Часть 28

Чан резко вскочил со стула, когда в конце коридора раздался звук открываемой железной двери. Первым появился Чанбин, которого волокли двоих охранников, потому что он сопротивлялся. Они буквально швырнули его на пол камеры. Каких-то видимых увечий на нем не было. Следом привели остальных. У Чонина кровь текла по лицу, у Феликса наливался синяк на скуле, и на шее виднелись красные отметины. Хёнджин выглядел бодрячком, Шиюн тоже, но чуть прихрамывала. - Скажите своему буйному, - гаркнул вооруженный тип, имея в виду Чанбина, - чтобы тут не устраивал дурдом, иначе быстро успокоим. - Как вы? – стоило охране уйти, спросил Бан, схватившись за прутья решетки. - Жить будем, - омега тяжело опустилась на матрас. Хван тут же оказался рядом с ней с бутылкой воды. - Хочешь пить? Шиюн приняла бутылку из его рук и, сделав пару глотков, отдала обратно, он сразу прижался к горлышку своими губами и начал жадно пить. Эта интимность между ними заставила Чана сжать от злости кулаки и забыть о том, что двадцать минут назад он молился про себя, чтобы все они остались живы, даже Хёнджин. - Не подходи ко мне! – прохрипел Феликс, когда Чанбин попытался дотронуться до его лица. Со испуганно отдернул руку. - Ликс, мне, правда, жаль. У меня мозги были набекрень, я бы никогда не навредил тебе, будучи в своем уме. - Я понимаю, - Феликс тяжело вздохнул, как будто заново учился дышать, - но мне все равно страшно. Дай мне немного пространства, мне нужно прийти в себя. - Что произошло? – Джисон не понимал, почему они так себя ведут. - Я напал на Ликса, - обреченно сказал Чанбин. - На арене был рецессивный омега, - объяснил Хван. – Бин попал под влияние его феромона. - Был? Омега? Мужчина? – с каждым вопросом глаза Хана становились все больше. - Красноволосый дьявол, - зло пробурчал Со. - Да, все так, и он жив, - Хёнджин утолил любопытство Джисона. - Ничего себе! Погодите-ка, значит, это все же не смертельные бои? – в голосе Хана звучала надежда. - Мы видели труп без головы, - выдал Чонин без какой-либо моральной подготовки. Хан икнул, а потом еще раз, и еще раз. - Бля, Йенни, ты мог не так в лоб ему эту информацию рассказать, - Минхо сунул Джисону в руки бутылку воды. - Такое хер смягчишь, - хмыкнул Ян, запрокинул голову и приложил кусок ткани, оторванной от рубашки, к рассеченной брови. У Хана дрожали руки, пока он пил воду. - Думаю, альфа, которому я морду расквасил, не жилец, - мрачно заметил Чанбин, уйдя в другой конец камеры, как можно дальше от Феликса. Бутылка выпала из рук Джисона и вода разлилась на полу. Минхо тут же поднял ее. - Не зацикливайся, - почти что-то приказным тоном сказал он Хану. – Твои товарищи живы. Это главное. - Да-да, ты прав, - тихо согласился с ним друг. - Мы дрались с новичками, потому что сами такие, и без оружия. До нас на арене явно был более жестокий бой. Впереди нас ждет тоже самое, - озвучила Шиюн то, что крутилось у всех на языке в ее команде, но никто не решался произнести это вслух. Омега взяла свои вещи и пошла в туалет, чтобы переодеться. Пока ее нет, альфы тоже решили надеть обычную одежду. - Интересно, - рассуждал Чан, - бои проводятся только по выходным или в будни тоже? - Считаешь, сколько нам тут куковать? – Сынмин понял, к чему он клонит. - Ну, да, хотя какая разница. Домой-то нас точно никто не отпустит, - Бан устало потер глаза руками. - Сегодня у нас должна была быть операция с Паком, - вдруг вспомнил Ким. - Хорошо, что нас будут искать, - грустно усмехнулся Чан. – Плохо, что как преступников. Пак по любому в полном восторге. - Ты успел сговориться с ним или