Топаз.

Вхожу в пустоту с цепями вокруг всего тела. Насколько реально кружение? Не знаю, да и не нужно знать. Плоть сдирается нежными лоскутами, горит на ветру, разнося едкую заразу-меня дальше по миру. Четыре стены, нет света, ненужный мешок лежит на кровати, хоть комната и заполнена посторонними. Ищу причину по которой я хотел бы быть собой настоящим, нахожу лишь причины почему не хочу. Что я ненавижу в этой жизни больше всего это короткие ночи. Луна мерцает, переливаясь в сомкнутых шторах. Ее свет льется на стол, обнажает несколько пустых бутылок, и мне от этого становится еще хуже. Возможно сегодняшняя ночь-та самая? Я давно тешил себя мыслями "А что будет после?" никогда не пытаясь узнать. Может пора? Абстракции плывут перед глазами, и это даже не из-за химии. Насколько я болен? И болен ли я? Вдруг все что я вижу-это настоящий мир, а остальные просто слепы. Тогда я не хочу жить в этом мире. Существование все равно переоценено. Вспомнить как это было сложно. Все начиналось довольно спокойно, в военной академии. Первой в стране, или, по крайней мере нам так сказали. Мне тогда было совсем немного, двадцать лет, не больше. Детство прошло обычно, друзья разъехались кто куда. В академии я впервые и влюбился, там же и разучился любить. Больно, да, но не смертельно. Помню как смотрел на Эквестрийские флаги, они развивались на ветру, и это даже немного завораживало. Стоял довольно теплый сентябрь, я и родители, тогда еще живые. Один из преподавателей был какой-то пони с Сталлионграда. Вернее, один из тех, кто участвовал в войне. В "подавлении революции". Он редко рассказывал об этом, был очень замкнут и почти не улыбался. Он сказал что это должно быть честью для нас учится здесь. Года два я учился не замечая за собой ничего странного. Мне иногда казалось, будто я вижу кого то, кого на самом деле нет, однако такое бывает у всех, ведь так? Затем умерла мама, через пару недель и отец. Самое страшное в том, что мне не было грустно. Я перешел через это, как через очередной этап в своей жизни, будто бы это было просто расставанием. Завел пару друзей, приятные личности, да и выручали не раз, вот только у нас у всех в глазах читался один и тот же вопрос-"А что после?" Действительно, никто не знал что нам дальше делать. Те кто были особенно способными шли в королевскую гвардию, а такие как мы.. С тех пор как появился этот "Орден" с их "Оазисом" прошло немало времени. С каждым годом новостей с "той стороны" становилось лишь больше. Ничего радужного-тоска и безнадега. Наркотики, незаконный оборот оружия, а затем и местная "гражданка" Грифоны и ордынцы чего-то не поделили, устроили бойню, которая идет уже несколько лет. Ребята, бывало, уходили всего через пару лет обучения. Платили огромные деньги чтобы попасть туда, либо подписывали договор. Зачем? Им обещали настоящий военный опыт, высокие поощрения за боевые действия. Я спросил знакомого, который собирался уезжать, хоть отучился всего ничего, зачем ему это. "Деньги, а еще трофеи вывозить разрешают." Он сказал что повесит первую трофейную каску себе в комнату над кроватью. Он не вернулся. Договор о сражении на грифонской стороне до ужаса простой. "Мы тебя провозим-ты не платишь, но воюешь столько-то времени". Они уезжали в апреле, а в августе мы их хоронили. Со всеми почестями, как героев. Те, кто задерживался там достаточно долго, получали крупные суммы на только открытые счета в банках, в основном в Лас-Пегасусе и Кантерлоте. Иногда тела пропадали и оставались прямо там. Оазис превратился в свой маленький бандитский мир. Я держался до последнего. Не знаю, наверное надеялся что в Эквестрии начнется еще одна революция, в которой мы пригодимся. А время шло. Тактики ведения боя на пересеченной местности, в городе, устройство почти каждого современного, на тот момент, эквестрийского оружия.. Я превратился в ходячий справочник, причем довольно крепкий, высокий.. Как с тех картинок из мануалов по рукопашному бою Еще живые знакомые с "той стороны" частенько присылали трофеи. Они никогда не рассказывали на какой стороне воюют, я лишь надеялся что на правильной. Помню этот разговор, мне тогда было двадцать четыре, через пару месяцев должно было быть день рождения. Мы стояли на улице, рядом с академией. Он курил, а я смотрел на небо, будто пытался разглядеть там что-то родное. Он сказал "Слушай" и наверное специально удержал долгую паузу. Сказал "Наши там договорились, через своих пронесли в Эквестрию сувениры" Он выделил последнее слово, пытаясь намекнуть, наверное. Вот только я тогда не понял. Следующее что я увидел это россыпь драгоценных камней на небольшом тканевом полотне, что мой друг бережно держал, показывая мне. "Бери любой" Сказал он, но разрешил взять только один. Мол, другим тоже надо. Камни были практически все одного размера. Я и выбрал первый попавшийся. Сейчас