Глава 18: Знакомство с "новыми" жителями

Торакс заморгал, глядя на Луну, когда та склонила голову с уважением, стоя перед ним. Он бросил взгляд на Кризалис — судя по её мордочке, королева была так же сбита с толку, как и он. Несколько мучительно долгих секунд тишины повисли в воздухе, под тяжестью взглядов тысячи чейнджлингов, наблюдавших за ними с любопытством и тревогой. И тогда он, наконец, ответил: — Эм… Может, мы могли бы… Поговорить в более уединённом месте? — спросил Торакс, голос его едва был слышен в огромной пещере. — Конечно, — кивнула Луна. — Хочешь пойти с нами? — Она раскрыла крыло, указывая на лестницу за спиной. Торакс нервно сглотнул и оглянулся на дом за собой. — Эм… может, вы зайдёте ко мне в комнату? Она совсем простая… Не для знати, конечно, но… Он замялся, нервы явно брали верх. — Я буду только рада, Торакс. Не стоит беспокоиться о формальностях, — с мягкой улыбкой ответила Луна. Торакс кивнул и повёл небольшую группу к ближайшему строению. Он открыл дверь и пригласил Луну и свою королеву внутрь, но заметно напрягся, когда за ними вошли два стража-фестрала. Луна заметила, как в глазах чейнджлинга мелькнул страх, но тот быстро исчез — будто Торакс понял, что это не те, кого он ожидал. Внутри он провёл гостей в просторное помещение, которое называл своей комнатой. Луна с интересом осматривала дом: на стенах висели рисунки и картины, прикреплённые какой-то зелёной пастой. Несмотря на ограниченные ресурсы и отсутствие должного образования, работы были удивительно хороши. Некоторые были выполнены в технике, которую она сразу узнала — и это вызвало у неё тёплую улыбку. — Это твои работы? — спросила Луна, рассматривая одну из картин, пока Торакс кланялся Кризалис. — О! Эм, да! Я попросил у стражников немного бумаги и красок — и они принесли! Я так удивился, что сразу начал рисовать. Я… Понимаю, они не особо хороши, но… — Вовсе нет. Это замечательные картины, Торакс. Признаюсь, вот эта особенно мне по душе, — сказала Луна, указывая на изображение Торакса рядом с двумя королевскими гвардейцами. Все трое улыбались. Торакс смутился, зелёный румянец вспыхнул на его щеках. — О-о, ну… Спасибо. Я делал их копытом, так что линии немного корявые, но стараюсь. Это были двое дневных стражников, которые хорошо ко мне относились, — ответил он, улыбаясь, хоть и неловко. — Рада это слышать. Я и сама немного рисую. Когда снимем с вас магические кольца, может, покажешь мне, на что способен по-настоящему? — предложила Луна, искренне улыбаясь. — О, с удовольствием! Спасибо вам, принцесса! — просиял Торакс. Луна кивнула: — Конечно. А теперь — к тому, зачем я сюда пришла… — Эм, н-не стоит, принцесса. Это всего лишь кошмар. У меня они часто бывают. Ничего страшного, — заторопился он, но тут же опомнился и почтительно поклонился. Луна выпрямилась и покачала головой: — Торакс, я не могу с чистой совестью принять такой ответ. Кошмар прошлой ночью… Это было про вторжение, не так ли? — спросила она, делая шаг вперёд. Торакс неуверенно кивнул: — Э… Это было… К-как Вы… Он вдруг широко распахнул глаза. — В-вы там были! Это правда были вы! Луна сдержанно кивнула: — Да. Я не сразу поняла, что это твой сон. До сегодняшнего утра я вообще думала, что чейнджлинги не видят снов. Я поступила бездумно, действуя, как привыкла с пони… И ты пострадал из-за этого. Из-за меня. Торакс безуспешно пытался подобрать слова, но всё, что он смог — это встретиться с её взглядом, полным раскаяния. И вдруг почувствовал облегчение. Он выдохнул с облегчением и чуть улыбнулся. — Я понимаю… И я не могу передать, как много для меня значит, что вы пришли сюда — ради такого, казалось бы, пустяка. Я… Честно говоря, и не думал, что вам не всё равно. Эти слова заставили Луну вздрогнуть. — Я… Не была самой радушной хозяйкой, это