Без права на прощение

      — Как они узнали, что Фэн здесь? — до меня донеслись голоса Каэлы и Ноа. Они спорили. Азари явно пыталась понять, как наёмники вышли именно на меня. Ноа рвалась уйти, но Каэла не давала.       — Так вышло, что я… случайно сказала им: «Фэнриа Торн не позволит вам творить тут беспорядки», — пробормотала Ноа. В её голосе звучало искреннее раскаяние. — Я пыталась их напугать, призвать к благоразумию…       Каэла раздражённо выдохнула. Я прекрасно понимала её недовольство: о моём прибытии никто не должен был знать, а Ноа проболталась первому встречному наёмнику — и теперь знала вся больница.       Джош и Виктор, всегда молчаливые и сосредоточенные, занимались своим делом. Виктор проверял данные с внешних камер, убеждаясь, что нас не видно, и глушил наши сигнатуры. Джош занял позицию у окна и сканировал улицу в поисках снайперских засветов.       — Как долго я спала? — спросила я, открыв глаза. Всё ещё лежала у азари на коленях.       — Недолго. Но пора двигаться. У некоторых не хватает терпения, несмотря на то, что Феникс собственноручно вытащила тебя из петли, — она бросила косой взгляд на Ноа. — Как вы вообще оказались в плену? Ваше рабочее место — подземная лаборатория. Туда эти ублюдки не прорвались бы. Разве что вы сами вышли.       — Хороший вопрос. Мне тоже интересно, мисс Янг. Вы нарушили протокол безопасности. Следующее нарушение закончится увольнением, — я поднялась и потянулась, разминая затёкшую спину. Два крепких парня — техник и снайпер — по-прежнему молчали. Каэла выбрала их именно за немногословность. — Что с «Нормандией» и Шепард?       — Мы слышали выстрелы и шум двигателей. По докладам, «Нормандия» покинула орбиту Земли. Либо вышла из зоны действия наших радаров, — Каэла вновь запросила отчёт и вызвала наш челнок.       — Отлично. Тогда выдвигаемся в больницу. А вы, мисс Янг, подготовьте отчёт: что произошло и почему вы оказались на поверхности. — Идиотизм. Вместо того чтобы оставаться в безопасности, она вышла наружу. Или под землёй случилось что-то ещё? Мне нужно знать.       — Я… я не хотела никого подставить. Просто… они ворвались с оружием, угрожали пациентам, избивали сотрудников. Я вышла, чтобы успокоить их, попытаться договориться… — В её неуверенности я узнавала себя. Видимо, склонность винить себя после ошибок — семейное.       — Мисс Янг, протокол безопасности однозначен: лабораторию нельзя вскрывать ни при каких обстоятельствах, пока снаружи есть угроза. Исключение только одно — моё прибытие или прибытие моих капитанов. Вы поставили под угрозу разработку важнейшей вакцины. Именно поэтому я здесь.       Она фыркнула, но возразить было нечего.       — Вы остаетесь ведущим специалистом по разработке, но управление лабораторией переходит к моему агенту. С этого момента ваш доступ к шлюзам отзывается и передаётся специалисту по безопасности. Я прибыла, чтобы лично сообщить вам это и обучить охрану новым протоколам.       Я была высшей инстанцией, и Ноа прекрасно понимала: спорить бессмысленно.       — Каэла, свяжись с нашими агентами на Земле. Мне нужен безопасный периметр вокруг больницы. И выйди на советницу от азари — Совет должен быть в курсе того, что происходит на Земле. Альянс показал своё истинное лицо, и это наш шанс выбить у них почву из-под ног.       — мисс Феникс... — замялась Ноа, пытаясь понять как ко мне обратиться       — Можно просто Феникс, — перебила я попутно внося сведения на свой омни-тул       — Феникс, скажите… Решение о моём отстранении было принято до происшествия или после? Вы сказали, что прибыли, чтобы сообщить мне новость. — Ноа быстро соображает, молодец.       — Ваша ставка остаётся прежней, мисс Янг. Просто полномочий будет меньше. Вы блестящий учёный, но не все рождены управлять. К сожалению, это относится и к вам. Я понимаю ваши амбиции, но разве вам не нравится заниматься исследованиями? Или вам обязательно нужно командовать? — закончив говорить я смотрела за ее реакцией.       Она корчила гримасу, и было удивительно, насколько мы похожи в те моменты, когда нам что-то не нравится.        Я шла и едва сдерживала улыбку. Похоже, у меня с сестрой куда больше общего, чем я думала.       — Да, пожалуй… Чёрт. — Она злилась не на меня — она злилась на себя. Если разобраться, её единственная проблема — неумение ладить с людьми, а для руководителя это смертельный приговор.       — Рада, что мы пришли к взаимопониманию. Теперь к вопросам безопасности: имея доступ к запасному выходу, вы открыли главный вход. Объясните вашу мотивацию? — она насупилась, отвечать явно не хотела. — Я жду.       Мы уже сидели в челноке, когда она наконец выдавила:       — Я не хотела подниматься по лестнице. Подход к запасному выходу не оборудован лифтом. А я… уже не молода.       Щёки её полыхнули. Она утопала в стыде.       — Удивительно, — фыркнула Каэла. — Поставить под угрозу жизни всей лаборатории лишь потому, что лень идти по лестнице? Вы всё ещё считаете себя достойной быть руководителем?       Я рассмеялась. Уникальная ситуация. И я была рада, что сняла её с должности.       Челнок мягко сел у входа в больницу. Я вышла первой. Врачи встретили нас: некоторые были ранены, но не тяжело. Пациенты оставались в безопасности. Навстречу шагнула военная в форме Альянса:       — Что тут делает Цербер? Это территория Альянса Систем! Убирайтесь! — Столько гонора… Похоже, после моего выступления в Совете меня начали узнавать.              — Прочь с дороги, — я не сдерживала холодного презрения. — Эта больница финансируется мной лично. Земля — моя родная планета. Я не буду стоять в стороне, пока здесь творится такое. Где вы были, когда сотрудников избивали и угрожали пациентам?       Её лицо перекосилось. Обожаю этот момент — когда спесь слетает, и человек вдруг осознаёт собственную бесполезность.       — Я сама защищу свои инвестиции. Шавки Альянса могут быть свободны, — добавила я и прошла мимо, не скрывая улыбки.       Мой характер окончательно испортился. Я стала заносчивой и нетерпимой к идиотизму. Возможно, я всегда была такой… Но в чём я не права? Альянс бросил собственную планету, занимаясь чёрт знает чем.       Идея привлечь часть персонала с Земли казалась разумной, но риск проникновения мусора был велик. Впрочем, попасть в лабораторию извне можно только по моему допуску или по допуску моих капитанов. Ну и глава лаборатории, конечно, могла входить и выходить беспрепятственно.       — Каэла, проверь, кто из персонала требуется в больницу. Размести вакансии только для жителей Земли, — приказала я. Меня удивляло: «Неужели после такой разрухи ещё остались свободные руки и безработица?»       — Да, Феникс, уже проверяю недостающие кадры, — ответила она.       Пока мы направлялись к главному входу, подлетел челнок с новым персоналом. Шесть специалистов — лучшие в своей области. Саларианец был особенно недоволен и не скрывал этого. Я открыла главный вход, и мы вместе загрузились в лифт.       Представив всех друг другу, на пути вниз я слушала, как саларианец отчитывает Ноа.       Хорошо, что я была в маске — иначе мою улыбку могли бы воспринять неправильно.       Я сразу направилась в пункт охраны разбираться, как вообще получилось, что глава лаборатории смогла покинуть безопасное место и её так просто выпустили. Пока новым специалистам показывали помещения, я занималась перестановкой кадров. Двух биотиков определила на внешний контур — они будут жить снаружи и охранять вход. Сразу же подобрала им жильё рядом с объектом и отправила залоговую стоимость владельцу. В кабинет вошла Каэла.       — Кажется, Ноа не очень рада новому руководству, — она уселась на край стола так, что ее ноги оказались прямо перед моими глазами. — И ещё: у меня оповещение, что ты назначила нового главу охраны?!       — Да, предыдущий не понимал, что делать, — я откинулась на спинку стула. — Здесь собраны отличные кадры, нужна только слаженность. Защита сама по себе неплоха, но без чёткого управления это всё ни к чему.              День был тяжёлым. Постоянные заботы отвлекали, но стоило остаться без дел, как мысли тут же вернулись к сегодняшнему столкновению с Шепард. Лицо Веги… И снова яркая картинка — Джейн в луже крови. Всё внутри сжималось. Хотелось биться головой об стол, лишь бы выкинуть эти образы.       — Думаю, тебе надо передохнуть, — она положила руку мне на плечо.       — Отдых — это совсем не то, что сейчас нужно. Проклятие… — я откатилась от стола к стене. Резкое движение напугало Каэлу. — Извини. Эта троица… проклятие… — я взялась руками за голову. — Воспоминания снова душат… — энергия потоком хлынула из тела, я громко дышала, шлем будто мешал.       — Я жива… жива… «Вектора» нет… — резко встав с кресла, зашагала по помещению. Каэла тут же подбежала и остановила меня. Голова кружилась от гипервентиляции, во рту пересохло. Она закрыла дверь и отключила в помещении камеры.       — Тссс, тихо, тихо, — снимая с меня маску, она прижала к себе, как раньше. — Всё хорошо, ты жива, это всё реально. Ты жива, — она продолжала гладить меня по спине и голове.       — Ложись, — подведя меня к дивану, помогла лечь. Я закрыла глаза, пытаясь контролировать выброс энергии, но понимала: чем сильнее стараюсь, тем хуже получается.        — Не сопротивляйся. Пусть энергия течёт, как вода, — проведя рукой по моей голове, она начала слияние разумов, успокаивая и передавая образы моей настоящей жизни. Расставляя всё по полочкам и уводя воспоминания на задний план. — Я буду рядом, я помогу…       Приступ отступал. Я расслабила все мышцы, чувствуя, как моя сила резонирует с азари.       — Харпер прислала список с местоположением моих целей. Один — в Лондоне, двое — в Шанхае. Есть адреса и пути проникновения, — Каэла вздохнула и села на стул, подъехав ближе к дивану, слияние вымотало ее.       — Поэтому ты в таком состоянии? — как обычно, на её лице появилось недовольное выражение, когда дело касалось моего личного списка.       — Мм… нет, файл только что пришёл, — я показала ей сообщение с омни — Устранив их, останется ещё один. Но вот проблема: она — одна из приближённых советника саларианцев, азари. После останется только Лиара… Мы выдвигаемся завтра на рассвете, — я начала вставать. Голова всё ещё кружилась, но было лучше.       — Если хочешь, я убью их своими руками. Тебе не нужно это делать, — она погладила меня по щеке. — Не рви свою душу. Отпусти их всех — они больше не угрожают тебе.       — Ты не понимаешь! Они все… все в курсе! Эта идиотка каким-то образом передала им воспоминания! И если они возобновят проект, всё начнется сначала, и никто даже не спросит меня! — я кричала от ярости и отчаяния.       — Они просто перезапустят всё, перевернут с ног на голову, только потому что им «надо что-то исправить»! Я не хочу возвращаться в тот ад! Ты не понимаешь… Ты не знаешь. Всё, что ты делаешь — это смотришь со стороны, а я через всё это прошла. Пока они живы, я не смогу жить. Каждый раз, открывая глаза, я боюсь увидеть проклятый грузовой отсек Нормандии!       Я резко выдохнула отстраняясь.       — Можешь не идти! Да, так даже лучше. Я сама со всем справлюсь.       