Глава 4

      Тихо. Даже слишком. Каменные стены поглощали любой звук, будто сами стены были живыми и прислушивались.       Вильма шагала следом за Сюзен, сжимая в кармане палочку. Перед ними двигался Джастин, с картой в одной руке и тускло светящимся концом палочки в другой. Они почти не разговаривали. Только один раз, в самом начале, Сюзен негромко сказала: — Если кто-то начнёт паниковать — сразу назад. Второго шанса у нас может не быть.       С тех пор — ни слова.       Проход оказался уже, чем они ожидали, и старые плиты скрипели под ногами. Запах сырости и плесени забивался в нос, а где-то вдали, как казалось, шуршало что-то живое. Вильма старалась не думать, кто или что может жить в таких глубинах.       Когда они остановились перед низкой аркой, ведущей в почти неприметный боковой коридор, Сюзен подняла руку. — Здесь, — прошептала она. — Дальше только шепотом. Подземелья Слизерина начинаются сразу за этим поворотом.       Они проскользнули вперёд, и воздух стал холоднее. Вильма ощутила, как дрожит. То ли от страха, то ли от напряжения. Она не хотела, чтобы Сюзен или Джастин это заметили, не хотела быть слабой. Тем более сейчас.       Сюзен подвела их к нише в стене, узкой, едва заметной в темноте. — Сюда. Ждём. Сейчас должна начаться смена, если кто-то несёт списки, они пройдут этим путём.       Вильма забилась в угол, присела, прикрывшись складками мантии. Джастин устроился рядом. Сюзен встала чуть сзади, держа наготове палочку.       Минуты тянулись бесконечно. Было слишком тихо. Даже собственное дыхание казалось громким.       И вдруг — шаги. Разговор.       Вильма замерла. Сквозь узкую щель между камнями она увидела троих — старшекурсники-слизеринцы. Драко, Блейз и Тео. Она сразу узнала их походку, расслабленную, уверенную, как будто весь Хогвартс принадлежал им. Смеются. А у Вильмы внутри всё сжималось. — Слышал, Дафна опять возмущается, — лениво протянул Драко, перехватывая разговор. — Мол, слишком много новых правил, будто мы тут не школа, а казарма. Списки грязнокровок я уже передал ей. Как и приказ. Она всё равно недовольна. — Да просто не хочет следить за грязнокровками. — спокойно пояснил Блейз. — Скучное занятие. — Ну не скажи, — тут же возразил Тео, — за одной из них наблюдать очень даже интересно. — Ты опять про Грейнджер? — Что ты, Блейз, я просто констатирую факт. Она есть в списках, и не просто так. Думаю, когда новый приказ войдёт в силу, я лично займусь тем, чтобы она знала своё место. Я уже слышу, как она стонет подо мной и умоляет быть с ней нежнее… — Тео усмехнулся, и в его голосе прозвучала тёплая, почти вызывающая улыбка. — Слишком громкие заявления, — заметил Драко. — Следи за словами, Тео. Власть сейчас хрупка, и слишком много шума может обернуться против нас. — Я лишь выражаю свои надежды, — спокойно ответил Тео. — Но, разумеется, с уважением к правилам. Пока они существуют.       Шаги удалялись, разговор стихал. Вильма почувствовала, как сердце бьётся быстрее. Эти слова звучали как предупреждение и вызов одновременно.       Сюзен слегка коснулась её плеча, давая понять, что пора идти дальше. — Время, — прошептала она.       Вильма глубоко вздохнула, спрятавшись за холодной стеной подземелья, но в голове ещё долго звучали слова Тео — и чувство, что за ней внимательно наблюдают.       Они уже сидели в укрытии почти десять минут, когда послышались шаги. Разговор, гул голосов. Трое слизеринцев. Драко, Блейз, Тео. Пронесли с собой шум, запах сигарет и самодовольную энергию. Прошли. Голоса стихли. Воздух снова стал тяжёлым. — Всё, уходим, — прошептала Сюзен, — они передали списки. Дальше бессмысленно.       Но когда Вильма осторожно выбралась из ниши, сделала лишь один шаг вперёд, сзади, как из тени, вернулся один из них. Тео. — Подожди.       Его голос был не громким, но и не приглушённым, не нуждался в повторении.       Вильма замерла. Остальные застыли в укрытии. Он не видел их. Его взгляд был прикован только к ней.       