Часть 23

Вообще Хёнджин любил пятницы, но не сегодня. После выматывающего гона и с непрошенными, но возникшими чувствами к Шиюн, работа давалась тяжело. Временный командир Сынмин с самого утра гонял их в тренировочном зале, потому что в воскресенье у них была операция с Паком. Из-за отстранения от работы сразу четверых коллег, им придется работать в меньшинстве и с большими рисками. После обеда Хёнджина ждал допрос. Следователь из отдела внутренних расследований выглядел сурово и говорил жестко, а смотрел так, словно был заранее уверен, что ты от него что-то скрываешь. Конечно, Хвану было что скрывать, но к делу это никак не относилось. - Вы рецессивный, не так ли? – сразу спросил он в лоб. Хёнджин не стал отрицать, но постарался не выдать своего страха. - Я так понимаю, для отдела внутренних расследований не существует медицинских тайн, даже застрахованных? – спросил он в ответ. - Правильно понимаете. В целом меня не волнует ваша особенность, но Мун Шиюн – доминантная омега, и легко может манипулировать вами при желании. Вы ощущали на себе ее влияние? - Нет, - уверенно ответил Хван. – К тому же это вы в курсе, что я рецессивный, а она нет, да и последние три дня я отсутствовал на работе по причине гона. - Я посмотрел график ваших гонов и этот из него выбивается. Не думаете, что все же ощутили на себе ее влияние? – хмыкнул следователь. - Даже, если и так, это случайность. Мы все под блокаторами, я ни разу не чувствовал ее феромона. - Как вы относитесь к лейтенанту Мун? - Как к командиру. Выполняю ее приказы. - Вас не смущает, что она омега? - Нет. - Вы видели, чтобы она проявляла к кому-то особое отношение? Например, к лейтенанту Бану или сержантам Ли Минхо и Со Чанбину? - Она наш командир всего неделю. Я с ней работал один день, за который мы только успели познакомиться. Никакого особого отношения я не видел, - Хвана бесил и следователь и его тупые вопросы. - Вы провели гон один? – вдруг спросил он. - Я обязан отвечать даже на сугубо личные вопросы? - А вам есть что скрывать? Хёнджин раздраженно вздохнул. - Я провел гон один. - Ясно, на этом допрос окончен. Хёнджин курил редко, но метко. Сейчас ему просто жизненно необходима была сигарета. В курилке зависали Феликс, Чанбин и Джисон. - Стрельни сигарету, - попросил он у Хана. - Следак тебе мозг вытрахал? – безошибочно понял его настроение Чанбин. - Ага, - Хван с упоением затянулся. - Не тебе одному, - Феликс дымил своим ядерным табаком. - Мутный тип, - согласился Джисон. - Других в отделе по внутренним расследованиям и не держат. Там только крысы, - усмехнулся Чанбин. - Мы же не можем обсуждать подробности наших допросов, да? – уточнил Хан. - Само собой, - ответил Феликс. - Думаете, пронесет? – Хёнджину надо было успокоиться. - Ты же не думаешь, что кто-то из наших действительно замешан в организации побега этого упыря? - Чанбин скептически посмотрел на него. - Черт, нет. Конечно, нет. Я имею в виду, что не найдут ли к чему придраться? Они же явно получат повышение и премии, если найдут, какой косяк в работе Шиюн? - Переживаешь за нее? – удивился Чанбин. - Просто не хочу, чтобы на нее вешали всех собак. - Как благородно, - подмигнул ему тот. - Не думаю, что кто-то специально будет наговаривать на нее, - заметил Феликс. - И даже Чонин? – вдруг спросил Джисон. - А что не так с Чонином? – не понял Хван. - Да он тут, пока тебя не было, совсем от рук отбился. Дерзит, старших не уважает, - объяснил Хан. Вообще-то Хёнджин не был удивлен. Иногда они вместе ходили в клуб снимать омег, и под градусом с Чонина мигом слетал флер скромного милашки. Он мог легко послать нахер и высказать все, что о тебе думает. Так однажды Хван узнал, что он жигало и его смазливая рожа Чонина бесит, а потом тот заблевал ему его любимую кожанку. Хёнджин не обиделся. Чонин был забавным на его взгляд. После они еще не раз вместе гуляли, и младший даже признался, что тупо завидует ему, поэтому недолюбливает. Хван сказал ему не загоняться и угостил текилой в ближайшем баре. - Чонин не стукач, - пожал плечами Хёнджин. – Просто вы его заебали со своим сюсюканьем. Он же не маленький, в самом деле. - Он похож на подростка, каждый раз хочу у него отобрать пиво, когда вижу, - признался Чанбин. - Он взрослый мужик, Бин, - Хван бросил окурок в урну. - Вы видели сегодня Чана или Шиюн? – спросил Феликс. - Неа, - ответил Джисон. Хёнджин ничего не сказал. Шиюн уехала от него в семь утра. По работе они не говорили. Разговаривать у них вообще не очень хорошо получалось, а вот трахаться – отлично. - Вроде бы их должны допрашивать самыми последними. Скорее всего, сказали явиться в управление только к допросу, - высказал свое мнение Чанбин, - чтобы не пересекаться с нами и типа не подговорить на что-нибудь. Ребята покивали, соглашаясь с ним. Минхёку почти всегда было ужасно скучно, как и всем чрезмерно богатым людям, и он это