Глава 5. И кирка без дела ржавеет

Up and down

And round and round

Please come down

Give me my mind back now

Why can't I get off now?

Up and Down — Judy Singh

• • •

— Вызывали?       Совершенно неспешно Гумми проходит в глубь тёмного кабинета, заботливо прикрыв за собою тяжёлую дверь. Посредине небольшого возвышения, за столом — подобно как на королевском троне — гордо восседает во всей красе Старый Странный. Ну как сказать гордо? За тонной макулатуры его тёмную макушку едва заметно, не говоря уже о самом силуэте. Кажется, этому кабинету очень не помешала бы генеральная расхламовка. — О, ты уже здесь? Тогда отлично, погоди секунду... — расплывчато отвечает на вопрос стажёра Старый, наконец показываясь из-за баррикад.       Он привстаёт, потягивая свою больную спину, и в быстром темпе вновь начинает что-то искать.       Гумми с одышкой прислоняется к ближайшей деревянной колонне. Оказывается, дело здесь совсем не "не терпит отлагательств", как о нём несколько минут назад вопил Старый по телефону. Следователь даже документов не подготовил. А может, попросту забыл, куда он их дел? Неожиданный шум заставляет Гумми прийти в себя.       Одним неловким резким движением руки Старый смахивает кучу бумажек на пол. Подобно карточному домику, они падают всё ниже и ниже, разлетаясь по разным пыльным углам комнаты. Следователь недовольно закатывает глаза, кидая стопку бумаг на клочок свободного рабочего стола, и тянется к окну, дабы закрыть форточку. — Ладно, всё равно на мусор идут. Так вот... — присаживается он и взглядом побуждает сделать Гумми то же самое. — Слышала ли ты что-нибудь о сегодняшнем ночном инциденте?       Присев напротив него, она хмурится, пытаясь припомнить, видела ли сегодня какой-либо пёстрый заголовок в новостных пабликах. Может, слышала что-нибудь краем уха в метро? Но, кажется, ничего такое не посещало её голову. И Старый это замечает. — Нет, наверное. Ночью я отсыпаюсь, как любой адекватный человек. Либо зачитываюсь каким-нибудь лёгким чтивом... Зависит от настроения. — наконец выдаёт Гумми. — Хорошо. Глянь на документы, сейчас объясню.       Он протягивает ей пару наскоро скреплённых листов бумаги, на которых в разных углах пестрят неаккуратные заметки. Перелистывая один за другим, к Гумми всё-таки приходит примерное понимание дела. Но версия следователя, вероятно, куда глубже предположений.       Тут же взглянув на Старого, она даже удивляется. Вблизи его лицо выглядит совершенно измученным жизненными испытаниями. Карие глаза больше всего отображают усталость и, может быть, какое-то спокойствие, обычно не чуждое для таких случаев. — Сегодня где-то в половину пятого утра на севере нашего города произошла "небольшая" стычка. — Взяв в руки карандаш, Старый лёгким движением руки указывает на записи в бумажках. — Погоня за чёрным джипом не продлилась больше пятнадцати минут: он завернул в спальный район и, по моему мнению, сдетонировал. Рима же думает, что водитель этого корыта из личных побуждений решил самоустраниться. Кому что ближе, разумеется. — И к чему вы клоните? — ближе к делу подводит его монолог стажёр. Лицо Старого расплывается в довольной и хитрой улыбке. — Мы с тобой, как самые заинтересованные в раскрытии дела лица, обязательно должны поехать туда совместно с нашими криминалистами. — Он понемногу раскручивается из стороны в сторону на офисном кресле. — Ты ведь поедешь со мной?       Гумми хватает лишь пару секунд на размышление. Хотя, впрочем, будто бы Старого не особо волнует какое-то её желание или одобрение. Он вызвал сюда, чтобы просто поставить перед фактом. — Вы спрашиваете так, будто уже не решили всё за меня. — недовольно возражает она. — Только ответьте на мой вопрос. — Какой же? — Вам пообещали премию в размере двух ваших зарплат? — Не угадала! В трёх! — ликует Старый, совсем раскачавшись на бедном стуле. — У тебя полчаса на все свои дела. Буду ждать на улице. На что Гумми остаётся лишь согласно, покорно кивнуть.       И всё-таки Старый Странный не зря странный. Забитый жизнью и её непростыми испытаниями, он всё равно продолжает любить выбранное дело. Гореть ярче всех и по сей день, хоть и бо́льшую часть будней составляет работа с тучей бумаг. Какая же мотивация до сих пор работает таким прекрасным топливом для двигателя? Интересная мысль.