нет? – вдруг спросил Чонин, и в этот момент из туалета вышла Шиюн. - О чем ты? – не понял Бан. - Я слышал вас на парковке. Пак предлагал тебе подставить нового командира. - Что тут происходит? – осведомилась омега. - Да вот спрашиваю Чана, придумали ли они с Паком план, как тебя устранить от дел, или не успели, - беззаботно улыбнулся Ян. - Я не сговаривался с ним, - Бану хотелось врезать этому безмозглому болтуну. – Мы выехали с парковки, и я высадил его на ближайшей остановке, послав нахер. - Ой, ли? – криво ухмыльнулся Чонин. – А, может, ты и с Минхёком в сговоре? Я бы не удивился. Мы абсолютно ничего не знаем о тебе, Чан. - Я не буду пытаться оправдаться, - заявил Чан. – Я доминантный, и это моя единственная тайна. - Я бы не обиделась, если бы ты сговорился с Паком против меня, - спокойно отреагировала Шиюн. – Я всегда была бельмом на глазу у альф, что считают себя хозяевами жизни, а омег слабыми и вечно ноющими существами. Меня подставляли много раз и еще столько же пытались. Такие как Пак скорее удавятся, чем признают, что омеги тоже люди. - Я этого не делал, - Бан был на грани от того, чтобы взорваться, он не выносил несправедливых обвинений. - Здорово, но медальку за благородство, увы, вручить не могу. И не заводись, – омега поморщилась. - Твой феромон действует на нервы. Свет в камерах никто выключать явно не собирался, поэтому трудно было понять, наступила ли уже ночь. Однако биологические часы еще действовали и все начали готовиться ко сну. Никаких мягких подушек и одеял, только тонкие матрасы, лежа на которых, чувствуешь исходящий от бетонного пола холод. Места было не так много, чтобы все разлеглись, не мешая друг другу, поэтому разместились в ряд. Шиюн легла у самой стены, за ней Хёнджин, потом Феликс, Чонин и у другой стены - Чанбин. Омега заснула довольно быстро, но проснулась примерно через час от того, что замерзла. Накрыться было нечем, а на расстоянии вытянутой руки источал свое манящее тепло Хван. Она не была застенчивой скромницей, да и Хёнджин точно будет не против, наоборот только обрадуется, если она скользнет в его объятия. Шиюн прижалась к нему вплотную и обняла. Оказалось, что он не спит, потому что тут же обнял ее в ответ. - Ты только этого и ждал, да? – тихо усмехнулась она. - Может быть, - шепотом ответил он, задев губами мочку ее уха. - Можно я тоже об тебя погреюсь? – хрипло попросил Феликс за его спиной. - Да я нарасхват. Давай, Ликс, не стесняйся. Уже через мгновение Феликс прижался к нему со спины. - Вообще-то получается, что мы греем тебя, - заметила омега. - Он может быть, а ты как ледышка, - Хёнджин не удержался и прикоснулся губами к ее щеке. Шиюн не отстранилась, и Хван решил, что можно позволить еще и поцелуй в лоб, и даже скользнуть рукой чуть ниже поясницы. - Не наглей, - сонно прошептала она. Феликс пихнул его коленкой в зад, понимая, что он там распускает руки. - Окружили, - проворчал Хёнджин, но довольно улыбнулся. У Чана была бессонница и очень чуткий слух, поэтому он слышал этот разговор и старался не выдать свое раздражение феромоном. Рядом в обнимку дрыхли Минхо и Джисон, который закинул на него и руку и ногу, а тот и рад был служить ему вместо свернутого одеяла. Сынмин устроился чуть поодаль и мирно спал, лежа на спине и сложив руки по швам. Если Бан мог хоть как-то контролировать свой запах, потому что бодрствовал, то явно уже заснувшие Шиюн и Хёнджин - нет. Их феромоны смешались друг с другом: карамель пропиталась грейпфрутом, розы стали солеными. Странные сочетания, но Чан не мог солгать самому себе в том, что ему нравилось. Чем больше