Часть 224

Глава 224

— Очоку! Серебряный Топор! Джон! А ну... выметайтесь сюда, ублюдки! Вместе с дерзким криком исполинский слэш, прорвавшись сквозь плотные ряды вражеских кораблей, устремился к острову Хатиносу. На своём пути он без малейшего сопротивления рассекал всё — и пиратов, и их корабли. На мгновение казалось, будто весь мир замер, словно кто-то нажал на паузу. Непрекращающаяся канонада стихла, крики битвы и даже шум морских волн умолкли. Все застыли на месте, ошеломлённо глядя на морской путь, прорубленный ударом меча. И вот, на глазах у всех, этот слэш наконец достиг края острова Хатиносу. Когда он уже был готов обрушиться на остров, кто-то наконец опомнился. Этот человек громко закричал, надеясь, что кто-нибудь выйдет и остановит этот грандиозный удар. Но все они были обычными людьми, вышедшими в море ради наживы и развлечений. Кто же пожертвует собой по доброй воле? Вышли в море, денег толком не награбили, удовольствия особо не получили, так с какой стати рисковать жизнью? Тем более, что даже если рискнёшь, хорошего исхода всё равно не предвидится. Именно в тот момент, когда этот человек был в отчаянии, с острова вылетел ответный удар. С молниеносной скоростью он столкнулся со слэшем Барбоссы. Оглушительный грохот сотряс небо и землю. Словно по щелчку выключателя, мир снова ожил. Однако на этот раз криков битвы уже не было слышно, взрывы почти прекратились. Плотные ряды пиратских кораблей начали осознанно отходить от центра. Некоторые корабли, оказавшиеся слишком близко, в попытке поскорее убраться, даже начали атаковать соседние или стоящие впереди суда. Не можешь справиться с врагом — справься со своими? Глядя на эту хаотичную сцену, Барбосса расплылся в улыбке. Посмотрите-ка, и эти противники смеют называть себя его врагами? — Барбосса, ты что, смерти ищешь?! В разгар его самодовольства яростный рёв пересёк море и достиг ушей Барбоссы и его команды. Пронзив взглядом беспорядочное скопление пиратских кораблей, они увидели троих, стоявших на краю острова и гневно смотревших на них. — Ха-ха-ха, Очоку, наконец-то ты выполз! А я-то уж думал, ты испугался и, узнав о моём приходе, и трусливо сбежал. Слова, полные язвительной насмешки, долетели до ушей троицы на том берегу, что ещё больше разозлило этих высокомерных пиратов. Когда-то они были офицерами в команде, которая почти объединила всё море. И пусть сейчас они немного сдали позиции, но они не были теми, кого какой-то выскочка вроде Барбоссы мог бы безнаказанно оскорблять и высмеивать. Если сегодня они не поставят его на место, то как же «Троица с Хатиносу» сможет сохранить лицо в этом море? Они переглянулись, и каждый понял мысли другого: «Убить его?» «Убить!» «Необходимо убить его!!!» Внезапно Очоку, который только что стоял на месте, метнулся и полностью исчез из виду. Не успели остальные среагировать, как сверху обрушилось мощное убийственное намерение. Фигура, стоящая в воздухе спиной к солнцу, держала в руках огромную снайперскую винтовку, похожую на косу Смерти, и целилась в пиратский корабль внизу. БАХ! Оглушительный выстрел пронзил небо и море. Пуля, оставляя за собой огненный шлейф, пронзила воздух и с неостановимой силой устремилась к кораблю внизу. По сравнению с кораблём, эта пуля была настолько мала, что её почти не было заметно. Казалось, даже попав в корабль, она не нанесёт ему большого вреда. Но, как ни странно, все на борту приготовились к худшему. — Не думал, что у этого вышедшего в тираж старого пирата ещё есть такой козырь в рукаве, — с восхищением произнёс Чигур. Он и сам был мастером стрельбы и понимал, что сила этой пули заключалась не только в ней самой. В ней была сконцентрирована вся мощь Очоку. В этот момент это была уже не просто пуля, а снаряд в форме человека, наделённый всей силой Очоку и способный разорвать всё на своём пути. — К сожалению, он нарвался на меня. Чигур с улыбкой взмахнул рукой, и на пути пули появился сине-фиолетовый портал. Он постоянно манипулировал им, заставляя его двигаться, увеличиваться или уменьшаться. Как сильный стрелок, он прекрасно понимал, что такой же мастер, как он, никогда не позволит своей пуле