правда. С тех самых пор, как на свадьбе произошло вторжение, я не доверяла вашему народу. Сны пони были наполнены ужасами того дня, и, как принцесса снов, я особенно остро ощущала их боль… Я старалась изо всех сил всё исправить, но теперь понимаю, что всё было взаимно. Я хочу загладить свою вину… Найти способ исправить то, что натворила — не только тебе, но и всему твоему народу. Я даже не подумала, что вы можете видеть сны… Торакс был потрясён её искренностью. Он не знал, что сказать. Лишь приложил копыто к груди и чуть поклонился, выражая благодарность. Молчание прервала Кризалис, подошедшая ближе: — Ты собираешься теперь заглядывать в сны всех моих чейнджлингов? Луна кивнула: — Да. Я не смогу охватить всех за одну ночь, но хотя бы начну. Они теперь тоже граждане Эквестрии. Не должны же они страдать даже во сне. Кризалис с одобрением кивнула: — Благодарю. Это очень по-доброму. — Не стоит благодарности. Жаль только, что я не сделала этого раньше, — улыбнулась Луна. — Принцесса? — раздался голос Киовы с другой стороны. — Да? — обернулась Луна. — Сейчас почти одиннадцать утра. — Ах, благодарю, Киова. Нам пора… Но вдруг в дверях послышался другой, более звонкий голос: — Торакс! Я вернулась! — воскликнула Оцелус, входя в комнату и почти врезаясь в Топа. Маленькая чейнджлинг в ужасе замерла, её глаза стали круглыми, как луна, когда она уставилась на фестрала. Она отступила на шаг, её крылья затрепетали — она была готова бежать. — Оцелус, прошу, успокойся, — вмешалась Кризалис, и, как по команде, крылья девочки замерли. Она медленно повернулась к своей королеве, в глазах — растерянность. — Это не те самые близнецы-фестралы, Оцелус. Всё хорошо. Здесь Принцесса Луна, — успокоил её Торакс, отчего Луна и оба стража подняли брови. Оцелус облегчённо вздохнула: — О, ну тогда ладно. Я на секунду испугалась до смерти. — Близнецы-фестралы? — переспросила Луна, глядя на неё и Торакса. — Те двое, кого ты назначила к принцу Анону. Сумрак и Эхо, — пояснила Кризалис. Луна кивнула, глаза её расширились: — Ах, понятно, — затем она резко повернулась к Тораксу. — Те тёмные фигуры в твоём сне — это были Сумрак и Эхо, верно? — Сон? — Оцелус снова склонила голову набок. — Я-э… Д-да, принцесса, — признался Торакс, смущённо потирая копыто о копыто. Луна тяжело вздохнула: — Понимаю… Мне жаль это слышать. Я не знаю, смогу ли как-то изменить твоё мнение о них, но Сумрак и Эхо больше не представляют угрозы. Больше их бояться не нужно. — На удивление, с ними было даже приятно. Да, они были подозрительными до крайности и всю ночь были на взводе, но вовсе не чудовища, какими вы их себе представляли, — добавила Кризалис, заставив всех в комнате обратить на неё внимание. Луна не могла поверить своим ушам. Топ и Киова тоже переглянулись. Но более всех был потрясён Торакс. — Что?.. Но… Моя королева, Вы… Провели с ними ночь? — Да. В конце концов, Торакс, они — просто пони. Всё, что они сделали, было следствием моих решений. Если ты хочешь кого-то винить за те смерти — вини меня. Они были всего лишь орудием в моих копытах, которым я по глупости ранила наш улей, — ответила она, чуть склоняя голову. — Нет, нет, нет! Это не ваша вина! — запротестовал Торакс, но Кризалис подняла копыто, останавливая его. — Я не прошу сочувствия, Торакс. Я хочу, чтобы ты смог идти дальше. Если ты будешь всю жизнь бояться соседей, будет куда сложнее влиться в их общество. Принцесса Луна поможет тебе со снами. И хотя я не могу простить тех двоих за то, что они сделали… Думаю, мы не должны больше их бояться или ненавидеть. Это только усложнит наш путь вперёд, — сказала Кризалис, и в комнате воцарилась тишина. Луна моргнула, глядя на королеву чейнджлингов, и тяжело вздохнула. — Ну, я, кажется, выполнила свою часть. Пойду проверю, как там принц Анон, и