Последний аргумент

      Я очнулась от кошмара, в котором снова чувствовала: боль от ожогов на руках, голос предвестника, последний цикл, смерть на Горне. Первое, что я увидела, открыв глаза — стену с трубами. От ужаса горло сдавило, даже вдохнуть было пыткой. Не просто знакомое место. Моя эмоциональная тюрьма в течении полутора лет. Каюта за медицинским отсеком.       Услышав, как взвыли двигатели корабля, я могла надеяться только на то, что Каэла и Виктор в порядке.       Руки сами потянулись к лицу. Маска на месте. Спасибо Харпер за систему защиты. Это маленькое укрытие было единственным, что отделяло меня от полного погружения в прошлое.       Пространства было в обрез — лишь койка, огороженная мерцающим силовым полем. Даже ноги не спустить. Кончики пальцев кольнуло статическим разрядом. Я сжалась, пытаясь собраться, сфокусироваться на точке за стеной. Телепорт не сработал. Поле гасило импульс. Я была в западне.       — Ты слишком спокойна для той, у кого больше нет козырей в рукаве, — раздался знакомый командный тон капитана «Нормандии». Той, кого я ненавидела, но ради кого однажды уже разменяла жизнь. — Фэнриа Торн. Спасительница колоний. Феникс. Защитница. Как много имён у обычного убийцы.       — Поправлю: я не убийца, — парировала я, с лёгкой насмешкой в голосе. — Я учёный. Ведущий многих проектов, в том числе тех, что отбирают финансирование у твоего любимого Альянса. — Я намеренно подалась вперёд, к самому краю силового поля. — А ты удивительно спокойна для той, кто добровольно запер на своём корабле кого-то вроде меня.       Мгновенная вспышка биотических лезвий, резкий удар в барьер. Поле лишь дрогнуло, отозвавшись противным гулом. Прочно. Что ж, в следующий раз вложусь сильнее.       Шепард не моргнув глазом наблюдала за этой демонстрацией силы, её выражение лица не изменилось.       — Закончила шоу? — холодно поинтересовалась она. — Тогда перейдём к сути. Что ты прячешь под этой маской? Мы не смогли снять её, даже когда ты была без сознания. Интересно, что ты будешь делать, когда захочешь есть? Думаю, маску придётся снять…       Я промолчала и ухмыльнулась про себя, насчет одного она была права — для питания маску действительно придётся снять. Но вариант как не раскрыть себя без маски у меня был, просто она этого не знала       — Я требую ответов. Почему вы убиваете колонистов? И где тело Рориты Янг? — она, стояла высокомерно скрестив руки на груди. Одним своим видом выводила меня из себя.       — Полетели на Фел Прайм, и ты сама всё увидишь! Это — не результат наших экспериментов, как твердит Альянс. Мы пытаемся бороться с болезнью, а не распространять её. На «Горизонте» с введением карантина заболевших больше не было, но на Фел Прайм всё ещё проблемы. Мы не ангелы, но те колонисты были заражены. Я говорю с тобой серьёзно, капитан, без подколок и издевательств. Наш лучший научный сотрудник уже там, и мне нельзя задерживаться. С моим присутствием на борту вас пропустят без проблем. — Я вложила в голос всю возможную твердость, пытаясь пробить стену её предубеждений. Дурное предчувствие крутило живот.       Шепард молчала несколько секунд, изучая меня. Казалось, мои слова заставили её задуматься. Но затем её взгляд снова стал жёстким.       — Ты издеваешься? Ты говоришь что ученая, сидя передо мной в боевом комплекте биотика. Предлагаешь лететь в колонию, подконтрольную Церберу? Держишь меня за дуру? — она оттолкнулась от стены и приблизилась вплотную к силовому полю. — Ты отправишься в тюрьму, где и проведёшь остаток дней. Одна.       — ЧЁРТ ВОЗЬМИ, ШЕПАРД! Массани должен был передать тебе данные! Я не вру! Я по-человечески ПРОШУ — полетели туда! Нам нельзя терять время! Там есть заражённые! Эвакуация уцелевших — вот что будет настоящей победой, а не поимка меня! Включи, наконец, мозги, а не слепое следование уставам! Посадить меня ты сможешь в любое время!       Я вспылила, Нормандия меня раздражала, как и весь ее экипаж.       — Я не пытаюсь бежать, не рву твой корабль на части… — в ярости я ударила кулаком по стене, и обшивка глухо отозвалась. — Пока не рву. Сначала — Фел Прайм. Потом — делай со мной что хочешь! Ты и так убила моего человека, так что мы квиты. А я твоих людей не тронула — отпустила! Неужели это не заслужило хотя бы капли доверия?!       Шепард выслушала эту тираду с каменным лицом. Она позволила мне выдохнуть, давая понять, что мои слова не нашли в ней отклика.       — Доверие — это нечто ценное — холодно парировала она. — Ты не убила моих людей, на глазах кучи народу, похвально, только этого не достаточно. — Она сделала паузу, смотря на мою реакцию. — Хочешь говорить о доверии? Начни с малого. Сними маску.       — Где Каэла и Виктор? — я перевела тему. Меня всерьёз волновало, что с ними.       — Где тело Рориты Янг? — она продолжила настаивать, как заезженная пластинка, переходя в контратаку.       — В могиле, где ей и положено быть — рядом с родственниками. — Голос звучал ровно, выверено; годы отработки лжи перед Советом и параноиками вроде неё самой сделали своё дело. — Останки кремировали и захоронили. Всё, что осталось от Рориты Янг, — это прах под надгробием. Ноа Янг обратилась к нам, когда узнала о судьбе сестры. Она заказала услугу — мы её предоставили. Похищать тело для опытов? — Я сделала небольшую паузу, чтобы подчеркнуть абсурдность обвинения. — Мы не Альянс. Мы ценим своих людей. Мёртвых — чтобы предать земле. Живых — чтобы спасти.       Я почти коснулась маской силового поля, понизив голос и вкладывая в него всю возможную искренность.       — Именно поэтому я и прошу тебя: мои подчинённые в опасности. Ноа Янг сейчас на Фел Прайм — ты сможешь сама у неё обо всём спросить, услышать правду из первых уст. Но для этого нам нужно туда добраться. Болезнь не щадит никого. Помоги мне. Прошу. Пожалуйста.       — Но раз, хочешь доверия... — мой голос стал тише, жестче, с нотками хладнокровия. — Хочешь доказательств, что мне нечего скрывать? Ладно.       Мои пальцы прикоснулись к вискам, где крепился капюшон с маской. Раздался легкий щелчок. Резким, почти демонстративным движением я откинула капюшон. Затем отстегнула стекло маски, закрывающее аметистовые глаза. Модулятор голоса отключился, и мой собственный звучал неприкрытой злобой тихо, но четко:       — Видишь? — я выдернула шпильку из пучка волос освобождая длинные тёмно-фиолетовые пряди. — Довольна? — мои губы искривила едва заметная насмешка. Я позволила ей рассмотреть всё это, знак моего добровольного и необратимого превращения в нечто иное. Но сама маска, скрывающая нижнюю часть лица, осталась на месте. Граница доверия была обозначена чётко, открыв ей лишь часть правды — Я показала тебе больше, чем кому-либо за последние два года. Теперь твой ход, капитан. Летим на Фел Прайм, или тебя всё ещё волнует только то, что под бронёй?       — Твои люди остались в больнице. Их захватить не успели, мы ели тебя смогли вырвать из оцепления вашей охраны. Насчёт Фел Прайм… я подумаю, — она повернулась ко мне спиной, разговор был окончен.       — Мои люди рискуют собой на Фел Прайм, выполняя работу Альянса! Подумай об этом! — Я не сдавалась и тут же передала ей пакет данных. Все файлы по болезни, протоколы лечения и результаты тестов вакцины. — Я сказала тебе — мне нечего скрывать.       Её спина была красноречивее любых слов. Не дав мне ответов она шагнула из каюты. Дверь закрылась.       Если Каэла в безопасности, то она скорее всего на Фурии будет лететь за Нормандией, активировав омни и передав сигнал, я получила ответ «мы близко».       Я резко откинулась назад, с трудом совладав с дрожью в пальцах, и защелкнула стекло маски на месте, и одним движением натянула капюшон, словно пытаясь спрятаться от давящих стен этой проклятой каюты.       Эта клетка была триггером. Она возвращала меня сюда — в беспамятство, в боль, все тело немело. Я чувствовала, как по краям сознания уже начинают шевелиться чужие мысли, знакомые голоса, пытаясь прорваться внутрь.       Показывать слабость было нельзя. Движения были отработаны до автоматизма. Я достала инъектор из потайного кармана на голенище и, не глядя, вогнала иглу в бедро через ткань комбинезона. Холодная волна препарата разлилась по венам. Я ждала, затаив дыхание, пока химическое спокойствие не начнёт гасить бурю внутри.       Энергия уже вырывалась на свободу. Мою кожу будто пронзали миллионы игл, фиолетовая аура вспыхивала и гасла непроизвольными разрядами, заставляя силовое поле мерцать. Вытянувшись на койке и с силой зажмурив глаза, начала настойчиво повторять про себя мантру, вбивая её в сознание как гвоздь: «Дыши. Ты жива. Жива. Жива. Всё, что было — прошло. Ты здесь. Сосредоточься. Дыши.»       Я изо всех сил попыталась представить голос Каэлы, её прохладные, умелые руки, успокаивающее биотическое свечение, что всегда снимало любое напряжение. Но вместо этого вспышками перед глазами проносились обрывки других воспоминаний. Я резко открыла глаза и в мутном отражении металлического потолка увидела… чёрные, пустые глаза, смотрящие на меня из-под маски. «Это неправда. Это воображение. Концентрируйся».       Медленно старалась расслабить все мышцы. Мысли о Каэле постепенно возвращались, вытесняя кошмары. «Так… Дыши. Расслабься. Энергия — это река. Пусть течёт свободно. Всё плохое уже позади. Я живу. Я в настоящем. Меня спасли — это не новый цикл. Я могу жить».       Повторяя эти слова как заклинание, я наконец почувствовала, как острая боль и паника отступают, уступая место ясности. Пришло решение, нащупав лезвие в отсеке подошвы ботинка, поняла что у меня еще есть варианты: если План А — договориться не сработает, придётся рискнуть и прорваться силой.       Чувствуя, как лекарство наконец разливается по венам волной, гася последние сполохи энергии, я позволила себе погрузиться в тревожный, но необходимый сон.       Проснувшись, я встретилась взглядом с холодной металлической трубой над головой — и новый приступ паники ударил в грудь, вышибая дыхание. Пролежав несколько мгновений, пытаясь совладать с прерывистым потоком воздуха, я перевернулась на спину и поднесла кончики волос к глазам. Фиолетовые. Всё в порядке. Просыпаться в этом месте… точно сведёт меня с ума.       Я села, подобрав под себя ноги, и уперлась ладонями в колени, пытаясь воспроизвести дыхательные техники Каэлы. Вдох на четыре счёта. Задержка. Выдох на шесть. Погружаясь в навязанный ритм, я полностью потеряла счёт времени. Всё моё существо было напряжено я пыталась игнорировать ауру этого места. Ту самую, что душила меня в прошлом. Она витала в воздухе, пропитывала стены, возвращала снова и снова, разъедая шаткое спокойствие: «Ничего не изменилось. Ты никогда отсюда не уйдёшь. Ты умрёшь здесь. Снова.»       Краем глаза я поймала движение в мутном отражении на противоположной стене. Мелькнуло бледное лицо с пустыми, бездонными глазами. Моё лицо. Таким, каким оно было тогда.       Я резко дёрнула головой, заставляя видение исчезнуть, и снова углубилась в дыхание, сжимая колени до боли.       Отдельной, изощрённой пыткой была невозможность нормально двигаться. Пространства хватало лишь на то, чтобы сидеть или лежать. Ноги затекали, мышцы сводило судорогами, и я просыпалась от резкой, пронзающей боли — то ещё «удовольствие». Приходилось изворачиваться, разминаться хотя бы лёжа, через силу и боль выпрямляя онемевшие конечности.       С каждым часом в этой консервной банке я чувствовала, как нарастает усталость и злость — на себя, на Шепард, на эту проклятую клетку. Похоже, пока есть силы надо рассмотреть план прорыва.       Я так глубоко ушла в себя, обдумывая следующие действия, в ритм дыхания и борьбу с болью, что пропустила, как дверь каюты бесшумно открылась пропуская посетителя.       — Капитан передала тебе поесть. — Голос грубо выдернул меня из хрупкого равновесия.       Я подняла голову. Вега стоял передо мной, уперев руки в бока. Похоже, его служба вышла на новый уровень: теперь он еще и надсмотрщик.       Поднос с едой и питьем лежал на моей койке с краю. Уголок подноса вылезал за барьер. Любопытно: неорганические предметы могут свободно проходить сквозь поле? Подняв телекинезом нечто в тюбике, отдалённо напоминавшее картофельное пюре, я придала ему ускорение и запустила в Джеймса. От неожиданности он согнулся пополам.       — Твоё присутствие — это новый вид пытки? — я швыряла в него всеми оставшимися предметами, поднос он поймал, но я метко прицелилась ему чашкой в голову.       — Злобная, да? — он фыркнул и отшвырнул пустой поднос в мою сторону. Я едва заметным движением пальца активировала биотический щит. Металлический противень с грохотом отрикошетил в угол каюты.       Нужно было спровоцировать его дальше. Спустить с поводка его главный инстинкт. Как ни крути, а Джеймс — предсказуемый мужлан.       Медленно сняв капюшон, пальцами нашла застёжку у виска. Раздался лёгкий щелк. Я сняла застеклённую часть маски, открывая мои глаза, полные холодного любопытства. Затем кончиками пальцев провела по своему предплечью, как бы обдумывая следующий шаг, и нежно коснулась застёжки на груди. Неспешно, почти гипнотически, расстегнула её, сдвинув ткань комбинезона обнажила плечо. Бледная кожа контрастировала с тёмной тканью.       — Ну что, не хочешь повеселиться? Лететь ещё долго… А в открытом космосе мне всё равно некуда бежать. — Я принялась за вторую застёжку, и по его внезапно вспотевшему лбу и томному взгляду стало ясно: желание говорит громче разума.       Нас прервал резкий, скрежещущий, голос. Жаль. Интересно, насколько бы хватило его выдержки.       — Что здесь происходит? — Холодный, металлический тембр Гарруса моментально вернул Вегу в реальность. Заставив его почти подпрыгнуть от неожиданности.       — Ух, сколько горячих мужчин на одном корабле! — Я сделала максимально невинный взгляд и медленно посмотрела в глаза турианца. — Живая легенда лично почтила меня визитом. Слышала, великий Архангел ценит человеческих женщин выше турианок. Уверена, смогу подарить и тебе… незабываемый опыт. — Я засмеялась, глядя, как его лицо перекосилось от неподдельного отвращения.       — Церберовская шлюха меня никогда не заинтересует. — Бросив на Вегу уничтожающий взгляд, он немым приказом велел тому убираться.       — А ты пришёл для допроса? — я придержала расстёгнутую броню, обнажая вторую ключицу, сняла рукав и коснулась пальцами противоположного плеча, медленно ведя путь вниз по руке. — Что предпочитаешь? Жёсткие методы… или нежные? Обещаю, я буду очень, очень послушной девочкой. — Я сделала паузу, наслаждаясь напряжённым молчанием. — В конце концов, тебя же не смущало, что твоя Джейн прибегала на свидания прямиком с заданий Цербера, вся в крови и в порохе. Или смущало… но тебя это только заводило?       Я знала, куда бить, чтобы вывести его из себя. Для освобождения было бы достаточно, чтобы Вакариан в ярости отключил поле.       — Пули пробивают это поле. Именно так мы и прикончили твоего агента как её звали? Джанет? Лилит? — он пытался уколоть в ответ, но это уже не цепляло. Раньше — может быть. Сейчас меня заботили только жизни тех, кто ещё дышал.       — Попробуй. Вдруг мне повезёт, и рикошет прилетит тебе прямо в лоб. Оценим тогда по десятибалльной шкале, как расстроится твоя капитан. — Я натянула рукав комбинезона, но застёгивать не стала, глядя на него с вызовом. — Ах, да… Я же забыла. Теперь она не церберовская шлюха. Теперь она альянсовская собачка. Такая же послушная, такая же правильная. Как вам новый окрас, Вакариан?       Я подмигнула ему и рассмеялась. Похоже, я нашла-таки его предел. Гаррус издал низкий, угрожающий рык, и его рука молниеносно рванула к пистолету.       — EDI, стазис!       Меня сковало снова, не оставив ни шанса пошевелиться. Но на этот раз я была готова. Выстрел шокером пришёлся в руку чуть выше локтя. По телу разлилась знакомая волна боли, прожигающая нервы и сводящая мышцы судорогой. Единственное, чего Вакариан не знал — я терпела и не такое.       Собрав волю в кулак, я через силу вытащила заряды и, используя их как импровизированный источник энергии, зажав в пальцах бьющие заряды поднесла руку к полю. Система, не рассчитанная на такой формат атаки, захлебнулась и отключилась с искрящимся шипением. Ошибкой EDI было то, что она сняла стазис сразу после выстрела, решив, что я обезврежена       — Видишь, — я сделала голос ниже, бархатисто-нежным, — как быстро всё может поменяться, Гаррус Вакариан? Благодаря тебе у меня теперь есть предмет для торга.       Расправив свой биотический хвост с двенадцатью шипами, я захлестнула его, прижав три к его горлу, прямо у сонной артерии.       — Эй, капитан! Кажется, теперь у нас намечается более… предметный разговор. Ты так не думаешь? — Повернувшись к камере наблюдения, я сделала рукой непринуждённое, почти кокетливое приветственное движение.       — Она убьёт тебя, как только ты меня отпустишь, — прошипел Вакариан. Он был чертовски зол. Ещё бы.       Неожиданно легко всё вышло. С Вегой, пожалуй, пришлось бы повозиться подольше — мельком пронеслось в голове.       — О, милый, не волнуйся за меня. — сделав интонацию притворно ласковой, Мой биотический хвост опустил его чуть ниже, заставив прогнуться, чтобы наши лица оказались на одном уровне — Мои инъекции позволят мне оставаться в сознании достаточно долго, — я забрала шокер из его ослабевшей руки. — Интересная игрушка. Видишь ли, когда меня пытали, было куда больнее. Терпеть боль — моя фишка, что ли. — я сделала театральную паузу, наслаждаясь его бессилием — Даже не знаю, это я заперта с вами на этом корабле, или вы — со мной.        — Хочу заметить, я не использую это против тебя, — небрежно поднесла шокер к его виску, положив палец на курок. Другой рукой я нежно коснулась кончиками пальцев его лицевых пластин, затем наклонилась так что маска оказалась рядом с его ухом. Он чувствовал мое спокойное дыхание сквозь фильтр. Я снизила голос до теплого почти интимного шепота не прекращая медленных, ласковых поглаживаний — Мне важно доверие капитана, а пытки её любимого турианца — я чуть сильнее прижала шокер — вряд ли расположат к переговорам.       Он попытался дернуться, но я лишь сильнее сжала биотические тиски, вонзив энергетические шипы глубже в броню. Он замер с подавленным рыком.       — Феникс! — дверь каюты распахнулась, и на пороге возникла Шепард с оружием наготове. — Что ты задумала? Ты же понимаешь, что, убив его, не уйдёшь живой.       Я медленно повернулась, встав спиной к спине турианца, используя его тело как живой щит. Через тонкий комбинезон я чувствовала холод его брони. Я готовилась к выстрелу в спину, зная, что могла ошибиться. Но мой расчёт был иным.       Резко отпустив Гарруса, я тут же подняла руки вверх, демонстративно отшвырнув шокер в сторону. Зная характер Вакариана и Шепард, они не станут убивать того, кто сдался. Но я могла и просчитаться.       Не давая им опомниться, я начала говорить, чётко, холодно и без пауз, акцентируя каждое слово:       — Капитан, я прошу в последний раз. Пока это ещё просьба — направьте курс на Фел Прайм. Ваша команда не самая компетентная. Вы импульсивны, и у каждого свои травмы и тараканы. И поверь, у меня в багаже ещё много сюрпризов. Уверена, ты бы не хотела узнать все.       Я медленно повернулась к ней лицом, руки всё так же были на затылке, в жесте полной капитуляции, который на самом деле был новой постановкой, направленной на одного зрителя.       — Я могу убить тебя прямо сейчас.       Я замерла в неподвижности. Последовавший удар ногой в живот был жестоким, выбивающим воздух из легких, но я лишь шумно выдохнула. Я была готова к этому. Пересилив волну тошноты, я устояла на ногах, лишь качнувшись назад. Разогнувшись, я смотрела капитану прямо в глаза. Я дала Шепард возможность сорвать на мне злость, и она ею воспользовалась. Раз за разом, не ломаясь под её натиском, я выдерживала её удары. Дышать от боли становилось всё труднее, я стискивала зубы, борясь с агонией, разрывавшей тело изнутри.       