Глава 6: План воспитания младших

— Мы теряем контроль, — сказал Ыйджу, глядя на расписание, исписанное цветными маркерами, печеньем и… следами лап. — Это след от Лабубу, — пояснил Николас. — Харуа попытался надеть на него носки. — ХВАТИТ. — Ыйджу потер виски. — Они спят где попало. Живут как хотят. У нас ночные собрания лапшой, зефир на потолке, а Юма заявил, что живёт «внутри своего ума и шкафу». — Я согласен, — сказал Фума. — Дисциплина хромает. Пора навести порядок. — Ввести план, — добавил Кей. — Как в армии. Или в школе. Или в сериале про выживание. — У нас есть власть, — торжественно сказал Ыйджу. — Мы — старшие. — Мы — Хёны. — Лидеры. — Наставники. — Люди, которые знают, как стирать носки правильно. — Это наш час. Они вчетвером пожали руки. Это был альянс. Официально: «Комитет дисциплины &TEAM». На следующее утро: 07:00 — подъём 07:30 — зарядка 08:00 — завтрак 08:30 — уборка 09:00 — командная медитация Все младшенькие получили распечатку расписания. Она была цветная. С графиками. Таки немедленно использовал её как бумагу для оригами. Харуа попытался съесть её, заявив, что “бумага пахнет ванилью”. Юма, не говоря ни слова, надел капюшон, ушёл на балкон и начал вести тетрадь с заголовком: «Хроники угнетения». 07:00. Подъём. — ПОДЪЁМ!!! — закричал Ыйджу, хлопая крышкой от кастрюли. — Это не HYBE. Это тюрьма, — прошептал Маки, пытаясь встать. — Можно я не буду подниматься? — Джо уже сидел, но с подушкой на голове. — Я и так высоко. Юма не вышел из комнаты. На листе в тетради он записал: 07:02 — Они пришли за мной. Но я силён. Балкон — моя крепость. Лабубу наблюдает за мной. Я не один. 07:30. Зарядка. Кей вышел в шортах и закричал: — РАЗ-ДВА-ТРИ-ЧЕТЫРЕ! — РАЗ-ДВА-ТРИ-ЧЕТЫРЕ! Таки танцевал вместо зарядки. Харуа принёс Лабубу и сказал, что тот будет считать вместо него. — Я просто хочу жить, — сказал Юма. — Не прыгать. Не считать. Просто жить. — Давай хоть просто шею покрутим, — предложил Маки. — Хочу покрутить планету. 08:00. Завтрак. Маки, ответственный за еду, сварил овсянку. С минимумом сахара. Без сиропа. Без зефира. — Это… пища для наказания, — заявил Харуа. — Где вкус? Где радость? Где жизнь?! — Где сладость? — добавил Таки. — Это просто… тёплая боль. Юма молча поставил на стол банку с нутеллой. — Я не стану говорить. Я просто покажу. Вот что такое завтрак. Ыйджу выхватил банку: — Запрещено. — Сахар — зло. Юма, глядя на него, прошептал: — Ты — зло. На странице в тетради появилось: 08:10 — Нас лишили сладкого. Солнце скрылось. Надежда умерла. 08:30. Уборка. Комитет дисциплины распределил зоны: Джо — ванная. Юма — кухня. Харуа и Таки — комната. Маки — полы. Николас… просто исчез. Юма мыл посуду с таким лицом, будто мстил тарелке за всё в жизни. Харуа построил из подушек «Баррикаду свободы» и отказался убирать, пока ему не включат музыку из мультика про панду-детектива. Таки переоделся в кролика. Маки скользил по полу со шваброй как будто на сцене музыкального шоу. Ыйджу сидел в центре квартиры и записывал всё в свой блокнот, шепча: — Это только начало. Мы выстоим. 09:00. Медитация. Они сели в круг. Фума включил медитативную музыку. Кей зажёг аромапалочку. Юма смотрел в пустоту. Харуа спал с открытым ртом. Таки лежал звёздочкой. И вдруг Джо, открыв глаза, сказал: — Я… чувствую Лабубу. — Он в шкафу, — сказал Харуа. — Он всегда в шкафу, — прошептал Юма. — Как правда. Итог: Комитет дисциплины распущен через 3 часа. Юма предложил ввести «День пассивного протеста». Харуа провозгласил себя Верховным Министром Сладостей. Ыйджу сделал себе валерьянку. В тетради Юмы появилось: Мятеж — это искусство. А мы — художники.