Чудеса и без магии

Утро начиналось, уже хорошо, главное живой. Несмотря на то, что особой боли в теле не ощущалось, что было уже странно, учитывая вчерашний взрыв в данже, сил не было от слова совсем. Тело было вялым, неподатливым. — Очнулся, как я вижу, — Раздался спокойный, заинтересованный голос, деланно безразличный. Открыв глаза, Константин резко сел, озираясь, — Где я? — Было его первым вопросом. Комната оказалось маленькой, на двоих. Не удивительно для северной столицы, напротив, кровати располагались почти впритык, импровизированная кухонька. Почему импровизированная? Сложно назвать кухней стеллаж с микроволновой и доской для нарезания. На этом кухня и кончалась, если не учитывать тихо гудящий холодильник, располагающийся аккурат под стеллажом и играющий роль ножек. Левее, там, где было немного свободного пространства, стоял круглый стол и диван. На столе стоял заварник и кружка с недопитым чаем. Второй частью ножек стеллажа была посудомойка, а далее шёл гардероб и тумбочка для обуви. — Ты у меня в комнате, — Спокойно протянул юноша. Он был старше всего на несколько лет, однако вёл себя так, будто их разделяла незримая пропасть, — Расслабься, ты ещё легко отделался. Тебя хотели тоже отправить в больничное крыло, но я подсуетился, и теперь ты будешь следить за моим фикусом, — Юноша указал на почти засохшее растение на подоконнике. — Но… — Всё, что смог выдавить из себя Костя. — Ладно, думаю, ты уже достаточно оклемался, чтобы я мог прояснить, в чём тут дело. Парень одной рукой взял стул, поставил его спинкой к кровати и уселся на него, глядя Косте в глаза. Он был высокий, гибкий, волосы неряшливо торчали в разные стороны, глаза обычные, серые со слабым оттенком голубого. — Итак… — Он выдержал паузу, — Тебя казнят. — Чего?! — Костя от неожиданности подскочил, однако ноги подкосились, и он рухнул вниз, ударившись затылком об угол кровати. — Хм, рефлексы в норме. Не бери в голову, всё пучком, это я так сказанул, для проверки, — Улыбнулся незнакомец, — Судя по тому, что я тебя нашёл в компании наших оболтусов, про проклятых духов ты уже в курсе. Костя кивнул, забираясь обратно на кровать. — Замечательно. Тогда добро пожаловать в Столичный Санкт-Петербургский магический техникум. Здесь мы обучаем бороться с проклятьями. Если, конечно, ты захочешь. Но скажу сразу, вероятность двинуть кони крайне высока. — А ты что-то типа Дамблдора? Парень рассмеялся, взъерошив свои волосы. — Курсант второго курса, выпускник техникума и староста, экзорцист первого уровня Эдуард Нечаев. Не путай с другими Нечаевыми, мы с ними не родня. Дверь взорвалась стуком, именно так можно было описать звук, с которым в неё ломились. — Кто это там? — спросил Костя. — Не обращай внимания. Вернёмся к тебе, — Стук продолжался. У тебя неплохой потенциал, и понятно, почему наши оболтусы сразу о тебе не сообщили. — И почему же? — Обиделся рыжий. — Ну как же? А выслужиться? Ведь не каждый день находят шаманов, тем более не из знати, а таких здесь навалом, не бесталанны, но слишком много самомнения. А для грамотного рапорта о новичке, необходимо знать многое, вот они и перестарались. Костя кивнул. Эдуард потянулся и подошёл к окну, — Если захочешь остаться, мы тебя научим пользоваться твоей техникой, признаться, не смотря на то, что она с виду слабая, узор довольно мудреный, а отсутствие травм… Что же… думаю, ты крепким середнячком точно станешь, — Озвучил своё мнение Эд. — Конечно, я хочу. — Замечательно, — Эд хлопнул в ладоши, — Пытать тебя о том, каковы