И когда очередной удар заставил меня наконец согнуться, я схватилась за живот и выкрикнула хрипло, с вызовом:       — Давай, убей!       В тот же миг я телепортировалась к ней за спину, выхватила пистолет с бедра и, взведя затвор, приставила ствол к своему виску.       — Хочешь, могу помочь, — дыхание сбилось. Положила палец на курок я медленно начала давить. — Либо мы летим на Фел Прайм, либо я разнесу «Нормандию» в клочья вместе со всей командой. Выбор за тобой.       Игры кончились. Я выпустила сдерживаемую энергию, визулизируя биотические шипы. Я чувствовала, как мощный всплеск энергии меняет меня, обволакивает фиолетовым сиянием. Я знала — глаза сейчас горят ярким пламенем. Побочный эффект чрезмерного использования биотики. Мысленным усилием я вонзила шипы в обшивку корабля, угрожая начать выламывать её, металл затрещал.       — Хорошо, — капитан, не сводя с меня глаз, поднесла омни-инструмент к лицу. — Джокер, смени курс на Фел Прайм.       Я продублировала её действие со своим комлинком, не отводя взгляда и не убирая пистолет с виска.       — Каэла, приказ «Фурии»: отменить боевую готовность. Сообщи на блокпосты, что я на борту «Нормандии». Обеспечь нам зелёный коридор до Фел Прайм. Возвращайтесь на Землю, к своим обязанностям.       Дождавшись короткого подтверждающего щелчка в ухе, я наконец повернулась к капитану, и пистолет в моей руке наконец опустился.       — Это называется компромисс. — Я разжала пальцы, демонстративно протянув оружие на открытой ладони.       — Ты же не думала, что мои люди меня просто бросят? — я посмотрела в её удивлённые глаза. — Ты серьёзно… Боги, как ты вообще дожила до сегодняшнего дня с такой логикой?       — Откуда ты только взялась… — Шепард почти выхватила пистолет и убрала его в кобуру одним отработанным движением, не сводя с меня взгляда, в котором клокотала тяжёлая смесь раздражения, любопытства и неподдельного уважения. — Собираешься так просто разгуливать по моему кораблю?       Я потерла бока, стараясь не сморщиться от боли. Мышцы горели огнём в местах, куда пришлись её удары. Но, по большому счёту, переговоры прошли на удивление удачно. Я была там, где хотела.       — Пока не решила. У вас здесь есть обзорная каюта? — Подойдя к койке, я подняла застеклённую половинку маски и закрепила её на месте. — Так что, есть или нет?       — Иди за мной, — раздражённо выдохнула Шепард, уже поворачиваясь к выходу.       — Оу, экскурсия! Познакомишь с командой? — Поравнявшись с капитаном и поймав её убийственный взгляд, я тут же смягчила тон. — Ааа, с этим можно и повременить, согласна. — Я кивнула, хотя под маской мои губы растянулись в усмешке. Дразнить Джейн было до невозможного забавно.       Но меня настораживало одно: неестественное спокойствие Гарруса. Вспыльчивый турианец так просто отступил? Легкое касание его разума дало ответ — это была проверка. В них всё ещё теплилась надежда, что Рорита Янг жива. Хорошо, что на мне маска, — подумала я, закатывая глаза.       Следуя вровень с капитаном, я в очередной раз ощутила унизительную разницу в росте. Мои жалкие 153 см позволяли мне лишь макушкой доставать до её плеча. Среди этих людей-гор я вечно чувствовала себя маленькой, потерянной девочкой. Но впервые за все наши встречи я шла с ней на равных.       Выходя из медотсека, я заметила Лиару, замершую у входа в свою каюту. На её лице читалась беспокойство. Я легонько коснулась пальцами маски в приветствии. Именно так ты и должна себя чувствовать, Т’Сони. Внутреннее злорадство разливалось по жилам: Хладнокровно толкая меня к краю, заставляя сделать тот самый шаг в пропасть, ты сама будешь ощущать всё то же, что ощущала я. Я сделаю всё, чтобы ты шла к своей гибели, свято веря, что другого пути для тебя нет и быть не может       Резкая, разрывающая боль в груди оторвала меня от сладких грёз о мести. Это была уже не паническая атака — полноценный сердечный приступ, он сжигал меня изнутри. Дыхание стало прерывистым и частым, холодный пот выступил на лбу, а левая рука онемела. Похоже, электрические удары и стресс сделали своё дело. Я не могла дышать, мир поплыл перед глазами.       — Эй, ты чего? — Джейн грубо взяла меня за плечо, не давая рухнуть на пол. Я облокотилась о холодную стену, судорожно пытаясь вдохнуть хоть немного воздуха, который не шёл.       — Кажется… приступ… — я всё же рухнула на колени. Дышать было невозможно, грудь разрывало на части. Дрожащей рукой я достала последнюю ампулу успокоительного и вколола себе в бедро. Не помогало. Душно. Чёрт, как же душно. Я сжалась в комок, уперев кулак в центр грудины, пытаясь физически сдержать боль. Всё пройдёт, я выживу. Всё пройдёт!       Внезапный укол в плечо вернул меня в реальность. Это был блокатор, и он подействовал почти мгновенно боль отступила, оставляя только эхо.       — Это должно помочь… Значит… бить электрошоком — верный способ тебя обезвредить, — она усмехнулась, бесстрастно наблюдая, как я пытаюсь отдышаться. — Ну что, легче? — Она даже не пыталась меня поднять, просто присела на корточки рядом. — Ты выглядишь довольно жалко, знаешь?       — «Спасибо» говорить не буду, — прошипела я, чувствуя, как пот скатился по виску под комбинезон. — Учитывая, кто виноват в этом. Другого способа обезвреживать биотику вы не нашли? Дротики со снотворным, по-моему, куда гуманнее. И эффективнее.       Я попыталась подняться, резко и язвительно отмахнувшись от её протянутой руки.       — Файлы, что ты скинула, — она спросила буднично, словно интересуясь о погоде, — подделка?       У меня даже сил не было злиться. Только ледяная, всепоглощающая усталость.       — Это ты сейчас серьёзно? — голос мой сорвался на хриплый шёпот. — Ты правда думаешь, что я всё это устраиваю — весь этот цирк с захватом, угрозами и чуть ли не самоубийством — ради какой-то подделки? Альянс закрывает глаза на проблему, а инфицированные выкашивают целые поселения за одну ночь! — Порой мне казалось, что Шепард дура, и этот вопрос окончательно убеждал меня в этом.       — По данным Альянса, там просто вышел из-под контроля ваш эксперимент. — её голос был спокоен и холоден — А вы пытаетесь никого не подпускать, чтобы не испортить репутацию.       Я не выдержала. Резким движением развернула её за руку, заставив смотреть прямо на меня.       — ТЫ! У меня просто нет слов, ты идиотка! Сама же видела, что творилось на Земле! Так представь, что творилось в колониях!!! — я завела правую руку за затылок, пытаясь снять напряжение. Левую всё ещё сводило судорогой. — Удивительно, вас в армии вообще учат думать? Или только слепо выполнять приказы? А! Не отвечай!       — Я только что спасла тебе жизнь. Спрашиваю так, потому что хочу знать правду, — Шепард вспыхнула от моих оскорблений, её пальцы сжались в кулаки.       — Вся информация — правда! — выдохнула я с силой. — Цербер сменил политику больше двух лет назад. Никаких экспериментов над людьми или другими расами. Только лекарства и импланты. Думаешь, Совет одобрил бы нашу работу и дал бы выйти на рынок, если бы было иначе? — Боже, как же она меня выводила из себя.       Мы поднялись на лифте до инженерной палубы в гнетущем молчании.       Проходя мимо мемориала, я краем глаза увидела своё имя, выгравированное на стене:       — Янг. Рорита Янг. Сразу после Андерсона. С чего бы такая честь?       — Мало кто знает, но именно она остановила Жнецов… — Шепард нарочито снизила тон, делая вид, что ей не плевать.       Я фыркнула. Ну да, посмертные почести. После смерти все становятся героями. К тому же, информацию обо мне нигде не публиковали официально. Героем галактики был Андерсон.       — Звучишь так, будто тебе не плевать! Смешно, — я резко остановилась. — Куда дальше?       — Ты не похожа на агента Цербера. В тебе слишком много человечности. Несмотря на устрашающий видок, — она показала рукой на дверь в дальнем конце палубы. Я знала путь, но для всех была здесь впервые, поэтому играла до конца. Моё имя прикрепили к мемориалу. Всё, как хотела та азари в видениях. Решив, что, покидая «Нормандию», сотру табличку в порошок, я двинулась в указанном направлении.       — Наверное, потому что я человек! — я ждала, пока Джейн откроет каюту. — Цербер спас меня, и поэтому я решила спасать всех, кого смогу. Это плата за возможность жить.       — Ты пытаешься убедить меня, что экстремисты, производившие хасков, внезапно решили творить добро? — она подошла к барной стойке и достала оттуда стеклянный бокал.       — Призрак мёртв, Шепард. Посмотри, кто сейчас работает в организации. Совет одобряет наши действия, а импланты, которые я разработала, уже установлены тысячам. — не говоря о тоннах гуманитарной помощи, которую мы отправляем всем, кто в ней нуждается. — Мне так хотелось, чтобы она поняла. Хотелось верить, что человек, ради которого я когда-то умерла, мыслит шире. Это было важно для меня.       Я села по центру дивана, поджав ноги в позу лотоса, и не отрываясь смотрела на Шепард. Она отвечала мне тем же. .       — Мёртв, — согласилась она, прислонившись спиной к стойке. — Но когда-то он сказал мне: «Цербер — это не просто организация или люди. Цербер — это идея. Идею не так просто уничтожить». — Она отпила, не сводя с меня глаз. — Поэтому я не верю, что вы изменились. Скорее, просто сменили тактику, пока.       — Весь старый состав мёртв. Сегодня, как и раньше, мы следуем принципу: «Сила. Единство. Прогресс». Но мы иначе его понимаем. Сила — в знаниях, а не в оружии. Единство — всех рас, а не только людей. — Я говорила ровно, почти отстранённо, пытаясь до неё достучаться. — В организации работают азари, саларианцы, даже кроганы. Цербер больше не чисто человеческая организация. Мы собираем технологии и силы на благо всей галактики. Война со Жнецами показала, что выживаем только вместе.       — Красивые слова. Но вот мы летим на Фел Прайм, а ты и твои агенты используете биотику так, как раньше могла только Рорита. Вы украли её тело и теперь пытаетесь доказать, что «изменились». Ты — биотический монстр, такой же продукт экспериментов, как и хаски до тебя. — Джейн говорила тихо, почти разочарованно, и это ранило куда сильнее, чем крики и упреки.       Во мне начала клокотать ярость. Я контролировала себя, пока что. Сложив руки перед собой в треугольник, я медленно, чётко выговаривая каждое слово, обрушила на неё правду:       — Я ставила эти эксперименты на себе сама.       Она смотрела на меня с недоверием, смешанным с откровенным недоумением.       — Что, удивлена? Да, я сама подвергала себя опасным процедурам, несмотря на все возражения моей пассии. Усиливала свои способности до максимума. И параллельно разрабатывала импланты для всех, кто, как и я, согласился участвовать и тестировать. Добровольно.       — Ну, значит, насчёт тебя я ошиблась. Может, ты просто чокнутая? — она усмехнулась, но в её глазах не было веселья, лишь усталое презрение.       — А может, ты ошибаешься не только насчёт меня? — голос мой зазвучал тише, но твёрже. — Почему ты так уверена? Откуда в тебе столько высокомерия? Ты думаешь, что лучше других? Что компетентна делать единственно верные выводы? Я — человек, занимающийся наукой, — и не могу, как ты, заявить, что никогда не ошибаюсь. Я допускаю, что Цербер может быть неправ. Но ты… ты так слепо веришь в Альянс! — я взывала к логике не только солдата, взращённого Альянсом, но и к тому человеку, что способен думать.       — Если я перестану верить хотя бы в них… — её голос дрогнул, и она отвела взгляд, сделав большой глоток. — Во что вообще тогда верить?       — Серьёзно? Ты… Ты СПЕКТР, Шепард. Боже… — в моём голосе прозвучало неподдельное изумление. — Ты можешь быть самостоятельной! Ты не гончая Альянса! Ты должна действовать в интересах всей галактики! — она съехала на пол и посмотрела прямо на меня, и в её взгляде читалась не злоба, а усталая растерянность.       — Так вы вербуете людей к себе? Интересы галактики… Красиво стелешь. Уверена, ты даже веришь в то, что говоришь. Поэтому тебя и сделали «голосом». Но ты такой же промытый пропагандой агент, — она посмотрела на свои руки, и снова отпила. — Как и я… Лучше скажи, за что ты так меня ненавидишь?       — Ты мешаешь моей работе, — мой голос стих — убила Джоанну не задумываясь... Ты устраиваешь облавы на мои лаборотории, пугая людей. Гоняешься за призраками, вместо выполнения своих обязанностей...       Ей было нечего ответить, а у меня не осталось сил говорить.       Мы обе замолчали. Я устала и, не обращая внимания на Джейн, вытянулась ложась на диван. Закрыв глаза, я начала повторять свою мантру: «Я живая. Живая. Я человек, а не инструмент. Я буду жить. Всё будет хорошо». Медленно погружаясь глубже в свои мысли, я засыпала. В груди всё ещё кололо и ныло. Да, я уже прожила дольше, чем было отведено. Если сегодня я умру, то это уже можно считать победой…

