Пролог

      Когда ты очнулся, единственное, что ты помнишь, — это смерть.       Треск, когда твое тело ударилось об лед, был громче зенитного огня. Холод, который вытеснил все дыхание из твоих легких. Вода, которая затопила их, когда ты в шоке вдыхаешь. Ты тяжело упал, но приземлился невесомым, мир вокруг тебя стал белым, пока ты дрейфуешь, слишком холодно, чтобы плавать, слишком холодно, чтобы дышать. Слишком холодно для всего, кроме смерти.       Ты не знаешь как, но ты был уверен, что умираешь. Раньше все всегда было по-другому — хотя ты и не можешь вспомнить, как именно выглядело это “раньше”. Раньше ты флиртовал со смертью, как пьяный в баре, безрассудно и легкомысленно, но без намерения проводить ее до дома. Ты стоял на острие ножа. Высасывал последний шанс за шансом до мозга костей. Они были бесконечны. Пока они не закончились.       Но ты не был мертв, не так ли? Тогда что же это?       Глаза затянуты коркой, и когда ты открываешь их, свет обжигает. Призрачные облака застилают уголки твоего зрения, туман собирается и обретает плоть. Призраки пришли забрать тебя. Ты не можешь вспомнить их имен. Но ведь когда-то у тебя наверняка были мать и отец. Возможно, это они манят тебя переступить порог, протягивая руки. Может быть, друг, который не пережил детства — у каждого есть такой друг? Первый раз, когда ты узнал, что люди правда умирают, и вещь, которую стоит бояться, это не потеря, а утрата. Может быть, эти призраки - солдаты. Ты помнишь солдат. Может это они, твои братья, сгинувшие в глубоких, ледяных водах до тебя, теперь ждут на другой стороне.       Призраки носят белые колпаки, их лица прикрыты. Ты не видишь их глаз, лишь свет над головой отражался в них. Он преломляется в стеклянных бутылках, висящих над тобой, длинные трубки свисали с них, как хвосты воздушных змеев, прежде чем исчезнуть под твоей кожей.       Ты чувствуешь, как их содержимое вливается в тебя, и твое тело сопротивляется дополнительному весу. Твою грудь сжимает спазм, похожий на те, что возникают от холода. Внезапно ты снова в воде.       Ты боишься, но не знаешь почему.       Ты хочешь бороться, но не знаешь с чем.       Ты не уверен, что можешь, даже если попробуешь. Твои конечности не кажутся своими. Все твое тело - чужой ландшафт, коварный в своей необычности. Боль возникает в тех местах, которых не существует. Слабость в мышцах, которые никогда не расслабляются. Вода ушла, но холод остался.       – Как тебя зовут? - спросил призрак.       Ты не видишь своих ног, но пробуешь ими подвигать. Это как пытаться пробиться сквозь толщу льда.       – Ты понимаешь меня? – спросил призрак, и ты понимаешь. Ты понимаешь его, но все еще не можешь пошевелить ногами. Ты пробуешь руки, но только одна из них подчиняется. Твой кулак сжимается, разжимается и снова сжимается.       Это твой?       Кулак. Рука. Ты пробуешь посмотреть, но что-то держит твою голову на месте, свет все еще слепит в глаза. Ты хочешь встать – ты всегда думал, что умрешь на ногах, поднявшись на встречу пуле. Но вот ты здесь, тонешь в свете и полный воды, и у тебя нет ничего, кроме руки, которая тебе не принадлежит.       – Как тебя зовут? – призрак спрашивает снова, и ты знаешь ответ.       Не говори, думаешь ты, и сжимаешь челюсть, пока не почувствуешь боль. Все твое тело дрожит от усилий, которые стоят не отвечать, чтобы удержаться на плаву, когда было бы гораздо проще сдаться и позволить себе утонуть.       – Почти закончили, – говорит призрак, и ты чувствуешь успокаивающее прикосновение пальцев к своему лбу, откидывающих назад волосы.       Кто-то другой это делал однажды. Кто-то другой с нежностью касался твоих волос, но, когда ты тянешься к воспоминанию, там оказывается лишь пустой воздух. Ты можете почувствовать отсутствие того, кто когда-то занимал это место внутри тебя. От обширности этой пропасти перехватывает дыхание. Твое сердцебиение замирает, дрожь отражается в нарастающем электронном писке.       – Назови мне свое имя, – сказал призрак.       Лед треснул под тобой. Вода, пенящаяся и усеянная ледяными осколками, устремляется внутрь, и с ней невозможно бороться. Ты не можешь плавать. Ты не можешь ждать прилива, который никогда не сменится, и, насколько ты можете видеть, это не просто вода. Это еще дальше. Это все, что осталось. Захлебываясь холодной водой, ты выдыхаешь свой ответ, глотая каждое слово, словно оно ледяной остроугольный фрактал:       – Я не знаю.       – Хорошо, – ответил призрак. – Хорошо, это прекрасно.