Надев маску и плотно закрепив её, я вышла за дверь, не оглядываясь. Через запасный выход подземного комплекса я выбралась на поверхность. Ночной воздух обжег лёгкие, резкий и холодный, но я даже не почувствовала этого — только всепоглощающую ярость, пылавшую внутри.       Плевать! Плевать! Мне никто не нужен. Справлюсь сама.       Ближайшая цель — в Лондоне. Вызвав челнок, я нервно ходила из стороны в сторону, пока он не приземлился. Ветер пробирал до костей, и я безумно хотела снять маску, чтобы ощутить его на лице… Но повсюду были камеры наблюдения. Одна ошибка — и моя личность раскрыта.       Ночь была неестественно тихая.       Как только челнок приземлился, я задала курс. Полёт занял три часа. Всё это время кровь буквально кипела во мне. Идти без прикрытия было опасно, но в этот раз у меня не было границ — я не отключусь. Мне не нужна была команда. Мне не нужен был никто.       К тому же, здешняя цель жила одна. Без охраны. Идеальная мишень.       Минуя все камеры и отключив защиту квартиры, где обитала моя жертва, я оказалась лицом к лицу с мужчиной лет тридцати. Он был биотиком — согласно досье, занимался изучением пространственных перемещений с использованием тёмной материи. Тот самый, кто видимо дорабатывал способ возвращения. На его терминале я видела чертежи и расчёты, посвящённые этому вопросу. Даже считая меня мёртвой, они всё равно продолжали ковыряться в этом… Отвратительно.       — Кто вы и зачем явились в мой дом? — он потянулся к оружию, но я остановила его стазисом. Медленно сняла капюшон и маску, подошла ближе, чтобы посмотреть ему в глаза.       — Я пришла за тобой.       Прикоснувшись к его вискам, я погрузилась в его сознание, пытаясь выяснить, как именно Лиара передала ему память. Я слышала, как кричал его разум — сначала в мыслях, потом в реальности. Он сопротивлялся. Удивительно: из всех предыдущих жертв лишь он пытался не пустить меня в свои воспоминания.       Передо мной пронеслись обрывки: Лиара на борту корабля, передающая ему данные обо мне вместе с материалами его работы. Взгляд в воспоминании уцепился за дату, когда меня забрал Цербер… Она вошла с ним в слияние и передала инструкции, после моей смерти. Хладнокровная сука.       Чем сильнее он сопротивлялся, тем яростнее я ломала его барьеры, вытягивая всё, что он пытался скрыть. К сожалению, после такого грубого вторжения рассудок редко сохраняется. Ардат-Якши — так азари называют тех, кто убивает слиянием разумов.       Я отпустила его бездыханное тело, и на мгновение в тишине комнаты меня накрыло знакомое чувство. Этот способ был так удобен: ничего не указывало на меня, а агония, которую они испытывали перед смертью, вызывала острое, сродни извращённому оргазму, удовольствие. Но сейчас даже оно казалось пустым.       Обычного убийства было уже недостаточно. Простая смерть — слишком милостива для них всех. Особенно для неё.       Мысль возникла сама собой, кристально чистая и ядовитая. Я не просто убью Лиару. Я сведу её с ума. Благодаря тому, что “Вектор” исчез — или вышел из строя, — а может, частым слияниям с Каэлой, я научилась проникать в разум тоньше: не ломать, а отравлять, удалённо читать настроение и подсовывать самые тёмные, самые болезненные образы.       Как только доберусь до нее, буду внедрять в её сознание всё, что причиняет боль. Я заставлю её сомневаться в реальности, видеть мертвые тела своих друзей на каждом углу, слышать мой шёпот в тишине её каюты на Нормандии. Я превращу её жизнь в кромешный ад, из которого будет только один выход.       