***

      Я резко открыла глаза и, не успев даже сообразить, кто передо мной, инстинктивно отбросила азари телекинезом. Лиара пыталась слиться с моим разумом! Пролетев пару метров по воздуху, она грациозно затормозила себя биотикой и попыталась приблизиться снова, её движения были плавными, гипнотическими, как у змеи.       — Не выйдет. Я умею закрывать свой разум специально для таких, как ты, — я поднялась с дивана, обволокла тело сгустком энергии, приготовившись к настоящей атаке. Фиолетовое сияние озарило каюту.       — Кто ты? Зачем вы выкрали тело? — её голос дрожал, но не только от страха — в нём звучала одержимость, неприкрытое желание докопаться до сути любой ценой. Она сделала ещё шаг, игнорируя исходящую от меня угрозу. — Чтобы защитить его от таких, как ты! — мои пальцы сжались в кулаки, биотическая энергия пульсировала изливаясь — Почему вы перевозили его в стазис-капсуле?       Я отвечала вопросом на вопрос, с облегчением отмечая, что Джейн нет в помещении. Я изо всех сил сдерживала себя, чтобы не размазать настырную азари по стенам прямо сейчас.       — Убирайся из этой каюты! — прорычала я, сделав шаг вперёд.       Лиара отступила, погасив свою энергию. Она бросила на меня испуганный, почти животный взгляд и молча выскользнула за дверь.       Когда дверь за ней закрылась, я испытала дикое облегчение, позволив энергии рассеяться. Чёрт дери эту азари. Опасно. Слишком опасно.       Сделав несколько глубоких вдохов, я почувствовала, что сон как рукой сняло. Решила проветриться и заодно сходить в медотсек — моим инъекциям требовалось пополнение. Запасы таяли, а сердечные приступы и панические атаки не спрашивали, удобно ли их переживать в плену.       Войдя в медицинский отсек, я невольно почувствовала себя комфортнее. Несмотря на обстоятельства, я всегда любила проводить время с Карин Чаквас. Она была блестящим собеседником, а от неё исходила та самая аура спокойной, профессиональной заботы, что напоминала мне о маме. Приглушённый свет, стерильный запах антисептика и ровный гул оборудования действовали умиротворяюще.       Я уже начала рыться в шкафчиках в поисках нужных компонентов для смешивания лекарств, когда раздался спокойный, но твёрдый голос, прозвучавший прямо у меня за спиной:       — Я не разрешаю рыться в моём отсеке.       Я вздрогнула и резко обернулась. Карин стояла в углу, скрестив руки на груди. Как она умудрилась подойти так бесшумно?       — А… Мне нужны препараты. Мои кончились, — я подняла руки в шутливом жесте сдачи, будто меня поймали на воровстве. — Обычно у меня есть запасы, но меня, знаете ли, не предупредили о приглашении на борт. Мне бы не хотелось мучиться от боли.       Медленно отойдя от шкафа, я аккуратно выложила всё на стол, давая понять, что не собираюсь сопротивляться.       Карин подошла, бегло, но внимательно осмотрела ампулы и кивнула с едва заметным одобрением профессионала.       — Успокоительные и нейролептики, — заключила она. — Не самое частое сочетание. Можно поинтересоваться, для чего?       — Слабое сердце и панические атаки. Обычно это… довольно болезненно. — Я позволила своему голосу дрогнуть ровно настолько, чтобы вызвать сочувствие. — Можно? Я, кстати, Фэн. Фэнриа Торн, — я протянула руку, делая вид, что вижу её впервые.       — Карин Чаквас, корабельный врач, — она ответила на рукопожатие твёрдой, уверенной рукой, её взгляд был оценивающим, но не враждебным. — Позволите вас осмотреть?       — Откажусь, — мягко, но абсолютно непреклонно ответила я. — У меня есть личный врач, и кроме неё я никому не доверяю своё здоровье. Но я верю в вашу компетенцию как фармацевта.       Я не хотела её обидеть, но осмотры доверяла только Каэле. Чаквас лишь улыбнулась — понимающе, без тени обиды, будто читая между строк.       — А маска? — спросила она, кивнув в мою сторону с деланной небрежностью.       — Слабые лёгкие. В ней стоит воздушный фильтр — чтобы не подхватить что-нибудь. Можно сказать, синдром кварианки: с детства жила на корабле, иммунитет ослаб, — я пожала плечами, разыгрывая лёгкую неловкость.       Чаквас снова кивнула, на этот раз с лёгкой, но вполне искренней тенью сочувствия в глазах.       — Забирайте. Вы взяли то, что нужно.       Я подошла к столу и быстрыми, отточенными движениями, не теряя ни секунды, заполнила свои инъекторы нужными препаратами.       — Спасибо, — пробормотала я, уже пряча шприцы в потайные карманы на голенищах ботинок.       Я решила не задерживаться и уже была у выхода, когда Карин тихо, почти задумчиво подметила: — Хитро придумано. При обыске такое не сразу найдёшь.       Замерев на пороге, я обернулась и, лукаво поднеся палец к маске, прошептала так, чтобы слышала только она:       — У меня при обыске много чего не нашли. Только тссс… никому.       И, не дожидаясь ответа, скрылась за дверью. Капитан Шепард       — Ну, что скажешь насчёт Феникс? — Гаррус ждал меня в каюте, отложив починку наплечника.       — Признаться, когда я впервые попала к ней в стазис, мне показалось, что это Рорита. Нет, я была уверена, что это она. Та же низкорослая фигура, та же мощная биотика… — Я сняла толстовку, с облегчением чувствуя, как уходит напряжение дня.       — Я не думаю что это Рори. Но Торн, в ее ненависти, то как она вела себя, что-то личное. Мне показалось что это она. Но с другой стороны люди так не меняются. Она не звучит как одурманеная или что-то вроде… Как будто действительно другой человек, но... Манера речи, идеальный межгалактический без единого акцента, словно всю жизнь на нём говорит. — Я сгорбилась, выдавливая из себя слова. Я была расстроена.       Я надеялась, что смогу её подловить, даже отключила распознаватель речи. Может они просто похожи, я до конца надеялась… а теперь разговор с ней оставил пустоту. Когда год назад появилась Феникс, а её агенты использовали те же биотические техники, что и Рори, я позволяла себе надеяться. Но всё тщетно. Феникс — просто очередной эксперимент Цербера. Один из многих.       — Согласен. Чёрт, я даже скучаю по той, старой, предсказуемо ксенофобной версии. — он коснулся своего лица — Поведение Феникс… совершенно иное. Оно опаснее. Вега тоже сказал, что вряд ли это Янг. Мне жаль, Джейн. Я знаю, как сильно ты хотела верить, что она выжила. — Гаррус обнял меня, и я почувствовала, как немного утихает боль.       После всего он не вернулся на Палавен, помогая мне гоняться за призраком. Как и Вега. Все, кто остался со мной, верили, что Цербер воскресил Рори и мы сможем ее вытащить. Но вытаскивать было некого.       — Значит, Фел Прайм… Летим разбираться с последствиями Цербера, как в старые добрые. — улыбнулся Гаррус       Я наконец расслабилась в его объятиях.       — Знаешь, когда она сняла маску, я ждала увидеть тот самый пронизывающий, печальный взгляд голубых глаз. Рори всегда напоминала испуганного котенка. А эта… скорее ястреб. Не сомневается, не боится, не отворачивается, словно видит насквозь. Постоянно продумывает и просчитывает. Черт. Даже во время приступа держала себя в руках. — Я замолчала осознавая. — Впервые почувствовала себя слабее. Не в способностях, а морально. Такому хладнокровию на вражеском корабле... можно позавидовать.       — Это не воспитаешь за три года, а если учесть время на оживление… И ее волнение за отряд говорит, что это живой человек, а не промытый андроид. А то, как она пыталась соблазнить Вегу, уже одно это меня убедило — точно не Янг. — Гаррус хохотнул. — Джеймсу стоит найти девушку, у него только слюни не капали. — Он продолжал смеяться. — Мы скоро прибудем на Фел Прайм. Уверена, что не пристрелишь этого лидера Цербера при первой возможности?       — Давай сначала посмотрим, что именно там творится. Но EDI если что наготове и запрет ее в стазис по первой команде. Проблема только в том, что это территория Цербера. — Я вспомнила, как ловко она обошла систему EDI против биотиков. — Зато мы знаем, что с помощью электрошокера можно устроить ей сердечный приступ.       — Меня пугает, как она хорошо знает нас, так расчетливо провоцировала меня. Никак не ожидал, что всё будет именно так. Кстати, а Лиара не хочет прощупать её сознание? — Он вдруг замолчал и сам ответил: — Наверное, нет. Она вообще из каюты носа не кажет с тех пор как Феникс тут. Ты говорила с ней?       — Да, она что-то скрывает. Так и не дала мне ответа про стазис-капсулу. Когда говорю о Рори, она начинает плакать либо трясется, будто её призрак преследует. В последнее время она вообще замкнулась. — Моя ближайшая подруга никогда не вела себя так, всегда сохраняла спокойствие. А тут, узнав, что в Шанхае погибла пара биотиков Альянса во время нападения мародёров, чуть не потеряла сознание. — Пожалуй, ты прав. Схожу к ней.       — Ооо, ну я не это имел в виду, Джейн! — Он притянул меня обратно. — Посиди со мной.       — Я поговорю с Лиарой и посижу. Вопросов накопилось много. — Я уверенно встала и направилась в каюту Серого Посредника.

***

      Войдя в каюту, где обитала азари, я заметила как она вздрогнула увидев меня. Отвернувшись к своим экранам, ее пальцы судорожно сжимали край стола, будто она пыталась ухватиться за реальность.       — Лиара, что с тобой? Ты никогда не была пугливой. — Она явно плакала, и я не знала этой её стороны.       — Джейн, я… я должна рассказать тебе всё… Про Рори… и то, что я сделала… — Она начала трястись, её пугало что-то, или кто-то. — Я замешана в её смерти, Джейн… Не знаю, может, она сама смогла кому-то рассказать в обход запрета, или просто нас предали, но все, кто занимался её проектом, мертвы… Час назад под обвалом камней погибла сопровождающая саларианского советника. Вытащить не смогли — её придавило насмерть. И так со всеми… Пятеро человек погибли от Ардат-Якши. Двое были убиты мародёрами в Шанхае, но если это совпадение, то как объяснить, что их омни-инструменты были полностью вычищены? Данные их рабочих и домашних терминалов также стёрты. Я даже не думала… — Она просто рухнула на пол и рыдала, её тело содрогалось от каждого надрывного вздоха.       — Лиара, я не понимаю ничего. В каком проекте ты участвовала? Кто эти люди? Расскажи мне всё по порядку. — Я совсем запуталась. Её бессвязная речь выбивала из колеи.       — Рори... Все дело в ней. Она попала в наше время не случайно. Это был точный расчёт. Чтобы остановить Жнецов. И тебя... Чтобы ты не попала на Горн. Это был ее девятый цикл… — Она содрогалась от слёз, слова давались ей с трудом, пробиваясь сквозь истерику. — Мы… я… мы изменили её прошлое, подстроили всё так, чтобы она оказалась здесь в нужный момент. Но теперь убивают всех, кто знал. Кто продолжал работу над проектом…       — Что значит ты замешана в ее смерти, она же сама пошла туда? — я не могла скрыть ужас в голосе.       — Нет, это не она. Мы… мы называли это «жертвой во имя высшей цели», что такое одна жизнь по цене целой галактики? — её голос внезапно стал холоднее, слезы словно высохли, на секунду, сменившись ледяной рациональностью — Рорита была идеальным кандидатом. После облучения нулевым элементом — сильная биотик, психологически неустойчивая… Её смерть должна была изменить ход войны. И... и она изменила… — азари замолчала, снова задрожав, но теперь это была не истерика, а нервная реакция расчётливого ума, осознающего последствия. — Альянс рассматривает возможность восстановления проекта «Вектор» с новым субъектом. Но теперь… теперь кто-то устраняет всех причастных.       — Альянс, я не понимаю — все что она говорила, не складывалось, Рори атаковала меня и отправилась на Горн. — Лиара, что ты сделала?       Она резко перевела дух, и снова по её лицу потекли слезы, но теперь они казались такими… удобными.       — Мне так жаль… Я не думала, что всё зайдёт так далеко… Да я корректировала ее… Но она сама приняла решение идти до конца… она была согласна Джейн! — её пальцы впились в мою руку с силой, не оставляющей сомнений в её отчаянии, но теперь отчаянии за себя. — Они убивают нас одного за другим! Я не хочу умирать! Я сделала всё, чтобы облегчить ей путь… Помочь. Но… но теперь мне самой нужна защита! Ты должна меня защитить!       Я смотрела на неё, и у меня похолодело внутри. Передо мной была всё та же Лиара — блестящий, холодный стратег, способный принести любую жертву на алтарь победы. Но теперь она сама стала мишенью, и её страх был настоящим.       — Значит, придут и за мной, ведь теперь я тоже в курсе. И я не позволю убить тебя, какие бы причины у них ни были. Мы сможем остановить это. — Я сидела в прострации, пытаясь переварить масштаб произошедшего.       — Я боюсь… Я боюсь, что меня заставят страдать также. Всех их убивали, доводя разум до безумия… Пообещай мне, если до меня доберутся, убьёшь меня… Я правда не желала ей такого… Сделала всё, чтобы было проще, разработала сильные болеутоляющие… Мне так жаль… Я не осознавала… Клянусь… — Её голос дрожал, срывался на шёпот, а в глазах читался чистый, неконтролируемый животный ужас перед той же участью.       Успокоив и напоив её, я уложила спать. Азари мало спала, и это окончательно вымотало её. Я осталась сидеть рядом, наблюдая, как её сон прерывается кошмарами. Лицо искажалось от ужаса — то ли ей мерещились лица погибших, то ли призрак Рори, то ли чьи-то ещё тени, преследующие её.       Я смотрела на неё и понимала: кто-то методично сводит с ума всех причастных к «Вектору». Возможно, это была Феникс…       — EDI, отследи все передвижения Цербера, особенно что касается Торн. Меня интересует её местоположение во время смертей биотиков Альянса, — голос мой звучал глухо, будто через вату. В голове стучало: Лиара. Циклы. Жертва.       