разберусь с тем, что велит мне Селестия. Ты справишься без меня? — обратилась она к Луне. — Думаю, да. Спасибо, Кризалис. Честно говоря… Я не ожидала от тебя такого, — призналась Луна. Кризалис улыбнулась: — Видимо, твой муж на меня влияет, — ответила она и, развернувшись, вышла, оставив Торакса, Оцелус, Луну и двух фестралов. — Торакс, что вообще происходит? — спросила Оцелус, глядя вслед королеве. — О, ничего особенного. Принцесса Луна пришла помочь с моими кошмарами, — ответил он, приглашая её сесть рядом. Оцелус устроилась рядом, её глаза загорелись, когда она посмотрела на Луну. — Вау… Принцесса Луна. Я видела Вас, когда нас сюда привели, но ни разу не удавалось поговорить. На её мордочке появилась милая, искренняя улыбка. Луна не смогла не улыбнуться в ответ. Она тоже опустилась на круп напротив двух чейнджлингов. — Что ж, приятно наконец познакомиться. Жаль, что мы не встретились раньше. Вы двое… — Она замолчала, давая им шанс продолжить. — О, мы из одного выводка, — пояснил Торакс. — То есть сиблинги. По-понячьи это значит «братья и сёстры», — добавила Оцелус и весело толкнула Торакса локтем в загривок. Луна улыбнулась: — Понимаю. Что ж, тогда рада познакомиться с вами обоими по-настоящему. Скажи, Оцелус, как тебе Эквестрия? Она задала вопрос искренне, с настоящим интересом. Пока Оцелус взволнованно рассказывала ночной принцессе обо всём, что ей понравилось, сама задавая кучу вопросов, Топ и Кайова стояли у дверей. Второй бросал взгляды на часы на копытах. — Ну всё… Будет ещё одна долгая смена, — беззвучно «буркнул» он товарищу. — Ага. Ты же знаешь, если Луна завела разговор с детёнышем — всё, она не отстанет пару часов, — так же тихо ответил Топ. — Хотя, надо признать, для жука она довольно милашка, — ухмыльнулся Кайова.

***

Селестия лениво перебирала в магическом поле стопку писем и документов, пока Анон мирно спал, прижавшись к её боку. Его голова уютно устроилась у неё на груди, а корона — единственная часть регалий, которую она оставила на себе — едва блестела в полумраке. Им так было удобнее всего: она лежала на боку, а он обнимал её живот, устроившись, словно большой плюшевый мишка. Рядом, не особо скрывая завистливый взгляд, сидела Твайлайт. Несколько бумаг мерцали в её магентовом ореоле. — Как думаешь, пони скоро начнут лучше относиться к чейнджлингам? — спросила она. В тишине тронного зала её тихий голос прозвучал в три раза громче обычного. Селестия покачала головой: — Это целый процесс, Твайлайт. Не уверена, что пони когда-либо по-настоящему примут чейнджлингов в своё общество, но мы можем лишь подавать пример и надеяться на лучшее. Твайлайт вздохнула: — Как Анон вчера? Селестия еле заметно кивнула, чтобы не разбудить его: — Ты, значит, прочитала вторую страницу газеты? Она бросила косой взгляд на бывшую ученицу. — Прочитала. Честно говоря, я удивлена, что это не попало на первую. Столько пони сообщили, что Кризалис сбежала и устроила дебош в барах среднего округа — выглядит не слишком красиво, — ответила Твайлайт, покачав головой. Селестия улыбнулась: — Значит, ты не читала вторую страницу, — сказала она. Твайлайт заморгала: — Ч-что? Я же только что сказала, что читала её! Селестия едва не рассмеялась: — Я помню, ты зачитала мне заголовок. Но тебе стоит прочитать весь материал. В этом и кроется подвох: авторы рассчитывают, что читатель дальше заголовка не пойдёт. Сейчас журналисты постоянно пытаются протолкнуть какую-нибудь повестку. И античейнджлинговая — совсем не новость. Твайлайт тут же притянула газету. Она нахмурилась, перелистнула страницу и пробежала статью глазами: Ужас в среднем округе — королева чейнджлингов Кризалис появилась на публике без предупреждения. Десятки пони сообщили о её побеге и разгуле в популярных заведениях, таких как «Силос». Однако