Тео шагнул ближе, как будто просто вышел и наткнулся на неё случайно. Но в его движении не было растерянности. Он смотрел на неё так, будто знал, что она здесь. Будто шёл именно за ней. — Ты следила за нами? — спросил он. Голос без осуждения или удивления. Почти… заинтересованный. — Я… нет. — Она выпрямилась, подняв голову. — Я просто шла. — По подземельям, одна, поздно ночью.       Он подошёл ближе. Никакой палочки в руках. Никакого страха. Только взгляд, тёмный и внимательный. — Ты слишком храбрая, Грейнджер. Это становится привычкой.       Он на миг замолчал, и между ними повисло напряжение. — Или ты хочешь, чтобы я тебя нашёл? — добавил он тише, будто проверяя.       Вильма не ответила. Челюсть сжалась. Она ощущала, как Сюзен и Джастин затаились позади, но вмешаться не могли — любое движение выдало бы их. — Я сразу понял, что ты где-то рядом. Ты не умеешь прятаться, Вильма.       Он сделал ещё шаг, почти вплотную. Вильма почувствовала, как его рука касается её плеча. Не резко, скорее даже легко, но это касание заставило её сжаться изнутри. Слишком близко. — А может, ты сама хотела, чтобы тебя нашли? — прошептал Тео, опускаясь чуть ниже, будто хотел разглядеть её глаза в темноте. — Знаешь, Грейнджер, у тебя есть этот… аромат. Острые ноты сопротивления. Мне нравится.       Он провёл пальцами по пряди её волос. Вильма вздрогнула. — Убери руки, — сказала она тихо, но ясно. — Почему же? — Тео наклонился ближе. — Боишься, что понравится? — Убери. Руки. Сейчас же.       Голос принадлежал не ей.       Из тени выскочил Джастин. Его палочка — прямо перед Тео. — Отойди от неё, — выплюнул он, шагнув вперёд.       Тео медленно повернул голову, усмехаясь. — Финч-Флетчли, какой сюрприз. Думаешь, если ты встанешь перед ней, она станет тебе благодарна? Или ты тоже хочешь поиграть в героя? — Я сказал — отойди. — А если не отойду?       И тут воздух будто дрогнул. Камни стен заскрипели, совсем слабо, едва слышно. Появилось странное ощущение, будто их кто-то подслушивал… нет, не подслушивал. Ждал. — Достаточно.       Голос возник внезапно. Низкий, хрипловатый, спокойный, но от него звенели кости. Он не кричал, не угрожал, но слова опадали, как острые осколки.       Из темноты шагнула фигура. Капюшон скрывал лицо, но рука была поднята. Пальцы тонкие, бледные, указывали прямо на Тео. — Что ты себе позволяешь, сопляк?       Щёлк.       Тео дёрнулся, будто по нему ударила невидимая рука. Мантия натянулась, что-то дёрнуло его назад, и на груди вспыхнула яркая розовая буква «Д». Она пульсировала нагло, вызывающе, сияя в полутьме, как обидная насмешка. — Что за чёрт?! — Тео отпрянул, пытаясь сдёрнуть с себя ткань, — Ублюдок! Кто ты такой?! — Это значит «Дегенерат», — отозвался голос спокойно, презрительно, — чтобы ты помнил и чтобы все знали: прикасаться нельзя. Пока не научишься думать.       Фигура подошла ближе. Движения были неторопливыми, ленивыми, но в них ощущалась хищная уверенность.       Тео замер. Он то ли хотел поднять палочку, то ли убежать, но не успел. Его схватили за воротник, резко, будто ловя щенка, и потащили прочь. — Эй! Ты не имеешь права! Я… я же… — заикался Тео, пятясь и цепляясь за воздух, — Это ошибка!       Фигура не ответила. Просто шла, не сбавляя шага, и тянула Нотта за собой, как мальчишку, провинившегося на первом курсе. Мантия Тео шуршала по каменному полу, буква «Д» светилась, как маяк, и вся сцена была настолько нелепой, что Джастин даже икнул от неожиданного облегчения.       А потом — тишина. Они исчезли. — Кто это был? — наконец выдохнул Джастин.       Сюзен молча глядела в темноту. — Кто-то, кому, похоже, надоело смотреть на это со стороны.       В темноте повисла гробовая тишина. Лишь холодные камни вокруг казались живыми, будто слушали и запоминали всё, что здесь произошло.       Вильма стояла, не в силах отвести взгляд туда, где только что растворилась та фигура. Кто это был? И зачем вмешался?       В голове роились вопросы, но ответов не было. Было только одно чувство: это столкновение означало начало чего-то гораздо более опасного.       Где-то в глубине подземелий, вне видимости и слуха, кто-то наблюдал за ними. Эта мысль была куда страшнее любой угрозы.