Кажется, Феникс и эти смерти связаны. Возможно, даже больше, чем я думаю.       — Боюсь, что последние два года она перемещалась между Иллиумом и Иден Прайм, была ещё на нескольких планетах Совета, но места, где были происшествия, не посещала, кроме Земли. Азари-помощник умерла, пока Торн была на «Нормандии» — точно, Фэнриа на моём корабле, а азари погибла несколько часов назад. — Что касается Цербера и их кораблей, они также не были замечены с местами убийств.       — Спасибо, EDI. Понаблюдай за Лиарой, она переутомилась, — я бросила взгляд на закрытую дверь каюты азари. Переутомилась. Какое жалкое слово для того, что с ней творится.       Я пошла в обзорную каюту, ноги были ватные.       Феникс сидела на полу в позе лотоса, держа руки сложенными в центре, взгляд стеклянный, словно она была не здесь. Я видела, как равномерно поднимаются и опускаются её плечи, а энергия густым фиолетовым потоком обволакивает её, проходит через треугольник рук и выходит наружу ровным сиянием.       Она, как и Рори, была своего рода феноменом. Та же неестественно яркая аура, чистая, без намёка на тьму внутри. Я не помнила точно, но даже ростом они были поразительно похожи — обе такие же низкие, почти хрупкие на вид, скрывавшие нечеловеческую силу.       Ценой одной жизни. — Фразa Лиары отдавалась в висках болью. Я стояла и смотрела на эту загадочную, спокойную женщину, которая могла быть как жертвой, так и орудием возмездия — и не знала, что чувствовать. Кроме тяжести на душе.       — Если не хочешь присоединиться, то зачем же так глазеть? Могу научить тебя, все мои помощники это умеют. Правда, тебе бы импланты заменить. Уверена, специально для тебя что-то подберём. — Она не отвлекалась, продолжая сидеть, не меняя положения головы. Я подошла к барной стойке — Кстати, пить — плохая привычка. Может возникнуть зависимость. Для людей с ПТСР не лучший способ снять напряжение.       — У меня нет ПТСР, и ай… — я не хотела сейчас слушать её нотации.       — Он есть почти у всех, кто участвовал в войне, а твои заскоки и вспышки гнева… Да, читала твоё досье. Всё говорит о ПТСР. Так что… Повторю, алкоголь не лучший для тебя компаньон. Садись рядом, научу правильно дышать — позволяет упорядочить мысли и успокоить нервы. — Она указала рукой на место напротив себя. Я поставила бутылку на стойку и нерешительно подошла ближе. — Да садись ты уже!       — И что? Просто сесть? — я опустилась напротив, скрестив ноги как могла. Моей растяжки уже не хватало на такие подвиги, суставы заныли протестом.       — Сядь как удобно, закрой глаза и сложи руки. Теперь в центре… попробуй концентрировать энергию тёмной материи, представь, что все негативные эмоции выходят через треугольник из пальцев. Как бы стекают с кончиков, словно вода… — я пыталась визуализировать завихрения энергии в руках. — Да, так, только медленнее. Это требует концентрации, но зато спать будешь хорошо. Ну, теперь вдох — собрать энергию в теле, как бы протащив её от ног до головы, выдох — выпустить. Циркулируй её бесконечным потоком, с каждым вдохом и выдохом.       Я дышала, чувствуя, как биотика проходит сквозь меня, кружит по телу. Интересный опыт. Вот о чём она говорила — концентрация. Я решила попробовать сформировать шип, как это делала Феникс. Открыв глаза, я поняла, что шип создать получилось, но его сдерживала энергия Фэн.       — Ты быстро учишься, у тебя явно талант. Будь ты моложе, я бы попробовала тебя завербовать       — Ох, а вы только молодых берете, мозги мыть проще? — она засмеялась на этот выпад.       — Нет. Растяжка лучше, да и нет заученных годами навыков. Всегда легче научить, чем переобучить. — С такой логикой трудно поспорить. Она говорила правильные вещи.       Я попыталась встать, и мир поплыл. Голова закружилась, зрение помутнело. Я едва удержалась, схватившись за край дивана.       — Вот об этом я и говорю. Такие нагрузки молодой организм переносит проще, а тебя ещё и хорошенько ограничивают твои устаревшие импланты. Прилетай на Иден Прайм — с L6 или L7 у тебя даже общее самочувствие наладится. Специально поставлю за свой счёт. — Под маской было не видно, но по интонации слышалась улыбка.       — Ты хороший учитель, но откажусь. Расскажешь, как именно тебя спас Цербер? — Я медленно, превозмогая головокружение, пыталась вернуть себе равновесие. Мне было искренне интересно, чем организация заслужила такую преданность.       — Ммм… над Иден Прайм на наш корабль напали батарианцы. Меня выкинуло в открытый космос. Кислород кончился, я уже готова была проститься с миром, но меня подобрала Харпер.       Феникс замолчала, задумавшись.       — Она обучала меня, заметила потенциал. Я, знаешь ли, с рождения была одарённой, и занималась изучением и разработкой имплантов. — Торн повернулась ко мне, обняв колени, ее поза стала неожиданно уязвимой — С тех пор у меня время от времени случаются либо панические атаки, либо при сильной нагрузке — состояние, близкое к инфаркту. Но последнее бывает реже. Это второй за три года. Вот такая вот история, каких много по галактике. — Вытянув ноги, она облокотилась на руки и наблюдала за моими попытками бороться с собственным телом. — Ты можешь лечь на диван. Не стоит геройствовать. Это не слабость, а здравый смысл       — Открытый космос… мне это знакомо. — Я сглотнула. Тогда я погибла. Спасибо, меня вернули к жизни.       — Может, тебе помочь дойти? На ногах еле стоишь! — Феникс встала с неестественной легкостью и подошла ко мне, уверенно приобняв за плечи. Я действительно стояла, упёршись в стену и положив руки на колени. Странное упражнение… меня будто опустошили, но мысли встали на места.       — Всё в норме, — глубоко вздохнув и взяв бутылку со стойки, я покинула обзорную каюту. Аккуратно передвигаясь вдоль стены, дошла до лифта.       Почти вывалившись на своём этаже, я подошла ко входу в каюту. Усталость давила, прижимала, сковывала. Никогда за последние шесть лет я не приближалась к пределу так близко. Мне было знакомо это чувство, когда разум отказывается работать от перегрузки, отключаясь для защиты. А она так естественно и долго сидела… Видимо, хорошие импланты и правда решают.       — Ого… — Гаррус, заметив моё состояние, тут же подбежал и помог добраться до кровати. — От тебя даже алкоголем не тянет. Что случилось?       — Быстрый… предел… Слишком… Попробовала поучиться новым приёмам… — даже язык меня не слушался, всё словно тонуло в тумане. Я провалилась в глубокий сон, едва голова коснулась подушки, мозг отключился.