он сверкает на столе рядом с бутылками. Стоило бы его продать, только за топазы немного берут. Наверное было бы неплохо сходить на могилы родителей. Они были бы рады этому. Интересно, на мою кто-нибудь придет? Ладно, плевать. Я уже достаточно набубнил себе под нос, пора бы и сделать что-нибудь. Медленно поднимаюсь с кровати, заставляю комнату расширится. Подхожу к двери, а она от меня убегает. Вот проказница! Бегаю за ней в потемках, попутно ища любое доступное светило. Через пару сотен лет наконец поймал. Открываю ее, выкручивая себе запястья так, что они ломаются. Хоть и не особо больно, но неприятно. Лучи света пришлось держать в зубах, руки оказались заняты дверью, которую я теперь несу. Делаю шаг внутрь и вижу Оазис. Зеленая трава, деревья до самого небосвода.. Гигантские существа плывут по небу, это на самом деле очень страшно.. Небольшой кактус, примерно в половину моего роста, дает мне ружье и говорит стрелять. Его колючая лапа показывает на плывущее чудо в небесах. Я мешкаюсь, но целюсь и стреляю. В глаз попал! Огромная туша растворяется, плоть рвется на лоскуты и сжигается, разнося новую заразу-его, по миру. Времени тут нет, впрочем как и понятия "время" Все тут очень просто. Тут либо "да" либо "нет" Никаких "потом" или "может быть" Все просто! Вижу еще одно чудо в небесах-да Ружье в моих руках дымится-да Все вокруг реально-еще бы! Я никогда не был так счастлив как здесь. И не важно, что он смотрит на меня из за того угла, своими белыми глазами-точками. И не важно что его белые глаза-точки приближаются. И не важно что я вижу их, даже если на них не смотрю. И не важно во что превратится моя жизнь после того как я наплевал на свои обещания. И не важно.. Ружье пыхтит мне в лицо, выдувая дым, но не пулю. Какая досада. Куда ни глянь, все вокруг желают мне смерти. Куда ни глянь везде белые глаза-точки. Теперь я слышу его дыхание. Он говорит мне "Не делай этого", но вынуждает продолжать, передергивая затвор моего ружья. А затем мир поворачивается, ложится на бок, заставляя меня упасть в пустоту своих мыслей. Интересно, как долго мне еще падать? И куда я упаду? Будут ли там меня ждать? Помню, он сказал мне "Как вернусь, куплю себе дом в Понивилле, и вас пристрою" И уже через месяц его обугленное тело хоронили в закрытом гробу. А жаль, веселый парень был. Что-то пищит. Где-то там, в пустоте. Так звонко, противно. Я вижу звезды, среди которых плывут искаженные лица. Я слышу как они плачут, их крики врезаются мне в глазницы, хочется лишить себя хрусталиков глаз. Писк не прекращался. Как странно. Я ничем не отличаюсь от тысяч и тысяч таких же как и я, тогда почему я вижу то, чего не видят они? Да и вижу я это только тут, в пустоте. Где-то вдалеке восходит солнце. Лучи бьют мне в лицо, а писк становится все громче. Я закрываю глаза и вижу огонь, а в огне мои родители. Словно восковые куклы они тают, скатываясь на землю, плавясь в однородную лужицу костей и парафина. Следуй за мной, и ты увидишь другую сторону. А если кто нибудь встанет на пути, мы заберем его с собой. Помеха она просто помеха. Оставим кровавый шлейф на бетоне, построим новое будущее на костях, используем их черепа как пепельницы. Простите. Пора заканчивать, я слишком долго блуждал в своем сознании. Топаз скрипит между моих зубов, он трескается, втыкаясь в десны, окрашивая мою раззявленную пасть в багрово-красный. Что-то сильно укалывает меня в сердце. Открываю глаза, и в этот раз по-настоящему. Серый потолок смотрит на меня, шепча "доброе утро" своим несуществующим ртом. Очередной кошмар. Хотя стоит ли называть это кошмаром, если мне не было страшно? Ох, этот писк.. Выключаю будильник, тишина заполняет комнату. Такие сны-редкость для меня. Смотрю на календарь, бережно приклеенный скотчем к стене напротив кровати, и вижу сегодняшнюю дату обведенную в кружок. Ах да, это просто волнение. Вещи собраны в спортивную сумку, в комнате стоит запах чая, и, кажется, я наконец чувствую себя как дома. Как жаль, что мне вот-вот уезжать. Сначала в Лас-Пегасус, там за меня уже договорились, а что после-увидим. Я не нашел способа связаться с Орденом, впрочем, оно мне и не нужно. Грифоны мне всегда были ближе. У них сейчас проблемы с бойцами, так что берут они кого попало. Меня, учившегося в академии, с крепким телосложением и хорошим здоровьем, должны оторвать с руками и ногами. Тем более и платят они неплохо. Время шесть часов пятнадцать минут. Полежу еще немного, и пойду. Что-то кольнуло в грудь. Ах да, тот самый топаз. Наверняка стоит его оставить, ценная вещь все таки. Дома нужно оставить что-нибудь, что-нибудь ценное, чтобы я вернулся. Я ведь обязательно вернусь. Иначе не может быть. Смотрю в потолок и вспоминаю сон. Странно, но в нем я чувствовал себя спокойнее чем сейчас. Подожду половины седьмого и пойду. Да.. точно пойду, я же обещал.