Сильнее всего моё влияние всегда работало на Каэлу — видимо, из-за нашей эмоциональной связи. Когда-то я посылала ей образы собственной смерти, и её паранойя насчёт Цербера достигла пика. Тогда я прекратила эти эксперименты. С Лиарой я себя сдерживать не буду.       “Вы все сгорите в пламени, которое я для вас разожгу.” Эта мысль наконец-то снова согрела меня изнутри, мотивируя двигаться дальше.       Каэла настаивала, чтобы я их простила. Всех. Всех, кто занимался изучением феномена ”Вектора". Несмотря на то что непосредственная угроза была устранена, несмотря на полное отсутствие необходимости, они продолжали свою работу.       Загрузив к себе сведения, я уничтожила все данные на терминале и омни-туле мертвеца. Проверила, что не осталось ни следа, моего присутствия, покинула апартаменты.       На инструментрон пришло голосовое сообщение от Каэлы. Я закрыла его, даже не открывая. Не хотела слушать. Это была уже не первая наша ссора на эту тему. Она не понимает. Или не хочет понять. Каждый раз она помогает мне справиться с приступами, которые возникли по их вине. Именно они меня разрушили. Уничтожили.       Добравшись до челнока, я задала пилоту курс на Шанхай. Лететь предстояло около семи часов — достаточно, чтобы попытаться забыться во сне.

***

      Я очнулась в незнакомом месте, среди груды ящиков и странного оборудования. Глухой гул двигателя где-то за переборкой говорил о том, что я нахожусь на борту космического корабля. Как я здесь оказалась и почему — было загадкой. Вокруг царила суета, сновали люди в военной форме, на поясах у которых болталось оружие. Никто, судя по всему, не знал о моем присутствии.       На ощупь я обследовала карманы брюк: нашелся карманный терминал, тонкий и легкий, с погасшим экраном, и ключи от номера. А вот рюкзака, с которым я вышла из гостиницы, нигде не было. Инстинктивно я нажала на единственную кнопку на корпусе коммуникатора. Экран ожил, показав полоску заряда чуть больше 80%, но в углу красовался значок полного отсутствия сети.       Последнее, что я помнила… Прогулку в парке с мужем, нашего щенка Чарли… и вдруг — ослепительную вспышку, прорезавшую небо над городом.       Резко открыв глаза, я не сразу сообразила, что это был всего лишь сон. Мы по-прежнему летели в направлении Шанхая. Сердце колотилось как бешеное. Сон был настолько реальным, что хотелось кричать. В глотке до сих пор стоял металлический привкус, смешанный с запахом пороха и машинного масла. Ладони онемели, будто вновь сжимали холодную сталь стен грузового отсека Нормандии — того самого, где всё и началось.       — Ещё час, кэп, можете поспать, — доложил Виктор.       Уснуть я уже не могла. Взяв себя в руки и понимая, что это лишь игра разума, я выпрямилась в кресле. «Ещё трое. Всего лишь трое, и всё кончится. Никто больше не сможет запустить этот ад с начала».       Я села и решила детальнее ознакомиться с досье на моих жертв. Семейная пара. Оба — конечно же, биотики. У меня не оставалось сомнений: для запуска «Вектора» нужен либо человек, либо азари-биотик. Эта парочка была богатой — своя вилла, охрана… Мне потребуется время на подготовку.       Паранойя взяла верх.       — Виктор, мы не летим в Шанхай. Остановись в ближайшей провинции.       Лучше добраться туда своим ходом, не светя челноком «Фурии». Да, Харпер прикрывает и затирает все данные с камер, но всегда есть риск быть засечённой кораблями Альянса. Это всё-таки Земля. Мне не хотелось подставлять свою работу под удар и портить репутацию из-за личных счетов.       — Оставь меня и улетай. Я выйду на связь через неделю. И мой приказ: никому за мной не вылетать. Даже если на связь не выйду. Меня не искать!       — Понял. Заходим на посадку.       Мне было немного стыдно перед Каэлой. Скорее всего, она будет сходить с ума от беспокойства. Но я была слишком зла, а последний сон лишь подлил масла в огонь.       