• • •

      Пустой серый двор нынешним днём просто кишит людьми в форме и уличными зеваками. Совсем недавно тихий, забытый всеми — кроме непосредственных жителей — закуток земли жил размеренной жизнью. А сегодня стал эпицентром всех событий. Вовсю кипит работа. Вот у подъезда уже кто-то из участка во всю разбалтывает старушек на лавочке, пытаясь собрать как можно больше сведений. Но в ответ лишь получает советы о том, как правильно крутить закрутки и что лучше добавлять в салаты. Однако, полезно. — Следов тела не найдено. Очень странно... — опуская руки, приходит к заключению криминалист. — Что ты думаешь на этот счёт? — Да пиздец это. И, казалось, ничего точнее не описывает безысходность этой ситуации.       Пасмурная погода становится уже привычной обстановкой. Слякоть от недавно прошедших проливных дождей размывает все протоптанные дорожки, смешивая и ценные следы, и единственные проходы в единую кучу. От остатков машины и прилегающих к ней территорий до сих пор навевает удушающим, тяжёлым запахом гари.       В эту же секунду к огороженному участку рывком подъезжает жёлтое такси, высаживая кого-то уж сильно амбициозного на единственном клочке тротуара. Его внимательный взгляд скользит по развалинам, по останкам того, что когда-то можно было назвать полноценным транспортом. Затем, протянув руку, он ловко помогает высадиться и второму пассажиру. — Старый, это точно какая-то муть! — к нему тут же подбегает второй следователь. — Нет ни тела, ни признаков нахождения бомбы! — Выходит, мы с тобой оба ошиблись... — он на мгновение задумывается, поправляя непослушные волосы на голове. — А что говорят криминалисты?       С энтузиазмом Рима тут же перехватывает Старого под руку, отводя в сторону происшествия. Старый на мгновение оборачивается и кивает Гумми в сторону ограждения. Надо же, не забыл и про неё.       Чуть опомнившись после незабываемой качки в такси, она удивлёнными глазами рассматривает всё до мелочей. Насколько ужасны последствия! Окна в ближайших подъездах целиком выбило наружу. Рядом дежурят наряды скорой помощи, попутно перевязывая кому-то порез на предплечье. Приметив у ограды одного гражданского, Гумми неожиданно для себя решается на разговор. Осенняя грязь, смешанная со стеклянной крошкой, звонко хрустит под ботинками. — Добрый день! — вежливо произносит она, всё ближе подходя к пожилой женщине. — Вы слышали сегодня что-нибудь? Где-то неподалёку хрипит рация. Кто-то из спасателей с раздражением кричит, чтобы им срочно освободили проезд. — Да какой уж он добрый! — ворчит старушка. — Я на этот ремонт с пенсии десять лет откладывала!       Гумми осознаёт, что никакой хороший диалог выстроить явно не получится. Потому, дабы не провоцировать на дальнейшие высказывания, она осторожно проходит вглубь, смотря под ноги. — Ну как нет ничего ещё, Милан! — доносятся удивлённые возгласы. — Что-то ведь должно было остаться? — Всё, что мы нашли — перед тобой. Увы, мы с Чучкинн перерыли абсолютно всё!       Гумми делает глубокий вдох, который тут же сопровождает стремительно развивающийся кашель. Видимо, горели какие-то химикаты. Долго находиться здесь нельзя. Вдруг неожиданный голос рядом окликивает её: — Ну как, Гумми? Интересно, правда?       Она резко оборачивается. Девушка в белом защитном костюме и с фотоаппаратом в руках смотрит прямо на неё. Увы, из-за запотевшего окошка не удаётся даже разглядеть черты этой незнакомки, отчего знакомство приобретает напряжённость. — Я Милана — криминалист участка ДМЗ. — дружелюбно произносит она, но не протягивает руку в ответ. — Ой, стерильность и всё такое. А тебя я уже знаю. Вы такой шум наделали своим приходом!       Лишь подойдя почти вплотную к запретной зоне, стажёру удаётся во весь масштаб оценить происшествие: вместо заявленного чёрного джипа — одно огромное металлическое месиво. Но, наверное, единственное, что удивило Гумми больше всего находится на поверхности. Вокруг ни следа крови. Ни намёка на то, что за рулём вообще кто-либо был. Быть может, он сумел скрыться? Или бродит сейчас где-то здесь, среди этого огромного скопления людей? — Ну и жуть, — отзывается она на вопрос Миланы. — И вправду сложное дело.       Она оборачивается, ожидающими глазами сканируя толпу на наличие единственного знакомого лица. И, на удивление, быстро находит. Вопросов теперь у неё накопилось намного больше, чем было до этого утра. (08.11.2023)