лететь прямо в цель. И действительно, как только пуля приблизилась к порталу, она резко изменила траекторию, пытаясь его обойти. Но Чигур, который был к этому готов, тут же заставил портал окружить пулю. Поняв, что прорваться уже невозможно, энергия, заключённая в пуле, перестала скрываться и мгновенно взорвалась. БУМ! Мощнейший выброс Хаки заставил весь портал содрогнуться. Спокойная улыбка на лице Чигура сменилась серьёзным выражением. Сила Очоку, хоть и казалась на первый взгляд обычной, но его Хаки, закалённое в сотнях битв, определённо было одним из сильнейших в этом море. Особенно учитывая, что он когда-то служил под началом единственного властелина морей, Рокса Д. Шебека — человека, владевшего всеми продвинутыми формами и методами тренировки трёх видов Хаки. Любой, у кого был хоть какой-то талант к тренировкам, мог, используя эти знания, стать могущественным пользователем Хаки. Портал, созданный силой Дьявольского Фрукта, который раньше поглощал и перемещал всё без разбора, столкнувшись с высокоуровневым Хаки, испытал трудности. Под его напором портал едва не рассыпался. — Хмф! — фыркнул Чигур. То ли он был недоволен своей способностью, то ли почувствовал некоторое давление, отражая атаку противника, но он убрал улыбку и полностью сосредоточился на контроле портала. Пока они были в патовой ситуации, Очоку уже покинул небо и снова появился на острове Хатиносу. Не то чтобы он не хотел нанести ещё один удар, просто в тот выстрел он вложил всю свою энергию и дух. В ближайшее время нанести второй такой же удар было бы невозможно. А обычные выстрелы, как они могли навредить кораблю, полному врагов, которые уже были начеку? Более того, он заметил, что несколько человек на том корабле уже уставились на него. В тот момент он почувствовал, как волосы у него на затылке встали дыбом. Если он немедленно не уйдёт, и эти люди его настигнут, он погибнет первым. Как снайпер, Очоку профессионально чувствовал опасность. Жаль только, что его атака не принесла особого результата. Это был его коронный приём, который он разрабатывал очень долго, — убийственный удар, достойный снайпера. Такие снайперы, как он, с самого начала казались предназначенными лишь для вспомогательной роли в битвах высшего уровня. Сами по себе они редко могли нанести врагу смертельный удар, им всегда нужен был напарник. Но после распада Пиратов Рокса, высокомерный Очоку, как он мог смотреть на этих обычных пиратов-новичков? Поэтому он решил остаться на Хатиносу и не расширять свои владения. Не потому что не хотел, а потому что его боевой стиль и способности не позволяли ему с лёгкостью крушить всё на своём пути, даже при том, что он был действительно силён. Чтобы преодолеть это ограничение, Очоку долго мучился и много исследовал. И вот, наконец, он кое-что придумал. Но первое же применение столкнулось с таким же снайпером, как Чигур, чьи способности, к тому же, были крайне эффективны против снайперов. Это очень разозлило Очоку. — Ты отдохни, это всего лишь обычный пират. Мы сами разберёмся, — сказали Серебряный Топор и Джон, держа в руках своё оружие. Особенно Джон, чьи глаза горели от возбуждения. Он не был любителем сражений, но он прекрасно знал, какие несметные богатства находятся на том роскошном пиратском корабле. Капитан Джон любил деньги больше всего на свете. — Да, будьте осторожны, — кивнул Очоку. В его глазах мелькнул странный огонёк, когда он смотрел на двух своих компаньонов, которые, подняв оружие, бросились к пиратскому кораблю вдали. На его губах появилась едва заметная насмешливая ухмылка. Возможно, эти двое действительно смотрели на него свысока. Возможно, они и вправду считали, что он выпал из высшей лиги сильных бойцов. Его поддержка, по их мнению, казалась бесполезной. «Но мне плевать на вас. И даже когда вы умрёте, я сожгу на ваших могилах побольше денег». Как снайпер, он не мог не обладать зорким зрением. Только что он отчётливо разглядел всех, кто стоял на том пиратском корабле. И в его голове мгновенно всплыли их настоящие личности. «Пираты-Злодеи не распались, их главарь всё ещё жив, и они начинают экспансию!» — это была первая мысль Очоку. Затем