После приземления я нашла магазин, переоделась и купила всё необходимое, после чего направилась по нужному адресу. Путь с телепортами занял почти день. Найдя гостиницу всего в двух часах пешей прогулки от цели, я наконец легла спать.       Следующие несколько дней я потратила на наблюдение и планирование. Я изучала расписание охраны, маршруты патрулей, слабые точки в системе безопасности их особняка. Каждую деталь я продумывала с маниакальной тщательностью — эта атака должна была стать идеальной.       Отключив все коммуникации, я уставилась в потолок. Сон не шёл — вместо него приходила паника. Я пыталась просчитать всё, что могло пойти не так. Нельзя всегда полагаться на других. Возможно, будь Каэла рядом, она назвала бы меня дурой.       В последнее время я привыкла засыпать только рядом с ней… Слёзы выступили на глазах. Я скучала. Снова в груди зияла пустота — мне тяжело оставаться одной, а я взяла и улетела. Как глупый ребёнок. А теперь мне было страшно, одиноко и грустно.       Я погрузилась в беспокойный сон, сопровождаемый кошмарами прошлых циклов. Проснувшись, на мгновение растерялась — где я? Вспомнив, что нахожусь в гостинице, взглянула на часы: я проспала всего два часа и совсем не чувствовала себя отдохнувшей.       Переодевшись в свой костюм, я накинула сверху толстовку с капюшоном. Охраны было много — прорыв с шумом мог привлечь внимание Альянса. Осматривая дом с разных сторон, я пришла к выводу: чем внезапнее атака, тем лучше.       Я телепортировалась прямо в особняк. Удача была на моей стороне — в помещении, где я появилась, никого не оказалось. Мои дни наблюдений окупились — с планом здания в памяти я направилась прямиком в спальню, где спала та самая “сладкая парочка”. Двое охранников, которых я встретила по пути, были убиты на месте. Ненужные жертвы… но без них — никак. Главное, всё получилось быстро и тихо.       Пара спала мирно. Меня вдруг уколола совесть… но было поздно. Стремительно приблизившись, я схватила их за руки и телепортировалась в заранее подготовленное помещение недалеко от особняка — как раз на дистанции прыжка.       Ожидаемо, они знали, кто я, и, как все остальные, продолжали работу над изучением ”Вектора”. Но мужчине удалось меня удивить — он сразу пустил по мне разряд электричества. Решив не тратить на него время, я отсекла ему голову. Его жена видела всё, застыв в стазисе. Она чувствовала неизбежное, видела, как я тяну к ней руки… Её глаза были полны ужаса. Сливаясь с ней разумом, я доводила её до безумия, снова и снова прокручивая в её сознании смерть мужа. Казалось, её мысленный крик оглушит меня.       Когда тело женщины обмякло и затихло, я опустилась рядом на пол. Мышцы ныли от перегрузки и адреналина, пот крупными каплями выступал на лбу, дыхание было как после длительного марафона.       “Ещё одна. Осталась всего одна… а дальше — только Т’Сони.”        Еще несколько дней я провела в гостинице, стирая цифровые следы и наблюдая за особняком. Все платежи были проведены со специальных счетов, которые нельзя было связать ни со мной, ни с Цербером. Данные с терминалов в доме и их омни-тулы были загружены ко мне и полностью обнулены. Я успела проверить все системы, какие нашла, до того как прибыл Альянс.       Из-за их агентов, шныряющих повсюду, пришлось скрываться и перемещаться только пешком. Когда я оказалась достаточно далеко, то вышла на связь с Фурией.       Передав свои координаты, я ждала челнок, сидя спиной к стене в узком переулке между домами. Меня уже начало трясти. Эта парочка разрабатывала настройку и корректировку “Вектора” — их воспоминания меня мало интересовали, я даже не стала в них углубляться.       