Часть 7

Я не расскажу, что именно. Не потому что не помню, а потому что не умею описывать, как рушится мир в одном разговоре. В одном взгляде. Когда она сказала что-то, что мне показалось обвинением. А я в ответ — закричал. Впервые. По-настоящему. Не на неё. На весь этот ад, в который мы погрузились вместе. Она замолчала. Потом сказала только: — Ты больше не можешь так, да? И я не смог ответить. На следующий день я собрал вещи и уехал. Куда — неважно. Лишь бы подальше. Лишь бы не слышать в голове её голос, не видеть её взгляд. Впервые в жизни я не написал, не объяснил, не извинился. Просто исчез, как будто если стереть своё присутствие — можно стереть и боль. Но этого, конечно, не случилось. Я уехал далеко. Настолько, насколько позволяла карта и деньги. Маленький город с безликими улицами и тёплым ветром, который не пахнул воспоминаниями. Я выбрал место, где нас никогда не было. Где ничто не напоминало. Но она всё равно была. Во всём. В каждом жесте прохожих. В голосе по радио. В пустой половине кровати. В наушнике, который я всё ещё машинально вынимал для нее. Я помню как мы ходили смотреть на противостояние Марса и Луны. Одни наушники на двоих. Красивый эмбиэнт на фоне. Вокруг тишина. Даже небо и звезды напоминают тебя. Я не писал. Не звонил. Каждый день, как испытание: не спросить, как она. Не проверить, дышит ли. Не признать, что я скучаю. Иногда я думал: может, она рада, что я ушёл. Что теперь стало тише. Легче. Иногда — наоборот: что сидит где-нибудь с тем же тяжёлым дыханием, с бумажкой в руке, и не знает, куда девать себя. Не кушает. А ведь последний ее вес был 39 кг. Я пытался накормить, как мог. Поэтому она держалась на плаву. Я пытался начать новую жизнь. Работу. Знакомства. Но всё казалось не настоящим. Я будто я смотрел на мир через мутное стекло. Все чувства были не мои. Я смеялся, но внутри ничего не чувствовал. Иногда я думаю: может, надо было вернуться. Попросить прощения. Обнять, даже если бы она оттолкнула. Доказать, что я разделю ее боль с ней вместе. Но потом вспоминаю тот день. И понимаю: я тоже исчез.