его охватил страх. Если это они, то уйти отсюда живым будет, пожалуй, нелегко. Но когда он увидел их пренебрежительные взгляды, в его голове возникла не злость от того, что его недооценивают, а, наоборот, некоторая радость. То, что они его презирали, означало, что они не станут сражаться с ним в полную силу. А это давало Очоку шанс разработать план, как уйти отсюда живым. «Так что, мои дорогие товарищи, мои славные союзники, постарайтесь продержаться подольше и выиграть для меня достаточно времени, чтобы я смог сбежать». С этими словами фигура Очоку снова мелькнула и исчезла с берега. Но битва в открытом море уже привлекла всеобщее внимание. Исчезновение Очоку никто не заметил. Вокруг «Чёрной Жемчужины» четыре фигуры непрерывно сталкивались и расходились. Свет клинков, мощь топора, запах крови и леденящий холод — четыре разные энергии переплетались, создавая завораживающее зрелище. Но за этой ослепительной красотой скрывалась смертельная опасность: малейшая неосторожность — и тебя мгновенно разорвёт на куски. — М-да, у этого мальчишки Мории боевого опыта всё же поменьше, чем у Буллета. И способности своего фрукта он, похоже, развил не слишком глубоко. Чтобы использовать их в бою, ему ещё многого не хватает, — вынес свой вердикт Чигур. Гильза от той пули уже лежала у него на ладони. Он вертел в руках ещё тёплый металл. Убойная сила той атаки была, несомненно, велика, но в конечном счёте это была всего лишь пуля. А Чигур слишком хорошо знал, как укротить пулю, лишившуюся контроля своего хозяина. Да, без Очоку эта пуля в глазах Чигура была не более чем бездомной собачонкой, потерявшей защиту хозяина. Достаточно было её немного погладить, и она легко покорилась. Вот только это была уже выстреленная пуля, она полностью лишилась своей души. Конечно, можно было бы снова наполнить её душой, но подойдёт ли эта душа к этой гильзе — большой вопрос. Да и у Чигура не было ни желания, ни намерения этим заниматься. — Пусть набирается опыта, — сказал Барбосса, глядя на поле боя. — В этом походе у нас недостатка в битвах не будет. Не только с пиратами, но и с Дозором, и с Мировым Правительством. Думаю, они нас тоже в покое не оставят. Эти двое получат достаточно тренировок. Он прекрасно понимал, сколько врагов навлечёт на себя, устроив такой шумный поход. Но что с того? Разве он, Барбосса, когда-нибудь боялся врагов? Сукуна же с некоторым безразличием смотрел на битву. После стольких сражений с Шарлоттой Линлин, хоть он каждый раз и проигрывал, спасаясь бегством, подобные бои уже не производили на него впечатления. Даже если эта так называемая «Троица с Хатиносу» объединится, ему одному будет трудно с ними справиться. После того, как его сбросили в море, Сукуна был тяжело ранен и в беспамятстве опустился на дно. К счастью, он не ел Дьявольский Фрукт и не был человеком в обычном понимании. Зловещая аура, исходившая от него, отпугивала рыб и Морских Королей, так что у них не возникло желания его сожрать. Проспав несколько дней, Сукуна в конце концов пришёл в себя, хотя, возможно, и не до конца оправился. Когда он снова бросил вызов Шарлотте Линлин, то проиграл ещё легче и быстрее, чем раньше. Сукуна не мог этого принять. Его сила ведь не уменьшилась. Но как бы то ни было, тот факт, что он так легко проиграл этой женщине, оставался фактом. Для Сукуны, который всегда смотрел на этот мир свысока, это было невыносимо. Он должен тренироваться ещё усерднее, чтобы вновь стать кошмаром для всего этого мира, даже если это другой мир. И первый шаг к этому — как можно больше сражаться с разными противниками. Но в одиночку ему, пожалуй, будет трудно. Сукуна был горд, но и жизнью дорожил. Узнав, что Барбосса снова выходит в море и собирает с собой многих офицеров, Сукуна понял — это его шанс. К этим офицерам он, хоть и относился с высокомерием, но ставил их на один уровень с собой. Некоторые из них были слабее его, но были и те, чью силу он даже не мог разглядеть. К тому же он узнал, что они, как и он, были пришельцами из другого мира. Поэтому с их помощью Сукуна чувствовал себя в море гораздо увереннее. Смерть? Нет, я буду жить, и я достигну вершины