твои мотивы я не стану. Это сделают за меня. — Открывай! Я знаю, что ты там Нечаев, — Добавился к мощным ударам в дверь хриплый мужской бас. — Знакомься, Пашутин. Наш преподаватель по сражению холодным и рукопашным оружием, — Произнёс черноволосый, даже не думая подойти к двери. — Наверное, ты сильнейший здесь, раз можешь игнорировать преподавателей. Однако Эдуард рассмеялся, похлопав Костю по плечу. Почему-то этот простой жест показался слегка странным. — Далеко нет. Сильнейший у нас Курчатов. Ты о нём ещё услышишь, а я так, балуюсь изредка, — Скромно заметил Эд, потирая переносицу, — Завтра ты получишь форму и расписание. Приготовься к ехидным, высокомерным взглядам, всё-таки члены дворянского сословия, — Эд закатил глаза, показывая своё отношение, к этим высокородным заскокам, — Но не переживай, неудачников у нас нет, они долго не живут, а ты уже выжил при сражении с духом предпервого уровня, а это уже дорого стоит, — Подмигнул парень открывая окно на распашку, — В прочем, не без моей помощи, но это мелочи. — А сколько учатся у вас? — С интересом спросил Костя, внимательно следя за странным юношей. — Как повезёт. Но не надейся закончить так быстро. Тут два случая, либо быть мной, либо умереть. А так, три года, на то и техникум. Костя нервно сглотнул. — Думаю, у нас ещё есть минуты две на разговоры, судя по затишью. Вольф Зигмундович в очередной раз выбьет на ладан дышащую дверь. Рыжеволосый посмотрел на дверь, звуки ломящегося преподавателя и правда стихли, как и выкрики о том, что думает он Пашутин, о таком выскочке как Нечаев. — Я вот что ещё напоследок хочу сказать. Я выпускник и, признаться, мне иногда платят за выполнение ОСОБЫХ заданий, поэтому планирую на днях съехать, а если будут спрашивать - гони всех в шею, и авторитет заработаешь и всем сообщишь, что это твоя комната, — Посоветовал черновласик, — Ну всё, мне пора, не забывай про фикус. И Пашутину привет. Юноша без всяких внятных объяснений, где же всё-таки находятся комнаты техникума, в одной из которых и находился сейчас Константин, где и кто будет с ним, с Костей, учиться, без долгих расшаркиваний прыгнул в раскрытое окно. Испугаться Костя не успел, почти моментально он был шокирован другим событием. Дверь, что так долго и мужественно терпела, молотоподобные удары преподавателя, слетела с петель и врезалась в подоконник. В дверном проёме, стоял сдержанный мужчина, и не поверишь, что несколько минут назад он орал на своего же ученика. Лысый в костюме с двумя рядами золотых пуговиц оглядел комнату, и сухо поинтересовался, — Ушёл? Константину же оставалось только кивнуть с ошарашенными глазами. Конечно, после того, как он видел проклятия или энергетические сюрикены, или как называл это сам Димка, его технику, он думал, что его уже ничем не удивить, однако Вольф Зигмундович умел произвести впечатление. — Он… он в окно… — Пробормотал рыжеволосый, заикаясь. — Ага. Третий этаж значит… — Заключил преподаватель, и скрылся в проёме, явно куда-то спеша. Костя же, на плохо слушающихся ногах, дошёл до окна и посмотрел вниз. Внизу было несколько этажей, и ни какого намёка на Эдуарда. Оставалось только поставить чудом уцелевшую дверь на место. Костя сделал несколько шагов и опёрся о стол, где заманчиво стоял недопитый чай. — Кто-же ты, Нечаев, — Пробормотал он, отхлёбывая ещё тёплый, чёрный чай с лимоном, и абсолютно без сахара. И что же делать дальше? Оставалось ждать того, кто наконец-то разложит всё по полочкам, а не устроит эффектное представление в общих чертах.