё чаще ловила себя на том, что ей начинает нравиться, как он слегка покачивается под музыку. — Так, Хризи… Этот напиток не валит тебя с ног, но… Хоть что-нибудь ты от него чувствуешь? — спросил Анон, осушив третий стакан. — Он помогает заполнить желудок, а значит, я не чувствую голода… Ну, и кроме приятного вкуса и лёгкого покалывания под крыльями — алкоголь на меня почти не действует, — пожала плечами Кризалис. Анон кивнул: — Понимаю. Но ты же говорила, что можешь опьянеть от любви, верно? — он наклонил голову. — Я должна поглотить довольно много любви, чтобы хоть немного опьянеть. Всё-таки я королева чейнджлингов. Но да, это возможно, — ответила она и допила остатки своего напитка. Воспринимая это как вызов, Анон залпом добил свой стакан и постучал по стойке: — Ещё по новой, бармен! — крикнул он. — Пожалуйста. Кризалис вопросительно подняла бровь, наблюдая, как барменша шустро подаёт им новые стаканы и начинает смешивать коктейли прямо на виду. Она бросила взгляд на Анона: тот самодовольно улыбался, скрестив руки на груди. — Эм… Я, конечно, не эксперт по вашему алкоголю, принц Анон… Но тебе не кажется, что пить наравне с существом, которое в принципе не может опьянеть, это… Ну, мягко говоря, глупая идея? — неуверенно спросила Кризалис, глядя, как янтарная жидкость наполняет его бокал. Анон рассмеялся так, что эхом отозвалось в стенах: — О, Кризи, ты меня смешишь. Понячий алкоголь действует на меня в четыре раза медленнее, чем то, что было у нас дома. Даже этот виски — это как… Крепкое пиво, не больше. Да и стаж у меня немаленький, привычка уже выработалась, — хмыкнул он и жестом попросил бармена приготовить ещё. Кризалис приподняла обе брови: — Да неужели? С учётом того, как ты качаешься, будто жеребёнок на выпускном балу? Анон усмехнулся: — Я всегда становлюсь слегка вальяжным, когда пью. А я ведь даже буяню ещё. Вот если бы ты видела меня в те времена, когда я только начал дружить с Джавом… Вот тогда я был лёгким на подъём, — радостно сказал он. Кризалис нахмурилась и задумалась. Но прежде чем успела ответить, её желудок громко заурчал. Совсем не по-королевски. Она округлила глаза, а по щеке пополз заметный румянец. Анон, не услышав урчания сквозь музыку, но заметив её покрасневшую мордочку, склонил голову: — Эм… Всё в порядке? Ты… Эээ… буквально позеленела. Это точно не из-за алкоголя? Кризалис резко покачала головой и спряталась за чёлкой. Правда, её грива была полупрозрачной, так что Анон всё равно прекрасно видел её «красную» мордочку. — Эм, всё нормально. Просто… Я несколько дней не питалась любовью и… Ну… — пробормотала она, и живот предательски заурчал снова. Теперь, обратив всё внимание на неё, Анон наконец сложил два и два: — Оу! Чёрт, точно! Уже три дня, как я тебя не кормил, да? — Всё в порядке. Я в порядке, — поспешно ответила она, хотя её румянец стал ещё сильнее под его обеспокоенным взглядом. — Я пока не на грани обморока, если ты об этом. Анон покачал головой: — Я и не думал, что ты сейчас упадёшь. Но ты не должна голодать. Давай, пора тебя покормить, — он распахнул руки, приглашая её подойти. Кризалис метнулась взглядом по танцующему залу. Пони вокруг веселились и уже почти перестали обращать на них внимание. Это почему-то вызывало у неё чувство спокойствия, но она быстро отогнала мысль и включила разум. — Даже если ты не против, чтобы я питалась твоей любовью, пони вокруг явно будут против. Придётся найти место потише, — сказала она. Анон покачал головой: — Увы, не могу. Мои напитки здесь, и я не уйду, пока не наберу хоть немного градуса, — пожал он плечами и отпил из бокала. Кризалис моргнула: — Ты… Ты ведь не шутишь? Пони боятся меня до чёртиков. Я это чувствую по запаху. Если они увидят, как я поглощаю твою любовь, они решат, что я тебя убиваю. — Могу сделать объявление, мол, всё в порядке и ты меня не трогаешь? — Это не поможет, и ты это знаешь, — закатила глаза Кризалис. — Ладно, сделаем так. Я всё равно собирался перейти на виски. Каждый раз, как я пью стопку — ты берёшь немного любви. Так будет не так заметно. И ты, можно сказать, тоже начнёшь пьянеть, только по-своему. А я не буду чувствовать, что бухаю в одиночестве, — предложил Анон. Кризалис уже открыла рот, чтобы возразить, но её желудок зарычал особенно громко. За этим последовала такая мощная волна голода, что она едва не упала. — Ты… Ты ведь понимаешь, что чейнджлинг, опьяневший от любви — это не то же самое, что пони, пьяный от алкоголя? — с трудом выговорила она, пока Анон помогал ей сесть ровнее. — Да справимся как-нибудь, — уверенно ответил Анон и протянул кулак. — Ну, как тебе идея? Кризалис долго смотрела на его кулак, сжав губы. Но очередной голодный рык окончательно склонил чашу весов. Она осторожно стукнула копытом по его кулаку и слабо улыбнулась: — Только пообещай, что скажешь, если тебе станет плохо, ладно?