Глава 5

— Вильгельмина Грейнджер. В мой кабинет. Немедленно.       Голос Снейпа пронёсся по коридору, словно хлыст. Вильма вздрогнула, не от неожиданности, а от той холодной точности, с которой он её назвал. Ни нотки раздражения, ни строгости. Только равнодушие, обволакивающее, как холодный туман.       Он стоял у двери в кабинет, полы мантии, как всегда, слегка колыхались, будто ветер был только для него. Дверь сама собой распахнулась, и Вильма, стараясь не показывать волнения, шагнула внутрь. Снейп не пригласил её сесть. Сам он прошёл к столу, сел и некоторое время молча смотрел на неё, сцепив длинные пальцы на столешнице. Его чёрные глаза были непроницаемы. Ни тени эмоций. — Прошла неделя, — наконец произнёс он. — Где Поттер?       Пауза. Ни имени Рона, ни Гермионы. Только он. Поттер. — Я не знаю, профессор, — ровно ответила Вильма, — Я уже говорила вам ранее. — Повторения мне очень даже помогают, — тихо сказал Снейп, слегка наклонившись вперёд. — Особенно когда ученики считают, что их ложь не имеет последствий.       Вильма сжала руки за спиной. Она ожидала допроса. Ожидала давления. Но в его голосе не было раздражения. Только усталость, тщательно спрятанная за внешней холодностью. — Вы думаете, я вру? — Я уверен, что ты не так глупа, чтобы открыто лгать мне, — сухо заметил Снейп. — Но ты не отвечаешь на вопрос. Следовательно, скрываешь нечто важное.       Он встал, подошёл ближе. Не угрожающе, но в его движениях чувствовалась та самая пугающая уверенность, что всегда заставляла учеников молчать. — Эти трое… — он замолчал, словно подбирая слова. — Втянуты в нечто гораздо большее, чем способны осознать. Поттер особенно. И если они действительно ушли самовольно, то это не без последствий. Ни для них, ни для тех, кто остался.       Он остановился прямо перед ней, и голос стал тише, но не менее чётким. — У вас есть шанс сказать мне правду. Один. Воспользуйтесь им с умом, мисс Грейнджер.       Вильма встретилась с ним взглядом. Её голос не дрожал. — Я действительно не знаю, где они. И я бы сказала, если бы знала. Я себе места не нахожу. Гермионы нет, она не пишет и я ужасно боюсь, директор.       Долгое молчание.       Снейп посмотрел на неё, почти не мигая. А потом, неожиданно, медленно кивнул. — Очень хорошо.       Он отвернулся, вернулся к столу, и его голос стал снова ледяным и официальным: — Вы свободны.       Когда Вильма уже почти вышла, он сказал, не оборачиваясь: — И ещё, мисс Грейнджер. Выбирайте, с кем шепчетесь по углам. У этой школы больше нет места для невинности.       Когда дверь его кабинета закрылась, Вильма долго стояла в коридоре, не решаясь идти дальше. Сердце билось глухо и больно. Она солгала (или не сказала всего), но ведь и правда не знала, где они. Где Гермиона.       Она спустилась по лестнице в холл. Снова темно. Снова пусто. Только свечение факелов и отражения на мраморном полу.       У входа её ждал Джастин. — Ну что? — тихо спросил он. — Жива?       Она кивнула. Почти машинально. — Он не поверил, — сказала она, — И я его понимаю. Я бы себе тоже не поверила. Их начнут искать.       Они помолчали. — Знаешь, — начал Джастин, — мне вчера передали, что кого-то видели на севере. Трое. Похоже на них, но… Это может быть ловушка или дезинформация. Слишком много слухов.       Вильма сжала зубы. — Значит, ищут. Уже ищут. И, возможно, не мы первые найдём их. — Не «возможно», а «скорее всего».       Она не ответила. Только посмотрела вверх, в витраж над лестницей. Он всегда казался ей красивым, но сегодня в нём отражался только страх. — Если их поймают, — сказала она, — всё, что мы делаем… станет бесполезным.       Джастин положил руку ей на плечо. Быстро, почти незаметно. — Тогда надо сделать всё, чтобы этого не случилось. — Да что я могу? — Вильма улыбнулась безо всякого веселья. — Я и сама не знаю где они, кто их ищет. Снейп ещё на допрос вызвал… какая же я дура, что не ушла с Гермионой! — Вильма, — тихо, слишком осторожно начал Джастин, — есть ещё кое-что. Я не уверен насчёт слухов, но их может искать… Барти Крауч-младший. — Кто тебе такое сказал? — Подслушал разговор Малфоя с Забини. — Это невозможно, — Вильма замотала головой, то ли успокаивая себя, то ли отказываясь верить в услышанное, — он же в Азкабане. — А Малфой-старший тоже? — Джастин мотнул головой с нескрываемым раздражением. — А близнецы Кэрроу? Разумеется и Крауч на свободе. — Не хочу и думать об этом. Если он действительно…— продолжила Вильма, — действительно участвует в поисках. Это не просто плохо. Это кошмар. Когда он преподавал Защиту… Тогда мы не знали, кто он такой. Все думали, что это Грюм, но его уроки… Он был жёстким. Страшным. Словно всё, что говорил, он сам пережил и сам делал. — Именно, — кивнул Джастин. — Его не просто учили проклятиям, он ими жил. И если он действительно сейчас охотится… То не станет брать их живыми без нужды. Он слишком идеологичен. Один из немногих, кто верит по-настоящему, не просто следует приказам Сама-Знаешь-Кого, а преклоняется перед ним. Больной фанатик. Ты сама слышала, как он говорил, что совершал убийства не потому что хотел, а потому что надо было.       