он вдыхал, тем спокойнее ему становилось, напряженные мышцы расслаблялись, глаза закрылись. Этот аромат был словно колыбельная, он убаюкал альфу, проник в его сознание и завладел его сном. Гисок ударил рукой по столу, наблюдая на экране смартфона, как Шиюн прижалась к рецессивному альфе, а он положил руку на ее задницу. - Вот же мразь! Кадык вырву! Он сорвался с места и направился в спальню отца. В моменты ярости Гисок не осознавал последствий своих действий. Личные телохранители Минхёка тормознули его у самой двери. - Куда прешь, Гисок? Твой отец занят. - Отвалите, мне нужно с ним поговорить! – взревел он и врезал одному по морде. Завязалась драка, Гисок отправил в нокаут обоих телохранителей и вошел в спальню. Минхёк попивал виски, сидя на бархатном стуле с резными ножками, напротив него за столиком, изящно положив ногу на ногу, расположился Аой с бокалом шампанского в руке. Его красные волосы были распущены и прекрасно смотрелись на черном шелковом халате с белыми хризантемами. - А стучаться я тебя разве не учил? – бросив на сына утомленный взгляд, спросил Минхёк. - Отдай мне Шиюн! – потребовал Гисок. - Чтобы что? Ты ее изнасилуешь и пометишь, так? И какой тогда от нее будет прок? - Я хочу ее! - Это я уже понял, но ты ее не получишь. Сначала я, может, и подумывал, что было бы неплохо, если бы она понесла от тебя, но ей уже тридцать три. Старовата для рождения здорового наследника. Не хочу потом возиться с твоим полудурком, - лениво пояснил Минхёк. - Хочешь, чтобы она умерла на арене? – разозлился Гисок. - У меня на нее свои планы. - Какие?! - Много будешь знать – раньше умрешь, - рассмеялся Минхёк. Проваливай и дверь закрой, пока я тебе что-нибудь не сломал. Гисок ненавидел отца, хотел наброситься на него и оторвать голову голыми руками, но он имел над ним власть, он был сильнее, его феромон мог запросто вырубить его. Злобно зыркнув на него напоследок, он был вынужден уйти. - Какой горячий альфа, - приторно улыбнулся Аой. - Смотри, а то отправлю тебя к нему, тогда не будешь так сладко улыбаться, - заметил Минхёк. – Так что ты там хотел, кроме денег, за то, что обработаешь прокурора? - Есть у меня одна маленькая просьба. Слышал, команда гиен живет где-то тут, в смысле, вы их держите здесь. Можно посмотреть? – елейным голосочком попросил омега. - Зачем тебе? Позлорадствовать хочешь? – ухмыльнулся Минхёк. - Мне просто любопытно посмотреть на зверей в клетке. - Тебе кто-то понравился, да? - Не питаю особой любви к альфам, но один из них показался мне интересным. - И не боишься ведь говорить о нелюбви к альфам альфе, бесстыжая ты, шлюшка, - Минхёк усмехнулся, наливая себе еще виски. - Вы – доминантный, это другое. Обычные альфы просто мусор под вашими ногами, - Аой пригубил шампанское. - Я не верю ни одному твоему слову, но язык у тебя хорошо подвешен. Надеюсь, прокурор поведется. - Не сомневайтесь. Я вас не подведу, - заверил его Аой. Омега собрал свои длинные волосы в хвост, пока спускался под арену. Охранник открыл ему дверь и пропустил в узкий длинный коридор. - Я хотел бы пойти один, - сказал Аой ему. - Не подходи близко к решеткам, красавчик. Если кто-то тебя придушит, я не виноват. Две камеры находились напротив друг друга. В одной из них находилась команда Гиен. Рецессивный милашка обнимал во сне доминантную омегу, а со спины к нему жался белобрысый альфа. Аой невольно улыбнулся. Словно котята, подумал он. Потом он перевел взгляд на другую камеру. Доминантного альфу сразу выдал его резкий ментоловый феромон, который он источал даже, когда спал. Омега зажал нос и поспешил уйти.