после расследования почти все заявления оказались ложными. Королева находилась под охраной принца Анонима и его свиты, и, похоже, они просто устроили ей вечерний выход. Некоторые посетители даже заявили, что она была вежлива и обходительна! Пока неизвестно, знали ли королевские сёстры об этих проделках, но после полуночи жалобы перестали поступать. Можно предположить, что королеву вернули в замок после не самого тёплого приёма в «Столпах». Твайлайт подняла глаза на Селестию, растерянная: — Я чего-то не понимаю. Тут написано примерно то же, что и в заголовке. — Есть уточнение. Уже в третьем предложении автор признаёт, что обвинения оказались ложными. А в пятом — что она вела себя вежливо. — Селестия улыбнулась. Твайлайт снова взглянула на текст: — И что это меняет? Пони читают только заголовки. — Это значит, что прогресс всё-таки есть, Твайлайт. Пони видели, как она себя вела, и сами об этом рассказали. Они увидели Анона рядом с ней, не в панике, не с охраной наготове, а просто… Рядом. И задумались: а может, она не такая уж и ужасная? Это займёт время — может, даже века. Но прогресс есть, даже если маленький, — пояснила Селестия. Твайлайт кивнула, медленно: — Понимаю. Надо бы начать читать новости чаще, да? Она смущённо потёрла переднюю ногу. Селестия усмехнулась: — О, Твайлайт, я бы не поставила все свои битсы на «Кантерлотская Правда». Половина там — мусорное мнение, а вторая половина — просто мусор. Но порой и среди хлама встречаются жемчужины. Хотя бы читай несколько источников. «Найтингейл Инкуайр» пишет точнее, но туда вечно приплетают политику. Если хочешь быть лидером — тебе надо знать картину с разных сторон, а не с одной. — Поняла. У тебя «Найтингейл Инкуайр» остался? Селестия протянула ей чёрную газету с белыми буквами. Твайлайт тут же схватила её и углубилась в чтение. Прошло всего несколько минут, как в тронный зал вошла Кризалис, и Селестия тут же обратила на неё внимание. — А, Кризалис. Как прошёл разговор с Луной? Кризалис пожала плечами: — Говорит, испортила Тораксу кошмар и пришла извиниться. С такой серьёзностью рассказывала, будто на него напала. Не понимаю, зачем столько шума из-за какого-то сна. Селестия улыбнулась с сочувствием: — Луна очень серьёзно относится к снам. И, как я заметила, это даёт удивительные результаты. После её возвращения и возобновления работы пони стали просыпаться с улыбкой. Это показало мне, насколько важен здоровый сон. Я сама такого дать не могу. А вот Луна творит чудеса. Кризалис кивнула: — Хм… Тогда, наверное, это и правда хорошо. Она предложила помогать моим чейнджлингам с кошмарами, как и остальным пони. Я… Благодарна ей за это. На её мордочке появилась лёгкая тень улыбки. — Уверена, и ты, и улей почувствуете разницу, — ответила Селестия, а затем посмотрела вниз, на всё ещё уютно устроившегося Анона. — Луна ещё может вводить других пони в чей-то сон. Это чудесный способ справиться с особенно вредным кошмаром… Или по… Другим причинам. Щёки принцессы чуть заметно порозовели. Кризалис хмыкнула, усмехнувшись: — Уверена, вы с этим отлично разобрались во время медового месяца. — Что ты имеешь в виду? Разве у Анона были кошмары на медовом месяце? — вмешалась Твайлайт, сбитая с толку. Кризалис и Селестия с трудом удерживали серьёзные мордочки, глядя на непорочно-невинное выражение сиреневого аликорна. Но прежде чем они рассмеялись, по залу прокатился глухой стук в двери, привлекая всеобщее внимание. Двери тронного зала отворились, и внутрь вошёл курьер — пони в зелёном шёлковом костюме с коричневыми седельными сумками. — Назовите цель визита, — потребовал один из стражников. Прежде чем пони успел что-либо сказать, Селестия окликнула стражу: — Всё в порядке, я его знаю. Пропустите. Оба стражника, не сказав ни слова, отдали честь и вернулись