понимал. Со времен Древнего Рима желания людей не сильно изменились. Они жаждали хлеба и зрелищ. Беднякам хватало дешевых закусочных и глупых телешоу, а вот богачам быстро надоедали деликатесы, бордели, казино, скачки и Формула-1. Пресыщенные всем, они хотели чего-то выходящего за рамки закона и морали настолько, чтобы почувствовать хоть какой-то интерес к жизни. Минхёк дал им такое развлечение. Не он его придумал, но он его возродил. Отец бы гордился им, он не просто заручался поддержкой самых влиятельных людей Южной Кореи, но и имел на них компромат на пожизненное. В это воскресенье он хотел удивить свою избалованную публику новенькими. - Что ты узнала? – нетерпеливо спросил он, стоило Джихё переступить порог его кабинета. - Мун и те бойцы, чтобы были с ней в больнице, попали под внутреннее расследование. Впрочем, под подозрением вся группа. - Замечательно! – хлопнул в ладоши Минхёк. – Лучше было и не придумать. Теперь, если они пропадут, то только подтвердят подозрения. А что там по их родственникам? Есть кто-то влиятельный? - Нет. Все из обычных семей. Очень дальнее родство я в расчет не брала. - Удача на нашей стороне. Настоящий полицейский спецназ. Зрители будут в восторге, - предвкушая отличное зрелище, улыбнулся Минхёк. - Ты уверен, отец? Все же это очень рискованно. Всякий сброд, бандиты, наемники, бывшие военнные – это одно, а это действующие полицейские. - В этом вся прелесть. Экзотика! Они будут настоящими, ведь не хотят срубить бабла или отработать долг. И, главное, им придется переступить через себя и свои принципы, понимаешь? – Минхёк был очень вдохновлен. – Я хочу их видеть уже воскресным утром. - Так быстро? Ты хочешь, чтобы я за один день похитила девять спецназовцев? - Ты у меня умная девочка. Грубая сила хороша в бою и плоха в похищении. Не действуй банально, найди слабые места: любовь, дружба. Твои ребята ведь следили за ними после караоке-клуба. Ты же явно узнала, как они ладят между собой. Используй эти знания, и они сами придут к тебе. Джихё задумалась. - Да, есть парочка идей. Но слушай, тебе точно нужен рецессивный альфа? - Там есть такой? – удивился Минхёк. - Да, Хван Хёнджин. Мун с ним спит. - Как романтично, - саркастично хмыкнул он. – Идеальная парочка прям. Рецессивы хороши только, если омеги, они вызывают жалость и желание их защищать, отлично плавят мозги даже самым отбитым альфам. Но раз эти двое трахаются, то из этого может получиться отличная драма. Он эффектно сдохнет, она будет зла и покажет на что способна. Джихё всегда поражало, как равнодушно отец рассуждает о человеческой жизни. - Поняла тебя. Могу идти? - А что там по Бану? Он доминантный, да? - Информации нигде нет, он никогда не сдавал ДНК-тест. - Я уверен и без теста, но все равно сделай. И, Джихё, не подпускай Гисока к Мун. Она пока нужна целой, невредимой и без метки этого дурака. - Тебе не кажется, что он ведет себя странно в отношении нее? – поинтересовалась Джихё. – Он типа запал? Хочет пометить? Зачем? - Возможно, она его истинная, - предположил Минхёк. - То есть это не сказки? - Истинность – природный механизм контроля над доминантными альфами. Кажется, ты плохо слушала мои наставления в детстве. Короче говоря, чтобы доминантный альфа не сношал всех подряд омег, а был зациклен только на одной. - Кто-то из наших матерей был твоей истинной? – зачем-то спросила Джихё. - Мать Вонхо, - спокойно ответил Минхёк. – Очень красивая, но очень глупая омега, да еще и носительница бракованных генов. Мне с ней было не по пути в этой жизни. Поэтому, если встретишь истинного, Джихё, то лучше сразу пристрели. Чан давно так крепко не спал. Он бы и дальше наслаждался долгожданным отдыхом для мозга, но запах соленой карамели настойчиво лез к нему в сознание, заставляя вернуться в реальность. Бан резко открыл глаза и увидел перед собой серый купольный потолок. Его тело утопало в песке. Приподнявшись, он почувствовал резкую головную боль. Не обращая на нее внимания, он сел. Вокруг него лежали члены его группы. Их грудные клетки поднимались и опускались - они дышали, значит, были живы. Шиюн лежала рядом с ним, можно было протянуть руку и прикоснуться к ней. Он чувствовал ее феромон очень ярко, как впрочем, и феромоны альф. Действие блокаторов почти сошло на нет. Сколько они тут уже лежат? Чан осмотрелся. Они находились в помещении, похожем на амфитеатр, только в современном исполнении. Арена была окружена забором из металлической проволоки под напряжением. Трибун было немного, всего пять рядов и вместо скамей там стояли бархатные диваны и кресла. Бан понял сразу, что их ждет, и, если бы он попал сюда раньше, то, возможно, даже не расстроился бы. Сейчас же он смотрел на лицо Шиюн, с которого еще не успели сойти следы драки в караоке-клубе, дышал ее феромоном, жадно наполняя им свои легкие, и понимал, что должен вытащить ее отсюда, чего бы ему это не стоило.