Теперь, когда остался только двое, способных всё вернуть, я чувствовала себя чуть безопаснее, чем раньше. Но ощущение безысходности снова начало душить, волны безысхродности раскатывались — хоть и не такие сильные, как прежде. Я сняла часть маски, открывая глаза. Слёзы текли по лицу, стекло изнутри запотело. Дышала часто и прерывисто. Чем дольше я сидела, тем острее осязала опасность вокруг. Я обхватила колени руками — казалось, так я не дам себе разлететься на куски.       Я даже не услышала, как приземлился челнок. Ко мне бесшумно подошла азари, взяла под руку и молча повела к кораблю. Виктор помог подняться на борт и тут же вернулся к штурвалу.       Каэла села напротив, пристегнулась и заговорила, и в её голосе сквозила тревога, смешанная с упрёком:       — Я не знаю, о чём ты думала. Но пропадать почти на десять дней, не выходя на связь… это совсем на тебя не похоже. Я пыталась тебе передать: Ноа нашла эффективный способ борьбы с болезнью. Получив разрешение, она вылетела на Фел Прайм восемь дней назад.       Проклятие. Предчувствие меня не обманывало.       — Кто согласовал миссию? — голос прозвучал тише, чем я ожидала, но с ледяной ясностью. Мне нужно было знать, у кого хватило глупости отправить вместо сведений живого сотрудника.       — Падок. Он сошёлся с ней во мнении, что будет лучше, если она на месте проверит свою теорию.       Я в ярости ударила кулаком по ближайшей стене. Металл отозвался глухим звоном, отдаваясь болью в костяшках.       — Проклятие! Я вылетаю, как только захвачу всё необходимое. Где Джош? — Виктор, помощник Каэлы, летел с нами, но обычно она работала с ними обоими. — Что случилось?       — Джоша я отправила сопровождать Ноа. Чтобы он мог её защитить.       — Спасибо, — это была искренняя благодарность. Она знала меня слишком хорошо. — Ты остаёшься тут, и Виктор тоже. Там меня прикроет Орака и её отряд.       — Я лечу с тобой. Хочешь снова меня бросить и держать в неведении? — Мне не хотелось брать её — иметь в опасной зоне двоих дорогих людей было непозволительной роскошью.       — Нет. Ты остаёшься. Это приказ. Временно в отряд возьмёшь кого-то другого. Это место слишком важно. Я могу доверять только тебе! — Я видела, как она обиделась и хочет возразить, но, несмотря на наши отношения, приказы не обсуждались.       Она молчала и продолжала дуться. Когда мы приземлились, первой вышла из челнока и быстрыми, раздражёнными шагами направилась в сторону больницы.       — Виктор, присмотри за ней. Важно, чтобы вы оставались здесь. Лаборатория должна работать, — я надевала маску, начисто вытирая её изнутри.       — Без проблем, Фэн. Она подуется и снова будет в норме. Ты и сама знаешь, — он собирал свои вещи из челнока. Виктор был чистюлей и не любил ничего оставлять после себя.       Медленно направляясь ко входу в лабораторию, я изучала полётный план и отчёт о местонахождении Ноа. Судя по данным, она прибыла на Фел Прайм около сорока часов назад.       Внезапно мышцы перестали слушаться. Я застыла на месте - стазис. Не могла произнести ни слова — только двигала глазами, судорожно осматривая окрестности. Увидела, как мне навстречу в панике бежит Каэла, а сзади в неё целится Вега. Внутри всё оборвалось.       Как в замедленной съёмке, я увидела, сеть, что опутала азари. Она вскрикнула от электрического разряда и тут же отключилась.       «Нормандия»... И зачем мы перестали за ней следить? Думали, угроза несущественна…       С нескольких сторон ко мне приближалась команда Шепард, не подходя слишком близко. Следующий выстрел Веги был направлен в меня. Снаряды прилетели с трех сторон. Ток пронзил всё тело, и сознание погасло.