на свои места. Курьер с пританцовывающей грацией проследовал к трону, затем резко остановился в паре шагов от Кризалис и отвесил низкий поклон Селестии. — Ваше Высочество, принцесса Селестия Эквестрии, я доставил письмо для вас, вашего супруга и королевы Кризалис, — торжественно объявил он. Селестия приподняла бровь: — И от кого же это письмо, Грин Ти? — спросила она с любопытством. — От леди Флёр де Лис и сэра Фэнси Пэнтса, Ваше Высочество, — ответил он с достоинством. Селестия наклонила голову: — Я думала, ты на службе у леди Серенити? — Так и есть, Ваше Высочество. Это личная просьба сэра Фэнси Пэнтса, я лишь исполняю одолжение, — пояснил курьер ровным голосом. — Понятно. Ну что ж, давай посмотрим, что там, — кивнула Селестия. Грин Ти достал письмо из сумки и передал его Селестии. Та с удовольствием подхватила его своей магией, вскрыла конверт и развернула бумагу. Она чуть прищурилась, пробегая глазами строчки, в то время как Твайлайт и Кризалис исподтишка пытались подглядеть текст. Дорогая принцесса Селестия, Надеюсь, это письмо застанет вас в добром здравии. Моя жена и я (да и вся Эквестрия, полагаю) с нетерпением ждём появления малышей, когда вы с принцессой Луной наконец доносите их. Но должен признаться, что цель моего письма вовсе не вежливые приветствия — у меня на душе два вопроса, о которых хочется поговорить. Во-первых, хочу выразить искреннее удивление — и, надо сказать, весьма приятное — по поводу того, что королева Кризалис составила нам компанию вчера вечером. Я до сих пор прихожу в себя после похмелья, а бедняжке Флёр завтра на фотосессию… Боюсь, сегодня я буду только мешать ей, но, откровенно говоря, радость моя всё равно перевешивает вину. Прошлый вечер был самым весёлым за многие годы, и я обязан поблагодарить не только Анона, но и саму королеву. Не знаю, чего именно я ожидал, когда услышал, что она присоединится к нам, но в итоге она оказалась восхитительной собеседницей и на удивление обаятельной. Уверен, принцесса Твайлайт и Анон уже передали Вам, что мы с Флёр сначала с осторожностью отнеслись к идее принятия чейнджлингов в наше общество. Мы и тогда сказали, что готовы дать им шанс, ведь полностью доверяем вам. Но после вчерашнего я просто не могу не выразить свою полную, безоговорочную поддержку. И вот мы подходим ко второму пункту. Я понимаю, что королева Кризалис сейчас борется с общественным мнением о себе. Если судить по вчерашнему вечеру, то многие пони всё ещё не рады её видеть. Вы, должно быть, уже читали сегодняшнюю газету. Прогресс в умах и сердцах кантерлотцев есть, но ему нужно помочь. И вот как именно мы можем это сделать: завтра утром, с первыми лучами солнца, Флёр и я улетаем на фотосъёмку. Мы бы с радостью пригласили королеву Кризалис принять участие в каталоге «Жадо», который отправляется в печать на этой неделе. Съёмка займёт всего один день, так что багаж собирать не придётся. Если кто и может изменить восприятие пони, так это моя Флёр. Её влияние таково, что мнение всей Эквестрии может измениться буквально за ночь — если Кризалис согласится. Простите за спешку, но я просто не мог не отправить письмо, как только смог сидеть безо льда на голове. А это, к сожалению, заняло больше времени, чем хотелось бы. Если вы получили это письмо, прошу сообщить как можно скорее. Я с радостью помогу, чем смогу. — Ф.П. — Благодарю за доставку, Грин Ти, — произнесла Селестия, материализуя перо и лист бумаги. — Дай мне пару минут, я напишу ответ для Фэнси. — Разумеется, Ваше Высочество. Я с радостью передам его, — кивнул Грин Ти, кланяясь ещё ниже. — А что в письме? — спросила Кризалис, с интересом поглядывая на пергамент. Селестия взглянула на неё с самым невинным выражением: — О, ничего особенного. Только один вопрос… Ты когда-нибудь работала моделью?