Вильма вздрогнула. — Это делает его особенно опасным. — Да, — кивнул Джастин. — В этом он и страшнее остальных. Люциус может думать о статусе, Кэрроу — о власти, но Барти… Он действует ради веры. И очень умён.       Наступила тишина. Факелы трещали, отблески плыли по полу. — Думаешь, он уже здесь? — Как по мне, он может появиться. Если Малфой об этом говорил, значит, обсуждение идёт на верхах. А если обсуждают, значит уже рассматривают. — Почему ты не сказал об этом Снейпу? — Потому что Снейп… — Джастин замялся, — Я не уверен, кто он сейчас. Он стал другим. Вроде защищает учеников, а вроде и нет. Не знаю, на чьей он стороне, Вильма. Но рисковать не хочу. Он может спасти, а может сдать им на съедение. Кто его знает, что он на самом деле думает. — Он спросил только про Поттера, — тихо сказала Вильма. — Ни слова про Гермиону или Рона, только про Гарри.       Джастин хмыкнул. — Вот и подумай, с чего бы это. Гарри им нужен, не Рон или Гермиона. Если они его найдут, начнётся настоящая охота. Не за учениками, а за всем движением.       Она глубоко вздохнула. — Если Крауч здесь… Мы должны действовать раньше него. — Именно, — кивнул Джастин. — Мы должны найти этих троих. Или хотя бы получить информацию, где они, быстрее, чем некоторые. — Или… — добавила она едва слышно, — мы погибнем раньше, чем успеем хоть что-то сделать. — Тогда сделаем так, чтобы успели. Пока ещё есть шанс.       Они стояли в пустом коридоре, один на один с надвигающейся бурей. — О чём шепчетесь? — Вильма вздрогнула, но Сюзен уже стояла рядом, словно была здесь всё это время, наблюдая, слушая, как всегда. — Ничего такого, — буркнул Джастин, отступая на шаг. — Обсуждаем, что делать дальше. — А делать надо многое, — серьёзно сказала Сюзен. Её голос звучал негромко, но в нём не было ни капли сомнения, — Вы слышали про Томаса Прайса?       Вильма вздрогнула: — Что с ним? — Исчез с вечера. Никто не видел, как он уходил, но его вещи нашли утром, брошенные, словно в спешке. Слизеринцы говорят, что они были в крови, и ещё некоторые говорят, что его уже нет. — Чёрт, — выдохнул Джастин.       Вильма почувствовала, как внутри всё похолодело. Томас сидел с ней за одним столом, одалживал у неё перо. И теперь он просто исчез. — Он был магглорождённым, — тихо добавила Сюзен. — И он знал о нашем списке. Если его действительно поймали, значит, мы не просто под угрозой, а нас уже заметили. — Это мог быть Крауч, — пробормотала Вильма, — или кто-то, кто действует вместе с ним. — Возможно, — согласилась Сюзен. — Но гадать бесполезно. Нам нужен план. Настоящий. Не просто «поискать слухи» или «надеяться, что Гермиона подаст знак», нет. Мы должны действовать. — Что ты предлагаешь? — Джастин выпрямился.       Сюзен задумалась. Глаза её чуть прищурились, лицо стало каменным. В ней проявлялось то, за что Вильма и Джастин и прозвали её своим стратегом. В такие моменты она была пугающе собрана. — Для начала, — сказала она, — мы должны восстановить связь. То, что оставила Гермиона и то, что мы делали с тобой, Джастин. Люди испугались и затихли. Но если Крауч уже на охоте, молчание нас не спасёт. — Хорошо, — кивнул он. — Во-вторых, — продолжила она, — мы должны узнать, где были замечены Поттер, Уизли и Гермиона. Настоящая информация, а не слухи. Нам нужны контакты вне школы: в Хогсмиде, через старших, даже через призраков, если понадобится. — Призраков? — переспросила Вильма. — Они везде, — сухо ответила Сюзен, — и многое слышат, кто-то обязательно проговорился. Даже Барти, если он и правда пробрался в школу, он же не фантом. Он действует, а действия всегда оставляют следы.       Наступила короткая тишина. Даже Джастин, обычно разговорчивый, молчал. Вильма впервые за последние дни почувствовала, что рядом с ней не просто союзники, а настоящая команда. — Ещё одно, — тихо добавила Сюзен. — Если правда, что Барти ищет их — значит, он ищет что-то, что нужно Волдеморту, это не просто обычная поимка. Мы должны узнать что именно. Пока он не нашёл это первым. — Иначе, — сказала Вильма, — всё погибнет. Всё, что Гермиона начала. — Тогда идём. Если уже всё началось, просто стоять и ждать нельзя.       Они разошлись в разные стороны, а Хогвартс, казалось, затаил дыхание перед бурей.